Автостопом по Гаремам. Часть 1. Частный пансион

Я подхватила рюкзак и, провожаемая подозрительным взглядом, в два шага нагнала подруг. Мальчуган, уже приплясывавший от возбуждения, расцвел еще более широкой улыбкой: – Ну, эм… Привет, меня зовут Гелик! Идемте за мной! Скорее! – он быстрым шагом направился налево, в приземистый неказистый дом из темных от непогоды бревен, соединяющий барак с двухэтажкой, в которую зашли охранники. – Смотрите, тут места общего пользования, – с явной гордостью ввернул паренек умную фразочку, когда мы миновали узкое крылечко и две покатые ступени из цельных бревен и оказались в темном квадратном коридорчике, – налево, вон, лазарет, но туда лучше не попадать, там кровать проваливается, и Ариф-санитар чаще в хлевах скотину лечит… Сюда пойдем! – он навалился на правую дверь. За ней оказалось куда светлее и просторнее: фактически, барак разделили перегородкой надвое и по двум длинным стенам наделали окошек. Особо не мудрили, ограничившись низкими, на высоту бревна. Я волоковых не встречала давненько; похоже, здание строилось не вчера и даже не десять лет назад, а глобальным ремонтом не заморачивались, только кое-какое остекление поставили. Ряды столов с головой выдавали назначение этого «места общего пользования»: – Здесь столовая, с утра покушать и вечером, – без особого интереса махнул рукой парень, кое-как обозначив помещение. Затем повернулся к нам и указал левее: – А вот там – кухня! Классное местечко, самое что ни на есть! Тепло всегда, пахнет вкусно: знай работай себе и в ус не дуй!.. – Гелик смотрел на закрытое сейчас ставнями раздаточное окошко вожделенно, но слегка исподлобья. – Не берут в повара? – судя по интонации, Лару этот вопрос не интересовал вообще, но для поддержания беседы… Мальчуган утер нос подкатанным рукавом и демонстративно повернулся к кухне спиной: – Туда только особенных ставят. А наготовят иногда – весь барак побить рвется… А я свою работу всегда хорошо делаю, никто не попрекает! – Даже этот… Щегиз? – недоверчиво переспросила я. Такого хрыча, думается, даже встающее каждое утро солнце в бешенство приводит. – Мастер Щегизовский! – поторопился поправить меня парень, неосознанно втянув рыжую голову в плечи и оглядываясь туда, где за стенами и садом возвышался особняк. Затем признался: – Ну… я в хозяйский дом не хожу, так что с ним только однажды сталкивался… но ни проклятьем не получил, ни даже посохом по спине! – Достижение… – серьезно покивала головой Вил, признавая, что от такого «коллеги» можно чего хочешь получить. Даже ожоги третьей степени или болевой шок. – Высокую должность, наверно, занимает? Гелик, пока вел нас через столовую, сосредоточенно щипал себя за левый локоть, пытаясь восстановить в памяти какой-то разговор: – Баб Лина… а теть Гина… и дядь Дига… Не помню я! Но «там» все калоши старые и чмуры болотные, поэтому с ними мастер только зимой общается, а остальное время тут проводит. Большим делом занимается!.. – Эт каким еще? – мы вслед за провожатым как раз дошли до добротных двустворчатых дверей, запертых с этой стороны на небольшой засов. Гелик сдвинул его и потянул на себя створку, а приоткрыв наполовину, поманил пальцем: – Навозы варит, – по секрету поделился он, стоило нам нагнуться поближе, – и отравы разные, а по осени – компоты и варенья. Живо представилось, как морщинистый брюзга любовно упаковывает вычурную баночку собственноручно сваренного варенья, подписывает и отправляет адресату, а тот после чаепития подыхает в страшных муках под зловещий хохот производителя. Судя по тому, как поперхнулась Лара, ей такое сочетание увлечений тоже казалось странным. Мы перешли в полумрак второго барака, перпендикулярно примыкавшему к столовой: – А здесь… – А, и так понятно, – с тоской отозвалась я, оценив широкие дощатые настилы в два яруса по обеим стенам. – Жилое? – Да, здесь штрафники ночуют, – Гелик, жизнерадостно сверкнув улыбкой, подхватил длинный шест, стоящий неподалеку от массивного, плотно закрытого крышкой ведра в дальнем углу, и с его помощью распахнул ставню под потоком, – а я, пока все работают, прибираюсь, ну и то да сё… Располагайтесь, где хотите – народа сейчас немного! Печку, правда, Хире́н Сгартасьевич на днях сказал убрать, зато по два одеяла выделил! – Кто? – Дяденька Хирен всем хозяйством заправляет, после мастера Щегизовского следующий человек! И домом заведует, и садом-огородом, и хлевами, и прачечными… – Какими еще прачечными?! – едва ли не с отчаянием воскликнула Лараэль. – Которые ниже за бараком, – охотно объяснил пацан, указав рукой направление. – Сейчас-то весна, на земле работы прибавилось, да и по хозяйству тоже, вот дядь Хирен вас туда и ставит, а так вся округа обстирывается, даже из Илеша одна тетенька приезжает регулярно, у нее еще тележка такая интересная, низенькая, с высокой спинкой…Сама стоит, за спинку держится, и в упряжи четыре собаки, представьте! – Ну, чуть что, и мы посмотрим, – вздохнула я, проходя вперед и высматривая, где б устроиться. На многих матрасах что-то лежало, в основном одежда. Верхний ярус особой популярностью не пользовался, так что туда я рюкзак и закинула, где-то ближе к краю. Виэлла, пребывающая с начала «экскурсии» в мрачной задумчивости, забралась наверх и теперь сосредоточенно обнюхивала край тюфяка. – Не переживайте, на неделе только меняли, – Гелик, уже стоящий на пороге столовой, весело тряхнул лохматой головой: – сейчас еще за одеялами сбегаю!.. – Да ебись оно конем!!! – в полный голос возопила Лара в потолок, едва за пацаном захлопнулась дверь и продолжила чуть спокойней: – Что это, каторга?! Я должна теперь раком корячиться, потому что Эса тумаки направо-налево раздает?! Давай ты еще кому-нибудь врежешь, что б нас вообще на плаху отправили, а?! – Можно было бы просто согласиться на предложение, а не строить из себя непонятно что! В чем проблема-то устроить показуху? Пара покаянных фраз!.. – в свою очередь упрекнула я Лару, стараясь не показывать заполняющую меня досаду. Карейл тот пинок получил заслуженно, и никто меня здесь не переубедит, даже последствия. Разгребу, не впервой… но хотелось бы хоть какой-то благодарности!.. У Лары, оказывается, система ценностей была иная: – Нас туда звали прилюдно покаяться! При всей верхушке Димнелла! Я, между прочим, не планировала в глуши всю жизнь сидеть, и пилить своими руками этот сук не собиралась! Как бы на меня потом вся эта знать смотрела?! Тут уж я оторопела: – Это тебя заботило?! Мифические проблемы в неопределенном будущем?! Да этот фарс через пять минут забылся бы, а теперь мы здесь! Из-за твоей дурной упёртости! – Нет, из-за того, что ты руки распускаешь! – психанула чересчур озабоченная репутацией дворяночка, покрываясь красными пятнами. – И нам пришлось вслед за тобой всей командой отправляться! – Та-ак, давай-ка разбираться… - я из последних сил пыталась сохранять остатки самообладания, но эмоции, подогреваемые обидой, захлестывали: - Если б ты осталась в комнате с Виэллой, то я бы выслушала Беловранова, покивала, и разошлись прекрасно миром! Но за мной увязалась ты, и почему? «Потому что дипломат из тебя аховый»?! Так из тебя не лучше! И там разговор запорола, и потом ничего не сделала! С Марьялой бы поговорила, Овце этой по ушам поездила, что б или не всех разом, или не в эту жопу; или чинушам, чтоб аннулировали эти ебучие контракты к ебене матери! А теперь мы сидим тут по уши в дерьме, и одинаково нихрена сделать не можем! – прокричавшись, я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но наболевшее рвалось наружу: – И вообще, если б ты послушала меня еще тогда, а не поперлась искать попутку, гуляли б мы себе весело и счастливо в хрен знает каком по счету месте, а не в гаремах сидели! – Хватит!!! – раздался мощный рявк сверху. – Эсал, убери клыки с когтями! Как настоящий упырь, чесслово! А ты, Лара, кончай психовать! Или сама хотела б огрести?! – лицо стоящей на четвереньках и глядящей вниз с нар Виэллы с гневно нахмуренными бровями заставляло обратить внимание. Наши взгляды она выдержала, даже не моргнув, и, выждав паузу, чуть смягчила тон: - Думаю, самое время успокоиться и извиниться! Предложение было своевременным: – Спасибо, что выслушали, – сухо произнесла я, отворачиваясь, что б призвать к порядку распирающие пасть клыки и прочую психосоматику. - С… спасибо, ч…то не загрызла! – запинаясь, выплюнула Лара, но после угрожающего покашливания Виэллы посопела и, выдержав паузу, вдохнула поглубже: - Мне до сих пор не доводилось сталкиваться с таким количеством агрессии одновременно! Так что мое смятение вполне закономерно! – Хотя с Марьялой действительно можно было бы переговорить, – признала магичка, развернувшись спиной и принявшись сползать к нам, умилительно шаря ногой в поисках нижнего яруса, приподнятого над полом на уровень бедра, – но, во-первых, она в таком состоянии вломилась, что пикнуть было страшно, а во-вторых, она озвучила сборы, и оказалось, надо подчистить столько хвостов!.. Заказ для Рамара, письмо сопроводительное, для Инея пока конструкцию соорудила, проинструктировала, – принялась перечислять Виэлла, после непродолжительного барахтанья достигшая пола. Она сосредоточенно перебирала все моменты, отрешенно пропуская между пальцами пышный золотистый хвост: – Ну и пока упаковала – та еще задачка! – Хорошо хоть ведро помойное оставила, – вздохнула я, до сих пор недоумевая, отчего Вил во что бы то ни стало вознамерилась утащить с собой вообще всё наше имущество, включая кастрюли. Что уж говорить про содержимое шкафа!.. Видимо, как и с отъездом из дома: «Прихвачу все, а там переберу». Чтобы провернуть подобный фокус, магичка решилась использовать ценную заготовку подпространственного хранилища, в которое с легкостью мог бы поместиться и весь гаремный склад с архивом в придачу, не то что несколько рюкзаков да сумок. В итоге заготовка преобразилась в «ключ», который Вил от греха подальше доверила на хранение Инею. И, отправив филина поработать почтальоном, вышла по первому Марьялиному требованию, прихватив одной рукой замкнувшуюся в себе Лару, а второй – один-единственный рюкзак с предметами первой необходимости. И подозрений никаких не вызывает, и в руках много не таскать, а фамильяр с заданиями быстро справится и хозяйку нагонит. План был прекрасен ровно до того момента, как мы встали в пентаграмму портала… – Ну и когда нам теперь Иню ждать? – поинтересовалась я, потирая переносицу и пытаясь вытурить оттуда притаившийся чих. Без отопления из всех углов лезла тяжелая сырость, усугубляющаяся влажной погодой. – Если мы оказались вообще непонятно где? – Гелик вернется – сориентирует, – предложила Лара, потихоньку оправляясь от апатии и гнева и переходя к действиям, – должен же он знать, в каком краю живет и какие крупные города поблизости есть! – Беда в том, что Инею эти названия ничегошеньки не скажут, – вздохнула Виэлла и призадумалась: – Надо ему каким-то образом направление задать. Блин, я ж даже не знаю, какая у нас дальность связи! Не выдавалось случая… – Не отчаивайся, – подбодрила я приунывшую подругу, – филин у тебя хоть куда! Найдет! Лара внезапно хохотнула, сверкнув в полумраке белозубой улыбкой и вновь погрустнев: – А представьте, он сюда практически долетит, а нас возьмут и обратно в «Иголочку»!.. – Ужас какой! – отшатнулась Вил и замахала руками: – Сплюнь! Мы ж вернемся в голую комнату! – Поживем тут - как раз привыкнем, – мрачно отозвалась я и тут же постучала по столбику нар, чтоб не сглазить. Смена темы произошла удивительно вовремя. Я, разозлившись уже на себя за такую вспышку, в свою очередь полезла изучать постели. Наши пока ограничивались тройкой тонких матрацев, которые я, не долго думая, сдвинула в один. Как Гелик и упомянул, народа на исправительных работах находилось немного, и располагаться на нарах можно было бы даже вдоль. Остальные спальные места выглядели по-разному: какие-то аккуратно застелены, на одном матрасе даже возвышался уголок поставленной подушки, парочка (к счастью, не по соседству) больше напоминала логовище с раскиданными вокруг комьями одежды, но большинство оказалось неряшливо в меру. В изголовьях, вдоль стены, старались устраивать личные вещи, где в чем: я углядела и сумки, и чемодан, и мешки, и просто стопочки-кучки. С некоторым сомнением я поглядела на свой рюкзак, какой-то вопиюще новый и симпатичный на фоне задрипанного окружения. Оставлять его на всеобщем обозрении не хотелось, хотя из него и тырить-то особо нечего. Так, чуть одежды и нательного белья на смену, из обуви – домашние туфли; кружки-ложки, ножик, маленький пенал аптечки «на каждый белый день», пакетик с орешками, несколько бутербродов и фляга крепко заваренного чая, потрепанный кошелек со жменей мелочи. Даже улыбнулась: удивительно, как гармонично сочетались в Виэлле стремление унести с собой все, до чего руки дотянутся, и рациональный минимализм. Сама магичка медленно направилась вдоль настилов, периодически останавливаясь и осматривая исцарапанные столбики и затертые торцы, местами поковыривая ногтем. Лара, не найдя, чем занять руки, поколебалась немного, но предпочла отправиться за ней и попыталась донимать какими-то вопросами. Но Вил оказалась поглощена столь плевым, казалось бы, делом полностью, и в итоге рыжая такого пренебрежения не выдержала. Черепашьим ходом вернулась, оставив Виэллу у двери в торце здания. - Во, разбирайте! – радостно выпалил Гелик, вваливаясь с грязно-коричневой охапкой. Разбирать оказалось и нечего: кроме пары колючих одеял на каждую полагалось по две серые, застиранные простыни. Но даже такое дело заняло Лару, а еще позволило завязать разговор: - Гелик, а расскажи, пожалуйста, мы вообще где оказались? Пацан почесал кончик вздернутого носа, забавно оттопырив при этом губу: - Ну, эта… у мастера Щегизовского в гареме, специально для проштрафившихся… - Об этом мы уже давно догадались, - со вздохом призналась Лара, - а где этот гарем стоит? На карте? Область, регион, провинция? - А мне почем знать? – беспечно пожал плечами тот. – Я ж всю жизнь либо в Чистой Луже, либо в поместье. Еще тут рядом Лужи Верхние, Нижние и Сухие, Жатье и Шалаёвкин хутор. Чуть дальше Илеш-городок, а в противоположной стороне – Боздых, мы туда с дядькой на ярмарку ездили однажды, ух какое там веселье было!.. - Не, таких деревень не знаем… - пригорюнилась Лараэль. - Как это? – неподдельно удивился Гелик. – Сюда приехать либо через Жатье, либо через Сухие Лужи можно, возле первого дубрава, а посреди второго сарай такой запоминающийся, с башенками - не пропустишь! Ну ладно, от Илеша еще через Свидово болотце тропа есть, но там в паводок гать как утопла, так по кочкам и скачут… - А еще в хозяйском доме есть портал, - растянулась я на настиле и свесила голову, - и в нем можно с другого конца страны за секунду очутиться. - Ух ты! Что, вы и правда порталом сюда?!. А правда, что там летишь-летишь, как в колодец падаешь, и на перину пуховую приземляешься? А если совсем долго падать, то даже она не помогает, и копчик отшибаешь? - Говорят, от мага зависит. В этот раз голова закружилась – чуть не вырвало! Не слишком волшебник о нашем комфорте заботился… А кто-то переместит – только глазом моргнуть и успеешь, - попыталась объяснить я, смутно припоминая, что у Эверра были любимые и нелюбимые портальщики, и последних он после очередной командировки костерил на чем свет. Пацан такое объяснение принял мгновенно и без лишних вопросов: - Тогда у мастера как прилетишь – ноги по плечи уйдут! - Просто тут грузовой был!.. – донеслось с дальнего конца комнаты от Виэллы, вернувшейся из своих мыслей на эту бренную землю и присоединившейся к разговору. – Скорее всего, из поместья уже… Договорить ей помещала распахнувшаяся наружу дверь, а яркий длинный прямоугольник света, на мгновение легший на пол, закрыла объемная тень. Отбрасывающий ее человек занимал практически весь проем. Немудрено, что Виэлла с испуганным писком поспешила оказаться поближе к нам. Пока они с Ларой попеременно прятались друг за друга, я старалась не сковырнуться с настила. Лежала слишком неудобно, ногами к вошедшему, и при попытке резко развернуться на пузе еле успела ухватиться за край да напрячь мышцы. Еще секунду провела в шатком равновесии, подрыгивая ногами, и кое-как выровнялась. К нам размеренной, неторопливой походкой приближался настоящий великан с пышной темной гривой до плеч и такой же бородой по грудь. Все волосы были тщательно заплетены в десятки тонких косичек и заканчивались разноцветной бусинкой. Собственно лицо в этом обрамлении я разглядела во вторую очередь, и согнутая в локте рука сама вытянулась в сторону в традиционном горском приветствии, привычном мне с детства. Но силы гравитации не дремали, и в следующее мгновение я снова чуть не упала. Обозлилась на себя, собралась и таки села, свесив ноги. Гелика внезапный визитер тоже впечатлил: парень резво дал задний ход, не забывая при этом о своих обязанностях экскурсовода: - А… Хирен Сгартасьевич, я тут новеньким экскурсию… уже закончил! – сообщил он, малодушно оставив по эту сторону порога только вихрастую голову. Впрочем, тут же втянул ее в столовую и плотно захлопнул дверь. Я разобрала быстро удаляющийся топот. - Поймаю – уши надеру, - веско пообещал в пространство мужчина, никак не изменившись в лице и шаге, и я затруднилась однозначно сказать, насколько целенаправленно и сильно пацаненка будут сначала отлавливать, а затем и наказывать. Такой двухметровый в плечах молодчик внушал трепет даже издали, а уж неотвратимо идущий и с каждым шагом бросающий на тебя все ширящуюся тень… Я беззвучно вздохнула, собралась с духом и спрыгнула перед подругами, одновременно таки вскидывая руку в приветствии по-осколковски. Бородач остановился, не доходя пары шагов, и с удивлением на меня взглянул. Пара янтарных, в тон глазам, бусинок, которыми он умудрился украсить даже густые брови, притягивали внимания больше, чем крупный прямой нос да смуглая оливковая кожа. Но еще больше бросался в глаза размер кулаков, которыми он поочередно хрупнул, разминая суставы: - Приветствую и все такое. Я тут управляющий, все хозяйство – моя вотчина. Не знаю, как вы работали на предыдущем месте, но тут придется ишачить куда больше. За мной. В следующий момент Хирен этот, с горы, опустив долгие разглагольствования, уже шагал к выходу, не проверяя, идем мы следом или нет. Послать тройным переподвыподвертом все эти контракты, гаремы и всю расейскую систему хотелось жутко, но что-то подсказывало, что ерепениться будет непомерно дорого. Не могу ничего пока сказать насчет горца, но как минимум неподалеку есть злобнючий маг, а чуть поближе – не менее злобная охрана со стрекучками… Я оглянулась на подруг, вздохнула и жестом предложила следовать, куда сказано. Те с тяжким же вздохом поплелись на выход.