Точка невозврата

POV Люмин.

      Холодные лучи солнца наглым образом легли на глаза, заставляя нахмуриться и приоткрыть тяжёлые веки. Боль тут же острым уколом отдала в виски, не успела я даже разглядеть, где нахожусь. На место зрению пришло обоняние и знакомый ободряющий аромат ответил на все вопросы, возникшие за долю секунды в ватной голове.       — «Я дома…»       На душе стало чуть спокойнее, но рваные обрывки воспоминаний о вчерашнем дне подогнали к горлу комок отчаяния и страха. Он видел меня там — раздетую, опьяненную и абсолютно несопротивляющуюся. Не хочу даже представлять, о чем он подумал, найдя меня в клубе, лежащей под одним из его студентов, а не находящейся дома вместе с Кли.       — «Кли… Она, наверное, здорово перепугалась, когда я не вернулась.»       А Сахароза? Вдруг этот ублюдок что-то сделал с Сахарозой, пока я лежу здесь, поддаваясь бессмысленному стыду? Не с первой попытки, но мне удалось подняться, игнорируя ноющую боль в мышцах и расплывчатую картинку перед глазами.       — «Снова я нахожусь в его комнате, который уже раз?..»       Удручённо вздохнув, я машинально потянулась к плечу, чтобы поправить распахнувшуюся рубашку, но возникла проблема… Рубашки не было. Да и не только ее, как выяснилось при тщательном осмотре. Что за…       — Ты уже проснулась?       Хриплый голос раздался за моей спиной, вызвав остановку сердца. Даже не поворачиваясь, я чувствовала его пристальный взгляд каждой частичкой оголенной кожи. Дыхание перехватило. Мысли разбежались кто куда, оставляя меня наедине с человеком, от которого сейчас хотелось сбежать — слишком стыдно, слишком страшно.       — Д-да, д-доброе утро…       В неловкой тишине мой голос показался дрожащим и слова прозвучали тихо и невнятно. Я боялась обернуться, боялась увидеть в его глазах презрение и отвращение. На плечи невесомо упала мягкая ткань и на мгновение я смогла ощутить прикосновение его теплых пальцев. Этого легкого касания хватило, чтобы взорваться. Я чувствую, как мои уши горят…       — Завтрак готов. Твои вещи лежат на тумбочке, там же таблетки и вода. Ванная свободна…       Не могу различить эмоции в его голосе, он звучит монотонно, подобно компьютерной речи. Но еле ощутимый запах табака, смешанного с некой сладостью, слегка сбивает с толку.       — Вы курили? — машинально оборачиваюсь, не веря своему обонянию, и тут же об этом сожалею.       Красный. Его лицо было таким красным, похожим на спелый томат или созревшую клубнику. Лёгкие мешки под глазами давали понять, что сегодня он почти не спал, а на его шее…       — Это… я сделала?..       Красные отметины красовались на блеклой мужской коже, неумело скрываясь под русыми прядями. И смотря на них… я вспомнила гораздо больше о вчерашних событиях. Сердце лихорадочно пустилось в бега, складывая паззл и осознавая всю суть произошедшего. Люмин, какого черта?!       — То, что произошло вчера… — его взгляд упал на пол, что-то высматривая в деревянных половицах, — Мы обсудим это после того, как твое самочувствие улучшится.       — Я приношу свои извинения.       Понимаю, что слова ничего не изменят, но не могу остановиться. Страх и смущение полностью сковали тело, не позволяя даже вдохнуть.       — Мои вчерашние действия зашли далеко за грань дозволенного. Я поступила безответственно и вновь доставила Вам много проблем. Пожалуйста, позвольте только проводить Кли и больше Вы меня не–!!!       Горячие ладони обожгли мои щеки, вырывая из приступа паники и нарастающего отвращения к самой себе. Его взгляд был направлен только на меня и в нем читалось все то, что я не смогла услышать за несколько коротких предложений. Знакомое тепло проникает в самое сердце, унимая нервную дрожь.       — Так ты помнишь не все… — в этих словах нет ни капли обиды, его тон остаётся спокойным. — Впрочем я предполагал, что такое может произойти.       Уголки губ легонько поднялись, большие пальцы нежно поглаживали пылающие щеки, пока я пыталась успокоиться. Ему слишком идёт улыбка…       — Позволишь… напомнить?       Сразу же киваю, не отводя взгляда от сощурившихся аквамариновых глаз, сияние которых смогло бы затмить даже Сириус. И пока я пребывала в неком трансе, парень ловко перехватил мою ладонь, переплетая пальцы и поднося тыльную сторону к своим губам. Дыхание обжигает…       — Я люблю тебя.       … Возможно, это первый раз, когда эти слова не причинили мне боль и не заставили содрогнуться в страхе.

Конец POV Люмин.

      — Люблю твою заботу, — мужские губы спустились ниже, легонько прикасаясь к выпирающей кости. — Люблю твое внимание.       Девичья кожа становилась алее от каждого поцелуя, золотистые ресницы подрагивали, пытаясь удержать внутренний трепет. Каждый факт сопровождался коротким, но очень нежным и аккуратным касанием.       — Я люблю твои эмоции… Твои мысли…       Студентка вздрогнула, когда молодой человек дошел до плеча, отодвигая мягкую ткань рубашки — распаленное дыхание ошпарило кипятком слегка подмерзшую кожу.       — Твою самоотверженность… Твое упорство…       Свободной ладонью девушка зарылась в густые растрепанные волосы, отмечая, что некоторые пряди были слегка влажными и прохладными. Мужские плечи вздрогнули от неожиданного прикосновения.       — Люмин, я люблю в тебе так много всего, что вчера на тебе просто не осталось нецелованного места…       Сдавленный смешок и парень отодвигается, проклиная свою несобранность и неспособность контролировать собственные действия. Блеск в глазах потухает и Люмин в страхе цепляется за чужой рукав, приводя хозяина в секундное замешательство. Она знает эту эмоцию — не раз видела ее в зеркале. И не раз это злобное отражение обвиняло ее во всех смертных грехах.       — Вы мне нравитесь!       На эмоциях тон получился выше и звонче, из-за чего студентка даже не сразу опознала свой голос. Лицо не успело остыть, как кожа вновь покрылась свежим слоем краски.       — Мне нравятся Ваши рассуждения… Ваша эмоциональность, пусть вы часто скрываете ее за спокойствием и безразличием. Ваша помощь и забота — как зримая, так и «тайная»… В-Ваш голос мне тоже очень нравится, он расслабляет, как и ваш аромат.       — Аромат?.. — в голубых глазах показалась неподдельная заинтересованность.       — Вы… пахнете цитрусом, порой с оттенком мяты. Запах свежести, умеренной сладости и энергии. Возможно, это от того, что Вы предпочитаете апельсиновый чай, а Ваш шампунь сделан на основе трав.       — Удивительно…       Он смотрел на нее с неприкрытым восторгом, словно она только что сделала какое-то невероятное открытие. Она же радовалась тому, что в его глазах вновь появился свет. Но эмоции похожи на ветер — порой могут кардинально поменять свое направление.       — Люмин… — большая ладонь накрыла девичью, согревая. — Вчера мы дошли до конца.       Натянутое спокойствие дало трещину, но Альбедо уже решил ничего не скрывать. Недомолвки порождают недоверие, недоверие порождает ссоры. Он хочет быть для нее опорой, хочет стать ее поддержкой и местом, где она сможет отдохнуть. И для этого он как минимум должен быть честным и уважать каждое ее решение.       — Все в порядке.       — Я готов понести ответственность и приму любое наказание. Ты без проблем можешь–       — По-моему Вы меня не услышали, — студентка поднялась с кровати, встав прямо напротив молодого человека. — Вы мне нравитесь, поэтому все в порядке.       Люмин касается его щек нежно, аккуратно, чтобы не спугнуть. Пытается подражать его движениям, ведь они были крайне действенны. Поглаживает скулы, очерчивает линию подбородка, не прерывая зрительный контакт со слегка покрасневшим, но все ещё сохраняющем невозмутимость хозяином.       — Ты плакала вчера… Я сделал тебе больно…       — Будьте уверены, мои слезы были вызваны другими обстоятельствами и Вы к ним непричастны, — на лицо упала тень печали, которую профессор сразу же заметил. — Я не помню всего, но думаю, что мы ещё обязательно все обсудим. По крайней мере мне о многом нужно Вам рассказать. А так… Вы снова помогли мне, пусть и считаете это плохим поступком.       Он обожает ее улыбку — такую умиротворяющую и исцеляющую, прогоняющую все его страхи и сомнения. А ведь какое-то время назад он мог о ней только мечтать, из-за чего вновь взялся за забытые краски. Конечно, картина не сможет в полной мере передать ту смесь эмоций, не сможет заставить смотрящего испытать тот полёт души, который совершает парень каждый раз, видя ее искреннюю радость.       — Куда же пропали Ваши излюбленные колкость и сарказм? — пальцы беспощадно ухватились за щеки и потянули мягкую кожу в сторону.       Она видит его задумчивость, его скованность в движениях, и хочет помочь. Так же, как он вырывал ее душу из колких терний. Так же, как он подставлял свое плечо для горячих слёз.       — Думаю, что туда же, куда твоя неформальность в общении, — еле слышный смешок перед тем, как мужские руки окольцевали стройную талию. — Помните ли Вы, мисс Люмин, как меня зовут?       Студентка недовольно фыркнула на такую резкую смену поведения из защиты в нападение. «Хитрый жук…» — мелькнуло возмущение в голове, пока на лице преподавателя виднелась усмешка.       –… Амбициозный, Любопытный, Беспечный, Естественный, Доверчивый и… Одаренный профессор.       По комнате прошелся мягкий продолжительный смех, в ходе которого парень шумно свалился на кровать, утянув за собой смущенную фигуру. Люмин хоть и старалась сохранять некую отстранённость, но какой-то частью себя понимала — уже поздно. Бегство уже не казалось таким превосходным выходом из каждой проблемы, хотя раньше только побег мог спасти ее жизнь.       — Спасибо…       — Хм?       — Спасибо за Ваше появление, — женский голос стал тише, пальцы нервно перебирали тканевые складки, пока студентка собиралась с мыслями. — У меня есть ещё множество страхов, которые нужно побороть… И я предполагаю, что на это придется потратить большое количество сил и времени. Но Ваше присутствие успокаивает, даёт некую передышку и уверенность в своих действиях, за что я очень благодарна.       Пальцы невесомо коснулись пшеничных локонов, что рассыпались по смятому кобальтовому покрывалу, выделяясь на темном фоне. Альбедо понимает ее мысли, возможно даже больше, чем ему бы хотелось. В чем-то они похожи, как и многие люди на этой земле.       — Я ведь могу… остаться с Вами?       — Люмин, тебе не кажется, что мой ответ очевиден?       Он любит ее имя, ведь почти при каждом его произношении девушка смотрит ему прямо в глаза и все скрытые эмоции становятся видны как на ладони. Парень не может сдержать смешок, вспомнив тот гордый незаинтересованный взгляд, коим она одарила его в университете в их первую официальную встречу.       — Я люблю тебя… — губы легонько касаются худых пальцев, тут же расплываясь в лукавой ухмылке.       — По-моему Вы всё-таки обкурились, профессор.       — Двух сигарет для этого явно маловато, — хозяин неловко улыбается, слегка отодвигаясь. — Прости, от меня всё ещё может нести табаком…       — Не волнуйтесь, запах не такой резкий, даже приятный… Но я думала, что когда люди борются с зависимостью, то они избавляются от подобных вещей.       — Так и есть, я просто провел ещё один эксперимент…       Парень расслабленно прикрыл глаза, о чем-то размышляя, пока Люмин наслаждалась утренней тишиной. Не было слышно ни гула зимнего ветра, ни дребезжание окон — только слегка сбитый сердечный ритм и тихое ровное дыхание.       — «Лежать рядом с ним так… обыденно…»       Обоих клонило в сон, что не мудрено, но все же девушка первая вяло поднялась с кровати, игнорируя невнятное «Ну куда…», брошенное молодым человеком.       — Мой завтрак скорее всего уже остыл, — саркастично произнесла студентка, проглатывая таблетку и забирая свою стопку вещей. — Да и нужно успеть сходить в душ до того, как Кли проснется…       — Все хорошо, она не дома, — неохотно поднявшись, парень собрал свои волосы в свободный хвост. — Вчера Венти забрал ее к себе, к счастью он был абсолютно трезв. Я не знал, в каком состоянии тебя заберу, да и вернусь ли вообще с тобой, поэтому перестраховался…       На миг в голубых глазах показались огоньки злости, но те быстро затухли, стоило только ему взглянуть на любимую фигуру в собственной рубашке, что явно была великовата.       — И не волнуйся насчёт Сахарозы, — было бы глупо не заметить явный вопрос в женских глазах. — Она в полном порядке, ее отец уже должен был приехать за ней. Все, что те люди тебе наговорили, было грязной ложью…       — Спасибо…       Сожители обмениваются улыбками — искренними, согревающими, в какой-то мере такими простыми, но особенными друг для друга.       — Составите мне компанию за завтраком?.. — внезапно остановившись у двери, девушка смущённо добавила. — Мне довольно трудно общаться с В… тобой неформально, но я буду стараться…       — Все в порядке, я буду ждать столько, сколько потребуется. Главное, чтобы тебе было комфортно.       В одно мгновение Люмин быстро переместилась в ванную комнату, пытаясь успокоить свое сердцебиение, участившееся от приятного низкого тембра, прозвучавшего возле чувствительных ушей. Альбедо же в это время сам пытался прийти в норму, прокручивая произошедшие события снова и снова.       — «Что же я за идиот…»       «Влюбленный» — дало подсказку сознание, чем только ухудшило ситуацию. Профессор решил отвлечься на завтрак, от которого и правда уже не шел теплый пар. Сколько же времени они провели за разговором?.. Для него это были считанные минуты. Каждое женское касание до сих пор отчётливо ощущалось и будто горело на коже, заставляя хозяина опереться на прохладные стены, дабы хоть немного остыть.       — «Кто-нибудь, ударьте меня…»       И порой судьба прислушивается к желаниям людей — очень редко и в крайне особенных случаях — и тут она решила не обходить стороной, насмешливо наблюдая издалека за сплетением своих нитей. Шум в замочной скважине привлек внимание парня, но не успел он подняться, как дверь широко распахнулась, запуская во внутрь неожиданных гостей. Нет, некоторые из них были очень даже ожидаемые, но не одна особа, что весело прошагала по коридору вместе с маленькой довольной малышкой.       — Братик, сестрёнка, мы дома!       — Так вот где обосновался мой упрямый сынок! — женский хохот разнесся по всей квартире, отдаваясь эхом на лестничных пролетах.       — «Чёрт…» — только и успел подумать профессор, нервно переведя взгляд с незванной гостьи на двух парней, стоящих в проходе и по взгляду которых были понятны все их мысли.