Мы набросаем свою историю

      — Мегуми.              Это чёртово имя высечено на её правой ключице — как же она ненавидела его. А фамилия Фушигуро появилась на левой ключице, когда они впервые встретились взглядами. Сандра не подала вида, что кожа под плотной тканью начинает гореть, ни один мускул не дрогнул на её слегка загорелом лице. Мегуми всё же невольно морщился, рука у него дёрнулась к той же ключнице, но сам он ничего не сделал — прекрасно понимал, что сейчас происходит и остановить это он не может.              Просто проигнорировал появление новой метки их связи.              — Что-то не так, Уокер?              Голос его едва ли выдаёт обычное волнение, но Фушигуро выглядит слишком уверенно, непоколебимо из-за чего хочется просто вгрызться в его глотку, чтобы это спокойное выражение лица навсегда стёрлось. Пусть выразит хоть какую-то эмоцию — рядом с ним стоит его соулмейт, в конце концов! -, даже если это будет отвращение. Сандре и этого будет достаточно. Главное, чтоб Мегуми знал, что его соулмейт — Сандра Уокер.              — Думала о том, какой же ты мудак, — девушка едва улыбается, холодно, с огромной натяжкой. — Так и хочется прописать пару апперкотов по твоей физиономии.       — Так почему ты до сих пор стоишь на одном месте?       — Мне тоже будет больно, недоумок.              Мегуми невольно усмехается. Да, это так. Пока соулмейты не найдут друг друга, и пока не признают, что они — соулмейты, то боль у них будет общая. Фушигуро сочувствует девушке — прекрасно понимает, сколько ей пришлось пережить за все эти годы. Частые изнурительные тренировки, травмы, что были несовместимы с жизнью — и всё же, парень, раз за разом вставал с колен и с ухмылкой смотрел на всё происходящее с высоко поднятой головой. Сандра же старалась относиться к своему телу бережно — за всю жизнь Мегуми почувствовал только тройку серьёзных травм, когда же Уокер практически каждую неделю чувствовала, как ломаются рёбра или пальцы.              — Да, точно, я и забыл, что мы — соулмейты.       — Не вспоминал бы и дальше, — фыркнула девушка от обиды, но старалась держаться гордо, словно не про их связь сейчас идёт речь. — Без тебя было куда легче.       — Аналогично, — он складывает руки на груди, как бы говоря, что хочет закончить этот разговор.              Уокер уходит первой. За всю свою жизнь она впервые запирается в своей комнате, дрожащими руками сжимая подушку в руках, пока ткань впитывала жгучие слёзы обиды и тихой ненависти. Мегуми будет чувствовать небольшие уколы совести и невесомую боль в районе сердца и ключиц, но не обращает должного внимания, уже мчась на очередное задание с Итадори. Даже когда спустя пару недель жжение становится невыносимым, Фушигуро списывает это всё на состояние самой девушки, но всё же пошёл к Сёко.       Всем было известно, что у Сандры Уокер и Мегуми Фушигуро — связь, которые оба упорно старались не принимать. Иэйри же понимала, чем вызвано сильное жжение ключиц, на которых красиво высечено имя девушки. Мегуми точно знает, чем это вызвано, но признавать этого не хочет. Сёко поражала его подростковая глупость и тупость, но женщина воздержалась от комментариев.              — Пока вы оба не признаетесь в том, что соулмейта друг друга, то жжение будет становиться сильнее. — Женщина сделала довольно большую паузу, но всё же, вздохнув — про себя пообещав, что, если что, попросит у Сандры прощения — разрушила эту паузу. — Сандра хочет разорвать вашу связь. — Говорит это всё слитно, буквально на одном дыхании, что Мегуми не сразу понял смысл предложения, но потом, его глаза расширились от ужаса и удивления. — Она не может больше сидеть на обезболивающих, которые я ей даю — а они очень сильные, Мегуми, чертовски сильные — и не может терпеть всю эту боль. Сандра думает, что тебе будет всё равно и ты не заметишь этого — разрыв связи опасен только для того, кто предложил это.       — Где она?       — Собирается к старейшинам.              Мегуми как ветром сдуло. Он нёсся в сторону комнаты Сандры, в голове бурлили мысли, от которых самому становилось тошно до такой степени, что хотелось блевать. Каким нужно быть придурком, чтобы вот так отталкивать от себя Уокер? Гордость уже валялась где-то под ногами — было всё равно. Фушигуро хоть и вёл себя, как холодный чурбан, но это не значит, что Мегуми хочет разрывать эту связь. Он чертовски долго ждал этого, а когда увидел Сандру — сердце рухнуло в пятки. Она смотрела на него с нескрываемой злостью и огнём в глазах, что ему стало противно от себя же.              Сандра удивлённо вскрикнула, когда дверь её комнаты с треском открылась, а сама девушка была на половину одета — только не застёгнутая блузка весела на её теле. Метка красиво выделялась на её теле, но Мегуми подумал, что на этом заострить своё внимание чуть позже.              — Ты в конец охерел, Фушигуро?!              Возмущённый вскрик потонул в жёстком, грубом поцелуе — он пытался вытеснить злобу и беспомощность. Сандра кусала его за губы, крепко держала за плечи, пытаясь оттолкнуть его от себя, а после начала колотить руками по его спине — но это не помогло. Мегуми не отрывался от неё. Обнимал нежно, но при этом крепко, чтобы он не выпустил эту пташку из своих рук. Через пару секунд Уокер сдалась окончательно, отдаваясь во власть сладкого искушения. Им не хватало этого. Оторвавшись всего на пару-тройку секунд, чтоб восполнить запас кислорода, они снова соединили свои уста, только на этот раз нежнее, без той былой грубости, которая была с самого начала. Пальцы Фушигуро нежно оглаживали женский стан, пока дрожащие фаланги пальцев Сандры превращали его причёску в сплошной беспорядок. Ногтями он проводит по её метке, а сама девушка не стеснялась частичной наготы перед ним.              — Никакого разъединения, глупая. — Шепчет он, прислонясь своим лбом к её, а взгляд до сих пор проходится по его имени с какими-то разнообразными завитками. — Если и захотела решить этот вопрос, то спрашивать надо меня. Даже несмотря на то, как я скотски вёл себя по отношению к тебе, всё равно дорожу нашей связью. Тут обычных извинений не хватит, но я постараюсь оправдать нашу связь.       — Сам ты глупый, Мегуми.              Фушигуро только хрипло посмеялся, спрятав лицо в изгибе её шеи, и крепче обняв своего соулмейта. У Сандры подрагивает всё тело — она старалась всё так же держать себя ровно, чтобы Мегуми ничего не заподозрил, только Фушигуро уже прекрасно знал об её состоянии и о чём она думает.       Они просто стояли так какое-то время, крепко обняв друг друга, пока в комнату подруги не заглянула Нобара. Мегуми, собственно, после того дня получил от Кугисаги кличку «извращенец».