Тempus colligere lapides

*** Чимин вглядывается просто в гигантское, для автосалона, здание, у которого они только что остановились, и не верит, что владельцем его является их макнэ. — Ты удивишься, ещё больше, когда узнаешь, что салон у мелкого не один. Но этот был первым, и считается головным. А дела Чонгук вести умеет, — и замечая недоумение на лице парня, объясняет, — ты свое неверие и удивление выразил вслух. — Ох, прости… Я просто не ожидал такого размаха. — Подожди, ты ещё внутри не был. Гук-а помешан на авто, и разбирается в них как никто. Даже Хосок не мог похвастаться такими умениями. — А при чем здесь Хосок-хён? — Это семейный бизнес. Когда-то это здание купил отец братьев, который и передал потом все дела старшему сыну. Но, как ты понимаешь, танцы Хо интересовали больше. А мелкий бредил тачками. Торчал в этом салоне все свободное время. И в семнадцать лет он, по сути, начал сам вести дела, освобождая Хосока. Поверь, оба были довольны. А после совершеннолетия младшего все документы были переоформлены на него. — Впечатляет. — Согласен. Но Чонгук всегда был золотым мальчиком. Видимо своими успехами компенсирует возраст. Он действительно тяготился тем, что является самым младшим в нашей компании. Сейчас, вроде, это прошло. — Знаешь, если бы я не знал, что он так молод, никогда бы не подумал, что он младше нас с Тэхеном. Многие его поступки говорят о зрелости. Иногда мне кажется, что он старше нас всех. Юнги собирается ответить, как дверь с его стороны распахивается и там появляется улыбающееся лицо парня, который только что был предметом их разговора. — И долго вы тут сидеть собрались? Тэхен не дождался, отправил посмотреть, куда вы пропали. Пойдемте. Я уже подобрал пару вариантов для хена. Правда на свой вкус, — и уже обращаясь непосредственно к Паку, — но ты можешь посмотреть хоть все. *** Их прихода Тэхен не заметил. Он, удобно расположившись на одном из диванчиков для посетителей, что-то сосредоточенно набирал в своем смартфоне. И только когда Чонгук, присев рядом на подлокотник, целует его в темную кудрявую макушку, отрывается от телефона и замечает вошедших парней. Чимин хоть и смущается под пристальным взглядом друга, но выглядит безумно счастливым. Да и Юнги, хоть и стоит за спиной Пака, но всем своим видом демонстрирует спокойствие, уверенность и силу, так свойственные их хёну. А большая рука, аккуратно сжимающая пальцы Минни, не оставляет сомнений, что между эти двумя явно что-то происходит. И Тэ широко улыбается, действительно радуясь за друга. — Гук-и, ты же покажешь Чимину ту малышку, которую я для него присмотрел? — Ким поворачивается лицом к так и сидящему рядом любимому. — И ее, и еще две, которые нам тоже понравились, — Чон не может не улыбаться такой активности своего парня. — Но думаю, что Панамера будет идеальным вариантом, — и легко поцеловав Кима в уголок губ, встает с места и утягивает маленького хёна (так стал называть мысленно Пака) вглубь помещения. А Шуга, проводив удаляющуюся парочку взглядом и, отметив для себя, что на фоне мощного Чона его малыш выглядит совсем уж миниатюрным, садится рядом с Тэхеном. Тэ бросает взгляд на хёна, но продолжает молчать. Он знает, что тот остался не потому что не хотел идти с младшими, а потому что хотел поговорить. Поэтому спокойно сидит рядом, давая возможность мужчине собраться с мыслями. — Ты знал о том, что случилось с Чимином в Америке? — без предисловий. Сразу именно то, что волнует. — Не знаю, но, кажется, догадываюсь. Просто так, в одно мгновение, ничего не бросают. Особенно тогда, когда есть, что терять. Ему было невыносимо там оставаться. И, кажется, очень страшно. Страх этот продолжает преследовать его. Пару раз я замечал, как он пугается, получая сообщения, но достаточно быстро берет себя в руки. Я никогда не лез с расспросами. Все же это его жизнь. И если бы он хотел поделиться — то давно сделал это. — Эти сообщения приходят от его бывшего, — Тэхен с немым вопросом смотрит на Мина. — Да, он рассказал мне. Прости, но поделиться с тобой я не могу. Если он захочет, то расскажет сам. Оба замолкают, обдумывая только что сказанное. То, что в прошлом его друга таится что-то темное, Тэ уже не сомневается. Но сейчас в его голове крутится еще один вопрос. И сейчас Ким взвешивает все «за» и «против», решая, стоит ли задать его Юнги. Но спустя еще пару минут все же произносит: — Хён, что между вами? — Ким не сводит взгляда с задумчивого лица мужчины, ожидая ответа. — Я сам не знаю, ТэТэ… — тяжело вздыхает Юнги. Смотреть на собеседника ему почему-то становится неловко. Словно сейчас он всех обманывает. — Он мне нравится. Так сильно, что я безумно ревную. Особенно к твоему брату. Да, мы все выяснили. Намджун никогда не вмешается, если я сам не про*бусь, — перехватывает удивление на лице младшего Кима, — именно так он и сказал Тэхен-а. Но я не знаю… Просто не знаю, что будет дальше. — Только не наделай глупостей. Чимин явно не заслуживает… — договорить он не успевает. Неожиданно появившийся Чонгук громко оповещает сидящих на диване мужчин: — Я был прав! Он остановился на Панамере. Вытащить из салона машины я его не смог, поэтому оставил поиграться, — лицо младшего озаряется широкой кроличьей улыбкой, которая неуловимо делает его похожим на милого маленького мальчика. Но вдруг его глаза загораются дьявольским огнем, и куда девается ребенок? Перед ними уверенный в себе мужчина. — А еще ты проиграл мне, Тэхен-а, — голос глубокий, тягучий как патока, настолько сексуальный, что даже не смотря на Юнги, который становится свидетелем разворачивающегося действа, Тэ тяжело сглатывает, чувствуя первую волну накатившего возбуждения, — этой ночью ты снизу. Мин давится воздухом от неожиданной информации. Все же такие пары встречаешь не часто. Да и знать о сексуальных предпочтениях своих тонсенов он хотел меньше всего. — Мог бы и промолчать… — хрипит задушено мужчина, пытаясь откашляться. — Ты завидуешь что ли, хён? — совсем не по взрослому ржет над Юнги макнэ. — Иди к дьяволу, мелкий! Меня вполне устраивает моя позиция, — зло шипит Шуга, хотя он совсем не злится на парней. Этот разговор помог разрядить атмосферу непростого разговора, происходившего тут раньше. — И что ты так веселишься, Гук-а? — к ним спешит Чимин. Он явно взбудоражен, его выдают блестящие от нетерпения глаза. — Давай уже оформлять покупку. Я без этой малышки отсюда не уйду! От последней брошенной Чимином фразой смеяться начинают уже все. И спустя время, после оформления всех необходимых бумаг, Чонгук выгоняет машину на стоянку перед салоном и отдает ключи, нетерпеливо протягивающему руку, Минни. Который сразу же устремляется к автомобилю. — Хён, ты просто обязан прокатиться сейчас со мной! — притопывает ногой парень. Ждать он больше не желает. — Как скажешь, Чимин-а, — Юнги и не собирается отказываться. Оставлять младшего одного, да и оставаться самому, ему совсем не хочется. Поэтому, захватив из своего мерседеса пиджак, Мин подходит к пассажирской двери чиминова порше, как вдруг телефон Чонгука начинает звонить. Тот, не теряя времени (привык за последние годы), отвечает на звонок брата. — Кажется, я сейчас сильно про*бался, Гук-и! — отчетливо раздается в сыром вечернем воздухе голос Хосока. — Ты где? И что случилось? — по младшему Чону видно, что он волнуется, хоть и пытается скрыть это. — Я у дома Джина. Со мной все нормально… Приезжай домой, Гу, — и в трубке раздаются короткие гудки. Чонгук поднимает тяжелый взгляд на прижавшегося к нему Тэхена. Тот без слов понимает все, о чем думает любимый, берет за руку и уводит в салон, забрать вещи и закрыть здание, бросив на прощание извинения. А Чимин и Юнги, понимая, что произошло что-то не очень хорошее, думают об одном и том же. Почему никогда не бывает «все хорошо» у всех? *** Первые минуты в машине стоит гнетущая тишина. Юнги смотрит на младшего, который о чем-то глубоко задумался. В этот момент он очень красив, и старший готов любоваться им и дальше, но сейчас ситуация явно неподходящая. И тут Чимин, резко тряхнув головой, словно выкидывая оттуда ненужные сейчас мысли, заводит машину и резко стартует с места. Но так не произносит и слова. Мин чувствует, что парня что-то тяготит. И это «что-то» появилось после звонка Чона-старшего. Мужчина хочет поддержать Минни, выдернуть из этой пелены непонятного состояния. Но помогут ли тут слова? И Шуга делает то, что считает самым верным в эту минуту. Он опускает свою ладонь на крепкое бедро и нежно его гладит, словно говоря в этот момент:"Всё хорошо, малыш, я же рядом!» Постепенно парень за рулём машины расслабляется под незамысловатой лаской старшего, а на губах появляется улыбка. Пак опускает руку на ладонь хена, все ещё лежащую на его ноге, легко сжимает, благодаря за молчаливую поддержку, но сразу же возвращает на руль. Всё же движение на одной из центральных улиц Сеула даже поздно вечером остается интенсивным. Они переезжают через реку Ханган, оставляют за собой ночной рынок и поворачивают в сторону скоростной магистрали к аэропорту Инчхон. И настолько красивым Чимин выглядит для старшего в этот момент, что желание поцеловать его становится чуть ли не навязчивой идеей. Но нельзя. Иначе эта поездка окончится для обоих весьма трагично. Только возбуждение кажется все более явным и требует выхода. Усмехнувшись по-дьявольски привлекательно, Юнги сдвигает ладонь на внутреннюю поверхность бедра тонсена и начинает вести до колена, вызывая табун мурашек во всем теле водителя, который кидает на него удивленный взгляд. Только старший останавливаться не намерен. И вот его пальцы уже кружат в опасной близости от паха Чимина, который в ожидании дальнейших действий и попытке не отвлекаться от дороги задерживает дыхание. Шуга только дразнит и даже не собирается прикасаться к полувставшему органу Пака, который явно демонстрировала чуть вздыбившаяся ширинка черных джинсов. Да и у самого стоит так, что даже больно от металлической «молнии», которая впивается в чувствительную кожу сквозь тонкую ткань белья. Минни старается отвлечься от бешеных ощущений и, в то же самое время, хочет, чтобы горячая ладонь хёна накрыла его изнывающее естество. Дыхание обоих тяжелеет, и Юнги, не выдержав устроенной им же сладкой пытки, опускает руку на пах Чимина, а второй скользит по бугорку на своих брюках. Младший теряет остатки терпения и тихо скулит: — Ох, хёооон… — и у мужчины практически срывает крышу. Но на краю сознания бьется мысль, что они на огромной скорости едут по ночному городу, и это уберегает его от безрассудных действий. Только терпение заканчивается и у тонсена. Он сворачивает вглубь жилого квартала и подъезжает к парку, находящемуся чуть в стороне от домов. Резко затормозив, глушит машину и, отстегнув мешающийся ремень безопасности, впивается грубым поцелуем в тонкие губы Мина. Не ожидавший такого напора, Юнги сначала теряется, но через несколько секунд перехватывает инициативу. И вот уже его юркий язык вовсю хозяйничает во рту Пака, а рука достаточно быстро справляется с ширинкой на брюках младшего, даря долгожданную свободу. Резкий выдох, и парень от контраста ощущений неосознанно прикусывает нижнюю губу Шуги, который рефлекторно отстраняется. Чимин неосознанно тянется вслед за желанными губами, но расстояние между сиденьями оказывается достаточно большим. Мужчине приходится придержать тонсена. — Блядство, как же неудобно! — практически рычит старший, отъезжает на кресле назад, оставляя перед собой больше места, и, крепко обхватив Минни за талию, пересаживает того на свои колени. — Иди сюда, малыш. Тонсен, перекинув одну ногу через бедра Шуги, встаёт на колени и тянется за очередным глубоким поцелуем, попутно зарываясь в мягкие волосы на голове старшего. Им так хорошо сейчас в этой машине, так сладостно-горячо, но хочется ещё сильнее, ещё ближе. Чимин медленно опускается на колени старшего, при этом проезжая своим возбуждением по его паху. Мужчина хватает Пака за бедра и, сильно прижав к себе, трется о младшего. Тот скулит в его губы, желая получить так необходимую разрядку. Но сидя в таком положении, без подготовки и отсутствии даже презервативов это становится практически неосуществимым. И от этих мыслей он практически хнычет, потому что в таком состоянии вернуться за руль, чтобы добраться до дома, он явно не сможет. Старший, чувствуя дрожь во всем теле своего любовника, слышит тонкий всхлип и хриплый голос, который рвано шепчет на ухо: — Хён, я больше не могу… Хочу тебя… Хёоооон… — Потерпи немного, малыш, — так же шёпотом, не нарушая атмосферы, отвечает Юнги. — Развернись и сядь ко мне спиной, — тихая, но отчетливая команда. И когда Чимин с его помощью меняет положение, Шуга, обхватив одной рукой парня поперёк груди, прижимает его к себе, заставляя откинуть голову на свое плечо, а второй ныряет в уже важное от предэякулята белье и крепко сжимает ствол у основания. Медленно ведет по всей длине члена и, дойдя до головки, пальцем собирает выступившую вязкую жидкость, размазывая её по колом стоящему достоинству. Выносить эту медленную пытку Минни больше не может и начинает сам толкаться в кулак хена, который усмехается такой несдержанности и целует парня в загривок. — Юнги… Прошу… Пожалуйста, быстрее! — дыхание сбитое, тяжелое. А в горле настолько сухо, что даже говорить больно. И кто он такой, чтобы отказывать этому невероятному чуду, которое сейчас изнывает от страсти на его бёдрах? Он увеличивает скорость, надрачивая все интенсивнее, при этом начинает двигать своими бедрами, имитируя толчки. А Чимин, распластавшись по телу любимого, теряет связь с действительностью, ощущая только крепкую руку на своем естестве и горячие губы, которые оставляют дорожку влажных поцелуев на его шее. Такой Минни невероятно притягателен. И свое возбуждение уже кажется не таким и важным. Лишь бы его малыш получил ни с чем несравнимое удовольствие. Которое не заставляет себя долго ждать. И младший бурно кончает, пачкая в своей сперме не только руку Мина, но и свою футболку. Отходит долго, тяжело, но чувствует, как Юнги гладит его по бедру, успокаивая. Придя в себя, чувствует под своей задницей стоящий член старшего, и тонсену становится немного стыдно. — Хен, а как же ты? — все же спрашивает он Мина. Тот, уткнувшись в затылок Чимина, мычит вопросительно. Ему хорошо уже от того, что Пак получил удовольствие только от одних его рук. — Ты до сих пор возбужден! — и в подтверждение этого трется упругими половинками по каменному стояку старшего. — Не сейчас, малыш… Давай доберемся до дома и там уже разберемся со всеми «проблемами». Парень соглашается, потому что испачканная, сырая футболка, начинает доставлять дискомфорт. Юнги просит младшего чуть приподняться с него и проскальзывает на водительское сидение. На этот раз за рулем будет он, давая возможность Чимину прийти в себя окончательно.