Демон Скай и дом на краю леса

      Птица снова дернул меня за руку и указал на воронов. Птицы слетели с ветки и перелетели на крышу. Парень потянул меня в их сторону, тыча в них пальцем.       — Ты… Хочешь туда же, куда и они? — неуверенно спросила я.       Мертвая Птица активно закивал. Вороны между тем перелетели на другую крышу. Тогда у меня закралось подозрение, что они нас куда-то зовут. Да и Птица постоянно тянул меня за руку в их направлении, так что мне ничего не оставалось, как последовать за ними.       — Это твои друзья? — поинтересовалась я у него, пока мы бежали за воронами, которые то и дело перелетали с крыши на крышу.       В ответ мне промычали нечто неопределенное.       Свернув пару раз, мы выбежали на открытую площадь. Здесь было расположено белое здание с колоннами, полностью обвитыми плющом. Вороны, спикировав с крайней крыши, залетели между колонн в открытые двери.       — Стой, мы не можем туда зайти… Мы ведь даже не знаем, что там… — промямлила было я, но Птица, не сбавляя скорости, потащил меня внутрь.       Вороны летели по коридорам — мы бежали за ними. Вскоре они свернули за угол. Оказавшись там же, мы попали в небольшой коридорчик, который вел в большую залу. Ещё через щель между дверьми я увидела Инугами и Сирену, которые болтали о чем-то, без стеснения поглощая пончики с ближайшего подноса. Чуть дальше от них сидел Венс, но он молчал, глядя куда-то в сторону. Рядом с ним сидел курчавый зеленоглазый парень — Алистер. Он смотрел туда же, куда и Венс, но в его глазах читалась напряженность.       Когда мы с Мертвой Птицей оказались в дверях, я наконец увидела, к чему был прикован взгляд парней: в тени, куда не попадал солнечный свет, сидел монохромный демон. Он пил чай, прикрыв глаза, словно наслаждался этим утром, полностью игнорируя Хранителя Весны и Оператора. Два ворона сидели на спинке его стула.       Всё внутри меня куда-то провалилось. Он пришел…       Птица отпустил наконец мою многострадальную руку и быстрым шагом зашел в залу. Все обратили внимание сначала на него, а потом и на застывшую в дверях меня. Птица подошел к монохромному демону и поклонился. Скай открыл глаза, окинув парня взглядом.       — Спасибо, что привел её… — пробурчал он, на что Мертвая Птица ещё раз поклонился.       Скай быстро поднялся, напрочь забыв про недопитый чай. Он направился ко мне, и с каждым шагом его лицо темнело. Судя по всему, он был очень зол. Когда же нас стали разделять сантиметров пятнадцать, Скай остановился и с высоты своего роста окатил меня холодным, полным ярости взглядом.       — Я, мать твою, моргнуть не успел… а ты снова куда-то вляпалась! — его крик эхом прокатился по залу.       Его лицо скривилось. Он схватил меня под руки и оторвал от пола, слегка встряхнув.       — Когда ж ты уже прекратишь искать на свои хвосты неприятности?! — продолжил он. — То к каннибалу на банкет загремишь, то тебя кто-то утащит, то потеряешься! Когда это уже кончится?! Я и так уже седой… — внезапно он осекся. — Ты чего?       Пережитая ночь в тюрьме, побег, чердак… Ранее все чувства были будто притупленными, а теперь обрушились гигантским сугробом. Его присутствие, которое молчаливо говорило о том, что он решит все проблемы, дало мне команду расслабиться… и, как следствие, разреветься. Плюс к этому в моем сознании крутилась мысль о том, что он снова пришел за мной. Пришел несмотря на то, что говорил мне тогда в пабе. Пришел, хотя утверждал, что у него нет ответных чувств.       Какой же я тормоз!.. Скай так любит врать… Вполне возможно, что и тогда он соврал… А это значит, что его слова не имеют значения. Его поступки говорят сами за себя. И эти мысли заставили меня расплыться в немного глупой и очень мокрой улыбке.       Скай тем временем непонимающе хлопал глазом, в недоумении, сменившем гримасу злости, оглядывая меня, безвольным кулем висящую у него в руках.       Видно, как и большинство представителей мужского пола, Скай не переносил женских слез, и когда он не смог понять причин моей истерики, он тут же снова вскипел:       — Какого фига ты ревешь? — грубо спросил он, снова встряхнув меня. Но видя, что это не особо помогает, демон продолжил: — И не смей улыбаться! Я тебя вообще-то ругаю!       Но слезы мои почему-то решили пойти еще обильнее, а улыбка стала шире. Руки с какого-то перепугу потянулись обниматься. В общем, парень совсем растерялся, не зная, как реагировать на неадекватную меня. Воспользовавшись его ступором, я вывернулась из удерживающих меня рук и обхватила его поперек груди, заливая черный костюм солеными слезами.       Скай начал крутить головой, кидая затравленные взгляды на присутствующих, но помогать ему никто не спешил, так что демону пришлось смириться с тем, что от меня ему никуда не деться. Через какое-то время почувствовала, как он неловко погладил меня между ушами.       — Это… Хватит уже… — нервно пробормотал он, дергаясь в надежде отстраниться. Не тут-то было: мой стресс был слишком велик, чтобы так быстро отпустить его первопричину, который, кстати, это заслужил.       — А мне казалось, что я видел все… — пробормотал кто-то спустя пару минут, когда в зале воцарилась тишина.       Выглянув в пространство между боком и рукой Ская, я осмотрела застолье. Сирена и Инугами куда-то испарились. Алистер, которому принадлежали последние слова, обалдевшим взглядом вылупился на нас. По лицу Венса я не могла сказать, какие эмоции в нем сейчас преобладают: он открыл рот, собираясь, верно, что-то сказать, но помешал ему так и не проглоченный чай, который, воспользовавшись возможностью для побега, мгновенно вытек ему на колени. Но парень словно и не заметил этого. Он закрыл рот, снова открыл, да так и остался сидеть.       — Так вот, кого ты так хотел найти… — пробормотал Хранитель.       — Ты правда хотел меня найти? — всхлипнув, эхом отозвалась я, ещё сильнее сжав демона. Тот предпринял отчаянную попытку отодрать меня от себя. Которая, впрочем, особым успехом не увенчалась.       Видя, что Скаю это не нравится, и понимая, что, пока я рядом, он останется безнаказанным, Алистер со злорадством добавил:       — А ещё сказал, что без тебя не уйдет…       Мои объятия стали крепче.       — Заткнись! — прохрипел монохромный. — Она же меня придушит от счастья!       — Ты это заслужил, — довольно сказал Алистер, усмехнувшись. — К тому же, когда ещё тебя так придушат… от счастья?       Одним словом, жизнь моя налаживалась. Алистер, видя, что при мне Скай убивать никого не намерен, и осознавая масштабы своей неприкосновенности в непосредственной близости от меня, предложил нам всем задержаться на его Острове Весны. Сказал, что сожалеет о произошедшем и хочет искупить свою вину передо мной. На самом же деле это предложение Хранитель выдвинул, чтобы всласть поиздеваться над Скаем, который по каким-то причинам, хоть и плевался в ответ ядом, рукоприкладство оставил для других — без моего присутствия — случаев.       Задержались мы всего на три дня. Для себя я четко решила, что не буду требовать от Ская ответных чувств. Пусть там Инугами хоть убьется, распинаясь о необходимости развития отношений. Меня всё устраивает. Ская тоже. Подумаешь, свадьбы не будет… Невелика потеря, мы и так живем почти как семья. Этого достаточно.       Мертвую Птицу отправили лечить крыло. Алистер сказал, что после выздоровления его с торговым караваном отправят на Остров Зимы, где, кстати, после смерти прошлой королевы Зимы Снежинки давно заседал Снежный Лорд, её племянник. А оттуда уже в Монтоорию, домой.       Венс от увиденного в зале дома Хранителя Весны отошел. И даже делал вид, что не обиделся. Хотя украдкой я видела, как часто он вздыхал, злобно глядя куда-то в сторону. Я могла его понять. Из них двоих — Ская и Венса — последний куда больше заслужил тех объятий, которыми я чуть не придушила монохромного. Скай после постоянно ворчал о том, что у него из-за меня болят ребра, но на его жалобы никто особого внимания не обращал.       — Как ты могла?! — возопил он, когда я поинтересовалась, почему он такой смурной время от времени. — Я больше пережил! Даже с Алистером подрался! У меня столько ссадин по всему телу! А все плюшки, как обычно, достались ему! Это должен был быть я!       Я засмеялась.       Это был солнечный день. Последний день на прекрасном Острове Весны. Как и четыре дня назад, когда мы впервые прибыли на Остров, солнце близилось к завершению своего пути — закату.       Мы с Венсом сидели на небольшом холмике, поросшем изумрудной травой. Солнце последними лучами грело наши спины. Внизу виднелось Хрустальное Озеро. Возле самой воды на берегу сидели Инугами, Сирена и Алистер. Волчица объясняла русалке, как пользоваться заклинаниями. Сирена с нескрываемым детским восторгом наблюдала, как Инугами превращала бутоны цветов в ярких бабочек и те разлетались в разные стороны. Алистер, которому, как оказалось, была подвластна стихия ветра, подбирал потоками воздуха опавшие вокруг цветы и листья и формировал из них то причудливых созданий, то небольшие сценки, которые тут же распадались, лишенные поддержки непостоянной стихии.       Один Скай в одиночестве сидел под деревом, как и полагалось его чувствительной к солнечному свету коже, в теньке. И даже не думал присоединяться ко всеобщему веселью.       — Ну, Скай оказался в зоне досягаемости рук, — перестав смеяться, сказала в свое оправдание я. — Так уж получилось…       — Мне от этого не легче… — буркнул Венс, всё ещё хмурясь.       — Тебя утешит, если я предложу тебе… пожить в нашем доме? — предложила я.       Если честно, я все эти три дня об этом думала. После всего случившегося мне не хотелось оставлять Венса одного.       Он вздрогнул и резко повернулся ко мне.       — Правда? — выпалил он. — Правда можно?! Ты не шутишь?!       — Нет… — немного обескураженная его бурной реакцией, ответила я. — У нас есть одна свободная комната…       — Конечно я согласен! — воскликнул он и обнял меня, счастливо улыбнувшись. Злость испарилась в одно мгновение.       Я тоже улыбнулась, стараясь не думать о реакции Ская, когда тот узнает о пополнении в доме без его ведома и согласия.       Когда же пришло время возвращаться в родной мир, мы долго не могли собраться. Моя корзинка с посудой и пледом затерялась в одной из комнат, в которых мы с девочками ночевали. Когда её нашли, никак не могли заставить Алистера и Венса, успевших за этот короткий срок сдружиться, перестать подкалывать Ская. Тот, конечно, в последнее время вел себя примерно, но его терпение тоже не резиновое.       В итоге мы дотянули до сумерек. Притащился даже Мертвая Птица с перевязанным крылом, неведомо как понявший, что его хозяин скоро отчалит. На его левой руке висела медсестра, которая пыталась убедить парня вернуться обратно в лечебницу. Но тот стоически её игнорировал.       Птица подошел ко мне и протянул какую-то круглую баночку и листочек сверху. Приняв их, я развернула бумажку.

Тоник Жуткой Жути

Мало кто знает, но цветы Жуткой Жути могут способствовать невероятной регенерации. Один из ученых, которому я сбыл цветы, поделился рецептом. Из его путанных научных терминов я уяснил одно: тоник мгновенно заживляет любые ранения. Пользуйся на здоровье.

Глитч

      Хорошее средство… В хозяйстве пригодится. Я открутила крышку и увидела мазь голубого цвета. Пахла она, конечно, не очень. Закрыв баночку и убрав её в нашедшуюся корзину, я помахала Птице на прощание.       — Эй, Алуна, давай сюда корзинку! — сказал Венс. — В прошлый раз ты её несла, теперь надо поменяться!       Только я успела протянуть ему руку с корзинкой, как за эту же руку меня ухватили и утащили в тень.       Скай, устав ждать, пока мы все попрощаемся друг с другом, не выдержал и решил ускорить процесс, утащив меня домой. Я только и успела кинуть последний взгляд на веселого Алистера, Птицу, машущего нам вслед, всепонимающие взгляды Сирены и Инугами и раздосадованное лицо Венса. Корзину, кстати, при переходе сквозь тени у меня отобрали.       Хоть меня и отвергли, но делить, видимо, ни с кем не собирались.       Я знала, что мой мир встретит нас холодом. Уже должен был быть ноябрь. Но вместо слякоти я увидела… чистейший снег. Мы вышли из тени пушистых лап ели. Впереди стоял наш дом. Весь покрытый снегом, он казался пряничным. В нижних окнах горел свет — видимо, Хайер с Джестером спать ещё не ложились.       Желтый свет отражался на снегу и рассыпался золотом в море алмазных блесток. На Острове Весны были только сумерки, а тут уже стояла глухая ночь. Но она не была чернильно-синей: снег отражал свет, и тучи, вместо привычных серых оттенков, окрашивались в нежно-розовый, от чего было светло. Начинались белые зимние ночи.       Все вокруг было покрыто пушистым свежим снегом, сверкало и искрилось.       — Как красиво… — выдохнула я, и облачко пара вырвалось изо рта.       — Ага, — кивнул Скай, улыбнувшись чему-то своему. — Зима тоже прекрасное время года. И ничуть не хуже весны. А теперь пошли в дом, пока ты не замерзла.       Я кивнула и ухватилась за предложенный демоном локоть. Мы вместе побрели к крыльцу, оставляя после себя на сверкающей снежной поверхности цепочку неровных следов.