К общему знаменателю

      Алек с самого утра буквально места себе не находил. Последний раз он так волновался, когда перед бампером его машины мелькнула тёмная вихрастая макушка, и он с ужасом воображал себе страшные картинки изломанного тела сбитого им человека, испарившиеся с первым взглядом на вполне себе бодренького Магнуса.       Кстати, об этом: ему принадлежал вчерашний день, значит, сегодня на «смене» должен быть Хью. Если, конечно, всё так и осталось без изменений… Проверить это Алеку мешал назойливый голос автоответчика, в который раз сбросивший его звонок.       Промаявшись на работе до обеда, он плюнул на всё и, попросив коллегу прикрыть его, рванул по знакомому адресу.       Вчера       Лайтвуд с опаской смотрел на сидящего перед собой Верховного мага Аликанте, а тот лишь спокойно помешивал ложечкой сахар в кофе. — Спрашивайте, Александр, — мягко предложил Асмодей, сжалившись над его нервной системой, или, возможно, ему просто надоел стук его барабанящих по столу пальцев. — Вы ведь не просто так пришли на мою выставку? — выпалил брюнет. — Я никогда ничего не делаю просто так, — согласился мужчина, пробуя напиток из своей чашки. — И что Вам от меня нужно? — Во-первых, мне было любопытно, что Вы за человек, — Бейн-старший с интересом взглянул в обеспокоенные голубые глаза Алека. — Мои сыновья одержимы Вами, Александр, если не сказать больше, и если Хьюго может быть излишне влюбчив, то Магнус никогда не позволял себе настолько сильно кем-то увлечься. Даже за последние три, уже почти четыре года — опять же, в отличие от своего брата, — ему ни с кем не удавалось сблизиться так, как он сблизился за короткий промежуток времени с Вами. Полагаю, в Вас есть нечто особенное. — Вы что, следили за ними всё это время? — недоверчиво спросил Алек. — И за мной тоже? — Следил? — мужчина аристократично сморщил нос. — Преследование граничит с одержимостью, одержимость — с безумием, Вам так не кажется? Ни в коем случае не хотел сейчас оскорбить Ваши методы, — он усмехнулся, и у Лайтвуда возникло стойкое ощущение, что он подразумевает конкретный случай — когда Алек отслеживал Хью до «Пандемониума». — Что касается Вас… Опять же, никакой слежки. Я всего лишь наблюдал. И честно признаюсь — Вы меня и удивили, и впечатлили. — И чем же? — исподлобья взглянул на него брюнет. — У Вас есть своя рациональная идеология, которой Вы стараетесь придерживаться. Например, Вы достаточно терпеливы для молодого человека вашего возраста и поколения, — похвалил его Асмодей. — Вы готовы закрыть глаза на многие недостатки, если считаете, что это того стоит. Вы не строите иллюзий и не грезите об идеальном мире или отношениях. В конце концов, Вы вполне достойно отреагировали на тайну, которую так тщательно скрывали от Вас мои сыновья — это абсолютно уникальный случай для вашего мира, но Вы приняли это как должное — словно сталкиваетесь с аналогичными проблемами ежедневно, — он поражённо хмыкнул. — Вот почему они оба так тянутся к Вам. Вы не боитесь сложностей, умеете прощать бесчисленное множество раз, а ещё Вы каждый раз даёте им обоим шанс. Мне это импонирует, потому что таким человеком была их мать, моя покойная супруга, — в тёмных глазах Асмодея отразилась глубокая печаль. — Мне жаль, — пробормотал Алек. — Магнус сказал, что её не стало, когда им с Хью было пять. — А сейчас Вы сочувствуете мне — человеку, которого Вы видите впервые в жизни, несмотря на то, что испытываете неприязнь к нему за то, что он так бессердечно обошёлся со своими сыновьями, — заметил Верховный маг. — Вы не знаете этого наверняка, — возразил брюнет. — Но ведь я прав, не так ли? — прозорливо взглянул на него мужчина. — Вы перечислили во-первых. А что во-вторых? — хмуро спросил Лайтвуд, демонстративно игнорируя его вопрос. — Я думаю, Вы и сами догадываетесь, — Асмодей усмехнулся. — Неспроста ведь, когда я попросил Вас описать одного своего сына, Вы стали описывать обоих.       Алек вспыхнул. — Вы ведь уже знали, так? — резко спросил он. — Когда спросили меня, какой выбор я собираюсь сделать — Вы знали, что это больная тема для меня? Вы меня проверяли… — И да, и нет, — произнёс мужчина. — Я знаю, какие отношения связывают вас троих… — Неужели? — перебил его брюнет. — И какие же?! — Меня не интересует физический аспект, Александр, — мягко сказал Верховный маг, вызывая румянец на скулах Лайтвуда. — Я всего лишь хочу знать, что Вы думаете о Магнусе и Хьюго. О каждом из них по отдельности. Хотя не скрою — я удивлён, что Хью продержался так долго. Терпение не его сильная сторона. — Откуда Вы обо всём этом знаете? — насупился Алек. — Я маг, мистер Лайтвуд, и довольно сильный, — заметил Асмодей, удивительным образом угадывая причины смятения брюнета. — Я уже много лет управляю своим народом — мне не нужно находиться рядом, чтобы что-то видеть или знать. — Вы что?.. — шокированно уставился на него Алек. — Вы… — Бог с Вами, — маска спокойствия на секунду спала с мужчины, когда он поморщился. — Разумеется, нет. Меня интересуют лишь факты событий, способные повлиять на характер и воспитание личностей моих сыновей. — Вы хотите знать, достойны ли они прощения, — сообразил Алек. — Поэтому Вы пришли ко мне — я знаю их обоих лучше других и беспристрастен по отношению к каждому. — Скорее, равноценно пристрастны, — поправил его Асмодей. — Совершенно верно. — Тогда зачем Вам знать, какой выбор я сделаю и сделаю ли вообще? — нервно спросил Лайтвуд. — Судя по тому, как болезненно Вы на это реагируете, Вы его уже сделали, Александр, — мужчина бросил на него проницательный взгляд и усмехнулся.       Алеку стало неуютно от того, как ловко этот мужчина «считывал» его. Он неаккуратно дёрнулся, задевая локтем собственную чашку, и та незамедлительно устремилась к полу, с величайшей готовностью спрыгивая со столика в кофейне, где они находились. Лайтвуд почти увидел, как её осколки разлетелись во все стороны, расплескивая кофе ему на ботинки… Стоп. Не было никаких осколков, а кофе всё так же оставался в чашке, которая застыла в полуметре над полом, охваченная синей дымкой. Ещё секунда, и чашка вернулась обратно, повинуясь движению пальцев Верховного мага, заняв своё место перед Алеком. В тот же самый миг парень вдруг осознал, что всё, что он слышал до этого от Магнуса, Хью и их отца касательно магии не имело никакого веса, потому что задним умом Лайтвуд допускал абсурдность всего того, что он принял как аксиому. Но то, что он видел сейчас… Он смотрел на происходящее округлившимися глазами и чувствовал, как в лёгких заканчивается воздух, но не понимал, что для того, чтобы продолжить дышать, ему всего лишь надо вдохнуть. — Как я понимаю, Вы до конца не верили в существование магии? — понимающе улыбнулся Асмодей, всплеском синих искр перемещая ложку ему в чашку, и тот замотал головой, окончательно растеряв слова. — Это лишь незначительная часть наших способностей и далеко не самая главная. — Чего же Вы хотите? — хрипло спросил брюнет, пытаясь унять дрожь в руках. — Чтобы Вы повременили, — тут же отозвался маг. — Вы положительно влияете на них обоих, и мне нравится, как они меняются благодаря этому. Я ни в коем случае не прошу Вас играть с ними — хотя Вы умеете это как никто другой, не так ли? — он не сдержал самодовольной улыбки. — Просто будьте собой, не отдавая никому предпочтение. — Вы и об этом знаете?! — вскинулся Алек, мёртвой хваткой вцепившись в край стола. — Знаю ли я, как Вы развлекались в студенчестве? — ухмыльнулся Асмодей. — Признаться, я оценил всю иронию происходящего. По крайней мере, я понял, почему Вы всё ещё продолжаете с ними общаться. — Я продолжаю с ними общаться, потому что они не виноваты в том, что с ними произошло, — возразил Лайтвуд. — В каком-то смысле. Они хорошие парни, и они оба по-своему мне нравятся. Мне интересно проводить время и с Магнусом, и с Хьюго, потому что я черпаю совершенно разные эмоции от общения с каждым из них. И я действительно хотел бы помочь им вернуться к прежней жизни, но с Вашими методами это просто невозможно, — уверенно сказал он. — Вы не понимаете, — резко произнес Асмодей. — Всю свою сознательную жизнь они были порознь, всегда старались отделиться друг от друга, каждый кричал «Моё!» и не желал мириться с существованием второго. И я сделал то, что должно было показать им, к чему следует стремиться. Общий дом, общие проблемы, общие вещи, общее тело, в конце концов, которое повлекло бы за собой всё вышеупомянутое. Вот что должно было их сплотить. — И как, сработало? — насмешливо поинтересовался Алек. — Они всё так же делили пространство, вещи, ценности, друзей и свою жизнь на две части. Единственным общим фактором, в котором они сошлись единогласно, стал почему-то… — Вы, — закончил Асмодей. — Верно подмечено. Вот почему я сказал, что в Вас есть нечто особенное. Что Вы предлагаете? — Разделите их, — потребовал Лайтвуд. — Вы знаете, что эти три года прошли продуктивно для каждого из них, но не для них обоих. Если Вы действительно хотите достигнуть своей цели, разделите Магса и Хью. — Исключено, — отказался мужчина. — Они поубивают друг друга в первые же пять минут, особенно теперь, когда им есть за что сражаться, вернее, за кого. — А если я возьму на себя ответственность за последствия? — предложил Лайтвуд. — Разделите и дайте им хотя бы месяц испытательного срока. Мистер Бейн, я помогу им, обещаю, — он уставился на него горящим взглядом. От мысли, что всё может вдруг измениться и стать по-другому внутренние органы завязались в узел. — Пожалуйста…       Верховный маг внезапно рассмеялся. — Вы отлично знаете, как пользоваться своими красивыми глазами, мистер Лайтвуд, — весело сообщил он. — Сопротивление бесполезно! — Так мы договорились? — довольно заулыбался Алек. Разумеется, он знал и в своё время бесстыдно этим пользовался. — Я знаю о Вас достаточно, чтобы не усомниться в Ваших способностях, Александр, — вернул ему улыбку Асмодей. — Однако должен быть серьёзный повод, чтобы я пересмотрел собственные методы. — Как насчёт того, чтобы сделать мне подарок? — немедленно сориентировался брюнет. — У меня завтра день Рождения.       По лукаво прищуренному взгляду Бейна-старшего Алек запоздало понял, что тот был осведомлён об этом куда лучше, чем Лайтвуд мог себе даже представить, и, более того, сделал из этого очередную проверку, а Алек снова повёлся, как ребёнок. Семейка, блин… — Ну что ж, — нарочито задумчивым тоном протянул Асмодей. — Пожалуй, я могу сделать исключение. С наступающим днём Рождения Вас, мистер Лайтвуд. Рад был познакомиться.       Мужчина расплатился по общему счету и встал, собираясь покинуть кафе. — Мистер Бейн, — окликнул его Алек. — А как же силы? Вы вернете им магию? — Мои сыновья искренне считают, что я забрал у них возможность колдовать, но это не так. Магия сама к ним вернётся, когда будет нужна, — загадочно произнёс Верховный маг и, опираясь на трость, величественно удалился.       Не успел он толком выскочить из машины, как из входной двери Бейнов вывалился взбешённый парень, с которым Алек уже был знаком. — Рафаэль? — удивился он, приблизившись, и вдруг заметил, что у того рассечена скула. — Я бы не советовал тебе сейчас туда заходить, — мрачно посоветовал испанец, не размениваясь на приветствия. — Что происходит? — с подозрением спросил у него Лайтвуд. — Кто это тебя так?       Из-за двери послышался какой-то грохот, а потом раздался звон разбивающейся посуды. — Ангел правый! — охнул брюнет и дернул дверь за ручку. — Алек! — бессильно завопил Сантьяго ему в спину и закатил глаза, когда тот исчез внутри дома. — Идиот! Ну, моё дело предупредить…       Первым, что встретило Лайтвуда на входе, был стул, пролетевший прямо перед его лицом. Он сглотнул, прикинув, что зайди он секундой раньше — и его ножка вполне могла сломать ему нос. — Даже не задел! — Я тебя сейчас так задену…       В следующее мгновение его сшибло с ног переплетение двух тел. Чей-то кулак прилетел ему под рёбра, выбивая воздух из лёгких, а попытка освободиться из непредумышленного захвата привела к тому, что он с размаху ударился головой об дверной косяк. Лайтвуд зашипел от боли. — КАКОГО ХРЕНА?! — заорал он, яростно отпихивая от себя участников драки. — А НУ, РАЗОШЛИСЬ! БЫСТРО! — Алек?! — испуганно залепетал один знакомый голос. — Ты что наделал, придурок?! — Александр! — запаниковал второй. — Я не хотел… — Лёд неси, — скомандовал Хью, деловито ощупывая Алеку голову. — Быстрее! У него кровь.       С последним словом Магнуса как ветром сдуло, и Алек наконец смог рассмотреть парня перед собой. Верхняя пуговица ярко-оранжевой рубашки была грубо оторвана, излюбленная причёска дерзким гребнем растрепалась, подводка на глазах смазалась, а прищуренные глаза с желтоватым отливом внимательно изучали реакцию Лайтвуда на происходящее. Кроме его совершенно очевидной злости, конечно. — Ты как? — осторожно спросил его Хью, заглядывая ему в лицо. — Ненавижу себя и вас заодно, — честно признался Алек, ощупывая свои рёбра. — У нас тут небольшие изменения, как видишь, — смущëнно поделился азиат. — Не знаю, что конкретно вчера произошло, но сегодня утром я проснулся в своём теле, а Магнус — в своём. — Вижу. Меня больше волнует какого чёрта вы не поделили? — хмуро поинтересовался Алек, косясь на него исподлобья. — Проще сказать, что мы смогли поделить. Ответ: ничего, — Бейн-младший слегка опешил, не обнаружив изумления на лице брюнета. — Ты… не удивлён? Но почему? — Потому что это его рук дело, — отдалённо раздался слегка дрожащий голос, и в ту же секунду затылок Алека обожгло холодом: Хью приложил лёд. — Я прав, Александр? Ты говорил с ним? — Да, — выдохнул Лайтвуд и поднял взгляд.       В двух метрах от него застыла полная копия Хьюго за исключением некоторых несущественных отличий: парень был абсолютно без косметики, в простой темно-синей футболке и с незамысловатой прической отросших волос. Приподнятая бровь выражала скептицизм, на щеке назревал синяк, а покусываемая губа выдавала своего хозяина с головой: Магнус нервничал. — Где? Когда? Он предложил тебе сделку? Что он попросил взамен? — засыпал его вопросами парень. — Ты что-то ему должен? — Я тоже рад тебя видеть, — съязвил Алек, скрывая собственное волнение. — Об этом позже, ладно? Что у вас случилось? — Случился мой старший брат в мою «смену», — прошипел Хью, убирая лёд с головы Алека. — Я думал, ты будешь рад отделиться от Магнуса, — заметил брюнет. — Был бы, если бы он не начал нести всякую хрень! — Я не нёс хрень, — возразил Магнус, плюхаясь рядом с Алеком на колени, и тот с восторгом выцепил глазами отсутствующий пирсинг на ухе и милую родинку над правой бровью, которую он не обнаружил у Хью («Получилось! Это и вправду происходит!» — мысленно радовался брюнет, изо всех сил сохраняя невозмутимый вид). — Просто растерялся и сказал, не подумав. — Не подумав… Да ты просто меня ненавидишь, признай это! Никому здесь не нужны твои красивые слова, — окрысился Хьюго. — Да ты мне даже объясниться не дал! — прикрикнул на него брат, и Лайтвуд вымученно застонал. — «Я им помогу!» Зашибись, Алек, — саркастично передразнил сам себя брюнет. — С днём Рождения тебя… — Что?! — одновременно воскликнули оба брата и пораженно взглянули на раздосадованного Лайтвуда. — У тебя день Рождения? — захлопал глазами Магнус. — Отличный подарок, Магс, — язвительно бросил Хью. — Чуть не убили парня… — Всё нормально, — попытался вмешаться Алек. — Я жив… Вроде как. Просто рассчитывал не на летающие стулья, а хотя бы на дружеские посиделки. — Прости нас, — виновато попросил Магнус. — Ты ради нас так стараешься, а мы… — Мы? — фыркнул брат. — Ну да, ну да… — Я же извинился! — сердито сказал азиат. — За то, что назвал меня ошибкой? — издевательски произнёс Хью. — Что-то не припомню. — Я не видел тебя три года и девять месяцев, Хью, — вдруг тихо произнёс Магнус. — Конечно, я растерялся. Я не считаю тебя ошибкой, ты ведь знаешь — прости, что я так ляпнул. Вообще не думал, что когда-нибудь скажу это, но… я скучал.       Воцарилось молчание. Алек и Хью с изумлением таращились на потупившегося парня. — Голова кружится. Поможете встать? — разбавил тишину Лайтвуд, вдруг испугавшись, что Хью сейчас скажет что-нибудь лишнее, и тогда миру придет конец. Им не помешает небольшой перерыв. — Сильно болит? — встревожился Магнус, пока Хью проверял состояние его небольшого ранения. Оба они одновременно подали Алеку руки, чтобы он мог подняться.       Что ни говори, а свой день Рождения Лайтвуд явно проведёт просто потрясающе. Когда ещё его любимые мальчики будут одновременно «обхаживать» его со всех сторон, ради него даже забыв на время о своих вечных скандалах?

***

— Не может этого быть! — заорал Джейс, от избытка чувств подскакивая на месте, когда появившийся на пороге своего дома скромно улыбающийся Алек жестом фокусника «вытащил» из-за своей спины сначала Магнуса, а затем Хью. — Как вам это удалось?! — Ловкость рук и никакого мошенничества, — усмехнулся Лайтвуд, с гордостью усаживая братьев с разных сторон стола. Иззи радостно облепила руками по очереди каждого, после чего с довольным видом уселась рядом с Хью. — Братец звонил поздравить? — хитро спросила она Алека. — С самого утра ещё, — улыбнулся Лайтвуд. — Филадельфия передает привет. А ещё он расстался с Лидией и сказал, что его всё достало и он хочет приключений. Возможно, приедет погостить через месяц. — Два моих любимых братишки будут меня развлекать, — захлопала в ладоши Иззи. — Эй, я тоже могу тебя развлекать, — толкнул её локтем Хью. — Я довольно весёлый. — Да, ты уже развеселил с утра Рафаэля, — парировала девушка. — Он сказал, что если ещё хоть минуту пробудет рядом с вами, придушит обоих. — Значит, его сегодня не ждать? — рассмеялся Алек. — У кого-то нервишки слабоваты. — Его явно не облизывают с двух сторон, как тебя, — гоготнул Эрондейл. — Джейс, — зашипела на него Клэри. — Имей совесть! — Я всего лишь сказал то, о чём все думают, но молчат, — пожал плечами блондин. — Тебе повезло, что ты мой лучший друг, — погрозил ему Алек вилкой. — В противном случае я воткнул бы тебе это между глаз. — Поосторожнее с угрозами, Магнус уже на низком старте, — хихикнул Хью. — До обморока. — Заткнись, — пробурчал Магнус, меняя оттенки лица с нежно-розового до пунцового. — Не обращай внимания, — тихо попросил его Алек. — Голоден? — Немного, — честно сознался тот и не удержал триумфального вида. Завистливый взгляд Хью на то, как Лайтвуд кладет ему на тарелку салат, можно было консервировать в больших объёмах.

***

— Ещё раз с днём Рождения, — чмокнула его в щёку Иззи. — Смотреть, как тебя разрывают на части было сплошным удовольствием, — шепнула она ему на ухо, мило улыбаясь. — Тебя даже хлебом не корми, дай только зрелищ побольше, — закатил глаза Лайтвуд. — Магнус очень милый, — заметила Иззи. — А с Хью мы завтра идём по магазинам. Делай что хочешь, но ты должен оставить их обоих. — Рад, что тебя так забавляет моя личная жизнь, — покачал головой Алек. — Совсем немного, — заверила его Иззи. — Ты молодец, Алек. За один час сделал то, что двум занудам не удалось за три с половиной года. — Справедливости ради, я сделал это не за час, а за несколько месяцев, — поправил её Алек. — А двум занудам вряд ли бы это удалось даже за три с половиной года, если уж они не справились за предыдущие двадцать. Спокойной ночи, Из. — Спокойной ночи.       Он закрыл дверь, понимая, что дома остались только они втроём. — И кто это здесь зануда, не расскажешь? — ехидно поинтересовался голос за спиной. Хью. Алек привычно поднял глаза к потолку, надеясь найти там ответ на этот вопрос, прежде чем повернулся и увидел обоих Бейнов, одинаково хмуро сверлящих его взглядом. Просто поразительно, как они похожи. — Меня этот вопрос тоже очень интересует, — сложил руки на груди Магнус. Они с Хью на секунду переглянулись друг с другом и снова вернулись к тому, чтобы поедать Лайтвуда взглядом. Алек незаметно сглотнул.       Чёрт возьми. Почему это так горячо смотрится? — Это не мои слова, — сказал он в свою защиту. — Ну-ну, — отозвался Хью и показательно прошëл к выходу. — Вас подвезти? — попытался сгладить ситуацию Алек. — Мы же не в детском саду, — фыркнул Бейн-младший. — Сами доберёмся, — поддержал его Магнус. — Не будь занудой, Александр. — С днём Рождения, Алек, — выдохнул Хью, проходя мимо Лайтвуда и, бросив секундный взгляд на брата, впился коротким поцелуем в губы опешившего Алека и вышел на улицу. — С днём Рождения, — скупо произнёс Магнус, не глядя на брюнета.       Алек ожидал, что он повторит то, что сделал Хью — наверняка это была какая-то их негласная демонстрация, но он просто молча прошёл мимо него. — Магнус, — не выдержал брюнет, разворачивая его к себе за плечо. Он поправил длинные пряди волос, лезущие ему в лицо, но азиат упорно избегал смотреть ему в глаза. — Не надо, — тихо попросил он и вышел вслед за братом, в очередной раз оставив Алека в растрёпанных чувствах.       Хью ждал его на улице. — Не смог? — легко догадался он по убитому виду Магнуса. — Не захотел, — дёрнул плечом тот. — Я так и понял, — закусил губу Бейн-младший. — Что, даже не ударишь меня? — Зачем? — с обезоруживающей простотой спросил Магнус. — Я знаю, что это была показуха. — Но я всё равно поцеловал его. При тебе, — Хью непонимающе посмотрел на него. — Я бы тебе за такое врезал. — Ну так давай, — равнодушно предложил Магнус. — Я поцеловал его вчера.       Хью остановился и долгим, тяжёлым взглядом уставился на брата. — Чего ты ждёшь? — поторопил его Магнус. — Давай же. — Не могу, — помедлив, признался наконец Хьюго. — Я не буду этого делать. — Почему? — покосился на него парень. — Потому что ты его любишь, — просто ответил Бейн-младший. — Как я могу винить тебя в этом? Ненавидеть тебя за это? — Но ты ведь тоже его любишь, — внимательно посмотрел на брата Магнус. — По-своему, но всё-таки… — Мог бы просто остановиться на первой фразе, — буркнул Хью. — Я, конечно, эгоист, но не настолько. — Извини, — не удержался от улыбки Магнус. — Проехали, — смилостивился младший брат. — Пойдём домой? — А есть другие варианты? — пошутил Бейн и по прищурённому взгляду Хью понял, что да, есть. — Не хочешь выпить со мной? — предложил он. — Обсудим последние три года нашей чокнутой жизни. — Три года и девять месяцев, — уточнил Магнус. — Ты же знаешь, что я не пью. — Я тебя научу, — пообещал Хьюго. — У меня есть знакомый бармен, который всегда делает мне скидку на коктейли. Давай, я угощаю. Кажется, я тебе должен за этот очаровательный фингал, — он бесцеремонно ткнул брата в налившийся ярким цветом синяк, и Магнус, заойкав, возмущенно смахнул его руку. — Знакомый бармен? Ты либо пил с ним, либо спал, — уверенно предположил он. — Ну, одно другому не мешает, — невинно пожал плечами Хью. — Фу, — поморщился Магнус. — Не уверен, что хочу, чтобы он что-то наливал мне этими руками. — Это было три года назад, — хохотнул Бейн-младший. — И ты, можно сказать, тоже в этом участвовал. Косвенно. — Теперь мне потребуется что-то покрепче, чтобы об этом забыть, — пробормотал Магнус.