Там, где садится туман

Сбросив тяжелые военные ботинки, Гарри оставил пакеты с провиантом у входа, и неуверенно пошел на едва различимые звуки гитары, доносившиеся из глубины дома. Замерев на пороге гостиной, парень наблюдал, как Северус, удобно устроившись в своем любимом кресле, лениво перебирал струны гитары. Белая рубашка была до половины расстегнута, рукава закатаны, оголяя бледные предплечья, а волосы собраны. На журнальном столике в запотевшей бутылке сверкал янтарным глазом порядком надпитый огневиски. Уютно трещали поленья, за окном завывала метель. Гарри, тихонько опустившись на подлокотник кресла напротив Северуса, загипнотизировано следил, как тонкие пальцы ласково касаются струн. Мотив, безумно грустный и в то же время прекрасный, был Гарри незнаком. — Ты уже вернулся, — то ли спросил, то ли констатировал мужчина, не отрываясь от гитары. Голос его был глух, и слегка пьян. Что-то невысказанное, болезненное скользило по его лицу невидимой тенью, отдавалось печалью в глазах. — А ты меня действительно ждал. Снейп лишь хмыкнул, искривив уголок рта. — Гораздо дольше, чем ты думаешь. Гарри нахмурился, не понимая к чему клонит мужчина. Все в Северусе этим вечером было не таким, как обычно. Что-то изменилось, и Гарри не мог уловить ускользающую истину. — Сев… — Хочешь, я сыграю? Для тебя, — мужчина долил в бокал огневиски и сделал несколько глотков. — Конечно, — Гарри забрался с ногами в кресло, устраиваясь поудобнее. — Обещаю, не критиковать, — его улыбка разбилась о серьезное и слегка грустное выражение лица мужчины. В этом мире я — гость непрошенный Отовсюду здесь веет холодом Непотерянный, но заброшенный Я один на один с городом Низкий бархатный голос разлился по комнате, завибрировал и пробрался под кожу. Ловкие пальцы перебирали податливые струны, чистая мелодия стелилась мягким полотном. Среди подлости и предательства И суда, на расправу скорого Есть приятное обстоятельство Я люблю тебя — это здорово Это здорово, это здорово Снейп поднял на Гарри черные глубокие глаза. Дыхание сбилось, а сердце екнуло, упало куда-то вниз, и подскочив, забилось в сумасшедшем темпе. Я навеки останусь, видимо В этих списках пропавших без вести На фронтах той войны невидимой Одарённости с бесполезностью Всюду принципы невмешательства Вместо золота плавят олово Но есть приятное обстоятельство Я люблю тебя — это здорово. Когда последние аккорды, выжигающие сердце Гарри, смолкли, он бросился к Северусу, обхватывая руками его колени, укладывая мокрую от слез щеку на шершавую ткань его брюк. В горле стоял ком, и все слова, которые так хотелось сказать, застывали где-то в глотке. Снейп отставил гитару и запустил пальцы в непослушные волосы парня, нежно перебирая их. — Тшш, малыш, ты чего? Гарри потянулся к мужчине за влажным солёным поцелуем с привкусом виски. Северус подхватил его и усадив к себе на колени провел большими пальцами по влажным скулам. — Зачем я тебе? — мужчина не смог скрыть горечь в голосе. — Зачем, Гарри? Гарри недоумевающе смотрел в полные отчаянья глаза Северуса. — Я не молод, не красив, и далеко не богат. Я знаю, что тебе сложно с моим характером. Тебе сложно со мной. Так зачем тебе это? Ты можешь быть с кем угодно. С кем-то, кто будет достойным… Гарри приложил палец к губам Северуса, заставляя его замолчать. — Я могу часами рассказывать, почему ты самый лучший, и почему у меня полностью сносит крышу, когда я рядом с тобой, но для начала объясни, откуда у тебя появились эти мысли? — Они всегда со мной, Гарри. — Но почему сейчас ты решил их озвучить? Что случилось, пока меня не было? Северус еще больше помрачнел, сильнее сжимая челюсти. — Сев? — Тебе пришло письмо от Джека, — нехотя ответил мужчина и отвел глаза. — Не переживай, я не читал его, — он кивнул в сторону камина, где лежал запечатанный конверт. — Но мне стало интересно, как он выглядел, кто он. Кем он был для тебя. В одном из прошлых выпусков Ежедневного пророка я нашел вашу колдофотографию. Вы отлично смотрелись вместе — оба такие молодые, красивые, полные жизни… Ты был такой счастливый, — Северус замолчал, старательно отводя взгляд, будто боялся чего-то, что сможет прочитать в глазах парня. Гарри встал с колен мужчины, и взяв его за руку, потянул за собой в спальню. Северус не сопротивлялся, следуя за решительно настроенным Поттером. В комнате, зажегши взмахом палочки настенные свечи и увеличив зеркало до размеров человеческого роста, Гарри подвел к нему мужчину. — Ты думаешь, я никогда не видел себя? — с ноткой иронии спросил Снейп, всматриваясь в отражение Гарри. — Ты не видел себя моими глазами, — Гарри встал позади мужчины, запустив руки под его рубашку. — Не своди с себя глаз, Северус. Я хочу, чтобы ты видел, насколько ты прекрасен, — Гарри прижался к его спине, прикусывая нежную кожу шеи. — Знаешь, что я вижу? Невероятно харизматичного и притягательного мужчину. Знаешь, что сексуально, Северус? Не восковые идеальные фигуры с искусственными улыбками. Ум — вот что сексуально. Тот безумный мир, что заключен у тебя вот тут, — Гарри прикоснулся к виску Снейпа, — возбуждает хлеще любого афродизиака. Мне нравится в тебе все: твои острые скулы, — парень прижался губами к уху мужчины, вызывая волну дрожи по его телу. — Твои губы, которые могут издавать до неприличия развратные звуки, и заставлять меня плавиться под ними. Твое горячее тело, — Гарри медленно, одну за одной, расстегивал пуговицы на рубашке Снейпа, пока она не упала к их ногам. Он провел руками по груди Северуса, цепляя острыми ноготками чувствительные бусинки сосков. Щеки мужчины покрылись румянцем, а глаза лихорадочно заблестели, когда Гарри, не сводя с него плотоядного взгляда, стал расстегивать пряжку его ремня. — Твое тело безупречно. Оно создано для того, чтобы его ласкали. Создано, специально для меня, — Гарри запустил руку во влажную тесноту белья Снейпа, обхватывая возбужденную плоть и проводя большим пальцем по чувствительной головке. Северус вздрогнул, подался вперед, прикрывая глаза. — Нет-нет-нет, — Гарри медленно опустился на колени перед полуобнаженным мужчиной, не сводя с него безумного взгляда. — Я хочу, чтобы ты смотрел на себя, Северус. Когда я буду ласкать тебя, когда возьму в рот твой член. Смотрел и видел, насколько ты прекрасен, когда возбужден. Северус вновь покрылся мурашками открывая глаза и чувствуя, как здравый смысл и рассудок окончательно покидают его. Смотреть на себя было странно и возбуждающе одновременно, особенно когда Гарри, оттопырив круглую задницу взял его истекающий смазкой член до основания. Запустив руки в его волосы, Северус насаживал рот парня на себя, теряясь в ощущениях и в том, что реально, а что лишь плод его больного воображения. Хриплые стоны и влажные звуки заполнили комнату, и в какой-то момент Снейп отстранил от себя Гарри, пережимая у основания член. Всего было слишком много, и Северус не был уверен, что не сольет все, как изголодавшийся подросток, лишь от созерцания распалённого Гарри с очумелым взглядом и капелькой слюны, собравшейся в углу его рта. Северус подхватил его под бедра, усаживая на себя и удерживая на весу. Невероятно мягкие губы раздвинулись, впуская язык мужчины исследовать горячую глубину его рта. Гарри, бесстыдно притираясь возбужденным членом к животу Снейпа, цеплялся за его плечи, оставляя после себя тонкие красные царапины. — Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня, — мужчина поставил шатающегося Гарри на пол и придерживая его за талию заглянул в глаза. — Ты можешь отказаться, и в этом нет ничего страшного. Я пойму. Гарри кивнул, и Северус, приблизившись к его уху что-то тихо зашептал. Глаза парня блеснули, а улыбка растянула губы. — Ты действительно этого хочешь? Снейп кивнул и Гарри, отпихнув его в широкое кресло в углу комнаты, стал демонстративно касаться своей оголенной шеи кончиком волшебной палочки. — Хочешь, чтобы я выглядел так? — взмах палочкой — и одежда Гарри превратилась в черное кружевное белье. Чулки обтягивали стройные ноги, а тонкий атлас и кружево были не способны полностью скрыть возбуждение парня. Снейп громко выдохнул и его кадык нервно дернулся. И без того широкие зрачки затопили радужку. Раскинувшись в кресле, в приспущенных штанах с топорщащимся членом он выглядел крайне развратно. — Тебе нравится, когда я касаюсь себя тут? — Гарри облизнул пальцы и потер возбужденный сосок сквозь тонкую кружевную ткань. — Или может быть здесь? — второй рукой он прошелся вниз от груди к резинке белья, мокрого от проступившей смазки. — Или тебе больше нравится вид сзади? — Гарри повернулся к мужчине спиной, прогибаясь в пояснице, сжимая руками ягодицы. — Иди ко мне, — хрипло выдохнул он, протягивая к Гарри руки. — Ты хочешь, чтобы я был послушным? — Гарри приблизился к креслу, и, подняв ногу, поставил ступню между разведенных ног Северуса. — Тогда тебе нужно это заслужить. Снейп обхватил пальцами щиколотку, обтянутую черной материей, будто второй кожей, и припал поцелуем к икре. Медленно поднимаясь губами к колену, он будто смаковал каждое мгновение, заворожено изучая открывающийся вид. Поддев пальцем кружевную резинку чулка, он спустил его вниз, чувственно касаясь нежного местечка под коленкой. Кожа Гарри покрылась мелкими мурашками, когда Снейп развернул его к себе спиной и усадил на колени. Жесткая брючная ткань ярко контрастировала с нежной разгоряченной кожей ягодиц, едва прикрытой прозрачным кружевом. Откинувшись на грудь мужчины Гарри повернул голову и словил желанные губы, запуская проворный язычок в горячий рот Снейпа. Сдерживать себя, отыгрывая определённую роль, становилось все сложнее — тело жило своей жизнью, извивалось и притиралось ближе к обнаженной груди Северуса. Запустив руку под тонкую кружевную резинку белья, Снейп ощутимо сжал истекающий член парня. Низко застонав, Гарри подался навстречу, пытаясь продлить приятные ощущения. Второй рукой Северус приподнял парня и отодвинув его белье в сторону мягко потерся членом о тугое колечко мышц. Перед глазами Гарри поплыли цветные круги, а в ушах зашумел океан, когда мужчина вошел в него на всю длину, задевая головкой чувствительный бугорок простаты. — Мерлин, Сев, быстрее… — Гарри прижался к Снейпу максимально близко, чувствуя электрические токи бегущие по всему телу. Плавные размеренные движения сменились хаотичными дикими рывками — комната наполнилась влажными шлепками и громкими стонами. Вгрызаясь в плечо Гарри так, что на утро там точно появится гематома, Северус жадно насаживал его на себя, теряя рассудок от чувств и ощущений, от горячей тесноты любовника и от того, насколько развратными они были. Громко и обильно кончая внутрь парня, Снейп прижимал его трясущееся в послеоргазменной неге тело и чувствовал, как демоны, проживающие внутри, низко, довольно урчат. Много позже, уставшие и безумно довольные, они пили вино, и долго целовались сладкими, с привкусом мандаринов, губами.

***

Снег нещадно засыпал мир, белил деревья и скрывал протоптанные тропинки. Удивительно снежная погода держалась уже неделю и не собиралась сдавать позиции. Приближалось рождество, и Гарри, как бы не противился Северус, настоял на том, чтобы украсить дом. В углу комнаты стояла пышная елка, мигая разноцветными огнями и распространяя свежий запах хвои; на окнах плясало пламя разномастных свечей, а над камином разместились два несуразных красных носка. Люциус Малфой, зачастивший в гости к другу, и не единожды остававшийся на ужин, несколько раз намекал на то, что магический фон Северуса прямо-таки фонит чьей-то магией. При этом хитрая улыбка не сходила с его лица, а серые глаза нагло сверлили заливающегося румянцем Гарри. То, что магия Снейпа получала подпитку от его магии, Гарри понял уже давно. И, судя по лукавым глазам, Малфою старшему способы магического «донорства» были прекрасно известны. В канун Рождества зелье было сварено, его презентация и тестирование запланировано, а магия Северуса почти полностью восстановлена. За исключением высшей магии, Снейпу удавалось все без лишних усилий. Гарри испытывал смешанные чувства, когда видел успехи Северуса. С одной стороны, он был безумно рад и горд, а вот с другой… — Что ты будешь делать, когда магия полностью вернется к тебе? Северус оторвался от нарезания картофеля и поднял на Гарри задумчивый взгляд. — Тебе ведь больше нет надобности скрываться тут от всего мира, — Гарри поставил в духовку зафаршированную индейку и, прислонившись к кухонной стойке, скрестил руки на груди в защитном жесте. — Ты ведь уже думал об этом? — Не буду врать, думал, — Северус отложил нож в сторону и потянулся за кухонным полотенцем. — И…? — Гарри заметно нервничал, хотя понять это невооруженным взглядом было практически невозможно. — Ты вернешься в Лондон? — Да. Я планирую выбить из Министерства круглую сумму за зелье, и вложить эти средства в частную лабораторию. Может быть где-то в Косом переулке, может быть в центре. Буду заниматься тем, что всегда любил. И никаких студентов, педсоветов и заговоров, — губ Северуса коснулась легкая улыбка. — Жить начну… Мужчина замолчал. Его задумчивый взгляд блуждал где-то за заснеженным окном, а мысли и того дальше. — Звучит, как план, — Гарри проглотил ком образовавшийся в горле. Ему безумно хотелось спросить, входит ли в его планы сам Гарри. Будет ли в новой жизни Северуса для него место. Но язык не слушался, а слова застревали в горле. Банальная трусость. Страх получить не тот ответ, который он желал всем сердцем, парализовал Гарри. Он решил оставаться в неведении еще хотя бы один день, чтобы не портить Рождество. Ну а завтра… Завтра будет новый день, который решит их судьбы. Зелье наконец-то испытают, над Северусом больше не будет висеть угроза Азкабана, а Гарри наконец-то выполнит свою миссию.  — Не передумал лететь со мной на презентацию? — Официальная мантия, постные лица, много прессы и фотокамер? Нет уж, уволь, — Снейп вернулся к нарезанию идеально симметричного картофеля. — Подобного рода мероприятия не для меня. — Но ты ведь создал зелье! Было бы правильным, если бы ты его и презентовал! — Вот именно. Я его создал, но не обязан улыбаться прессе и делать вид, что мне есть хоть какое-то дело, до всего происходящего. В том, что оно сработает так, как нужно у меня нет причин сомневаться. Поэтому я не имею никакого желания там находиться. Я бы и не брался за него, если бы не наш уговор. — Да, уговор, — как-то растерянно протянул Гарри, не отрывая глаз от спины Северуса. — Кто бы знал, что Гарри Поттер прирожденный учитель, — мужчина поставил картофель запекаться и повернулся к парню, утягивая его в объятия. — Весьма и весьма неплохой. Возможно, я даже возьму свои слова обратно, что ты беспросветная бестолочь. — Ну, — Гарри обвил руками шею Снейпа, подставляя ему под поцелуи шею, — из твоих уст это звучит практически, как комплимент. — Умм, — Северус отстранился, заглядывая в блестящие глаза Гарри. — Не знал, что тебе это нравится. Возможно стоило тебе подарить набор изысканных оскорблений на все случаи жизни? — Ну уж нет — это уже и так является извращенным бонусом отношений с тобой, — Гарри чмокнул Северуса в уголок губ и потянул его в гостиную. — Пойдем посмотрим, что ты мне приготовил. Под мигающей разноцветными огнями елкой с самого утра лежали коробки в цветных обертках. Тут были подарки от Рона с Гермионой, семейства Уизли, от Хагрида, и даже от Фрэнка. Коробок для Северуса было значительно меньше — один от Гарри, пестрящий красной лентой, и более сдержанный от семейства Малфой. — Рождество только завтра, — Северус остановился возле копошащегося под елкой парня. — Открывать их нужно завтра утром. — Я должен быть у Дарквуда с самого утра — про ленивое рождественское утро остается только мечтать. Откроем вместе? Гарри протянул Северусу его подарок, с придыханием ожидая, когда тот его откроет. — Ты ведь не можешь жить, не нарушая правила? — Снейп опустился на пол, рядом с Гарри, задумчиво рассматривая цветную бумагу презента. — Правила — это условности, а жить нужно так, как хочется, — Гарри положил себе на колени, блестящий зеленой бумагой, сверток. Мысль о том, что Снейп сам выбирал оберточную бумагу и заворачивал в нее подарок, заставила невольно улыбнуться. Заботливый. Домашний. Только его. — Ну же, открывай, — Гарри не терпелось увидеть реакцию мужчины на свой подарок. — Только помни, что от подарков нельзя отказываться! — Поттер? — голос Снейпа стал настороженным. Тонкие пальцы быстро разобрались с бумагой — разноцветные клочки полетели на пол. — Это что? Снейп вытянул из обманчиво большой коробки, усыпанной конфетти, сложенный пополам лист пергамента. По мере того, как он читал содержание письма, морщина между бровями становилась глубже, а поза более напряжённой. — Нет, Гарри, это слишком, — Северус отложил пергамент в сторону. — Я не приму такой подарок. — Это не обсуждается — все уже оплачено и возврату не подлежит. Ты можешь делать с этим помещением что угодно — переехать туда, открыть частную лабораторию, сдавать в аренду, — Гарри быстро перебирал аргументы, нервно вцепившись в свой, до сих пор не открытый, подарок. — Это слишком! — с тихой злостью зашипел Снейп. — Такие подарки не дарят на Рождество, Поттер! Я никогда не смогу… — он замолчал, так и не договорив. Гарри потянулся к окаменевшему мужчине и нагло влез в его объятия, заставляя посмотреть в глаза. — Ты мне ничего не должен. Этот подарок ни к чему не обязывает и нас никак не связывает. Ты как был, так и остаешься свободным человеком, но с приятным бонусом в виде недвижимости в Косом переулке. Я купил его не для того, чтобы ты чувствовал благодарность, или еще хуже — неловкость. Просто я могу себе это позволить, и я хочу, чтобы ты был счастлив. Поверь, если бы свитер ручной вязки или конфеты Берти Боттс приносили бы тебе столько же удовольствия, как и мне, я бы подарил именно их. Но мне один очень умный человек однажды сказал, что незаурядные личности требуют уникального подхода. Зельеварение — вот твоя страсть и твое истинное наслаждение. Так почему бы не дать тебе такую возможность? Северус прикрыл глаза, стараясь не выдать своих истинных эмоций. Он всегда был беден. С самого голодного детства, которое пришлось провести в обносках. В юношеские годы и времена Хогвартса он постоянно испытывал стыд, когда не мог пойти на бал, потому что имел единственную школьную мантию; когда слишком быстро рос, и приходилось ходить в вещах с подстреленными рукавами и штанинами, из которых торчали по-цыплячьи худые ноги. Конечно, получив возможность продавать зелья собственного приготовления он значительно улучшил финансовое положение, но не настолько, чтобы с легкостью разбрасываться деньгами. И такой подарок, как сделал ему Гарри, он никогда бы не смог себе позволить. Радость основательно разбавлялась чувством собственной убогости. — Сев? — голос Гарри слегка дрожал и Северус открыл глаза, возвращаясь в реальность. Сидящий в объятьях Поттер уже успел развернуть свой подарок, и, казалось, готов был расплакаться. — Ты, что, сам…? — Да, — щеки Северуса полыхнули румянцем, а шея пошла красными пятнами. — Ты же говорил, что вещь, созданная своими руками, имеет особую ценность, и я подумал… — в горле пересохло и ужасно захотелось провалится сквозь землю. — Мерлин, это же лучший подарок! — Гарри быстро натянул на ноги пару зеленых вязаных носков. Петли были разномастными и далеко не везде ровными, так, что можно было подумать, что их связал ребенок. Но для Гарри это был самый ценный подарок. — Я пойму, если ты не захочешь их принять… Гарри обхватил лицо Северуса ладонями, целуя его подрагивающие веки, щеки, кончик острого носа. — Я люблю тебя, — выдохнул он в строгие губы, и ответом ему стал длинный, невыносимо сладкий поцелуй.