Irrationality

Голубоватый свет скрылся за серыми тучами, перемешанными со смогом. На иллюминаторы падали капли мелкого дождя, затмевая видимость. Командир торопливо щёлкал по бесчисленным кнопкам главной панели управления, проверяя корабль на готовность. Иногда он смотрел в иллюминатор, видя за завесой дождя силуэт крепости. Она снова напоминала своим грозным видом — штурм главного военного объекта этой планеты рисковое дело. Даже для Пиперса. Он снова уловил ускоренный стук своего сердца. Была ли это трусость? И сможет ли он назвать себя трусом сегодня, когда выйдет командующим штурмовой дивизии? Ведь страх смерти — вовсе не то, что должно быть у солдата. Подготовив систему корабля, он проговорил в рацию: — Воздушная дивизия, приготовиться. Три, два, один, — рычаг был поднят, и открылся люк корабля, — запуск. Группа «тарелок» вылетела ровными рядами, оставляя за собой струи дыма. Вскоре на экране появилось изображение, переданное камерой на одной из них. За каплями воды можно было увидеть крепость, всё ближе и ближе. — Харс, как связь? — В норме, сэр, — ответил командующий дивизии. — До цели полтора километра. — Принято. Чуть позже воздушные корабли вошли в радиус предполагаемых военных действий. — Перестройка по образцу А, — скомандовал ищейка, напряженно нахмурив брови и постукивая пальцами по панели. «Тарелки» начали разворачиваться в попытке образовать кольцо. Медлить было нельзя, и малые доли секунды еще никогда не весили для него так много. Когда они включили двигатели на полную и подлетели к тыльной части крепости, рация командира запищала. — В чем дело? — Сэр, кажется, они начинают обстрел, — последовал ответ. В какой-то момент у Пиперса перехватило дыхание. — Вид оружия? Калибр? — Предположительно, плазменные огнеметы сорок пятого калибра. Это не точно, — речь летчика периодически прерывалась шипением. — Они далеко. — Насколько? Как близко вы успели подлететь? — Мы на высоте около ста пятидесяти метров над землей. Какой дальнейший план действий? — Идете на снижение. — Сэр, мы не можем этого сделать. Они просто нас расплавят. — Меня это не интересует, — громко сказал командир, перебивая пилота. — Вы обязаны выполнять то, что я говорю. — Это высокий шанс потери, сэр. Попросту нерационально. — Не вам решать, что рационально, а что нет, генерал-полковник Харс. План не должен быть провален, — Пиперс не заметил, как начал медленно, но верно терять самообладание. — И вы лично поплатитесь за несоблюдение приказов. — Есть, сэр. Идем на снижение, — проговорил тот ровным тоном, пытаясь не выказывать несогласие. — Высота сто метров. Командир плотно сжал в руке рацию, пытаясь подавить подошедший к горлу ком из страха и злости. — Высота пятьдесят метров.  — Открыть огонь, — крикнул в рацию Пиперс. Он вспомнил свои слова — воздушная дивизия будет всего лишь отвлекать внимание. Изначально они и должны были маячить перед глазами противников, заставляя тех расходовать снаряды впустую и отвлекая внимание от более важной части. Вот только шестнадцатники действовали слишком осторожно, не решаясь напасть на летающих вокруг «тарелок». Куда логичнее им было выждать нужный момент и выстрелить в яблочко. Пиперс видел, как ищейки зарядили лазеры и создали ударную волну, повалив врагов с частью артиллерии. Первый шаг был успешным, но капкан находился близко, сверкая стальными дугами. Кто ж знает, когда они схлопнутся. — Движетесь волнами, резкое возвышение. Корабли включили двигатели на полную, пытаясь отдалиться как можно скорее, в то время как слышался шум перегруженных моторов. Когда они взлетали, стараясь уйти, грянула очередь выстрелов, длинная неостановимая очередь, что пожирала все на пути. И маленькие «тарелки» покрылись крупными дырами с поджаренным текущим пластиком по краях. Смотря на переданное изображение камеры, Пиперс опустил взгляд, прикрыв глаза на секунду, пытаясь представить, что корабли и снаряды не более, чем часть воспаленного воображения. Но происходящее — не ад ли это? возвращало обратно полнящимся огнем воздухом. Несколько «тарелок» сорвалось вниз, оставляя после себя лишь тонкий серый дым сверху и взрыв с летящими обломками. — Харс, вы меня слышите? Из рации послышался тихий треск разваленных обломков корабля. Земля снова ушла из-под ног. Командующий дивизией был мертв. — Бэрри, ты берешь управление на себя. — Есть, сэр. Все было готово на множество шагов вперед. Но когда-то могут иссякнуть и они. И дозоры вновь окажутся лицом к лицу со зловещей силой этой планеты, как было тогда. В конце концов, чем бы закончился бой, Пиперс будет знать, что исполнил долг. Так правильно — он это знает, но все еще ощущает поднимающийся по горлу страх. Страх затягивает холодный рассудок пеленой, и в голове мелькает только одна мысль. Сделать все наилучшим образом. Пиперс ощутил, будто на него вылили ушат ледяной воды. Настало время действий — и каждое замедление будет стоить дорого. — Продолжить движение, не подлетать ближе ста метров, — сказал он в рацию уже громче. — Вторая дивизия, приготовиться. Неожиданно, даже слегка поспешно, но приходилось спасать ситуацию. Настало время и ему самому взять в руки огнемет. Оставив корабль на автоматическое управление, он отправился к выходу, посмотрев вслед на лениво сидящего в главном кресле Лорда, который не очень-то торопился что-то делать. Он может — это было командиру известно, но, видимо, не особенно хотелось. Всё-таки, на кону не стояла галактика и главная цель жизни — продемонстрировать собственное величие. Пиперс слегка улыбнулся, скрывшись в проходе. Наверное, у него не такой глобальный взгляд на мир, какой он был у Хейтера. Ему не было равнодушно все, что не могло привести его к величию. И на не самые важные перемены ему было вовсе не все равно. Слишком маленькие, слишком человеческие мотивы — думал Пиперс в очередной раз. Да и сам он человек ужасающе маленький, если уж он захочет себе признаться. Люк открылся со знакомым скрипом, и голубоватое свечение хлынуло внутрь. — Вторая дивизия, вперед. Нефтедобывающие вышки и высокие насыпи терриконов смотрелись здесь особенно громоздко, а голубой свет придавал месту некоторую хмурость. Пиперсу хотелось остановиться на время, внимательно рассмотрев эту планету техники. Что-то было в ней одновременно завораживающее и пугающее, лишенное не человеческой руки, но сердца. И как знак чего-то зловещего под ногами крошились кусочки инея. Тем временем, вдалеке уже начала виднеться крепость — в совершенно незатейливом стиле с грубыми формами. Где-то недалеко можно было увидеть парящие вокруг тарелки, до которых не доставали одинокие выстрелы, что со временем ставали всё менее численными. Затишье перед бурей — так виделось это командиру — скопились темные клубья грозовых облаков, и здание оказалось на опасно близком расстоянии. — Скоро начнется зона минного поля, — сказал командир и добавил, предшествуя вопрос: — Наиболее удачное место для обстрела сверху и снизу одновременно. Пиперс достал бластер, нацелив его недалеко от ядрового следа. Лазерный луч оставил на земле лишь маленькую припаленную точку. — Мины или нажимные, или того хуже — электронные. Забрав гранату у рядового, стоящего за ним, он мысленно построил траекторию кидка. Командир параноик — так считало большинство ищеек, и было, в общем-то, право. Ведь обычно опасность не имела той степени, которую тот предполагал. И сейчас, бросив гранату чуть дальше, он как и прежде не увидел никакого результата. Большинство солдат с облегчением выдохнуло, полагая, что поле чисто. Однако брови командира нахмурились еще сильнее. Весьма опрометчиво было не поставить дополнительную защиту, когда на то были возможность и ресурсы. Но что, если враг постарался, установив более сложные приспособления? Не так давно среди галактических новостей появились слухи о создании мин с сейсмическими датчиками, реагирующими на шаги. Слухи ли? — Пиперс, читая об этом, периодически задумывался о логичности такого изобретения. И каким бы неслыханным оно не казалось, в конце концов, таковыми считались когда-то и лазерные бластеры. Как бы там не было, нужно было проверить. — Сержант Берт, подойти ко мне незамедлительно. За те несколько минут, когда перепуганный ищейка прошел в первый ряд, лицо командующего стало более напряженным. Взгляд исподлобья не внушал доверия, и в Берте все больше и больше проглядывался животный ужас. — Ваша задача проверить дорогу на наличие мин, — отчеканил Пиперс. — Но сэр, вы не можете отправить меня туда. Я не сапёр, моих знаний недостаточно для проведения этой операции. Да и послушайте, не лучше ли отправить кого-то более квалифицированного, я-то ничем вам не смогу помочь. — Оборудование вам будет не нужно. — Тоесть… Вы собираетесь отправить меня на верную погибель, я правильно понимаю? — лицо ищейки исказилось в почти предсмертной гримасе. — Сэр, при всем уважении, даный поступок не имеет смысла, а лишь быссмысленно жесток — ищейка с пересекаюшим лицо шрамом обратился к командиру. — Вы правы. Но проблема лишь в том, что тот, кто стоит перед вами — предатель. Не думайте, Берт, что я никогда не узнаю о том, что вы мятежник. А они, как вы знаете, плохо заканчивают. — Нет, сэр, вы не имеете точной информации, боюсь, что все услышанное является клеветой, — в ответ командир промолчал, не изменив тяжесть взгляда. Сержант понял, что его невозможно переубедить. — Но вы не можете так поступить. Пиперс молча достал бластер, направляя его на вытянутой руке в ищейку. — У вас есть выбор, или вы идете вперед, или заканчиваете всё здесь. Рука не дрогнет. Берт ушел в зону поражения, ощущая за собой металлический наконечник с лазером. В тот момент даже самые ярые поклонники системы и порядка ощутили некоторое сожаление. Все знали, что тот уже давно распространяет информацию о дальнейших действиях их армии. В частности, подконтрольным колониям. Но все также знали его как товарища. Который пусть и не служил во благо великой империи, всегда готов был стать поддержкой соотечественников. Не так далеко произошел фугасный взрыв. Сержант Берт был мертв, а поле, как оказалось, наполнено минами, что не способен был обезвредить даже самый умелый инженер. Снимки с тарелок все подтвердили — мины не были нажимными, да и солдат, в конце концов, кроме того, что был предупрежден, о существовании растяжек знал. Таким образом, они оказались в тупике. Перехватить контроль над ними не представлялось возможным. Что ж, противник был определенно дальнего боя — весьма неутешающее осознание для них. Крепость беззащитна, если к ней подобраться близко, но все силы шестнадцатников были брошены как раз на оборону пути к форту. И если пройти это адское кольцо, крепость упадет как карточный домик. Вот только командира все более пугали возможные потери — там, за чертой сыплющихся сверху ядровых снарядов и разрывающегося поля с минами неизвестного действия — тяжелая артиллерия и немалая часть войска. Однако проблемы следовало решать поочередно, и в данный момент Пиперса волновали исключительно мины. Из, казалось бы, нерешимой ситуации он нашел не самый надежный, но выход. — Лорд Хейтер, прошу прощения за беспокойство, но нам нужна ваша помощь. Мощный разряд электричества, вероятно, выведет систему из строя, разорвав связь с дистанционным управлением. И тогда эти современные технологии станут совершенно бесполезными кусками металла. И хоть Хейтер по голосу был не особенно рад его неожиданному вызову, пожалуй, этот способ оказался единственным возможным. Лорду, как объяснил командующий, нужно будет сесть на корабль меньшего размера, подлететь к зоне боевых действий и совершить электрический заряд не малой силы. Периодически у Пиперса появлялись сомнения, а сможет ли скелет сделать что-то настолько впечатляющее, в конце концов, использование его силы обычно ограничивалось казнью очередного пленного или срыванием злости на ком-то из ищеек. Командир предпочел не вспоминать, на ком именно. Но сомнения быстро развеялись, вспомнив ищейка события нескольколетней давности. И иногда ему все еще не верилось, что этот человек был способен на такое. Впрочем, и свои заслуги прошлого он счел уж слишком выдающимися для себя. Да, они были способны на многое, когда были моложе. Хотя что тут говорить — Пиперсу было не более тридцати пяти по общим меркам, но на черных волосах уже виднелась седина, а внутри ощущались следы уходящей живости мыслей. Иногда он сравнивал себя в этом с Хейтером — тот все еще был скорее подростком, чем взрослым человеком. Это очаровательно в какой-то степени, пока он сам не вспомнил, что не может и не мог себе такого позволить. Что возложенная на него отвественность, что наличие опыта — и вовсе не радостного, позволили ему стать взрослее. Видимо, взрослее за двоих. Чуть позже на горизонте появился корабль-череп, а позже из него вылетел еще один корабль — маленькая копия основного. Его примечательность заключалась в том, что он умел подключаться к энергии Хейтера, используя её не только, как топливо, но и как оружие. Пушки не задействовали снаряды, но стреляли чистым кумулятивным электричеством. Собственное изобретение Пиперса, управлению которым лорда пришлось долго учить. Зато был хоть какой результат — этот небольшой корабль был не только безопасным и удобным, но и нравился самому Хейтеру — он казался ему не скучным, ведь мог продемонстрировать его мощь. А этим лорд жил большую часть времени. — Сэр, вы можете начинать. Ответом послужил запуск основной функции корабля, о чем уведомил экран в руках командира. В какой-то раз, отмахиваясь от помощи ищейки в управлении, он чуть не спалил эту машину. В конце концов, Хейтер и сам требовал управления, вот только зачастую дистанционного. Так и появилась программа, отслеживающая все действия Хейтера с главной техникой. О которой он, конечно, не знал. Программа снова пискнула, уведомив о том, что был запущен накопитель энергии. Дело почти завершено. За считанные секунды пушки смогут выстрелить в цель. А еще позже на экране высветился таймер — оружие выстрелит через десять секунд. По их истечению Пиперс увидел характерное зеленое свечение. Из них вырвался луч света, вот только а абсолютно другую сторону. Он снова забыл настроить ориентацию. В такие моменты Пиперсу казалось, что Хейтер непоправимый идиот. Такие мысли он, конечно, одергивал и всячески себя за это презирал. Но «Гроп ты мой, забыть посмотреть, куда стрелять, да как можно было дойти до такого абсурда» — снова всплывало в голове. — Сэр, вы. Фраза Пиперса, сказанная обреченным голосом, было оборвана на половине. — Да знаю я, не нуди. Просто проверял… Эээ, куда можно лучше поцелиться. — Просто проверяли значит. Иногда все это казалось ему совершенно невыносимым. Но привычка многое меняет — за годы работы с ним и не такое кажется совершенно нормальным. — Что ж, хорошо, тогда просто наведите цель еще раз. Без энергии мы не сможем дезактивировать минное поле, и, — объяснять дальше не представлялось нужным. Таймер снова загорелся. Следующий залп вышел вполне удачным. Электричество сломало систему мин, и они взорвались, потеряв контроль. Зеленые языки энергии перемешались с дымом подорвавшихся фугасных мин, излучая звуковые и световые волны в большом количестве. Дорога была прочищена. Основной преградой стали свинцовые ядра, сыплющиеся с пушек наверху крепости. В отличии от мин, этот этап был предусмотрен на все возможные случаи. И сейчас Пиперс дал указание группе летчиков проверить обстановку на вершине крепости. Как видимо, выпускать самолеты с живыми пилотами шестандцатники не спешили, и оборона форта в большей части возлагалась на технику отдаленного управления. — Сэр, докладываю, пушки сверху крепости пусты и даже не имеют охраны. Таким образом, их задача на данный момент заключалась лишь в выведении из строя пушек. Что с первого взгляда могло показаться наиболее проблематичным. — Направить корабль. Третья дивизия готовится к высадке. Тактика была неслыханна еще с самого начала. Высадиться на крыше врага было настолько безумной идеей, что мало кто надеялся на подобные действия противника. Крышу было удобно обстрелять с воздуха, собственно, многие этого ожидали и укрепляли крыши, нанося все новые и новые слои бетона. И это достаточно резко изменило ход битв — такую стену могли пробить в лучшем случае гранатометы, коими срелять с воздуха не представлялось возможным. Обычно крыши крепостей оставались совершенно мертвой зоной — притом, и для врага, и для своей же армии. Но план командира заключался в том, чтобы использовать обычно бесполезную территорию для собственных целей. И если выставить туда тяжелую технику было достаточно сложно, то поставить снайперов более реально. Когда корабль приблизился к самой крепости, шестнадцатники попытались выстрелить в него из огнеметов. Заведомо проигрышный вариант, учитывая, что череп был покрыт титановыми пластинами. Бессмысленность этих действий была понятна достаточно быстро — скоро выстрелы прекратились, а череп получил возможность продвинуться дальше. В мыслях Пиперса появилось едва уловимое злорадствование, когда корабль проходил над фортом. Вот он, эффект неожиданности, в самом чистом его виде. Приземлившись, череп открыл главный проход. Камеры передали Пиперсу изображение верхушки форта. На удивление, при приближении солдат к пушкам, они не сменили своего положения. Командир облегченно выдохнул, поняв, что очередная проблема решена проще, чем представлялось в самом начале. Солдаты принялись доставать из них ядра, что оказались крайне большие и тяжелые, особенно для ищеек. Но через некоторое работа была окончена. Теперь армия была не столь беззащитной перед крепостью, и, в конце концов, у них был шанс на победу. Ищейки выпустили дрон, пытаясь вычислить примерное количество оружия. Но как только он вылетел за пределы крепости, маленький прибор был подстрелен. С высоты это было что-то сродни застрелить птицу из бластера. «Высокоточное оружие, значит. Остается действовать быстро, задействуя максимальную силу за раз». Размышления Пиперса о дальнейших действиях прервал писк рации. — Сэр, нам нужно уходить с этого места. Они доберутся до верха быстрее, чем вы думаете. Если не через люки, то напрямую наверх. Мы находимся в зоне высокого риска. — Оставьте на местах снайперов. Мы не можем рискнуть таким значительным нарушением тактики. Остальные могут уходить. — Есть сэр. Позже корабль закрыл люки, поднявшись выше. Снайперы остались совершенно одни. Впрочем, так и планировалось в самом начале. Война не терпит страха и сожаления — новобранцы не могут понять это в самом начале. И иногда Пиперсу их просто по-человечески жаль. Служба на Лорда Хейтера была, притом, совершенно неблагодарным делом. Кто-то вынужден был стать солдатом из простой причины — заработать немного денег для своей бедной семьи, а кто-то и просто решив, что достаточно для этого смел. Позже обычно приходит сожаление. Особенно когда стает видно, что к окружающим относятся как к пушечному мясу. Время было на исходе. — Третья дивизия, готовиться. После команды группа ищеек подошла к краю крепости направив огнемет вниз. Тяжело целиться и тяжело удержать оружие, повисшее над обрывом, но результат должен был оправдать такие неудобства. — Огонь. Снаряды попадали вниз, прямо туда, где должна была быть тяжелая артиллерия. Ряд взорвавшихся снарядов поднял большую волну. Она, казалось, поглощала все на своем пути. И даже зацепила часть боевой техники. Большая удача — она была расположена достататочно близко к стенам форта. Теперь у них появилось преимущество в виде отрезанного пути врага к крепости. Но если в прошлый раз план включал в себя захват крепости в кольцо, то сейчас ищейки должны были прорвать себе узкий ход — быстро и задействовав основную силу сразу же. В случае чего можно было подключить Лорда, но командир не был бы рад такому повороту событий. Хоть рыжий чудак уже не появлялся достаточно давно, Пиперс опасался, что Хейтер как всегда будет действовать против разработанной тактики. После чего, как обычно, уже придется спасать его самого. И если честно, Пиперс уже от этого слегка устал. Голубое светило поднималось все выше. Настало время действовать, оставив позади страх и опасения. Пиперс достал рацию, отдав приказ: — Начать движение. Есть ли у билета сдвоенный лист на дорогу обратно, командир не знал.