Истории их жизней

(Май, настоящее) Перед Ацуши стояла непростая задача — поймать кота за хвост. Иначе он не мог назвать избегание Акутагавой его персоны в течение всего учебного дня. Для начала Накаджима хотел встретить того перед началом занятий, всё же обычно они приходили первыми и дожидались прихода преподавателя. Только вот сегодня фигура в чёрном плаще заявилась в последнюю минуту и предпочла сесть вовсе не рядом с блондином ближе к окнам, как оно обычно бывает, а у двери, как в последствии понял парень — для того, чтобы со скоростью света ретироваться и раствориться в коридорах, средь толп студентов. Похоже, что Рюноске прекрасно играет в прятки, ибо находился он по итогу каждый раз сам, заходя в аудитории. План поимки созрел лишь к пятой паре. Он примитивен, глуп и от того хорош. Всё, что нужно было для его исполнения — отпроситься у преподавателя на пять минут раньше уйти с пары, потому что «на сегодня у него запись на флюорографию, сами понимаете, университетские проверки». Даже милые глазки строить не пришлось, чтобы женщина сказала: «Да, конечно. Когда надо будет, тихо соберёшься и выйдешь.» Что он в общем и сделал, не упустив косой взгляд Рюноске, уверенного, что его вид отображает полную незаинтересованность, но как бы ни так. Ждать перед дверями аудитории было бы слишком некомфортно, всё же он «идёт ко врачу», так что пришлось идти на выход и караулить там. Благо вход в корпус был только один и не нужно гадать, куда пойдет Рюноске. Всё же в универе все дороги ведут либо в буфет, либо в главный зал, что удобно. На улице оказалось вновь солнечно и ясно, даже лёгкий ветерок решил выйти погулять. Прекрасная погода, когда можно не кутаться в верхнюю одежду, одеваясь в самые привычные вещи. «Интересно, а на пляже он тоже плащ не снимает?» — Думал блондин, наблюдая за просачивающимися из здания студентами, коих отпустили на пару минут раньше остальных. Все такие яркие и броские, но при том — совершенно одинаковые. Распущенные волосы, короткие стрижки, кофты, пиджаки, майки, рюкзаки и сумки. Взять двоих и увидишь сотни отличий в стиле, манерах, привычках, чертах лица и даже походке, но для наблюдающего со стороны Накаджимы они все неотличимы. Потому что лишь разговаривая с кем-то, проводя с ним время, видя блик души, один из многих становится уникальным. За пару минут людей становится заметно больше, но он окидывает выходящие толпы взглядом и сразу же замечает то самое «уникальное», выделяющееся из толпы создание, идущее явно само по себе. Без раздумий Ацуши продирается сквозь живую преграду, не забывая извиниться буквально перед каждым ее членом, и захватывает Рюноске под руку так, чтобы тот ни при каких обстоятельствах не сбежал. — Джинко, ты офигел?! — Воскликнул брюнет, пораженный наглостью прилипшего к нему белобрысого создания. Рефлекторные попытки освободить свою руку не принесли особого успеха, а ударить под дых он от чего-то не решился. И вот картина маслом: белый кот тащит за собою под руку чёрного, чей хвост бьёт по земле так, что попади под него нечто живое, таковым бы оно на долго не осталось. Но это конечно всё фантазии. — Отцепись от меня! — Шипел недовольный Акутагава. — Тогда ты уйдёшь, и мы не поговорим. — Произнёс Ацуши, ведя собеседника по привычному маршруту до станции, словно бы всё так и должно быть. — Я не собираюсь ничего с тобой обсуждать. — Ты обиделся. — С чего бы? «Ой, да ладно, вот не надо тут.» — Ты обиделся, потому что я не сказал, что вчера у меня было день рождения. — И, по-твоему, это должно меня волновать? Мы же с тобой даже не друзья, с чего бы тебе говорить об этом мне. — Рюноске! — Дёрнул блондин того за рукав и остановился напротив улочки, в глубине которой блестели вендинговые автоматы. — Я правда ХОЧУ быть твоим другом. А вчерашнее — ни что иное, как недоразумение. Я праздновал этот день всего ТРИ раза за ВОСЕМНАДЦАТЬ лет. Я вспоминаю о его существовании только когда о нем напоминают, и когда кто-то начинает делать ради меня что-то хорошее, то я чувствую, что не заслуживаю этого. Рюноске с недоверием слушал речь блондина, смотря в его фиалковые глаза, так и искрящиеся искренностью, желающие удержать Акутагаву, не дать ему уйти, что было совсем непривычно для постоянного объекта неприятия окружающих. — Не мели чушь. — Воспользовавшись моментом, он выдернул ладонь из теплых рук Накаджимы и побрёл по переулку, на который больше никто не обращал внимания. — Акутагава! — Поспешил за ним Джинко. — Все люди так или иначе зациклены на себе. Даже если ты сказал правду, что просто по своей бестолковости забыл, что пятое мая это твой день рождения, это тебя не оправдывает. В разговорах ты это не упоминал даже мимоходом или в шутку, что мол «родился в национальный день мальчиков» и каждый год вся Япония будто бы празднует твой день рождения. Из этого можно сделать простой вывод — подсознательно мы с тобой недостаточно близки, что вероятно правда. Ты ведь, к примеру ничего не знаешь обо мне. Они шли по переулкам вдоль домов, чьи окна начинаются далеко над их головами и в них стоит пыль. Шаг в лево, шаг в право от центра, и ты попадаешь в непонятные места. Даже солнцу сюда сложно проникать, но Акутагаву, чей тёмный образ прекрасно вписывался под окружение, это не смущало. Он шел вперед, положив руки в карманы, не пытаясь сбежать от идущего сзади Джинко. — Так расскажи мне! Вот когда, к примеру у тебя день рождения? — Вспомнил парень слова Люси. Ответ не заставил себя долго ждать. — Первого марта. Доволен? — Я-то да. Но… Скажи, Акутагава, может я просто тебе противен? Ты мне нравишься, и, если я раздражаю тебя одним лишь своим видом, я уйду. Накаджима пытался понять, как ему лучше поступить. Он хотел бы вновь вернуться на ту тихую волну, когда рядом друг с другом было уютно. Но может только он так чувствовал, а сам Рюноске лишь терпел, как бы не вмазать надоедливому объекту. Наконец брюнет остановился и развернулся в сторону собеседника. Его взгляд был угрюм, а воздух вокруг словно бы сгустился. Ртутные глаза смотрели лишь на асфальт, покрытый пятнами неизвестного происхождения, избегая взгляда блондина. Воинственный, но вместе с тем хрупкий вид, на который заворожённо, с трепетом в груди смотрел Накаджима. — Ты раздражаешь своей назойливостью, и даже не представляешь, как одно лишь твое существование выводит из себя. Лучше бы ты не появлялся в моей жизни. — Хриплым голосом говорил Акутагава, выбивая почву из-под ног Ацуши. Тот боялся подобного ответа, надеялся, что всё обойдётся. — Но… Сердце встрепенулось, ускорив свой пульс, веря, что так можно ускорить время. — … Раз уж ты появился, я не хочу, чтобы ты уходил. Происходящее больно сильно было похоже на признание в любви, а не дружеский разбор полётов, от чего Ацуши залился краской. Чувствуя жар на своём лице, он мог искать спасения только в тенях этого не самого приятного переулка. «Боги, надеюсь он не заметит. Это же не нормально так краснеть, когда тебе говорят, что хотят быть друзьями. Чёрт, Люси, что ты со мной сделала? Я теперь не смогу отвязаться от мыслей, что мог бы с ним встречаться.» — Аммм, я-я тоже рад быть твоим другом, Акутагава. — Заикаясь произнёс парень, чьё сердце всё ещё стучало в ушах. Но даже так, ему показалось, что в ответ последовал громкий разочарованный вздох. — Пошли уже, еще немного и мы опоздаем на поезд. — Произнёс Рюноске, поворачиваясь в сторону еще более подозрительной улочки, по которой даже двум людям будет сложно идти. — По идее, пройдя здесь, мы сможем вернуться на главную. — Как скажешь. Ацуши совершенно не хотелось идти этим путем, но ступать наперекор желаниям парня, с которым вроде бы только что помирился, он не решался. — Та девчонка-иностранка. Она твоя девушка? «Как-то этот разговор обещает быть похожим на вчерашний.» — Люси не моя девушка, мы с ней просто друзья, вот и всё. — Ответил Накаджима, стараясь как можно дальше обойти подозрительную лужу на земле. — А она тоже так считает? — Мы с ней разобрались в отношениях ещё в феврале. Она предложила встречаться, но я не смог сказать «да». — И что это значит? — Решил уточнить для себя брюнет, между делом отшвыривая в сторону ботинком пустую банку из-под энергетика. — Она моя подруга и потому я не хотел разочаровать её. — Разочаровать? Разве ты бы ее, наоборот, не обрадовал согласием? — Пойми, Люси для меня друг, очень хороший друг, и она заслуживает быть любимой, а не встречаться с человеком, которому она как сестра. — Да ты похоже любитель романтики. — Хмыкнул впереди идущий Акутагава. — Но ведь это правда. Что я понял из книг, так это то, что есть дружба, страсть и любовь. И только любовь является батарейкой, которую не нужно перезаряжать постоянными разлуками и тоской. Думаю, когда любишь человека, ты просто хочешь быть рядом несмотря ни на что, с ним должно быть тепло и уютно. — «Как мне с тобой.» — Не договорил парень, понимая, что его слегка заносит. — Мышление девственника, мечтающего хотя бы о платонической любви. — Прокомментировал с усмешкой брюнет. — Эй, каждому своё знаешь ли! И вообще…- Замялся Накаджима, не привыкший к подобным темам. — У тебя уже кто-то был? — Кто знает. — Загадочно бросил Рюноске, заполняя блондина иррациональным беспокойством. Однако, эту тему никто не решился продолжать. Оба парня замолчали, услышав дальше по улочке голоса и их владельцев. Двое достаточно потасканных парней в чёрных спортивных костюмах распивали напитки непонятного производства. С одинаковым успехом это могли быть энергетики, пиво или соджу. Завидев идущих в их сторону студентов, один толкнул в плечо другого и жестяные банки с гулом полетели на асфальт, разбрызгивая ополоски жидкости, оставшиеся на дне. — Эй парни, чего тут делаете? — Делая шаг в лево сказал один из них. «Лишь бы не гоп-стоп!» — Взмолился Накаджима, видя, как им перегородили дрогу. — Какие-то проблемы? Акутагава выглядел так, словно сам сейчас набросится на них и постарается забить до смерти. Не на шутку испугавшись за возможные последствия для себя и для них, Накаджима проскользнул вперед, надеясь избежать конфликтов. — Просто идём на главную улицу. Можно пожалуйста пройти? — Кривенько улыбнулся он, стараясь держать Рюноске позади. — Нет, ребятки, так дела не делаются. Вы выворачиваете карманы и, если денег хватит, идёте с миром. — А если нет? — Раздался голос брюнета позади. — Вы уж постарайтесь. Сами понимаете, Портовая мафия не любит оплошностей. Мало ли где тебе паренёк придётся оплачивать долг своей милой мордашкой. Грязная шершавая рука дотронулась до лица Накаджимы, практически вызывая рвотный рефлекс, в другой же демонстративно появился нож, служивший намёком поспешить. Ацуши хотел бы пошутить, что подобные неудачники точно не входят в ряды Портовой мафии, даже не могут являться пешками, забредшими из Йокогамы в Токио. Они лишь неумело пользуются именем известной преступной организации, для вымогания денег у студентов и школьников. Как жалко. Однако, даже так, нож на уровне его живота заставлял оставаться сконцентрированным. За спиной Акутагава принял попытку выйти вперед, но, спасибо узкому пространству, Накаджима перегородил ему дорогу. — Джинко! — Подожди, Акутагава. — Практически потребовал он. — Господа, я так понимаю, вы не шутите? — Обратился блондин к вымогателям. — Конечно же нет. — Рука сползла с лица на рубашку, и верхняя из застёгнутых пуговиц полетела на пол. — Полагаю, у меня нет другого выбора…- Произнес парень, снимая рюкзак с плеча. — Накаджима, это ведь просто какие-то ушлепки! Но слова дальше не были важны. Ловким движением Ацуши налетает рюкзаком на нож, попутно беря руку в захват и тем самым выбивает холодное оружие из рук мужчины. — Ублюдок! — Воскликнул второй, но его быстро перехватил не растерявшийся Рюноске. И хотя Накаджима волновался, нет ли у второго грабителя ножа, ему следовало разобраться с первым, уже готовым к рукопашному бою. Только вот выпады кулаками были ничем для привыкшего тренироваться с Куникидой блондина. Успев ухватить запястье нападавшего, парень лишил того имевшихся капель концентрации и сделал подсечку. Туша полетела на землю, а ее хозяин взвыл от боли в спине, возникшей при ударе. Для стопроцентного обезвреживания противника Ацуши напоследок ударил того в солнечное сплетение и не дожидаясь реакций, обернулся в сторону Рюноске, успешно разбившего лицо нападавшего о стену, оставив на ней кровавые подтёки. — Акутагава! — Позвал того парень, хватая на руку. Ацуши не желал оставаться на месте ни секунды, потому, волоча за собой брюнета, стрелой ринулся по невзрачному переулку, туда, где по словам друга находилась центральная улица. Бегать он умел прекрасно, но тащить за собой кого-то еще было странно, особенно при том, что дыхание Акутагавы позади было непривычно частым и тяжелым, но он старался не думать об этом. «Чёрт, как же далеко мы зашли в глухие места.» Подумал уже было Накаджима, как из коридора одинаковых серых домов показался выход на многолюдную улицу. Это были совсем не те места, которые он ожидал увидеть. От сюда идти до станции как минимум пол часа, а это означает неизбежное опоздание. — Ох, похоже нам придётся ехать на следующем поезде. — Сказал своему спутнику Ацуши, но обернувшись не мог сдержать шока, паники и испуга. — Рюноске? Что с тобой?! У того второго тоже был нож, тебя ранили, мне вызвать скорую?! Акутагава сидел на асфальте, уперевшись в стену. Его дыхание было частым и хриплым, прерываемым кашлем. Казалось, что он задыхается, словно лёгкие потеряли способность втягивать воздух. Но несмотря на своё состояние, тот качал головой, держа одну руку плотно у рта, даже несмотря на то, что она очевидно мешала при кашле. Паника накрывала с головой, и блондин не знал, как может помочь, что сделать? Это приступ астмы или что-то другое? В итоге он перекинул одну руку парня через себя и помог подняться. Его состоянии было мягко сказать отвратительным, раз даже стоять на двух ногах трудно, но вместе они дошли до одной из лавок на бульваре. — Может всё же скорую? — Спрашивал Накаджима, но на него в ответ лишь смотрели глаза, в коих можно было увидеть звериный оскал. Когда дыхание Рюноске начало восстанавливаться, а ужасный кашель практически сошел на нет, оставляя за собой лишь хриплое дыхание, Ацуши стал рыться в рваном рюкзаке, дабы найти непострадавшую, на половину выпитую бутылку воды. — Держи. — Протянул от всё ещё не убравшему с лица руку парню, явно не желавшему принимать предложение. — Мне пойти купить новую? — Предложил Ацуши, подумав, что проблема в брезгливости. Смирившись, что просидеть так всё время он не сможет, Акутагава наконец убрал руку с лица, обнажив перед Джинко то, что он предпочёл бы скрыть. Губы и часть щек были в крови, словно бы он какой-то замученный вампир, умирающий при свете дня. Рука же, сдерживающая всё это безобразие была еще в худшем состоянии. С нее на землю капали алые капли, заставляя прохожих оборачиваться и шептаться. — Какого чёрта! — Воскликнул пораженный парень. В его представлении, еще немного и рядом с ним будет лежать труп. — Всё… нормально…так бывает. — Выдохнул брюнет, вытаскивая из бокового кармана сумки салфетки. — Это точно не нормально. Акутагава, что с тобой? — Всё еще протягивая дрожащими руками бутылку спросил парень. Тот всё не отвечал, оттирая руки и лицо. Невооруженным глазом было видно, что Рюноске зол, ему всё ещё сложно дышать, он устал и вымотан, за что Накаджима чувствует вину. Не тащи блондин за собой брюнета, наверняка такого не случилось бы. — Хватит. Выглядит так, словно сейчас разревёшься. Наконец все окровавленные салфетки полетели в урну. Теперь они выглядят как двое обычных парней на прогулке, не вызывая шока у прохожих. — Но ведь… — Не знал, что сказать Накаджима. — Так бывает при высоких физических нагрузках. — Сказал Акутагава и замолчал, размышляя, стоит ли продолжать. — Вот скажи, Джинко, сколько у тебя лёгких? — Задал неожиданный вопрос Рюноске. — Два…- Ответил блондин, чувствуя подвох. — А у меня еле наберётся полтора. Парень лёг на спинку лавки, стараясь вдохнуть полной грудью. Кажется, он старался успокоиться после приступа. Более того, это случилось на глазах у другого человека. Проявление слабости перед другими людьми вызывало гнев на себя, на них, но в этот раз Акутагава старался сдержаться. — В смысле… — Четыре года назад был выявлен операбельный рак лёгких, три с половиной года назад первая операция сорвалась. За время подготовки к следующей состояние стало хуже, и уж лучше бы вырезали целое. У тканей до сих пор не получилось нормально срастись. Результат можешь видеть сам. — Это… В голове у Накаджимы внезапно стало пусто, лишь сквозняком гуляли картины того, как при ином стечении обстоятельств Рюноске мог бы быть уже мертв. Хочется то-ли высказать своё сожаление, которому собеседник явно не будет рад, то ли расплакаться, потому что услышанная информация задевала его лично, в чем конечно не было никакой логики. — Прости меня! Я правда не ожидал, что такое может случиться. Мне очень жаль! — Начал извиняться парень, чувствуя, что этого недостаточно. — Ты можешь уже перестать? Бесишь. — Потребовал раздраженный Акутагава. — Будь на моём месте кто-либо другой, этого бы не случилось. — Но ведь это был ты, а я не знал… — Поник Ацуши. Он винил себя за очередную невнимательность, имевшую последствия. — Хватит. Внезапно Рюноске встал со скамьи. Он старался не подавать слабости, хотя его всё ещё пошатывало. — Мы уже опоздали на поезд, так что спешить некуда. «Точно, электричка! Я совсем о ней забыл!» — Раз уж такое дело, пошли подождём в кафе, я угощаю. — Произнёс парень, призывая другого наконец встать и пойти в одно из заведений, находящихся на бульваре. — Нет, не надо! — Всполошился Ацуши. Мало того, что именно он сейчас виноват в не самом лучшем состоянии друга, так ещё за него собираются платить. — Я слишком устал, чтобы спорить с тобой. Просто прими это, как подарок на свой день рождения и захлопнись. Отказываться в таком случае себе дороже, потому Накаджима согласился, и парни, шурша гравием, отправились к лаконичной вывеске, гласившей что-то на французском. За стеклянной дверью оказалось довольно приятно обставленное помещение в стиле лофт, в котором то тут, то там стояли зелёные, пышные растения, некоторые из них даже цвели. Их поприветствовала девушка в костюме официантки и проводила за столик на двоих и выдала меню, цены в котором не то, чтобы кусались, но Ацуши точно бы пожалел шестьсот йен за небольшой десертик. — Что будешь? — Поинтересовался Акутагава, у которого не было проблем со знанием того, чего он хочет. — Даже не знаю… Душа парня, привыкшего на всем экономить, блуждала по ценам и граммовкам, ища наиболее выгодный вариант. Но, продолжить заниматься этим бесполезным занятием ему не дала официантка, уже держащая наготове крошечный блокнот и ставящая в тупик вопросом о заказе. — Мне инжирное печенье, ему…- на пару секунд Рюноске замолчал, ожидая ответа, которого не последовало, — мача парфе, и зелёный чай без добавок на двоих пожалуйста. — Конечно. Считайте, что всё уже готово! — И ускакала она прочь, сверкая каблучками. — Ты можешь быть чуть более инициативным? — Спросил Акутагава, чей вечно недовольный вид в последнее время кажется заслугой одного лишь блондина, но им обоим известно, что это не так. — Просто как-то неудобно. Всё же ты платишь. — Ответил Накаджима. — Поэтому просто успокойся. Вот Ацуши и попытался «успокоиться». В ожидании заказа он оценил ущерб, принесённый рюкзаку, осмотрел порванные тетрадки и взявший на себя обязанность щита учебник по физике, у которого оказалась повреждена лишь обложка, но этого хватало, чтобы выбить из парня мучительный вздох. Вряд ли теперь получится сдать его обратно в библиотеку. — А ты смелый. — Подал голос Акутагава. — Не думал, что ты из тех, кто лезет в драки. — Можно сказать, это была самооборона. Да и то были какие-то токийские гопники, а не члены Портовой мафии. Даже смешно, что они додумались себя так называть. Им обоим пришлось замолчать — девушка наконец принесла их заказ. По сравнению с инжирным печеньем Рюноске (песочное печенье с инжирным джемом внутри), его мача парфе смотрелось помпезно: из крема и мороженого торчало несколько палочек покки, виднелся шарик мотти, а сбоку была вставлена рыбка тайяки с адзуки. Ацуши оставалось лишь в шоке смотреть на эту красоту, задаваясь вопросом: «А дозволено ли мне это вообще трогать?». — Ешь уже. Я же говорил — подарок на день рождения. Было ли вкусно? Безусловно! Только вот парень боялся, что, поедая всё это калорийное безобразие, выглядит он куда менее элегантно чем Рюноске, врезавшийся в него взглядом, что немного напрягало. — Получается, ты знаешь то, как должна выглядеть Портовая мафия? — Решил продолжить разговор парень. — Ну, лично я их не встречал, однако наслышан. — Боюсь спросить откуда. Сначала Накаджима помедлил с ответом, размышляя над тем, что можно сказать, что является более или менее общедоступной информацией. — Помнишь я говорил, что раньше подрабатывал в детективном агентстве? — Угу. — Послышалось в ответ, он пьющего чай брюнета. — Это была не обычная контора, а ВДА. Слышал о них? — Вооруженное детективное агентство. — Быстро расшифровал Акутагава. — Не думал, что подобная организация берёт абы-кого, да ещё на подработку. Они не боятся шпионов? Ацуши удивился, что Рюноске задел эту сторону вопроса. Конечно все, кто хочешь могут узнать о существовании ВДА, но то, что они занимаются более важными делами, старается держаться в тайне. Всё же детективы частенько работают с государственными органами, а также не редко контактируют с Портовой мафией — преступной организацией, влияние которой выходит за пределы Йокогамы. Впервые, узнав об этом парень был уверен, что это неправильно, что «добрые» детективы и правительство должны расправиться со «злой» мафией, но реальность оказалась гораздо сложнее. Ослабшее после Третьей мировой войны правительство не могло сдержать разрастающийся поток преступности и когда на горизонте появилась крупная группировка, пожирающая все остальные, с ней осталось лишь договариваться. И нынче, в устоявшейся системе, в которой правительство старается не иметь дел с мафией, сдерживающим фактором второй стало агентство, покрываемое правительством. Однако в каких-либо спорных моментах, оно может с лёгкостью отказаться от него, подобно тому, как ящерицы сбрасывают хвост в случае опасности. Так и получилось, что город живет на хрупком балансе трёх организаций. — Как ты помнишь, мой отец детектив, да и мне есть за что их благодарить, так что шеф разрешил. Я не делал ничего особенного, но Куникида-сан настоял на том, чтобы я выучился некоторым трюкам. — Вот откуда значит манёвр с рюкзаком. — Угу. — Задумчиво протянул парень, запивая парфе чаем. — И при всём при этом ты зачем-то пошел на физмат. — Люси об этом тоже постоянно говорит. — Похоже наши с ней мнения о тебе сходятся. — Многозначительно прокомментировал парень. — Кстати, если не хочешь приехать домой только к часу ночи, нам пора собираться.