Та, что сильнее всех, зовётся любовью

Полгода спустя

После очередного приступа «плохого настроения» местная природа, как бы извиняясь за свой характер или просто демонстрируя другую его сторону, радовала глаз ярким солнцем, чистым небом и спокойным океаном. Брок поправил солнцезащитные очки и привычно оглянулся в поисках Джако — тот всё также носился по берегу, оседлав Гранта и устанавливая новые рекорды верховой езды на собаках. Третьим в их компании довольно часто мелькал воздушный змей, которого они приобрели на соседнем острове, мелкому он очень нравился, гораздо больше детского мини-городка, построенного за их домом. Брок догадывался о причинах, но понятия не имел что с этим делать. Воспитывать маленького альфу оказалось намного более сложной задачей, чем нести ответственность за сохранность и работоспособность Зимнего Солдата, а когда-то Рамлоу думал, что хуже быть не может. Как говорится, всё познаётся в сравнении. — Чем больше ты заставляешь его чувствовать себя маленьким ребёнком, тем больше он будет доказывать тебе обратное, — как-то в один из многочисленных вечерних разговоров за бокалом красного итальянского без обиняков заявил Миро на его сетования. — Я говорил что ты для него не авторитет. Сам виноват, больше бы в попку его целовал. Ты сам определил свою роль, папаша. — Ты хирург, а не мозгоправ, — отмахнулся Рамлоу, не готовый смириться и сдаться в борьбе за главенство в своей маленькой семье. Самое смешное, что противостоять приходилось собственному ребёнку, которому между прочим не было и года. Мелкий ещё не пошёл и не заговорил, но уже загонял бету в выстроенные им самим альфарамки, — так что заканчивай умничать. Не можешь дать дельный совет, так захлопнись. — Возможно, только возможно, — подчеркнул омега, привлекая внимание беты, — ты находишься под таким давлением из-за того что малыш понимает — физически он пока не в состоянии тебя защитить, поэтому заботится о тебе в силу своих возможностей. — Ага. Например, используя «видео-няню» как средство слежения и контроля. Либо так, либо Джакомо отказывался отпускать бету из зоны видимости и оставаться под присмотром крёстного, пока Рамлоу решал свои дела с мутантами или ездил в город за покупками. Мессенджер, следилка и развлечение под кодовым названием «видео-няня» была идеей омеги. Для удобства и установления личных границ — на это Брок и купился. Боже... за ним так в Гидре не следили, как следил собственный сын. Сеансы связи пропускать строго запрещалось, иначе на его след выходил Кэпопёс, в которого установить «видео-няню» пришлось в обязательном порядке, как и в планшет, и в ноутбук, и в телефон. А вдруг что-то сломается? Лучше перестраховаться. — Ты просто привык подчинять, а не подчиняться. В этом твоя проблема. Ну и в отсутствии альфа-отца конечно. — Спасибо, обойдусь, — передёргивает плечами бета и доливает вина в свой быстро пустеющий бокал. — У меня и с одним альфой хватает проблем. И чтоб ты знал, у меня нет проблем с подчинением. Моя работа... — Вот именно. Работа, а не личная жизнь. Ты одиночка, Брок. Привык, что всё должно быть только по-твоему, потому что ты лучше знаешь, это твоя жизнь и решения принимаешь ты, — слушая омегу, у Брока всё чаще складывалось впечатление, что Миро в отсутствии собственного партнёра проецирует на него свои претензии, нравоучения и далее по списку. Омеги чтоб их... Просто не могут, чтобы не выносить хоть кому-нибудь мозг. — Но теперь ты больше не один. У тебя есть ребёнок. И как ты любишь его и заботишься о нём, так и он имеет на это право. — После восемнадцати. Ну или хотя бы после шестнадцати. Но ему и года нет, Миро! — взмолился Брок, он абсолютно не был готов к такому повороту событий. — У тебя необычный ребенок, — флегматично заметил омега, смакуя вино и наслаждаясь вечерним бризом. Джако уже спал, поэтому можно было позволить себе расслабиться, расположившись на берегу и не ожидая экстренного сигнала связи, — нельзя предъявлять к нему стандартные требования. Конечно, Броку ничего нельзя: ни предъявлять, ни требовать. Ведь он бета, а это в глазах остальных уже говорит не в его пользу. А если учитывать специфику его работы и то что он стоит на противоположной от Кэпа стороне, и вовсе получается что он не заслуживает то, что имеет. Миро никогда не говорил подобное вслух и вряд ли так считал. Омега не был замшелым моралистом, не строил из себя святого и, несмотря на то как завязалось их знакомство, относился к нему с искренней теплотой, что позволяло Рамлоу считать Миро своим другом, каковых насчитывалось немного. А знавших тайну появления у него Джако, пусть и без особых подробностей, вообще сводилось к одному единственному человеку: другу, крёстному и соучастнику в заметании следов. Но по некоторым, брошенным вскользь фразам омеги Брок понимал, как всё выглядит со стороны. Его запятнанная репутация, его не лучшая генетика и безграничная любовь к нему особенного ребёнка... Не Броку жаловаться на свою жизнь. Счастье что она у него вообще есть. Немалое везение Рамлоу видел и в том, что люди здесь были далеки от «Озарения», Гидры и Зимнего Солдата. К сожалению того же нельзя было сказать о мутантах. Но учитывая что с людьми у них не наблюдалось дружеских отношений, особой опасности для себя в этом бета не видел. Даже если кто-то что-то скажет, в открытом доступе нет больше слитых файлов У.Д.А.Р.а. Его парни заморочились и всё подчистили. А когда пара умников посчитала это умалчиванием и выложила вновь, Брок самолично преподал урок назойливой общественности в конкретных лицах, выставив чужое грязное бельё на всеобщее обозрение, чтобы неповадно было, в очередной раз доказав, что никто в этом мире не ангел. У каждого найдутся скелеты в шкафу, но страшнее и отвратительнее они всё же у тех, кто показушно больше всех строит из себя праведников. С Роджерсом хотелось поступить точно также, и только из-за непосредственного участия Зимнего в очередном дерьмовом замесе, устроенном Кэпом, пришлось отказаться от этой идеи. Гробить и без того трещащую по швам репутацию Барнса не было никакого желания. Теперь же, когда у него на попечении находилась маленькая копия Зимнего, бета вообще отказывался признавать как само существование Барнса, так и собственное с ним знакомство. А в свете последних удачных событий его положительный образ среди местного человеческого населения значительно укрепился, хотя Рамлоу преследовал лишь одну цель — улучшить условия проживания Джакомо по максимуму. Его ребёнок заслуживал только самого лучшего и даже мутанты не могли помешать ему на пути к этой цели. Сработал очередной экстренный сигнал, Брок в первую очередь отыскал глазами Джако, убедившись что с мелким всё хорошо — даже издалека было видно его солнечную улыбку. Отключив сигнал на планшете, Рамлоу проверил работоспособность всех камер наблюдения, убедившись что теперь все они работают исправно, и только потом бросил взгляд на часы. — Время обедать, да, чиамбелла? — усмехнулся Брок, качая головой, повторный экстренный вызов стал ему ответом.

Полгода назад

На новом месте Джакомо чувствовал себя прекрасно. Ещё бы! Большой дом, неизученная территория, живописный пейзаж. В общем есть куда направить свою неуёмную энергию суперребёнка. Не то чтобы у Брока её не было вовсе, но за неделю выгребания мусора, вытирания барханов пыли и латания пусть и немногочисленных дыр в крыше, энергии изрядно поубавилось. А главное бесил сам факт — имея все возможности сделать из этого места настоящий рай на земле, он был вынужден довольствоваться подачкой и не отсвечивать, поскольку именно этого от него и ждали. Не, будь Рамлоу сам по себе, ему вполне хватило бы гамака на берегу и ящика пива, хорошо присыпанного льдом, но у него был ребёнок, у которого ещё недавно имелось всё и даже больше. А теперь это «всё» бесцельно пролёживало на арендованном складе, а мелкому приходилось ковырять найденной где-то палкой мокрый песок. Ладно, не всё было так убого, просто родительский инстинкт беты постепенно слетал с катушек. В который уже раз?  В свободное от домашних обязанностей время Брок занимался тем, что делал наброски чертежей детского городка, аквапарка, тренировочного лагеря... высчитывал параметры, искал необходимое оборудование в интернете, проходил специализированные онлайн-курсы. Неизвестно какие масштабы приобрела бы вся эта бурная деятельность по улучшению жизненных условий для Джако (а заодно и для других детей, которые по мнению беты, просто обязаны были подружиться с его сыном), если бы с Броком не связался Шон, вежливо пригласив посетить их штатного медика для обычного ознакомительного осмотра, и, что удивительно, без Джако. Недавний инцидент явно научил мутантов считаться с его маленьким сыном. Рамлоу тоже было проще игнорировать оскорбительные выпады в свою сторону, когда рядом не находился его малыш и не нужно было переживать, какой пример он подаёт маленькому альфе. Приём в медблоке действительно не занял много времени, от беты требовались только общие данные типа роста, веса, группы крови и снимка родового шва. Кажется никому и в голову не пришло, что он мог подделать родство. Брока также похвалили за предусмотрительно принесённую с собой карту Джако — не зря же он убил столько времени и сил чтобы её сделать, сыграв на опережение. Похоже и это не вызвало ни у кого подозрений. Мда, и близко ничего похожего с Гидрой. И всё же ещё рано расслабляться, на горизонте, как дамоклов меч, нависает над Броком не пройденный тест. Наверное именно это напоминание становится последней каплей, переполнившей чашу терпения, и он решает отыскать единственного лояльного к нему мутанта. Но за очередным поворотом натыкается на его недружелюбного брата. Странно, но внешне они едва ли похожи, и отношение к нему столь же разнится. Как день и ночь. Ник смотрел на него злобным, хищным взглядом бойцового пса. Даже щека, исполосованная длинным глубоким шрамом, смотрелась на нём уместно, будто подчеркивая всю скрытую в нём мощь и опасность. Но вопреки всем имеющимся рискам, Рамлоу не испытывает желания бежать, как и в далёкие, истёршиеся в памяти пройденными годами ночи, наполненные безумными спаррингами и чистым ни с чем несравнимым удовольствием от сбившегося жаркого шёпота во взмокшее от пота лицо: «ты ненормальный... полный псих, Рамлоу!». Да, Кэп, я всё ещё помню твой маленький грязный секрет и уверен, где бы ты ни был, тебя выворачивает наизнанку от осознания этого факта.  — Что тебе здесь нужно, Ку-ши? — голос альфы ощущается зазубренным осколком стекла, направленным прямо в незащищённую шею. Брок никак не реагирует на обращение, хотя интуитивно догадывается что это должно быть оскорбление. Больше напрягает упорное стремление альфы его обезличить. Любые сильные чувства, будь то неприятие или симпатия потенциально опасны. И похоже он умудрился вляпаться и в то, и в другое, встав между братьями. Ну какого ж, спрашивается, хрена? — Хотел переговорить с Шоном о некоторых вещах для своего сына. — Так и говори, что пришёл просить, — последнее слово ядовитой улыбкой расцветает на губах альфы. — Что ж, с удовольствием послушаю, как ты станешь это делать, Ку-ши. Не желая тратить время на разговоры с кем-то вроде беты, Ник разворачивается обратно и стремительно направляется к одной из множества расположенных здесь дверей, лениво делая взмах пальцами в воздухе для Рамлоу. Переговоры определённо начинаются неудачно, но отступление не приблизит его к цели. Всё что остаётся — идти следом и использовать представившийся шанс. Худшее что может случиться — он не получит ничего из того в чём нуждается его сын. Или нет. Худшее, понимает Брок, это ссора двух братьев, причиной которой вновь станет бета. Эта мысль на секунду парализует всё тело, и он зависает на пороге большого мрачного помещения — кабинета Шона? Всё это здание — и снаружи, и внутри — выглядит угнетающе, как собственно и одежда мутантов не блещет разнообразием цветовой палитры, не то чтобы Рамлоу был фанатом радужных цветов, но он, в конце концов, наёмник и шпион, а вокруг него в основном подростки, и это настораживает. Взгляд Шона холодный и жёсткий отрывается от поверхности стола, на котором лежит его планшет, и встречается с настороженными глазами беты. Лицо альфы мгновенно становится взволнованным и чутким, если Рамлоу не врут его собственные глаза. — Посмотри, кто ищет твоего внимания, брат, — игриво начинает свою речь Ник, усаживаясь в одно из свободных кресел напротив брата. Каждое его слово наполнено показным дружелюбием и едва скрываемой издёвкой. Судя по реакции Шона, направленна она не только на Брока. — Неудивительно. Ты единственный, от кого он может получить хоть какую-то выгоду. — Оставь нас. — О нет, — с слишком громким, режущим по ушам смехом протестует младший альфа. Брок точно не уверен какая разница в возрасте между двумя братьями, но она определённо есть, — я хочу насладиться сполна задуманным представлением. — Ещё один подобный комментарий, Ник, и я вышвырну тебя за дверь. — Ты разбиваешь мне сердце, брат. Становится очевидным, если не вмешаться сейчас, шанса сказать хоть что-то у Брока уже не будет. Он прочищает горло для привлечения к себе внимания и подходит к единственному свободному креслу, огибает его, чтобы сесть, прежде чем заговорить: — Это в некотором роде деловое предложение... об инвестициях в инфраструктуру острова. Глаза Рамлоу устремлены только на Шона, но краем глаза он замечает, как вытягивается лицо другого альфы. Брок достает собственный планшет и отправляет на знакомый уже адрес наброски своих идей и чертежи. Через несколько достаточно долгих секунд, Шон открывает полученное сообщение, в то время как его брат буквально высигивает из кресла, спешно обходя стол, чтобы нависнуть над плечом старшего альфы. — Дай ему кров и он приберёт к рукам твою землю. Люди неисправимы. Видишь? — Ник превосходно контролирует собственный голос, обращаясь к брату, но всё меняется, когда дело доходит до Рамлоу. Поначалу уравновешенный и тихий, с каждой последующей фразой он становится громовым. — Почему не Диснейленд? К черту! Зачем мелочиться?! Построим Лас-Вегас!!! Ты... Зарвавшийся сукин сын... В груди всё холодеет. Кажется драка неизбежна. Было слишком самонадеянно ожидать другой исход, когда дело касается денег. Огромных денег. К тому же от него. Всё ведь настолько очевидно, но Брок предпочел игнорировать факты, бросающиеся в глаза с первых дней. Мадрипур и Дженоша настолько разные несмотря на свою близость, как два стоящих рядом брата, а он грубо пытается урбанизировать прекрасную дикую природу, сполна познавшую войну и нищету. Перекроить целый обособленный мир и всё ради одного единственного ребёнка. Когда Шон поднимается с места, готовый кажется убить собственного брата, Брок понятия не имеет что ему делать. Как ни странно, ситуацию спасает Джако — экстренный вызов на планшете ещё никогда не звучал так вовремя. — Обязательный сеанс связи, — спокойно объясняет Брок, находясь под перекрёстным давлением двух убийственных взглядов. Надо бы поменять звук полицейской сирены на что-то менее экспрессивное. У самого каждый раз лицевые нервы сводит. — Привет, чиамбелла. Как видишь, я в полном порядке...