Дисквалификация злодея

      Услышав ключевую информацию, Вэй Ин был немного шокирован. Он поспешно поинтересовался у Не Хуайсана и Цзинь Лина:       — Итак, насколько я понимаю… Тигриной Печати Преисподней здесь нет?       Не Хуайсан и Цзинь Лин переглянулись друг с другом, после чего Цзинь Лин взглядом подал знак заклинателю из Ордена Цзинь, стоящему рядом с ним. Тот выступил вперед, чтобы открыть сломанную крышку гроба. Цзинь Лин сказал:       — Поскольку мы прибыли раньше… и не обнаружили здесь никаких скоплений тёмной энергии…       Прежде чем он успел закончить, Цзян Чэн сердито прервал его:       — Цзинь Лин, ты хочешь, чтобы я тебе ноги переломал? А что, если бы в этом гробе затаилось что-то, чего вы, ребята, были бы не в силах остановить?       Вэй Ин торжествующе добавил:       — В следующий раз не стоит быть таким безрассудным, мелкий паршивец!       Цзинь Лин был ошеломлен, его лицо покраснело, но он не смог ничего сказать, чтобы опровергнуть услышанное.       Не Хуайсан быстро вмешался:       — Это не имеет никакого отношения к А-Лину… это я, это моя вина. Я очень хотел посмотреть на тело моего старшего брата, поэтому приказал убрать крышку.       Пока остальные разговаривали, Лань Сичэнь и Лань Ванцзи уже рассматривали содержимое открытого гроба. Перед ними лежали мумифицированные останки двух человеческих тел, навсегда переплетенных в смертельной схватке. Рука более крупного мертвеца стальной хваткой вцепилась в шею меньшего, у которого отсутствовала рука… Оба трупа, замершие в искривленной и напряженной позе, выглядели почти так же, как Не Минцзюэ и Цзинь Гуанъяо при жизни, так что не оставалось никаких сомнений, что это они.       На мгновение у Лань Сичэня потемнело в глазах, а ноги стали словно ватными. Хорошо, что рядом оказался Лань Ванцзи, который незаметно поддержал его под локоть, не дав упасть. Лань Сичэнь быстро отреагировал и заставил себя успокоиться. Он бегло взглянул на маленький труп с выцветшим рисунком на одежде, который, казалось, ещё можно было распознать.       Перед его глазами до сих пор стояло заплаканное лицо мужчины, а в ушах звенел его хриплый крик:       «Лань Сичэнь… я никогда даже не думал причинить вред тебе…»       Лань Хуань стиснул зубы, глубоко вдохнул и немного успокоился. Спустя некоторое время он спросил:       — Если… не учитывать отсутствие энергии затаенной злобы… есть ли вероятность, что сохранились души?       Цзинь Лин молча покачал головой:       — Кроме двух трупов… ничего не осталось…       Толпа любителей почесать языками оживилась, и их дискуссия вспыхнула с новой силой.       — После смерти человека, если душа не входит в цикл реинкарнации, она должна находиться в определенной области вокруг тела…       — Выходит, это обычный призрак, а не озлобленный дух… Но смерть Цзинь Гуанъяо была настолько ужасной, не может быть, чтобы вся затаенная злоба рассеялась…       — Он был совершенствующимся… После смерти мертвец может обрести сознание… В таком случае…       Пока все были заняты обсуждениями, время от времени многие незаметно поглядывали на Лань Сичэня и Цзинь Лина. Всем, кто был знаком с сокровенным учением заклинателей, было хорошо известно, что свирепый призрак появляется после того как душа покидает тело. За исключением того, что движимый темной энергией мертвец совершает беспорядочные нападения на ближайшие деревни, терроризируя местных жителей, он может причинить неприятности ещё двум сторонам: либо полный затаенной злобы покойник жаждет отмщения и вернулся, чтобы найти и убить своего врага… либо из-за привязанности не может отпустить кого-то из своих близких…       И хотя и вправду именно Лань Сичэнь убил Цзинь Гуанъяо, а его единственным родственником был Цзинь Лин… никто из присутствующих не осмеливался об этом заговорить при них, в основном из-за высокого положения в обществе этих двоих.       Вэй Ин подошел к гробу, наклонился и стал тщательно исследовать его, а потом, после долгого молчания, повернулся к Лань Ванцзи и засмеялся:       — Если я скажу, что эти двое уже упокоились, вы мне поверите?       Многие фыркнули, услышав его слова:       — А как же темная энергия, исходящая от гроба в день церемонии его запечатывания… Она уменьшилась?       — Молодой господин Вэй, вы не шутите?       Вэй Ин пожал плечами:       — Но так выглядит ситуация сейчас… Эти двое действительно обычные трупы… От них не исходит ни жажды убийства, ни тёмной энергии, что неоспоримо указывает на совершенную безвредность…       Цзян Чэн нахмурился:       — В любом случае, это лучше разъяренной темной твари, мощь которой не смогли бы подавить все мы разом взятые….       Это был худший исход, который он рассматривал, когда собирался в путь. По этой причине он приказал всем адептам Ордена Цзян взять с собой как можно больше магического оружия, чтобы неизменно быть готовыми засучить рукава и приступить к делу, как только это понадобится.       Лань Ванцзи слегка кивнул и безмолвно посмотрел на брата.       Все присутствующие также постепенно угомонились, сосредоточившись на бледном бескровном лице Лань Сичэня.       После смерти Цзинь Гуанъяо мощность Ордена Цзинь уже не была прежней. И хотя в последнее время влияние Ордена Не значительно выросло, однако, в конце концов, его жизнеспособность когда-то была серьезно повреждена и до сих пор не восстановилась полностью. Что касается Пристани Лотоса, Глава Ордена Цзян славился своим крутым нравом и вспыльчивым характером. Таким образом, среди сотни кланов заклинателей сегодня только Орден Гусу Лань оставался наиболее надежным, всегда вовремя появляясь там, где творился хаос, и поэтому пользовался большой популярностью среди простых людей. Раньше Лань Сичэнь почти всё время проводил в уединенной медитации и никто не мог его видеть, но теперь он покинул место своего заточения. И поскольку именно он убил Цзинь Гуанъяо, пожертвовав личными интересами ради общего блага, в этот момент все ждали его приговора по этому поводу.       Лань Сичэнь что есть силы сжал пальцы в кулак, впившись ногтями в свои ладони. Боль физическая потихоньку оттеснила боль душевную. Он долго молчал и наконец сказал:       — Тела… нужно сжечь.       Все подсознательно кивнули.       — Это единственное разумное решение…