Мы набросаем свою историю

      — Почему? Почему ты такая сильная, Суна?              А Суна вспоминала, как в прошлых отношениях она была за мужчину, пытаясь вывезти все тягости и невзгоды в одиночку. Как ей постоянно повторяли, что она сильная, что со всем справится, а он нет. Не такой сильный, как она. Ямамото постоянно нуждалась в ласке и любви, только ей показали, что такое в отношениях нет и они — не сказка, не поддержка и не твоя опора. Отношения лишь тянули на дно, не позволяя выбраться, вдохнуть хоть чуть-чуть побольше воздуха. Магичка много плакала, кричала, пытаясь достучаться до холодного парня, что так был похож на отца, что ей не нужна такая любовь. Но он уверял, клялся, что действительно скоро всё будет по-другому. А она что? А она действительно любила. Ямамото из раза в раз повторяла, что это последний раз, когда девушка соглашается со своим возлюбленным. И каждый раз был действительно последним. У неё не может быть переживаний, не может быть боли, у неё не может быть трудностей. Всё это было настолько крепко закреплено в голове девушке, что по-другому она сейчас не умела. С детства, с маленького возраста, наблюдая подобную картину, Суна невольно стала её подражателем, практически превзошла оригинал.              А Юта спасал. Спасал из этих больных отношений, выслушивал, мягко настаивал и крепко обнимал. Он дарил такое тепло, которое она никогда не получала. Но Суна не плакала, складывалось впечатление, что у неё даже не было такого понятия в голове. Смотря на плачущих детей недоумённо, та лишь спрашивала: «Они же всё понимают, так почему они плачут?». И тогда Юта решил вытаскивать свою драгоценную подругу из этого омута, что скоро убьёт её. Он буквально создавал ей второе детство. Горящие, карие глаза, которые до этого были не лучше, чем у дохлой рыбы, его привлекали, обескураживали. Юта не мог подумать, что Ямамото может таким взглядом смотреть на мир. Первые пару прогулок он водил её по аттракционам, в парки, платил за неё в кафе и дарил цветы. Завязывал шнурки; придерживал, если то требовалось; носил её небольшую сумочку; ходил с ней по магазинам, покупая иногда небольшие презенты в виде украшений, одежды. Оккоцу действительно хотел показать, что она не то, что заслуживает любви, а она достойна её, в любом случае.              Отношения с парнем, что так напоминал отца, быстро разорвались. Суна не плакала, лишь холодно, без эмоционально, процедила, что парня бросают. Тот пытался выкрутиться, давил, мол, кто тебя полюбит кроме меня? Но взгляд стоящего рядом Юты говорил о многом: хотя бы, что тот готов убить его прямо сейчас, если не уберётся с квартиры.              — Разве быть сильной это плохо? — спрашивает она, наклонив свою голову на птичий манер к своему плечу.       — Нет, — Юта мягко улыбается, пытается вывести на разговор, переплетая их пальцы. — Только сильным нужно выговариваться. Чтобы быть сильными, они должны иметь поддержку, опору. Не пытайся меня защитить, не пытайся сделать себя самой сильной в этих отношениях. Я хочу, чтобы ты стала послабее, и тогда я буду готов подарить тебе целый мир, если ты позволишь. Я стану особенным для тебя, я стану сильным и буду носить тебя на руках. Ты не должна быть сильной в ущерб себе. Люби, наслаждайся этой жизнью, как до этого тебе не разрешали. Рассказывай мне всё.       — Всё? — тихо спрашивает девушка, горько усмехнувшись. — Ты будешь любить меня, даже если я расскажу всё, что у меня лежит тяжёлым грузом?       — Я люблю тебя со всеми твоими недостатками, — Суна прикусывает губу до крови, пытаясь сдержать рвущееся слёзы. — Я готов говорить об этом часто, доказывать своими действиями, что ты можешь опустить свою защиту и довериться хотя бы мне. Справляться самой со своими проблемами, это хорошо, только не забывай, что у тебя есть поддержка. Я помогу тебе, дорогая моя. Помогу встать на ноги, когда ты потеряешь почву. Помогу снова обрести крылья, если их вырвут. Но я тоже буду нуждаться в твоей поддержке, ласке и любви.       — Почему? Почему ты такой хороший и достался мне? — всхлипывая, дрожит, цепляется за него, как никогда раньше до этого.       — Чтобы ты наконец почувствовала, что значить быть любимой и любить. А не жертвовать собой ради больной любви.              Юта долго слушал сбивчивый, красочный, тяжёлый рассказ своей возлюбленный на кровати. Та плакала, с силой вцепляясь за него, и не боясь, что Юта оттолкнёт её. Но Оккоцу бы не посмел так сделать. Он слишком дорожит этим доверием, которое получил спустя долгое время. Знакомы они два года, встречаться начали три месяца назад. Он пытается показать, как будет безопаснее, спокойнее. Юта обсуждал с ней многое, чуть погодя, Ямамото, подобно алой розе, раскрылась ему. Он не посмеет сделать ей больно. Возможно, много кто не выдержал таких отношений: и дружеский, и романтических — и ушёл, не вырастив дерево с такими сладкими плодами, которые срывать рука не поднимается.              — У тебя вся кофта в моих слезах.       — Высохнет, не переживай, — шепчет, стараясь не спугнуть. — Голова болит? Спать хочешь?       — Спать, пить хочу, — голос хриплый, словно сорвавшийся.       — Как себя чувствуешь? — Юта обеспокоенно сжимает её руку в своей, пока та за раз выпивает два стакана воды.       — Паршиво, — Суна усмехается, ластиться к нему. — Но стало легче, намного легче, чем до этого.              Юта всегда её крепко обнимал. Суна утопала в этих объятиях долго, ставя себе внутренние ограничители на тактильность. Не хотелось причинять дискомфорт и быть навязчивой. Только сам Оккоцу по долгу не отпускал девушку из своей хватки, желая дать понять, что она в безопасности с ним. Слыша его постоянные комплименты, там перестала скрывать свою фигура под вечным оверсайзом и надевать платье, облегающую одежду. Ямамото перестала носить на своём лице море макияжа, что так губил юную кожу. Она отдавала предпочтению бесцветному гелю для бровей и гигиенической помаде со вкусом клубники. Суна начала ярко улыбаться, устраивая мини-свидания дома, беря инициативу в марафоне по фильмам в их небольшой квартирке.              — Ты сотворил чудо, — говорит Годжо, наблюдая за знакомой и своими учениками.       — Ты про что?              Юта отвлёкся от готовки, смотря недоумённо на своего учителя. Суна громко смеялась, пока играла в приставку с юными магами. Могла обиженно дуться, если не получилось выиграть, но улыбка не пропадала с губ девушки. Ямамото сидела в домашней пижаме, с небольшой повязкой на голове, чтобы волосы в глаза не лезли.              — Про Суну, — Сатору помогает своему ученику, выливая немного мирина в рис. — Мы с ней не были особо знакомы. Но я никогда не верил, что ты сможешь подарить ей дыхание к жизни. Спасибо за это.       — Это стоило того, — парень едва краснеет, улыбаясь своей возлюбленной. — Она делает меня слишком счастливым.