Эльфам не снятся сны

С первым лучом солнца пять всадников покинули Минас-Тирит. Они стремительно удалялись от города, оставляя за собой только легкий пыльный след, а ветер нещадно трепал плащи и знамена. Два дня в пути они провели почти без остановок, спутники Леголаса чувствовали его нетерпение и не хотели огорчать ожиданием своего принца и друга. Каждая лига, оставленная за спиной, приближала встречу с отцом и сегодня, Леголас, как никогда раньше, спешил домой. Уже прибыв во владения отца, Леголас, печально оглядывал лес, но не обожженные деревья тревожили его сейчас. Он устало прикрыл глаза. - Давайте же, мой принц, смелее! Боитесь проиграть девчонке? – звонкий голос и мелодичный смех прозвучали неожиданно громко и близко. Рыжий огонь на мгновение вспыхнул в зеленой листве и исчез, маня за собой. Леголас, покачал головой и легко взобрался на дерево. Ветви едва заметно покачивались, встревоженные легким полетом эльфийки. - Тауриэль, вернись сейчас же, я не собираюсь соревноваться с тобой в воровстве яблок из сада собственного отца! - Дорогой друг, никакого воровства, просто посоревнуемся в меткости, сбивая спелые плоды, - голос Тауриэль удалялся и звучал все тише. - Что за несносная девчонка, - пробурчал Леголас. Он нагнал ее в середине леса, там, где за дубовыми зарослями уже виднелась светло-зеленая листва любимого яблоневого сада Трандуила. Тауриэль удобно уселась на толстой ветке, вынула из колчана стрелу, и, прицеливаясь, прошептала: - Яблоко должно остаться целым, мой принц. Первая пущенная эльфийкой стрела, не достигла цели, пронзив яблоко насквозь, но оставив его висеть на ветке. - Твоя очередь, Леголас. Леголас, с усмешкой посмотрел на спутницу и уверенным движением вынул из-за спины стрелу. Нежное оперение слегка щекотало ладонь, он натянул тетиву и привычным движением пустил стрелу в стремительный полет. Стрела со свистом рассекла воздух и попала точно в цель, не повредив яблоко, а лишь срезав его с ветки. С глухим стуком спелый плод упал к корням дерева и его ярко-красные бока, каплей крови алели в изумрудной траве. - Как тебе удается всегда поразить цель с первой попытки? – недовольно, но с примесью восхищения спросила Тауриэль. - Душа моя, я занимаюсь сбиванием яблок уже больше тысячи лет, а ты всего двести, - рассмеялся Леголас, вдруг его лицо посерьезнело, - и иногда у нас может не быть второй попытки. Улыбнувшаяся было Тауриэль, снова нахмурилась. Она долго и упорно тренировалась, но не могла достичь того мастерства, которое позволило бы ей вступить в отряд и быть опорой друзьям, а не обузой. - У тебя все получиться, не тревожься. Недалек тот день, когда и ты поведешь свой отряд к границам королевства. Хруст ветки под копытом коня, развеял воспоминания Леголаса и нежное, но решительное лицо Тауриэль, ее зеленые глаза и рыжие волосы растаяли в сумрачной тиши леса. Смерть Тауриэль стала первой большой потерей Леголаса. Когда не стало матери, не найдя в своем сердце сил, чтобы пережить ее смерть, он запретил себе думать, что она погибла и, потому, горевать по ней не умел. Но гибель Тауриэль стала испытанием для Леголаса, он все еще не пролил ни одной слезинки по ней, словно не осознавал, что больше никогда ее не увидит. Спуститься в усыпальницу после ссоры с отцом у него не хватало духу, словно он страшился увидеть ее имя на граните могильного камня,страшился, что горе захлестнет его с головой, утягивая в бездну. Однажды, он уже терял ее и смирился с этим, но тогда она была жива, ходила с ним по одной земле, дышала одним воздухом, долгими бессонными ночами они глядели в одно небо на двоих, любуясь далеким звездным светом и ему этого было достаточно… Леголас тряхнул головой, отгоняя воспоминания. Когда-нибудь он наберется сил и смелости, чтобы оплакать Тауриэль, но не сейчас, когда боль потери еще так свежа. *** Дворец встречал принца радостью и счастьем. Давно так звонко не звучал в его стенах смех, давно так ярко не светило солнце и не был лес так оживлен как сегодня. Сумрак, на долгие годы поселившийся под кронами деревьев, словно рассеялся и лес уже не был таким мрачным как раньше. Эрин Ласгален пышно зеленел молодой листвой - бурная весна вдохнула в него новую жизнь, усыпав красно-белым цветом яблоневых садов и орешника. Гладкоствольные буки широко раскинули свои ветви, укрывая в своей тени заросли можжевельника, ощетинившиеся мелкими острыми листочками. За буковыми зарослями стремительным потоком омывая прибрежные камни, весело шумела по скалистым порогам Лесная река. Эрин Ласгален был невероятно прекрасен в своем великолепии. Отец не вышел встречать сына, Леголас был встревожен этим, но когда в очередной попытке найти в толпе встречающих силуэт Трандуила, он поднял взор вверх, их взгляды встретились. Король стоял на открытой галерее, опоясывающей дворец, и с улыбкой наблюдал за сыном. «Добро пожаловать домой, сын» - король слегка прикрыл глаза, едва заметно кивнув головой. Склонив голову в знак приветствия, Леголас поспешил во дворец, оставив своих друзей. Отец встретил его радушно, нет, не обнял, не коснулся рукой, но с нескрываемым интересом расспрашивал о путешествии, о коронации, о свадьбе Арвен. Леголас умолчал о словах Арагорна - незачем было вселять в сердце отца неприязнь к королю Гондора, который был одним из немногих, кого искренне уважал Трандуил. Они бродили по галереям дворца, строя планы на завтрашний день, им предстояла охота на пауков, их было немного, стоило поторопиться, пока они не расплодились. Со стороны могло показаться, что между Королем и принцем, все осталось по-прежнему, но от внимательных глаз придворных эльфов не скрылась теплота, с которой эти двое смотрели друг на друга. Искренне любящие принца и бесконечно почитающие короля, эльфы были счастливы, ведь если король обрел душевное спокойствие, то и лес будет благосклонен к ним. Наутро, облачившись в привычную темно-зеленую зеленую форму капитана лесной стражи, Леголас, направился в покои Трандуила, чтобы доложить о выходе своего отряда в лес. Распахнув двери, он с удивлением обнаружил отца в точно таком же скромном одеянии - Трандуил прилаживал к широкому поясу один из своих белых мечей. - Отец, я со своим отрядом отправляюсь в лес, Вам не следует идти с нами, теперь это моя забота, - не скрывая удивления, произнес Леголас. - Тебе, мой принц, не следует указывать, что делать королю, - Трандуил посмотрел на сына непонятным взглядом. «Опять эти загадки, о, Эру, как я устал от этого» подумал Леголас, более не смея перечить отцу. Трандуил, наконец, управившись с мечом, направился к выходу. Проходя мимо сына, он бросил на него беглый взгляд и сказал с улыбкой: - Я слышу тебя, не забывай об этом. Леголас только смущенно покачал головой, глядя себе под ноги и последовал за отцом. Эта «охота» на пауков поначалу была не похожа на тысячи других, которые Леголас провел за последние несколько сотен лет. Постоянное присутствие отца немного сковывало, но спустя десяток убитых пауков, все встало на свои места. Леголас сосредоточился и уже не оглядывался в поисках отца, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Пауки яростно защищались, не желая возвращать лесу украденные деревья, среди корней которых они устраивали свои логова. Их жала были так же остры, а клыкастые челюсти с громким щелканьем тянулись к своим врагам, но сила Темного Властелина, питавшая их, исчезла, и теперь, справляться с ними эльфам было немного проще. Когда они зачистили последнюю на сегодня поляну, Леголас подозвал всех к себе, чтобы убедиться, что отряд цел и невредим. Трандуил стоял чуть поодаль, ожидая, когда закончится перекличка и можно будет отправиться в обратный путь. Убедившись, что обошлось без потерь, Леголас оглянулся на Трандуила и увидел то, от чего кровь застыла в жилах. За спиной короля, будто из ниоткуда, возник огромный черный паук, неслышно спустившийся с верхушки дерева на толстой липкой нити паутины. Восемь эльфов одновременно вскинули свои луки, Трандуил, оборачиваясь лицом к пауку, уже вынимал из ножен сияющий белый меч, но Леголас опередил их всех. Его стрела, сверкая золотистым оперением, молнией пронеслась мимо короля и вонзилась ровно в центр паучьего лба - выстрел, несущий мгновенную смерть. С трескучим криком паук рухнул к ногам Трандуила, судорожно подбирая под брюхо отвратительные мохнатые лапы. Король ничем не выдал своего волнения, он был лишь слегка раздосадован тем, что раньше не услышал, не почувствовал приближающуюся опасность. - Отличный выстрел, мой принц, - с улыбкой и нарочито преувеличенным почтением заметил Трандуил. - О, мой Король, у меня не было иного выбора, кроме как спасти Вам жизнь. Ваша корона просто ужасна и я ни за что не променяю свой прекрасный венец, - почтительно склонил голову, - на это ветвистое недоразумение, - с коротким нервным смехом сказал Леголас. Опасность, грозящая отцу, стоила ему выдержки и благоразумия. На мгновение, Леголас испугался своей, невольно вырвавшейся из уст, дерзкой шутке, но увидев, как глаза короля заискрились синим блеском, он успокоился и улыбнулся. Король же, по достоинству оценив дерзкую смелость сына, неожиданно рассмеялся. Его звонкий смех уносился ввысь к кронам деревьев, теряясь в густой листве. Леголас уже и не помнил, как прекрасен его отец в минуты искреннего веселья и радости.