Всё к лучшему

      Месяц на чужой территории прошёл практически незаметно. Сначала Тэхён несколько дней приходил в себя после длительного нахождения в глубоких водах. Потом словно учился заново ходить, не шатаясь и не задевая рядом стоящие предметы интерьера. Затем пытался привыкнуть к тому, что он в этом доме не гость и не прислуга, а вполне себе полноправный член семьи, и убираться, готовить и делать разные дела, связанные с хозяйством, в его обязанности не входит.       Малыш долго упрашивал Альфу разрешить ему хотя бы иногда присутствовать на кухне во время готовки. Омега безумно любил радовать папу разными кулинарными шедеврами, поэтому, когда он увидел огромную кухню и рабочее помещение для готовки, решил во что бы то ни стало выпросить у старшего доступ. Чонгук, хмуря брови, сначала отказывал, но, когда мальчишка одним из вечеров втихую пробрался на запретную территорию и приготовил альфе десерт, решил согласиться. Жаль терять такой ценный кадр. Малыш действительно умел готовить.       Кто бы видел его сияющие глазки, когда Чонгук, попробовав ложку шоколадного бисквита, политого банановым сиропом, попросил добавки, а потом чуть не сожрал всё вместе с посудой. Тэхён робко хихикал, пока Альфа нахваливал его способности и вылизывал тарелку до чиста. С тех пор и решили, что двери на кухню для малыша всегда будут открыты.       Они жили в большом поместье одни. Ещё до их прибытия домой, вся родня Чона уехала на крестины племянника и целый месяц обещала не появляться на территории особняка, чтобы парни смогли притереться друг к другу. Мать в ежедневных письмах часто упоминала желание познакомиться с малюткой Тэ, а потом, как всегда, в конце письма в постскриптуме просила, чтобы к их возвращению молодые уже обзавелись крохой в омежьем животике. Читая письма вслух, Чонгук обычно долго смеялся и наблюдал за сверкающими пяточками Тэ.       Малыш сбегал, потому что всё это дико смущало. Сказать откровенно, он ещё не был готов заводить семью. Альфа ему, конечно, очень нравился, даже больше, чем обычное «очень», но об этом он скромно молчал. Мальчишка часто наблюдал за тем, как старший ловко управляется с хозяйством, хотя омеге делать ничего не даёт, а затем ловил на себе недвусмысленные взгляды. Безусловно они были влюблены. Омеге хотелось проводить всё свободное время, коего было предостаточно, вместе со своим Альфой. Чонгук не был против, он наоборот старался чаще попадаться на глаза. Иногда даже брал подростка с собой на встречи. Парочка всё больше сближалась, искала взаимосвязывающие точки соприкосновения. Малыш даже как-то расслабился, уже не ощущая себя «не в своей тарелке». Он был всецело окутан заботой и теплом, поэтому доверил своё сердечко без остатка в руки сильного и благородного Альфы.       Сейчас перед омегой стояла новая задача: сегодня приезжают родители Чонгука и нужно не упасть перед ними в обморок от волнения. Тэ, если честно, даже не смог заснуть прошлой ночью, обдумывая, как себя правильно вести, и вообще будет ли уместно его присутствие на ужине. Малыш так сильно загонялся по этому поводу, что чуть не сгрыз уголок у наволочки. Нет, ну а что? Каждому своё, вообще-то! С раннего детства у Тэ была привычка что-то грызть или сосать при волнении, и до сих пор эта привычка не исчезла. Как бы стыдно ни было, омега всегда сваливал это на режущиеся зубки. Странная отмазка для подростка, но для понимающего родителя она прокатывала. Теперь же Тэхён нервничал из-за недостаточного воспитания. Вся семья Чонгука была голубых кровей, поэтому омега стеснялся своего низкого сословия.       Выбравшись из постели с чёрными подглазинами и корочкой застывшей слюны в уголке губ, юноша пошёл умываться. Только ступила его нога в ванную комнату, как входная дверь с грохотом отворилась, являя статную женскую фигуру, облачённую во всё бежевое. Малыш от испуга даже подпрыгнул, решаясь сигануть в пока ещё открытую ванну, но не успел. Чужие загребущие ручонки ловко перехватили омегу за пояс, прижимая к себе. Тэ испуганно покосился на незнакомку, всё ещё безуспешно барахтаясь, чтобы выбраться, а затем приметил схожие с Чонгуком черты. Матерь Божья, подросток даже пискнул от удивления. — Какой же ты миленький, Тэхён-и, — заурчала женщина. — Очень приятно с тобой познакомиться. Я Чон Мина — мама Гука, а теперь и твоя мама. Добро пожаловать в семью, сыночек.       Тэхён всё ещё медленно отходил от шока. Он даже не заметил в дверях два мужских силуэта. Чонгук подошёл ближе и, ловко забрав своё чудо к себе, прижал малыша. — Так и знал, мам, что ты его напугаешь! — шикнул он, поглаживая мальчишку по скомканным от подушки волосам. — Ничего я его не напугала. Он просто рад меня видеть! Да, котёночек? — женщина вновь потянулась к подростку, но была остановлена. — Мам, идите разберите вещи. А мы тут пока умоемся, — Чон ловко выставил женщину за порог, закрывая перед её любопытным носиком дверь, и повернулся к опешившему малышу. — Ну что, как тебе мама? Она бывает немного несносной, но она хорошая, правда. Она тебе понравится.       Тэ всё ещё недоумённо хлопал ресницами. Кажется, переживать о собственном воспитании не стоит. Его приняли таким, какой он есть. Здесь все такие добрые и милые, что ребёнок готов пищать от умиления. Вместо этого он встаёт на носочки и клюёт Альфу в щёку. — Спасибо за семью.