Во дворце заговор

      Бо́льшая часть дознавателей остались завтракать на месте, воспользовавшись услугами королевской кухни, что располагалась поблизости. Отдельных столов им не накрывали, но если предупредить, то нужное число порций готовили — принцесса-Регент приказала оказывать полное содействие расследованию. Некромант с помощником и Анджей решили поехать в город, в трактир, клятвенно пообещав главе отдела, что вернутся позднее отведённых двух часов, но с готовыми отчётами. Заодно и Ярека с собой прихватили, чтоб эти самые документы самим не писать.       — Значит, так, — Штемпач вытер руки и бросил на дальнюю лавку полотенце, которое с кувшином воды любезно принёс трактирщик, после того как устроил дорогих гостей заведения в отдельной комнате с большим окном и не менее внушительным обеденным столом. Некромант размял кисти, готовясь творить заклинание, но Анджей его остановил: «Позвольте мне?» Достал из сумки небольшой деревянный резной цилиндр, с палец длиной, провернул половины в противоположном направлении, активируя, и положил в центре стола.       — Два часа тишины вокруг и защиты от подслушивания нам гарантированы, — сел напротив Ярека, что раскладывал подле себя набор для письма.       — Ловко, — некромант пристроил свой плащ на вешалку в углу, вместе с верхней одеждой остальных собеседников и тоже уселся. — Иногда я жалею, Паковски, что вы служите короне, а не творите все эти ваши штуки на продажу. Но потом вспоминаю, что мы коллеги и я всегда могу попросить подобную вещь в своё пользование практически даром. Он откровенно ухмыльнулся, продемонстрировав крепкие зубы, выудил из корзины в центре стола румяную хлебную палочку и с удовольствием захрустел. Сколько лет некроманту, время от времени гадали в отделе, сходились на том, что не менее шестидесяти, хотя выглядел он ровесником Паковски.       — А уж я-то как жалею, — рассмеялся Анджей, — по той же причине. Особым секретом не являлось — если артефактор, находясь на королевской службе, продаёт патент своего изобретения, то половина последующей прибыли отчисляется в казну. Помощник некроманта, единственный в форменном кителе, предпочитал отмалчиваться. В отличие от раскрасневшегося и взлохмаченного Ярека, он не привлекал внимания и зачастую воспринимался тенью своего старшего напарника. Анджей иногда даже имя-фамилию его вспоминал с трудом, хотя служил дознавателем шестой год.       — Следовательно, что мы имеем, — дохрустев, вернулся к беседе некромант. — Думаю, сегодня наши коллеги опросят всю семью, соседей, членов гильдии, выясняя, с кем общался утопленник. Когда именно мог пропасть, чтобы его место занял другой, мы наверняка тоже выясним. Это детали, которые, собственно, нам ничего не дают. Вряд ли господин глава гильдии пекарей якшался с заговорщиками и об этом не прознала тайная служба, согласны? Все кивнули, мол, возможно, но маловероятно. Ярек, пока писать ничего не велели, перебирал перья.       — Скорее всего, на заметку взяли всех, кто имел возможность войти во дворец, но пекарь оказался наиболее удобной мишенью, — согласился Анджей. — И это…       — И это очень хорошо! — выудил второй хлебец некромант, взмахивая им, как указкой. Удивлённый Ярек вскинул на него взгляд, оторвавшись от своего занятия.       — Значит слуги и охрана, что трудятся во дворце по многу лет, не замешаны.       — Или с ними не захотели связываться, — усмехнулся Анджей. — Подкуп ли, внушение, всегда есть риск, что человек ошибётся. Надёжнее послать мастера своего дела.       — Вот. И я так сразу подумал, что тело в хладнике принадлежало опытному агенту, а его виртуозное обезличивание — это крайняя мера. Тонкая вещь — заклятье, отложенное во времени.       — Те, кто это сделал… — начал было Анджей, но некромант его перебил.       — Бросьте, Паковски. Мы не среди дам на светском приёме. Провернуть подобное — наложить не только личину на человека, а и накинуть оттиск личности, чтобы после смерти покойник придерживался легенды какое-то время — могли только эртейские чернокнижники. Магистры. Архимаги, которых раз, два, считаем по пальцам.       — Зачем? Зачем эртейцам потребовалась смерть кронпринца? Беседу пришлось прервать, потому что прибежали две подавальщицы накрывать завтрак. Вскоре на столе ароматно шкворчала яичница с зеленью, соревнуясь в аппетитности с румяным мясным пирогом, рассыпчатой кашей и зернистым творогом с ягодами.       — Но разве Эртея не точила на нашего кронпринца зуб, из-за союза с Глаилором? — решил поучаствовать в беседе Ярек, пока начальство молча жевало. И стушевался, когда на нём скрестились взгляды.       — Давайте не станем путать то, что болтают на кухне, с политикой, господин Шпак. От радости, конечно, не прыгали, но, с другой стороны, именно принц Зимовит устраивал всех идеально. Он заключил мир с орками, прикрывая Вольный союз от набегов степняков, поддерживал отношения с большей частью королевств, ловко не ввязываясь в конфликты, при этом не забывая о собственной выгоде…       — Но ведь его брак с принцессой Иреной… — гнул своё Ярек.       — Вы ведь не верите в эти сказки о внезапно вспыхнувшей любви Зимовита к про́клятой принцессе, ради которой он чуть ли не поссорился с отцом? Уши помощника вспыхнули, выдавая молодого романтика без слов.       — Не случалось никакой любви, — покачал головой некромант. — И ссоры. Соглашение с Глаилором — это не только взаимовыгодная торговля, но и военный союз. Глаилор содержит крупнейшую, после имперской, но о них не будем, армию. Только из людей, надо заметить, потому что магов они преследуют. Такая мощь, которой Лэнтэрону никогда не собрать, но она может понадобиться, потому что у нас что?       — Пустошь, — пробормотал Ярек, неохотно расставаясь с романтичными иллюзиями.       — Пустошь, — подтвердил некромант. — Которая выпивает магов, выжимая из них силы, аки воду из губки. Из которой постоянно выскакивают всякие твари, жрущие селян на завтрак, обед и ужин, да и вообще всё и всех подряд, кто не успел скрыться. Массовых прорывов не случалось лет… сколько, Паковски? Ваш отец ведь наверняка ведёт точный подсчёт?       — Сорок три года, — тут же без запинки ответил Анджей. — И сорок восемь с тех пор, как Пустошь почти полностью уничтожила нашу армию магов. Самые сильные всплески и нападения случаются в ночи Трилуния, так что да, угроза не за горами. У нас лет двадцать до следующего парада лун, чтобы подготовиться.       — Та отож, — задумчиво заключил некромант. — Смерть кронпринца не нужна была Эртее, да и никому в Вольном Союзе. Его младший брат без сомнения не глуп, хороший солдат, но ему далеко до Зимовита.       — А если… — Анджей вытянул из-под руки своего помощника чистый лист бумаги, отодвинул тарелку в сторону и принялся чертить план места взрыва. — Предположить, что смерть кронпринца в тот день всё же случайность? Наскоро изобразил лестницу, холл, где ожидали встречи главы гильдий, и коридор, ведущий к оранжерее.       — Кронпринц направлялся из своих покоев в сторону малого зала трофеев, где наметили провести встречу, — рисовал Анджей стрелку. — Где-то по пути он взял в руки шкатулку, предположительно с артефактом, и направился в оранжерею, ведь у него оставалось время. Это горожане заявились пораньше.       — Ну, мы все так делаем, если нам приказано прибыть во дворец, — уточнил некромант.       — Да. Но наш пекарь немного опоздал, это подтверждают стражи у ворот и входа. К слову, любопытно, почему все остальные явились разом — они ехали вместе? Тут впервые заговорил помощник Штемпача.       — А про это шлось в протоколах — главы гильдий встретились у ратуши, выпили в «Трёх конях», поспорили там ещё, кто больше платит за торжества коронации, и да, ехали все разом, в нескольких экипажах.       — Понятно. — Анджей вёл вторую стрелку, по символической лестнице. — Наш лже-пекарь не стал заглядывать в трактир, чтобы себя случайно не выдать. Прибывает чуть позже и направляется к месту встречи. Которую Зимовит перенёс. Кронпринц увидел, что все в сборе, и пригласил горожан с собой в оранжерею. Первая стрелка ушла в сторону. Вторая осталась на перекрёстке. Все потянулись глянуть на листок, склонились над ним, задумались.       — Он принца не убивал, — огласил очевидное Ярек.       — А может, и не собирался, — подтвердил мысль некромант. — Паковски, вы лучше знаете переходы дворца, что там ещё есть поблизости? Развернув лист боком, Анджей набросал ответвления от главного коридора.       — На этом этаже только малый зал трофеев и рядом открытая оружейная, где по утрам иногда упражняется в фехтовании юный наследник. Прошу прощения, будущий король. Все вновь поглазели на лист. Переглянулись.       — Предположим, взрыва не произошло, — задумчиво продолжил Анджей. — Кронпринц не изменил место встречи. Наш лже-пекарь направляется в зал трофеев. Якобы случайно заглядывает в соседнее помещение, видит наследника… и? Он не маг, в этом мы убедились, наслать проклятье не может, да и не дотянуться ему так просто до принца. Слишком сложно.       — Или мы погорячились, и сообщник у него всё-таки был.       — Подождите, подождите, а зачем устранять наследника? — вмешался Ярек. — Сложная эта ваша политика. Если Эртея не против Зимовита, его брака с глаилорской принцессой и вообще. У них ведь могли родиться другие дети?       — Хороший вопрос, мой юный друг. А вот родной внук глаилорского короля на троне многим мешает. Рождение других наследников… тут всё сложно, очевидно, раз за десять лет они так и не появились. Зимовит не стал бы рисковать, ожидая ещё десять лет, ему уже было под сорок. Ирена отправилась бы в обитель, а… других незамужних принцесс в Глаилоре же не осталось, да?       — Да, все или замужем, или сосватаны, — ухватил мысль Анджей. — Зато подрастает эртейская княжна, ей как раз пятнадцать, кажется.       — Ну, смотрите, как славно бы вышло. Конфликта с Глаилором нет, потому что женщины отправляются в обитель по собственной воле, кто же поспорит. Особенно когда у неё такое горе, как смерть единственного сына. Крепится союз с Эртеей ко всеобщей выгоде, тут даже наши Старшие семьи не смогли бы возразить. Всего-то и нужно — моргнуть, пока в наследника летит проклятье. Убивающее не сразу, а дней через несколько.       — Лже-пекарь спокойно выходит из дворца, исчезает, а через две недели, в разгар гуляний, находят нашего утопленника. — Вновь вступил в разговор помощник некроманта. — И причина заказного убийства отыскалась бы, наверняка. Соперничество в гильдии, что-нибудь в этом духе.       — Складно, — подытожил Анджей. — Но у нас нет доказательств.       — Нужно их найти, — пожал плечами некромант. — Зато у нас есть собственные соображения, которые мы можем предоставить начальству. Ярек, будем считать, что вы позавтракали. Пишите. И перед Шпаком лёг лист с нарисованной артефактором схемой. Допивая кофе, Анджей всё не мог отделаться от брошенной некромантом фразы. «Всего-то и нужно — моргнуть…» Вспоминалось сказанное однажды матерью: «Всё, что потребуется, — просто отвернуться». Что же ты делал, брат, возле оранжереи за несколько часов до назначенной тебе Зимовитом аудиенции?