Иллюзия

      Ночь, словно мягкое покрывало, накрывала город с головой. На многочисленных столичных улицах, вырываемых из темноты лучами фонарей, уже совсем изредка виднелись человеческие фигуры, спешащие разойтись по домам, озаряя пространство фарами, разъезжались по районам, кажется, никогда не пропадающие с проспектов и переулков автомобили. Одним из них, спешащим по соединяющему Москву и область шоссе, был служебный транспорт экспертной службы.       Степан, не отнимая рук от руля, бросил быстрый взгляд на высвечивающееся на экране навигатора время, помедлил с мгновение и всё же потянулся к нему, выбирая другой пункт назначения. Дорогу, по правде говоря, он и без помощника прекрасно знал, но всё же желал лишний раз убедиться, что такой вариант будет куда правильнее.       — Рогозина, конечно, будет недовольна, — проговорил он вслух и, переведя на занимающее соседнее кресло напарницу взгляд, продолжил: — но это только в том случае, если узнает. Ничего с машиной вне ФЭСовского гаража не случится, постоит себе спокойно ночку во дворе.       — К тому же одно из служебных авто как раз на служебной парковке и помяли, — заметила Маргарита, напоминая о недавних событиях. — До сих пор, кстати, удивляюсь, как Рогозина Амелиной с Белой головы за это не открутила. Экспериментаторши, блин.       — Да девчонки голову начальнице заговорили, о сборах на совещание с министром любезно напомнили, а когда полковник вернулась, машину уже благополучно отогнали в сервис и информацию по делам насобирали. Так что у Галины Николаевны по сути времени на членовредительство не осталось да и желания тоже, — объяснял капитан, вглядываясь в практически пустую дорогу, убегающую вдаль. — А вот окажись на их месте Ванька с Андреем — Рогозина бы сначала головы им открутила, а потом бы только со спокойной душой к министру отправилась. У них ведь у каждого разрушений конторы больше, чем у Оксаны с Таней на двоих.       Машина притормозила на ближайшем перекрёстке и, едва только на покачивающемся в воздухе светофоре зажёгся зелёный свет, уверенно свернула налево. Рита огляделась по сторонам, хорошо зная все повороты этого участка шоссе, что они покинули буквально минуту назад, и перевела взгляд в сторону водительского кресла.       — И куда мы едем?       — Сейчас домой тебя отвезу и к себе поеду, — отозвался Данилов, даже не поворачиваясь к своей спутнице лицом. — И даже не думай просить подкинуть тебя до ближайшей станции и говорить, что дальше ты сама. Метро закрывается через пять минут.       — Тогда давай на следующем повороте направо, — отозвалась Власова, и Степан всё же обернулся к ней. — До твоего дома ближе. Вот скажи мне, чего ты будешь мотаться по городу? Пойдёшь к себе и будешь спокойно отдыхать, а я машину возьму и к себе поеду.       — Рит, не говори ерунды. Я всё равно не усну, пока не буду убеждён, что ты добралась до дома. Так что на повороте мы сворачиваем налево, и это не обсуждается.       — А если я назову тебе веский аргумент в пользу своего предложения? — спросила вдруг Маргарита и, насколько позволяло кресло и притягивающий к спинке ремень безопасности, всем корпусом развернулась к напарнику. Данилов приподнял в удивлении бровь, перевёл на подругу быстрый взгляд и всем своим видом показал, что он весь во внимании. — Никита у тебя, и я хочу видеть сына. Хоть ненадолго. И пусть даже он будет уже спать, когда мы приедем. Стёп, я соскучилась!       Стёпа в ответ покачал головой и продолжал внимательно вглядываться в опустевшую дорогу, словно и не замечая вовсе пристального взгляда любимой напарницы, направленного в его сторону, не чувствуя её желание услышать его ответ здесь и сейчас. Дорога бежала вперёд, увлекая путников вслед за собой, но всё же безропотно позволила служебной машине свернуть вправо, передавая капитанов уже совсем другой улочке.       — С тобой спорить бесполезно, — негромко объяснил своё решение Данилов и краем глаза заметил довольную улыбку, появившуюся на губах возлюбленной.

---

      Распахнув входную дверь, Степан пропустил Власову вперёд себя, и та, едва успев переступить порог его квартиры, щёлкнула притаившимся на стене выключателем. Яркая лампа в тот же миг осветила буквально каждый угол прихожей, вырвав её из непроглядной темноты и зрительно окрасив кухню и одну из комнат в ещё в более насыщенный чёрный.       У Данилова звонко лязгнула молния на куртке, и капитан, не снимая верхней одежды, сделал несколько шагов в сторону запертой двери гостиной. По квартире разносилась тишина, несмотря на поздний час заставляющая сомневаться в том, что все действительно дома. Ещё вчера в это же самое время Стёпа грозился забрать у Никиты планшет, если тот не ляжет спать, и уж никак не мог поверить, что сегодня парень, находясь в одиночестве, решил лечь во время.       — Не понял, — проговорил капитан, когда за распахнутой дверью и правда обнаружился лишь пустой диван. Он для верности зажёг свет и переступил порог. — И где он? — спросил Степан, оглянувшись на свою спутницу.       — Это ты у меня спрашиваешь? — повторив маршрут напарника и замерев возле него, спросила Маргарита. — Вообще-то это я тебе сына доверила, а не наоборот. И я должна у тебя спрашивать, где ошивается Никита посреди ночи.       — Сейчас разберёмся, — уверенно проговорил Данилов, выудив из кармана мобильный, быстро отыскав среди контактов номер Власова и включив громкую связь.       Рита в считанные секунды оказалась совсем рядом, коснулась руки Степана, удобнее для себя располагая телефон, и принялась вместе с ним гипнотизировать имя контакта, ожидая, когда же на том конце провода ответят на звонок. Вызываемый абонент не спешил, и капитан уже несколько раз поднимала на хозяина квартиры глаза, ожидая его реакции, но так и не дожидалась.       — Доброй ночи, Стёп, — раздалось из трубки, когда гудки наконец прекратились.       — Доброй? Начало второго, Никит, где тебя носит?       — Так я у друга, — как ни в чём не бывало отозвался парень и откуда-то со стороны, но всё же довольно громко чужим голосом раздалось жизнерадостное «Здравствуйте!». — Он через несколько улиц от твоего дома живёт, у него родители уехали, и мы решили встретиться после школы. Уроки сделали, поужинали, шуметь не шумели. Так что всё в порядке. И вообще мы уже спать собирались ложиться.       — Спать? — опередив уже собирающуюся что-то сказать Власову, переспросил оперативник.       — Ну, да, я переночую у Илюхи, — пожал плечами Никита. — Что тут такого? И утром сразу в школу поеду. Так что можешь не беспокоиться о моей доставке, я сам доберусь. Да и чего ты так распереживался? Мама бы разрешила переночевать у друга.       Тут Маргарита уже не выдержала. Она для большей верности одним движением придвинула ближе к себе мобильный Степана, всё это время сжимаемый им в руке, и, не убирая пальцев с его ладони, проговорила в трубку:       — А вот это не факт. Я бы ещё сначала на поведение твоё посмотрела.       — Мам? — удивлённо проговорил Власов и в трубке послышалась какая-то возня, абсолютно точно напоминающая тот момент, когда один из собеседников прижимает к себе телефон или прикрывает микрофон ладонью, чтобы в ту же секунду бросить какую-нибудь объяснительную фразу товарищу, что находится рядом. — Привет. А чего это вы со Стёпой в такое время и вместе? — ошарашенно спросил парень и тут же сообразил, что это его шанс повернуть разговор в другое русло. — Помирились, что ли?       — Мы не ругались, — машинально отозвалась Власова, но сумела быстро спохватиться и продолжила: — это во-первых. А во-вторых, не переводи тему. Почему ты опять не ночуешь дома и никак об этом не сообщаешь? Тебя что, с собаками по всему городу искать нужно?       — Я вообще-то записку Стёпе написал, — заметил подросток. — Магнитом к холодильнику прикреплена. Я же не виноват, что вы такие невнимательные.       — Чего? К какому холодильнику? — вновь проговорил в трубку капитан, от слова вовсе не соображая, что имеет ввиду Власов. — К холодильнику? — уже куда больше понимая ситуацию, повторил Степан, нахмурившись. Он вытянул руку из лёгкого плена Ритиных пальчиков и поспешил в сторону кухни. Спустя какие-то считанные мгновения, стоя напротив серой двери холодильника, он и правда обнаружил на нём листок в клетку, удерживаемый на поверхности ярким кружком магнита. — «Стёпа! Не переживай. Я переночую у друга. Улица…». Никит, ты б ещё птичьей почтой воспользовался! Не мог позвонить? Сообщение хотя бы отправить?       — Тогда бы ты точно с мамой посоветовался, и вы коллективно решили бы никуда меня не пускать.       — И правильно бы сделали! — заметила Маргарита в тот же миг. — В другой раз не стал бы до последнего скрывать, где ты и с кем. Так, всё, разбор полётов мы ещё потом проведём, а сейчас живо ложитесь спать — время уже далеко не детское.       На такой ноте ночной разговор и оказался завершён. Данилов отложил мобильный на столешницу кухонного гарнитура и, всё же вспомнив, что хорошо бы было раздеться, галантно взялся за ворот служебной куртки возлюбленной, помогая снять верхнюю одежду.       — Послушай, Стёп, — позвала Власова, выходя в коридор следом за хозяином квартиры, — а ты не помнишь, кто из экспертов у нас сегодня дежурит?       — А-а… — задумчиво протянул капитан, нахмурив лоб. — Так Серёга! Точно.       Дополнительных слов Маргарите не требовалось. Она приблизилась к своей повешенной на крючок куртке и среди наполняющих карманы перчаток, пластмассовых пробирок, ручки и прочих необходимых мелочей всё же отыскала мобильный, быстро сняла его с блока и принялась в списке контактов искать нужный. Как и несколькими минутами ранее вместо ответа доносились длинные гудки.       — Слушаю, — наконец негромко раздалось в трубке. Сергей явно не горел желанием отвечать на звонок — даже не этот конкретно, а вообще любой другой, раздавшийся в этот час — но не провести пальцем в сторону зелёной трубки просто не мог. Иначе бы настойчивая абонент снова и снова набирала бы его номер, не позволяя не то что вздремнуть, а хотя бы просто спокойно прикрыть глаза.       — Белозёров, ты там спишь, что ли? — до неприличия бодрым голосом поинтересовалась капитан, не забыв в голос добавить нотки недовольства и лёгкого издевательства.       — Полвторого, Рит, — почти что простонал эксперт, видимо, всё же найдя в себе силы разомкнуть глаза и взгляд поднять на высвечивающиеся в углу монитора часы. — Хочу для тебя заметить, что все нормальные люди в это время спят. А я как раз вполне себе нормальный человек.       — Какой ты нормальный? — усмехнулась Маргарита, не желая оставаться в долгу. — Нет, в какие-то моменты, конечно, может быть… но хочу тебе напомнить, что у тебя сегодня ночная смена.       — Вот именно! — уже куда бодрее проговорил Белозёров. — Вот вдруг какую-нибудь срочную экспертизу нужно будет провести, а я уставший? Не высплюсь теперь из-за тебя, и, может быть, пострадает всё человечество.       — Ну, всё. Хватит себе цену набивать.       — Ладно, чего ты хотела? — уже готовый спешить на посильную помощь, спросил у коллеги Сергей. — Явно ведь позвонила не спокойной ночи пожелать.       — Угадал. Серёж, мне нужно пробить местоположение одного номерка, — уже абсолютно по делу заговорила капитан. — Быстро и неофициально. Сделаешь? — скорее риторически спросила у товарища Рита, прекрасно зная, что в ФЭС друг другу не отказывают. И в подтверждение этой уверенности Сергей в тот же миг «забегал» пальцами по клавиатуре, открывая необходимую программу, и спустя пару секунд попросил продиктовать ему номер. — Думаешь, я не помню его номер? — спросила она у Степана, полезшего в телефонную книжку своего мобильного, и, не дожидаясь от него ответа, сообщила эксперту заветные цифры.       Программе на работу потребовалось не больше минуты, и Белозёров, щёлкнув на клавиатуре несколькими клавишами, озвучил результат:       — Вологодский проспект дом одиннадцать. Сейчас, секунду, — попросил эксперт, вбивая в программу дополнительные параметры. — Двадцать пятая квартира.       — А можешь посмотреть, там проживает парень с именем Илья?       — В квартире прописана семья Шарковых, — спустя ещё несколько мгновений отозвался Белозёров. — Елизавета Николаевна и Олег Кириллович. И да, у них есть сын Илья пятнадцати лет.       — Спасибо, Серёж, ты меня очень выручил. Спокойной ночи, но ты давай там, не увлекайся сильно, — проговорила на прощание Власова и, отключившись от вызова, закинула мобильный обратно в карман куртки. — Одно радует — с адресом и именем друга Никита не обманул.       — С остальным, надеюсь, тоже. Ладно, Рит, время и правда уже позднее, — проговорил Степан, для верности взглянув на часы на своём запястье. — Твоя любимая футболка на полке. В шкафу в спальне. А постель сейчас будет готова.       — Чего? — приподняв в удивлении бровь, только и смогла спросить Маргарита, взметнув на возлюбленного взгляд.       — Ты ночуешь здесь. Без обсуждений, — коротко объяснил капитан и в тот же миг поспешил скрыться в комнате, предоставленной Никите. Он успел сделать всего несколько шагов и уже практически занёс ногу над порогом, когда в спину ему прилетел вопрос, не позволивший двинуться дальше:       — А чего это ты за меня решаешь, где я ночевать буду?       У Риты во взгляде в единый коктейль смешивалось недовольство с непониманием, лёгкая злость с не получаемым запрятать куда-нибудь далеко удовольствием. Ей явно нравилось это проявление заботы с его стороны, его не переходящая грань жёсткости властность… вот только признаться в этом оказывалось непросто даже самой себе. Не то, чтобы за год отношений и практически вечность, проработанную бок о бок, она никогда не подчинялась его словам, но сейчас, когда ситуация в отношениях по большому счёту была не ясна даже ей самой, когда от неумолимой близости мысли путались ещё сильнее, чем когда их разделяют километры, когда все касающиеся Никиты дела всё больше напоминали подобие семьи, Рите всё страшнее было ошибиться, сделать неверный шаг и полететь в самую пропасть.       — А разве это плохо, когда мужчина решает за женщину, которую любит? — спросил Данилов, вглядываясь в неотводимые от него глаза возлюбленной. В них тут же с ещё большей силой заплескались волны растерянности, на передний план стали выбиваться яркие огоньки счастья, и Степан буквально видел, как внутри Маргариты желание остаться билось с кричащим издалека «нам нужно взять перерыв». — Решает в вопросе, когда точно знает, как будет лучше. Рит, — он подошёл ближе и накрыл ладонями её плечи, продолжая вглядываться в глаза напротив, — что бы между нами не происходило, я за тебя волнуюсь. Ночь на дворе, тяжёлая смена за плечами. Куда ты собралась ехать?       — У тебя ведь есть свободное полотенце? — вместо ответа поинтересовалась Власова и, ловко выскользнув из объятий Степана и обогнув его по дуге, направилась в сторону шкафа, возвышающегося в гостиной практически до самого потолка.