Во дворце заговор

      Веатта вошла в комнату, с любопытством разглядывая обстановку, что создавалась на показ, по заказу у модного художника. Пасторальная роспись на стене, затейные высокие светильники по углам, которые, кажется, никто ни разу не зажигал. Кровать необъятной ширины. Пока невеста не торопилась, Анджей смотрел на неё, до сих пор дивясь странному выбору брата. Нравились Дариушу и блондинки, и брюнетки, и рыжие. Худые, или с пышными формами — роли особой не играло, но все его дамы сердца отличались озорным нравом, пылом, явной кокетливостью. М-да... Девушка поняла, что её рассматривают, обернулась. Серебристый свет — на небосвод как раз выкатилась вторая луна, — выхватил её стройную фигуру в брюках и чём-то пушистом сверху, кажется, вспомнил Анджей, такое плетут вручную на севере в деревнях. На ощупь должно быть мягко и приятно.       — Хорошо, пусть будет секрет. Любите тайны? А у вас бурная переписка, — в голосе невесты послышалась ирония, и он, наливая вино, усмехнулся. Предложил девушке бокал.       — Тайны — не особо люблю. А переписка… у вас не так? С роднёй? Она покачала головой отрицательно и протянула узкий конверт, в обмен.       — Но теперь, полагаю, всё изменится. Я взяла на себя смелость и открыла, там указано и моё имя. Не успела вам отдать после ужина, а после так и подумала, что вы можете рано уйти. Мне нужно знать… прочтите.       — Быстро, однако. — Оттиск на сургуче Анджей узнал сразу. — Утром Её Высочество предупредила меня о приглашении и, как я вижу, откладывать не стала. Печать уже была сломана, так что он развернул письмо и бегло пробежался взглядом по строчкам.       — Завтра. Что же, наш Регент умеет застать врасплох. Я не смогу сопровождать вас отсюда, встретимся во дворце. Кучер вас доставит, надо только заранее указать время.       — А нельзя отложить? Я… у меня есть, конечно, более-менее подходящие платья, но все они сшиты в западной провинции. И достаточно давно, если вы понимаете, — попыталась передать масштаб катастрофы Вета.       — Отложить, то есть, по сути, отказаться от приглашения принцессы-Регента? Нет, исключено. А что касается нарядов — мать же наверняка дала вам адреса модисток?       — Мы собирались отправиться по лавкам и к портнихе, но только планировали, на днях, — подтвердила Вета, слегка морщась. Будущая свекровь не церемонилась, осматривая её и перечисляя список дел, что предстоят в обязательном порядке. «Конечно мы всё оплатим, деточка. До свадьбы просто записывайте покупки на мой счёт, не стесняйтесь». — Вам великодушно предложили пользоваться счётом? — прозорливо предположил Анджей. — Не вздумайте этого делать, упаси святые близнецы задолжать госпоже Мажанне. Я оставлю вам вексель, можете не отчитываться о тратах. Пусть будет подарок, я ведь пока не знаю, что вам преподнести, хорошо?       — Хорошо, — после некоторой паузы Веатта согласилась. — Но я всё равно не успею выбрать, примерить, чтобы по мне подогнали даже готовое.       — Так на это и расчёт, — усмехнулся Анджей. — Её Высочество прекрасно понимает: моя мать вас приоденет по столичной моде и научит, что говорить, дай только срок. Регент желает увидеть вас настоящей, так дайте ей это. Будьте собой, вы ничего не потеряете.       — И надо мной после станут потешаться на каждом углу, — еле слышно пробормотала девушка, не глядя Анджею в глаза. Он допил вино, подумал, чтоб такое сказать, чтобы подбодрить.       — Нет. Официальное представление двору состоится позже. Вот там блеснёте пышным нарядом во всей красе, верю, справитесь. Женская растерянность шла невесте гораздо больше недавнего раздражения, пусть он до сих пор не находил девушку симпатичной. Вета не была мужеподобной, просто худощавой и высокой. В её чертах ничего не отталкивало, но и… не привлекало. Словно выцветшая картина, вылинявшее от солнца и ветра полотно. Пустошь, — вспомнил Анджей, стал серьёзнее.       — Я должен извиниться за своё поведение за ужином. Только сегодня узнал о том, где вы служили, был несколько обескуражен.       — Это я хотела принести извинения. День тянулся бесконечно, я переволновалась из-за приезда в столицу… — перебила его Веатта. — Подождите, что? Разве Дариуш вам не рассказал? Мне показалось, что вы были дружны с братом, и я думала…       — Нет. То есть он, конечно, рассказал, как встретил вас, ловко опознал в незнакомке девушку из семейства Неруд. Радовался, что вроде и не пошёл против родителей, но сделал по-своему, и сам над собой по этому поводу посмеивался. Но он никогда не упоминал, где именно вы познакомились. И я решил, что вы или работали в госпитале, или вас приставили сопровождать столичного гостя. Знаете, как бывает — показывали ему крепость, ходили следом, когда он подарки раздавал от благотворительного фонда.       — Всё было немного не так. Нам нужно об этом поговорить, — тяжкий вздох невеста даже не пыталась скрыть.       — Спорить не буду, надо. И обсудить заодно наше соглашение, Дариуш ведь вам наверняка что-то обещал? Так вот этим брат со мной тоже, как понимаете, не поделился. Анджей хотел добавить, что им в целом требуется обсудить целый список вопросов, вот списки он уважал, но отвлёкся. Прислушался. Звук доносился такой, словно по подъездной дороге к особняку приближался всадник. Среди ночи. Миновав запертые не только на обычный, но и на магический засов ворота. Прикинув в уме, кому он дал «доступ» к своему нынешнему обиталищу, Анджей обогнул невесту и поспешил к окну.       — Прошу меня простить. Рамы поддались далеко не с первого рывка, поэтому, когда он свесился с подоконника, всадник практически гарцевал у парадного крыльца. Говорить снова начали оба почти одновременно.       — Господин Паковски!       — Спешься, Ярек! Лиши тебя богиня Мия своего благословения, ты же не думаешь штурмовать лестницу верхом?!       — О, начальник, — помощник удивлённо задрал голову, но слезть с коня и не собирался.       — Если его мерин затопчет клумбы, я Шпака прямо в них прикопаю, — обернулся Анджей к невесте. — У него явно срочное дело. Наверное, вам лучше отправиться к себе? Поговорим днём - в любом случае для деловых бесед час довольно поздний.       — Шпак* — это же не птица, а… — девушка кивнула в сторону окна, но ответа ждать не стала. — Вы правы, пойду в свою комнату. Доброй ночи. Она почти дошла до двери, как Анджей её окликнул.       — Веатта! В любом случае я буду ждать вас на замковом дворе за час до указанного в приглашении времени. И хорошо, что вы не стали откладывать до утра, я рад, что зашли.       — Я тоже, — девушка улыбнулась, прощаясь и вновь кивая, мол, договорились. Улыбалась она в его присутствии впервые, это Анджей отметил. И черты её стали мягче, выразительнее, словно смех в глазах подсветил кожу, сделал губы ярче. Впрочем, эта была даже не мысль — ощущение, которое едва промелькнуло. Стоило закрыться двери за невестой, как Анджей снова высунулся в окно, чтобы уточнить, что там говорит помощник.       — Куда надо прибыть, повтори?       — Дык к Ведьминому мосту, что по пути к Восточным воротам. Там за мостом причал разрушенный, вот к опорам труп нашего пекаря и прибило. А я думал, ты к парадному выйдешь, как положено.       — Нашёл время веселиться, — недовольно приговаривал Анджей. — Пока я на два этажа спущусь, да пройду по длинным коридорам, полчаса минует. — Жди меня на месте, я сейчас конюха разбужу и следом за тобой буду. Точно опознали, что труп главы гильдии пекарей?       — Забулдыги нашли, так они у него, пекаря этого, главного — Тешака, в саду работали, недавно. Ограду каменную меняли. Позвали зятя его, чтоб глянул, тот с женой прибежал. Божатся, что точно Тешак это. Слышишь, начальство, а кто ж тогда у нас в подвале, в хладнике? — закончил сообразительный Ярек понизив голос.       — Хотел бы и я знать ответ на этот увлекательный вопрос, — бормотал Анджей, натягивая сапоги. Догадываясь, что ночь будет долгой и провести её придётся на свежем, так сказать, воздухе, он не только оделся теплее, но и прихватил плоскую карманную фляжку с согревающей эртейской настойкой. ***       — И вы здесь? — приветствовал его сержант городской стражи, прибывший на место обнаружения утопленника одним из первых. — Вы прям всем дознавательским составом, включая артефактора, своего сбежавшего покойника назад волочить будете? Стражник открыто не издевался, но посмеивался. С одной стороны, всплывший на участке труп зажиточного горожанина — это головная боль. С другой стороны, хорошо, когда не твоя. Место было — прям картинка для страшных историй. Пустырь, к которому вёл узкий переулок с высокими каменными оградами по обе стороны. Старый, потемневший от времени мост из брёвен, с покосившимися перилами. Мутная жижа под ним — в овраг, где протекал ручей, горожане неутомимо выливали помои и швыряли в темноте… всякое. Но только после заката — это потому, что новый бургомистр столицы активно взялся наводить чистоту в центральных районах и на улицах, к ним примыкающих. Ну и слава у моста была соответствующая. В давние времена, когда район был позажиточнее, здесь по ночам местная жительница зельями торговала. Полезными, но не очень законными. Ручей тогда был почище, уровень воды повыше, а мост поновее и оживлённее. Потом кто-то то ли утопился, то ли повесился, а может просто зельем отравился. Мост старел, район вокруг нищал, вот и стало место жутковатым, «ведьминым».       — В опознании нет сомнений? — спросил Анджей коллегу, что приехал немногим ранее его.       — Нет. Близкие родственники прибежали через пять кварталов с фонарями. Уверены, что узнают своего… кормильца.       — А то, что он больше двух недель в воде пробыл, ничего? Их с толку не сбило? — рассматривать тело самому желания не возникало, успеет.       — Да в том-то и дело, что по всем признакам, его старательно хранили, во льду и под чарами от разложения… — дознаватель потёр подбородок, — хотя, зачем?       — Вот, привёз, — размахивая листами, к воде спускался молодой, как Ярек, может чуть старше, помощник из их отдела. — Описание особых примет главы гильдии пекарей, да протокол осмотра останков, что обнаружены на месте взрыва в королевском замке.       — Отлично, — его старший напарник брезгливо скривился, но двинулся к лежащему на влажной траве телу. — Сверим. Паковски, вы некромантов подождёте? Думаете, есть шанс его допросить?       — Сомневаюсь. Даже «оттиск» последних эмонаций и тот не уловить, давно все сроки вышли. Но вы же знаете наших спецов по посмертию, они всё равно попытаются, так что я привёз всё необходимое. Родственники погибшего стояли у моста, их отогнали подальше, переговаривались сердито, мрачные лица вычерчивал свет ручного фонаря. Возмущение понятно — мало того, что дознаватели до сего дня не давали похоронить погибших как положено, так ещё и странности всякие.       — А нам не надо, это, присутствовать при осмотре? — нетерпеливо топтался Ярек рядом.       — Иди, — напутствовал помощника Анджей. — Если вдруг найдут какой амулет на теле, или монету, даже странную пуговицу — проследи, чтоб не трогали. Ни голыми руками, ни в перчатках!       — Да помню я, помню… — приговаривая под нос, Ярек быстро, пока начальство не придумало иных поручений, спустился к воде. Анджей достал флягу и сделал хороший глоток. Родичи пекаря, и к гадалке не ходи, накатают жалобу, вон как шумят. И в королевскую приёмную, и в храм. Хорошо, что разбираться с ними предстоит кому-то другому. Сам он, будь его воля, уже скакал бы во дворец, посмотреть на тот труп пекаря в дознавательском подвале, что хранится с телами других погибших. Но придётся подождать. _____________________________________ * шпак - скворец (в польском, беларусском, украинском языках)