Я хочу знать

«Если тебе льстят, значит, готовься к удару.» Людмила Гурченко

Сказанные Томом слова прозвучали двусмысленно. Натянуто улыбнувшись, я задумалась, насколько хорошо он знает владелицу галереи. Расспрашивать об этом было бы невежливо с моей стороны. Я не так давно познакомилась с Хиддлстоном и лезть в его личную жизнь не намеревалась. Едва мы сделали пару шагов внутрь галереи, как за нашими спинами раздался приятный женский голос: — Том, вот и ты! Я обернулась и увидела стройную, высокую блондинку примерно одного с роста с моим спутником. Поравнявшись с нами, она бросила на меня косой оценивающий взгляд и приблизилась к Тому, привычным жестом обнимая его и нежно целуя в щеку, при этом скользнув по его губам. Такой привычный и несколько нежный поцелуй смутил меня, и я поспешно опустила глаза, чувствуя себя не в своей тарелке. Особенно смутила меня улыбка на лице Хиддлстона, которая радостно засияла, как только стоило ему увидеть девушку. Признаюсь честно, рядом со сногсшибательной красоткой я почувствовала себя гадким утенком. Эта женщина имела превосходное чувство стиля и умела эффектно одеваться. Элегантная бежевая юбка, доходящая ей до середины икры, с высокой посадкой на талии подчеркивала мягкие изгибы ее бедер, а кремовая вязаная кофта удлиненного фасона на перламутровых пуговицах давала маневренность и свободу движениям. Верхняя пуговка из речного жемчуга была расстегнута, делая вырез еще глубже и открывая вид на сексуальную ложбинку меж пышных грудей. Вокруг нее витал аромат дорогих духов, резковатый на мой вкус. — Как ты поживаешь, дорогой? — участливо поинтересовалась дама, словно бы нехотя выпуская ладони Томаса из своих ухоженных рук. — Все хорошо, Лотти, — кивнул актер. — Я рад, что у меня все же нашлось время посетить твою выставку. Мужчина одарил девушку своей фирменной улыбкой, от которой, по-видимому, все женщины вокруг него теряли голову. — Ну ты же обещал, — блондинка чуть склонила голову вбок, хитро улыбнувшись. — Да, я стараюсь сдерживать обещания, — широко улыбнулся Том, кивая в знак согласия. От этого ее «дорогой» мне захотелось выйти на улицу и отправиться домой. Я почувствовала себя неуютно рядом с этими двумя идеально подходящими друг другу людьми. Не только из-за их фривольных касаний, но и от того что они выглядели такими красивыми, с точеными чертами лица, изящной фигурой. Я же рядом с этой девушкой создавала впечатление серой мышки. И что Том нашел во мне в день нашей первой встречи? — Не представишь свою спутницу? — Шарлотта, наконец, обратила на меня внимание. О, как мило! Не прошло и часа. Том замешкался, но тут же поспешил исправиться, широко улыбнувшись. Он что, забыл обо мне? Думаю, мои глаза потемнели от негодования, когда Томас соизволил повернуться в мою сторону. Не знаю, заметил ли он это, но, кажется, на его лице отразилась тень смущения. Меня распирало от любопытства. Кем приходилась эта женщина ему? У меня почти не возникало сомнений, что они любовники. Я поджала губы. В конце концов, это не мое дело. — Лотти, это Елена, — Том завел свою руку за мою спину и слегка коснулся лопаток, подталкивая меня к подруге. — Елена, это Шарлотта, автор всех этих работ. Снисходительно глядя на меня, блондинка протянула для приветствия изящную ладонь с идеальным нюдовым маникюром. Поколебавшись всего долю секунды, я ответила на рукопожатие. Шарлотта сжала мою руку чуть сильнее, чем следовало бы по правилам приличия, и как только разжала ее, слегка провела ладонью по бедрам, словно бы стирая с кожи мое прикосновение. Она и не пыталась скрыть своего пренебрежения, потому продемонстрировала этот презрительный жест. Я плотно сжала челюсти, чувствуя ком в горле. Зачем она так сделала? Никак не могу взять в толк, это так разыгралось мое воображение или я действительно ей неприятна? Шарлотта тем временем снова переключилась на Тома, мгновенно забыв о моем существовании. Они завели разговор о выставке, потом о своем прошлом, из которого я узнала, что они с Томом учились на одной параллели в Кембриджском университете, но на разных факультетах. Оказалось, они много лет не виделись и сегодня была первая встреча за прошедшие годы. После учебы Шарлотта уехала во Францию, училась на фотографа, развивала свое мастерство и изредка, набегами возвращалась в Лондон. Она практически не виделась с Томом, ведь после университета он поступил в Королевскую академию драматического искусства и вскоре был занят на съемках в различных фильмах, при этом не забывая активно играть на театральных подмостках. В этот момент я оказалась лишь безмолвным слушателем, беспрестанно чувствуя себя третьей лишней. Они говорили и говорили, а мне ничего не оставалось, кроме как слушать и кивать в нужный момент. Том рядом с ней раскрывался совершенно с иной стороны. Он становился восторженным, веселым, я бы даже сказала забавным. Шарлотта же постоянно пыталась поймать момент и лишний раз невзначай коснуться его руки, локтя или плеча. Кажется, ее прикосновения его совсем не беспокоили, да и вовсе казались привычными. В конце концов, мне надоело стоять рядом с ними, изображая античную статую, и молча взирать на их задушевную болтовню. Хотя надо отдать Тому должное; пару раз он пытался подключить меня к их разговору, но его подруга всячески уводила беседу в такие темы, которые при любом раскладе были мне незнакомы. — Я боялся, что не успею на твою выставку! — воскликнул в какой-то момент Том, глядя на блондинку. — График поменяли, и уже скоро я должен буду лететь в Лос-Анджелес. — Это хорошо, что ты нашел время для старых друзей, Том, — многозначительно произнесла Шарлотта, снова невзначай тронув его плечо. — Кстати, тебя ждет сюрприз. Актер игриво взметнул брови вверх, и уголки его губ дрогнули, растягиваясь в широкой улыбке. Ее слова явно возымели нужный эффект, и Хиддлстон с восхищением переспросил: — Правда? Она кивнула, а я решила вставить свои пять копеек: — Том, Шарлотта, вы не будете против, если я оставлю вас и посмотрю выставку? Тут столько всего интересного! — О, должно быть, мы тебя утомили? — склонив голову набок, поинтересовалась подруга Тома, во взгляде которой продолжало плескаться высокомерие. — Что вы, совсем нет, — как можно правдоподобнее соврала я. — Конечно, иди, я скоро присоединюсь, — как ни в чем ни бывало мило улыбнулся мой спутник, мягко дотронувшись ладонью до моего плеча и слегка сжимая его. Мне хотелось язвительно вставить, что сомневаюсь… Отвлекшись на свои мысли, я совсем не заметила, как помрачнела физиономия блондинки. Мой разум занимали совершенно иные думы. Том и эта дамочка слишком увлечены беседой и, похоже, друг другом. Ведь стоило мне оставить их вдвоем, как Шарлотта сразу же поспешила сократить расстояние между ней и Томом. Он бросил в мою сторону непонятный взгляд, улыбнулся, и снова углубился в воспоминания о годах, проведенных в университете. Я не стала подслушивать, а направилась в ближайший зал, разглядывая полотна с человеческими частями тела. Стоило признать, работы Шарлотты завораживали. Я проходила мимо изображений множества ступней самых разных размеров и форм, острых или полных коленей, плавных изгибов бедер и ягодиц, плоских животов и мягких, которые могли принадлежать рожавшим женщинам. Среди фотографий висели снимки женских грудей от маленьких, еле-еле помещающихся в ладонь, до самых больших и полных. Мужская грудь тоже была одним из фетишей Шарлотты. Но больше всего, по-видимому, она любила руки. Особенно ее вдохновляли изящные ладони увенчанные длинными, тонкими пальцами. Наконец, остановившись напротив маленькой фотографии, я стала всматриваться в мужские ладони, изображенные на полотне. Длинные изящные пальцы выглядели невероятно тонкими. Острые костяшки, напряженные мышцы и проступающие вены на тыльной стороне, аккуратные овальные ногти — очень сексуальные ладони, хочу заметить. Только одно никак не давало мне покоя — где-то я уже видела эти руки. Вот только где?! Скорее всего, они принадлежали какой-то какой-то звезде: певцу или актеру. О приближении Шарлотты меня оповестил звук цоканья каблуков ее туфель о мраморный пол. Вокруг меня мгновенно разнесся аромат ее духов, заползая в нос и щекоча ноздри, когда женщина встала сбоку от меня. Я даже не взглянула в ее сторону, продолжая увлеченно разглядывать фотографию. Так и не получилось вспомнить, где я могла видеть эти руки. — Знакомо? — раздался рядом со мной насмешливый тон Шарлотты. — Признаться, да, — отрицать очевидное не было смысла. — Только никак не могу… — Ты спишь с ним? — неожиданно перебила меня блондинка. Я ожидала всего, чего угодно, но только не этого вопроса. Зато она, наконец, заставила меня повернуться в ее сторону. Я недоуменно посмотрела в серые глаза с пышными ресницами и идеально подведенными черными стрелками. Вот же сучка. Я пыталась понять, шутка ее вопрос или нет? Но Шарлотта была сама серьезность, хотя во взгляде с прищуром проскальзывала доля ехидства. Девушка не улыбалась. На ее лице не было и тени улыбки. — Прости, что? — озадаченно переспросила я. — По-моему, я задала простой вопрос, — Шарлотта склонила голову набок, разглядывая меня так, словно я не человек, а я грязь под ее ногами. Не понимаю, чем вызвана эта агрессия. Я же ничего не сделала ей! С первой секунды, как только мы вошли в эту злосчастную галерею, я ощущала от Шарлотты только негатив. В голову закрадывалась мысль: может быть, она что-то планировала в отношении Тома, а он внезапно притащил сюда меня. Тогда ее поведение было бы логичным. Мое появление нарушило ее планы, и, видимо, она решила, что повинна в этом тоже я. Тем более, что до этого момента мы даже не были знакомы. Не люблю конфликтовать с людьми и уж тем более с незнакомцами. Мало ли что у них на уме. Но и в долгу у этой дамочки оставаться не хотелось. Неужели она решила, что раз я с виду ничего из себя не представляю, то и молчать буду? Ага, держи карман шире. — А если и да, то что с того? Какое тебе дело до этого? — с ответной надменностью заявила я. Глаза Шарлотты превратились в злые узкие щелочки. Она пристально разглядывала меня. В этот момент я ощутила себя бабочкой, приколотой за крылья к деревянной дощечке в коллекции энтомолога. — Ага, как же, — ее губы скривились в поганенькой ухмылке. — Может быть, ты сделаешь мне одолжение и уйдешь? Будь добра, сделай вид, что тебе срочно куда-то понадобилось. Не знаю, кто ты и откуда взялась, но тебя вообще не должно быть здесь. Она кивнула в сторону выхода, а я от такой наглости потеряла дар речи. Мне стало тошно и чуточку обидно, что самой захотелось как можно быстрее свалить из галереи. Даже не стоило просить дважды! Не могу сказать, что Шарлотта унижала меня, но в ее голосе и во взгляде чувствовалась ничем неприкрытая неприязнь! Она, наверняка, уже составила план, как затащить Тома в койку. Интересно, а он знал об этом? Не сомневалась, что между ними что-то было. Но если и так, то назревает другой вопрос. Зачем он притащил сюда меня? Знает ли Том этого человека так хорошо, как сейчас узнала ее я? Всего пару минут назад перед ним была лишь маска, а мне посчастливилось лицезреть настоящий лик Шарлотты. Двуликий Янус, ей-богу. Я намеревалась высказать все, что о ней думаю. Мысли и слова так и лезли! Я уже успела открыть рот, но услышала позади себя шаги и радостный голос моего нового знакомого. — А вот и я! — восторженно воскликнул Том, подходя ближе. В руках он держал три хрустальных фужера на длинной, тонкой ножке и открытую бутылку шампанского. Шарлотта моментально натянула на лицо свою самую обворожительную улыбку. Я, к сожалению, не владела мастерством так быстро менять маски, поэтому все еще пребывала в недоумении. Что, черт возьми, только что произошло?! Меня так и подмывало спросить об этом Тома. Его глаза метнулись от моего гневного лица к улыбающейся подруге, и, могу поклясться всеми известными мне богами, я заметила неловкость и даже досаду, проскользнувшую в его взгляде. Тут он, наконец, заметил фотографию в рамке и моментально переключился: — О, это и есть тот самый сюрприз? Мужчина передал мне бокал, который я машинально приняла, все еще пребывая в прострации. Шарлотте это явно не понравилось. Зуб даю, глазами она намеревалась прожечь во мне дырку! — Да, ты узнал? — елейным голосом пропела блондинка. — Ну, свои ладони я всегда узнаю, — Том качнул бутылкой в сторону фото. Я перевела взгляд на полотно, а потом на руки нового друга. Теперь понятно, почему фотография показалась столь знакомой. Вот только мне уже было наплевать, как и когда ее сделали. Я вновь глянула на бокал в своих руках, а потом на Тома. Вроде бы что-то поменялось в его поведении, а может мне просто так казалось. Никогда не умела хорошо считывать людей. В любом случае, все это меня не касалось. Пока он не успел разлить напиток, я решила последовать совету Шарлотты: — Том, знаешь… Его подруга предупреждающе глянула на меня. Интересно, о чем она думала в этот момент? А что, если я сейчас все расскажу Тому? Поверит ли он мне? Хотя сомневаюсь. Хиддлстон знал ее намного дольше, чем меня. Так что, я заведомо в проигрышной ситуации. — М? — мужчина склонил голову набок, откупорив пробку зубами, и принялся разливать алкоголь. Шарлотта заливисто рассмеялась, забирая пробку из его рта, нарочно дотрагиваясь ногтями до его губ, а я не знала, как на все это реагировать. Шампанское в моем бокале тут же зашипело, искрясь мириадами пузырьков. — Так что ты хотела сказать? — участливо поинтересовался друг. — Знаешь… Я тут вспомнила… — замялась я, поглядывая то и дело на Лотти и вяло кивая рукой в сторону двери. — Мне на самом деле уже нужно идти… Я вспомнила, у меня есть неотложные дела. Да… Ты уж извини… Взгляд Хиддлстона резко изменился. Он стал похожим на побитого щенка, оставленного под дождем нерадивым хозяином. Выражение его лица кричало мне о том, что я не должна оставлять его одного, оно буквально взывало о помощи. Что, черт возьми, тут происходит?! Он что, не может отвязаться от Шарлотты без посторонней помощи? Блондинистая вертехвостка тем временем не преминула воспользоваться моментом и принялась суетиться: — О, как жаль! Врешь и не краснеешь, гадина. Ничего тебе не жаль. — Хелена, верно? — на английский манер произнесла она мое имя. — Ну ты, конечно, иди, если так нужно. Наверное, у тебя очень срочные дела. Перед тем, как уйти, я натянуто улыбнулась и залпом осушила бокал. Пузырьки ударили мне в голову, едва перестав шипеть на языке. Том молчал и выглядел опечаленным. Шарлотта же, наоборот, чуть ли не светилась от счастья. — Ну, пока, — неловко бросила я и направилась в сторону выхода, на ходу ставя бокал на пустой столик. Когда я уже снимала с вешалки верхнюю одежду, моего слуха коснулись голоса из глубины зала. Слов я не различала, но складывалось ощущение, что эти двое ссорились. Да и пофиг, милые бранятся — только тешатся, думала я, от досады кусая губы. Не застегивая куртку, выскочила на улицу, впопыхах вставляя молнию в собачку. Надо поскорее найти метро или автобусную остановку. Все произошедшее оставило какой-то грязный, поганый отпечаток. Чувствовала я себя, признаться, мерзко. Понятно, что мне надо было бы злиться на Шарлотту, но от чего-то вся моя злость была направлена на Тома. Спрятав руки в карманы, я быстрым шагом направилась вдоль по улице. В груди так и клокотало от ярости.