Друзья ли?

Дом Уизли был большой, как и количество людей в нём, поэтому Элис предложила маме продолжить общение на улице, чтобы избежать любопытных взглядов. В этот момент на кухне пришло время обеда. За столом Джордж заметно нервничал. Он переживал из-за того, что у него могут «украсть» Элис, которая подозрительно долго не возвращалась, поэтому он встал из-за стола раньше всех. Почти следом за ним отправился Фред. Во время прощания с мамой к ним подошла Молли. Несмотря на то, что Элис проснулась пару часов назад, она уже успела утомиться. Оставив женщин из двух разных семей, она пошла в сторону дома. В этот день ей было суждено кроме завтрака пропустить ещё и обед, поэтому на кухне её ждал остывший запечённый картофель с салатом и фруктовый пудинг на десерт. Аппетит, так же, как и настроение, у неё совсем пропал. Элис немного поковырялась в тарелке и оставила еду в покое. Захватив с собой пудинг, она решила принять ванну, но сначала Элис решила заглянуть к Джорджу. На стук в дверь отозвался Фред. — Если это Ли и все остальные, идите нахрен отсюда. — Мне тоже? — приоткрыв дверь, Элис заглянула внутрь. В комнате Джорджа не оказалось. На кровати лежал Фред и смотрел в потолок. — Кхм… — Элис неуверенно шагнула через порог и прикрыла дверь, оставаясь стоять у входа. — Пудинг остался, будешь? — Рону предложи. — Фред, я не совсем понимаю, что вчера произошло… Давай поговорим нормально, без эмоций, — вполголоса произнесла Элис. — Я уже всё сказал. — Фред… — Иди и отдай этот пудинг Рону, в конце концов! — с психом он отвернулся к стене и накинул на себя сверху одеяло. — Как маленький, — ещё тише сказала Элис и подошла к кровати Джорджа, чтобы выбрать одежду на день, которую перед отъездом ей оставила Джинни. — Жарко же… — Поздравляю, ты теперь будешь спать не здесь, а в комнате Джинни, — пробубнил он через плечо, — мама недовольна твоим общением с Джорджем. Не палитесь и будьте аккуратней. Элис улыбнулась с последней фразы, взяла необходимые вещи и пошла в ванную. Вдоволь наплескавшись в прохладной воде, Элис удивилась тому, что в доме оказалось непривычно тихо. Словно все вымерли и забыли сообщить ей об этом. Сменив халат на летний светлый сарафан, она проверила жилые комнаты на верхних этажах, которые, на удивление, оказались пустыми. Из гостиной послышался шум — значит, кто-то всё же остался «в живых». — Фред! Подожди! — окрикнула его Элис. — Ты Джорджа не видел? — Видел, — не подумав, ответил он. — А нет, не видел. — С тобой всё в порядке? Или, проходя мимо зеркала, ты подумал, что увидел Джорджа? Фред закатил глаза и недовольно помотал головой. — Ну так что? — Короче, зайди в нашу комнату. — Там его нет, я уже смотрела. — Зайди. — Л-ладно, — Элис с подозрением в последний раз глянула на него и пошла в назначенное место. Как она и предполагала, в спальне близнецов оказалось пусто. Элис зашла внутрь, и её внимание привлёк чистый лист пергамента, который лежал на кровати Джорджа. С похожим она сталкивалась и раньше. Её отцу часто приходили заколдованные письма, которые с помощью заклинания мог прочесть только тот человек, кому они были адресованы. — Где, блин, она? — по привычке Элис ощупала свои карманы, но ничего в них не нашла. Отсутствие волшебной палочки и факт того, что она не помнила, когда видела её в последний раз, заставило понервничать. Попав в дом Уизли, Элис позабыла о проблемах, в том числе о необходимости контролировать нахождение палочки на месте, поскольку случалось, что своё волшебное орудие Элис могла оставить в одном из кабинетов школы. Под пергаментом оказался ещё один листок, который Элис не сразу увидела. На нём было написано:

«Солнышко, поищи свою палочку в моей тумбочке»

— Солнышко, — с умилением в слух произнесла Элис и наклонилась к прикроватной тумбочке. В первом ящике оказалось не так много вещей: в левому углу лежали хлопушки, очень похожие на те, которые Элис подарила Джорджу на Рождество; рядом находились, сложенные в стопочку вырезки из журнала «Практика зельеварения»; чуть дальше юбилейный выпуск «Еженедельника ловца»; и ещё несколько листов с рецептами блевательных батончиков и тех самых кровопролитных конфет. Элис задержала свой взгляд на списке с причислением, что входило в «Набор начинающего негодяя», вспоминая, как Фред и Джордж спорили, стоит ли в набор, наряду с шутихами, фейерверками и хлопушками включать «Великолепную взрывчатку». Джордж предлагал соединить четыре товара и продавать их в одной коробке, а Фред говорил, что взрывчатка получилась бомбической и её стоит продавать отдельно. Элис вмешалась в их спор и поддержала Фреда, сказав, что его вариант экономически выгоден, и с двух раздельных позиций можно заработать больше денег. Закончив со своими воспоминаниями и осмотром первого отделения, Элис открыла второе, которое не решилась изучить. — Ладно, идём дальше, — подбадривая себя, произнесла она вслух. На ящик было наложено заклинание незримого расширения, о чём свидетельствовал торчащий гриф гитары. Элис искренне надеялась, что Джордж не спрятал её палочку в бездонных недрах своей тумбочки. Добравшись, наконец, до третьего ящика, она с облегчение вздохнула. По центру лежала её палочка в окружении дорогих для Джорджа вещей, среди которых была слегка потрёпанная их совместная фотография. После необходимых манипуляций на чистом листе начало проявляться изображение. Это оказался колдорисунок, на котором было нарисовано что-то на подобии карты. Путь начинался у квадратика, подписанного как «Нора», далее дорожка вела в противоположную сторону от гаража, проходила вдоль аллеи деревьев, потом налево и, миновав небольшой фруктовый сад, стрелка упиралась в крестик. Над местом назначения находилась надпись: «Поторопись, я уже заждался тебя».

***

На цветущей поляне за пологим холмом, окружённым целым лесом репейника, глухой крапивы и дикой конопли, Элис увидела Джорджа. — И что это за прелесть? — кокетливо улыбаясь, она подошла ближе и подставила свои губы для поцелуя. — У нас ещё не было полноценного свидания, я решил исправить эту несправедливость, — Джордж обнял и поцеловал Элис. — Привет ещё раз. — Привет, — она обвила руками его шею и повторно чмокнула в губы. — Признаюсь, ты меня заинтриговал своими записочками и не только ими, — Элис опустила одну руку и глянула в сторону. Джордж устроил всё красиво: среди зелёной травы он расстелил белый льняной плед, который придавал свежести в знойный летний день; чуть в сторонке стояла плетёная корзина из лозы, наполненная жёлтыми грушами, ароматными персиками и белым виноградом; рядом лежала бутылка и два хрустальных бокала с узорами, словно после мороза. — Садись и наслаждайся, здесь нас никто не достанет. — М-м, класс. Элис была непривыкшей к большому количеству сверстников вне школы, потому что каждое лето проводила одна дома или в компании Драко. Немного поскрипев пробкой, Джордж откупорил бутылку, через которую проходил солнечный свет, бросая яркие блики на коленки Элис. — Вино из бузины, — пояснил он, разливая тёмно-бордовую жидкость с фиолетовым отливом. — Мне много не наливай, — быстро протараторила Элис. — Ладно, — наполнив полбокала, Джордж взялся за второй. — Загадывай желание, это вино приготовлено по старинному рецепту семейства Пруэтт. Прекрасное содержимое твоего бокала созревало около года в дубовых бочках, а потом ещё столько же в бутылке, — гордо произнёс он. — Сегодня нам посчастливилось попробовать вино, приготовленное самой Молли Терезой Пруэтт. — Эта женщина — известный винодел? — поднеся бокал к носу, она ощутила свежий ягодный аромат. Элис отпила немного вина и почувствовала сливовые ноты, за которыми последовал легкий вкус крыжовника. Благородный вкус вина балансировал между сладостью и кислотностью, а в завершение, горчинка на кончике языка придавала пикантное послевкусие. Элис не могла похвастаться любовью к алкогольным напиткам, но бузинное вино произвело на неё впечатление. — Э-э-элис, — рассмеялся он. — Это наша мама! — А вот это не смешно, — смущённо улыбнулась она, — откуда я могла знать девичью фамилию вашей мамы? — Хорошо, что мою фамилию ты хоть знаешь, — продолжил подшучивать Джордж. — Уизли! — пригрозила она, но её попытка сделать серьёзное лицо с треском провалилась. — Ладно, пододвинься, — Элис присела ближе и Джордж поднял бутылку на просвет солнца. — Смотри, — указательным пальцем он провёл от середины к донышку, — видишь кристаллики? — Да, — Джордж плавно перевёл взгляд на Элис, которая внимательно рассматривала несколько крохотных кристаллов, очень напоминающих мелкое битое стекло, а потом обратно. — Это винный камень, — поворачивая бутылку по часовой стрелке, пояснял он. — В процессе созревания вина на дне бутылки образуется осадок, который со временем затвердевает. Эти кристаллы абсолютно безвредны, к тому же очень красивые. Допьём вино, поближе посмотришь. А пока… Джордж вновь посмотрел на Элис. Её губы слегка окрасились в фиолетовый оттенок от терпкого напитка, а после того, как она облизала нижнюю губу, стали ещё сочнее, чем прежде. Он не мог отказаться от столь привлекательной возможности попробовать их и, наклонившись ближе, протяжно поцеловал. Прикрыв глаза, Джордж смаковал её нижнюю губу, на которой остался вкус бузины. — Сладкая, — прошептал он, продолжая мягко обминать её губы, поглаживая их языком. От его медленных ласк у Элис внизу живота приятно заныло, от чего она несдержанно хныкнула. Но у Джорджа в планах было как минимум накормить её спелыми персиками и грушами, а потом уже всё остальное. Он хотел, чтобы это свидание прошло идеально. — В корзине лежат сладкие груши и сочные персики, тебе понравится, — Джордж поставил бутылку и потянулся за фруктами. — И виноград, но за него я не ручаюсь. — Сейчас проверим, — пока Джордж с помощью столового ножа нареза́л персики, Элис взяла виноградную гроздь и откусила одну ягодку. — Ки-ислый, — она скривилась и высунула язык, — и очень твёрдый. — Значит, ещё рано. Торопился и не успел его проверить. — Хочешь кормить меня из рук, как в каком-то пошлом фильме? — спросила Элис, когда заметила, что Джордж немного засуетился, после того, как закончил с персиками. — Давай лучше я сама. Он с облегчением кивнул и взял в руки бокал. — Семейными вечерами, после ужина, когда папа открывал бутылку бузинного вина, мама часто рассказывала одну и ту же легенду, — начал он. — Рассказать? — Конечно, давай. Элис устроилась поудобнее рядом с Джорджем и с вниманием слушала его рассказ: — На одном острове, недалеко от берегов Великобритании, проживали различные чувства: Счастье, Грусть, Умение… Любовь была в их числе. Однажды Предчувствие известило всех, что скоро остров скроется под водой. Спешка и Торопливость первыми стали покидать остров на лодках. Вскоре все уехали, только Любовь осталась. Она хотела остаться до последней секунды. Когда остров уже должен был уйти под воду, Любовь решила позвать себе на помощь. Богатство приехало к Любви на великолепном корабле. Любовь говорит ему: — Богатство, можешь ли ты меня увезти? — Нет, — ответило оно, — у меня на корабле много денег и золота. У меня нет места для тебя! Счастье плыло мимо острова, но оно было настолько счастливо, что не услышало даже, как Любовь его призывает. Когда Любовь спасли, она спросила у Знания, кто это был. — Время. — Потому что только Время способно понять, насколько Любовь важна, — закончила за ним Элис. — Похоже, все женщины любят эту легенду, — улыбнулась она, потому как легенду о Любви ей не раз приходилось слышать в стенах своего дома. Останавливать Джорджа, который с особым трепетом специально для неё начал рассказывать легенду, Элис не хотела. — Мама заканчивала рассказ как раз, когда в бутылке не оставалось вина, а на её дне лежал лишь винный камень. А потом мы с Фредом подшучивали, говоря, что Любовь не хотела уезжать с острова только из-за богатства, которое было там спрятано. Из-за кристаллов винного камня. — Видимо, эти кристаллы были очень дороги ей. — Настолько, что была готова погибнуть ради них, — согласился с ней Джордж. — Ага, говорят же, что любовь слепа, и сумасшествие водит её за руку, — иронично усмехнулась Элис и сделала ещё глоток. — Какое вкусное вино и персики. Вприкуску вообще улёт. — Знаешь, меня не покидает одна мысль. Из вишни тоже ведь делают вино, должно быть, очень вкусное. Из малины и клубники я пробовал, даже из яблок, а вот из вишни — нет, — стоило Джорджу зацепиться за какую-нибудь тему, он мог часами рассказывать интересные факты и рассуждать на этот счёт. В это время мысли Элис летали где-то далеко. Становилось душно, то ли от выпитого вина, то ли от томящего августовского солнца. Рыжие волосы Джорджа золотились от лучей солнца, которое медленно близилось к закату. «Вот это — настоящее золото, а не эти ваши галлеоны», — подумала Элис, пока он продолжал строить догадки о вкусе вишнёвого напитка. Градус от нескольких глотков подействовал, вызвав глупую улыбку на её лице. А Джордж был прекрасен и как всегда расслаблен. Вытянув перед собой ноги, он не торопясь попивал вино. Приближаясь ко дну бокала, он о чём-то размышлял, пока не встретился с изучающим взглядом Элис. Она не могла оторвать от него глаз и готова была тут же наброситься и зацеловать до смерти. Элис провожала взглядом каждый его жест, не упуская малейшего движения. Поднеся к губам край бокала, Джордж сделал последний глоток. Он опустил глаза вниз; его губы сложились в тонкую нить, удерживая остатки вина; кадык соблазнительно поднимался вверх и вниз; а длинные пальцы обхватывали чашу хрустального бокала. Единственное, что Элис знала о вине, так это то, что бокал с этим напитком необходимо держать за ножку, но сейчас это было неважно. Этикет и правила поведения рядом с Джорджем не имели значения. Он жил по-настоящему, как хотела его душа. Рядом с ним было так легко и беззаботно, что Элис готова была бездумно довериться ему. Заметив её многозначительный взгляд, Джордж смущённо улыбнулся. — Что? — он наклонил голову и вопросительно поднял брови. Её глаза загадочно блеснули, и Элис подползла ближе, смотря на Джорджа в упор. — Поцелуй меня, — решительно сказала она. Уголки губ Джорджа медленно поползли вверх, расплываясь в довольной улыбке. Настрой Элис ему определённо нравился. Он продолжил наблюдать за её действиями. Средним пальцем Элис подцепила лямку сарафана и спустила её вниз, оголяя перед Джорджем свою грудь. Вслед за лямкой опустились его глаза и уголки губ. Сердце ускоряло ритм, разгоняя кровь по телу. В шортах становилось неприлично тесно. Он шумно сглотнул, когда Элис подползла ещё ближе и уселась на его бёдра. Повторно просить не пришлось. Джордж начал с протяжных, долгих поцелуев. Он целовал её нежно и чувственно, от чего у Элис шла кругом голова. Раз за разом он удивлял её своей нежностью, которую вкладывал в каждый поцелуй. Его рука поглаживала мягкую грудь, а второй, забравшись под юбку, он сжал её ягодицы, прижимая к себе. Дыхание Элис совсем сбилось, и она потянула его футболку вверх, стягивая её. — Сделаем это сейчас? — с ноткой радости спросил Джордж. Элис протяжно простонала в ответ, пока целовала его ключицы. Как в тумане Элис поддавалась каждому его движению, и Джордж с легкостью снял с неё сарафан. Накрыв её губы своими, он обхватил руками мягкие бёдра и прижал ближе к себе, имитируя движение: — В этот раз всё будет по-настоящему. Оттягивая её нижнюю губу, Джордж уложил Элис на спину. От его влажных поцелуев становилось невыносимо жарко. Губами он спускался вниз от шеи к ключицам, пока одной рукой нежно сжимал её грудь. Элис ахнула, когда почувствовала его горячие губы на своём соске, который он всасывал и мягко сжимал зубами, не причиняя боли. — Расслабься, я сделаю тебе приятно, — нависая над ней, возбуждённо прошептал он, облизав языком мочку уха. Закусив губу от предвкушения, Элис улыбнулась, наблюдая за каждым его движением, пока Джордж спускался вниз и нежно целовал её живот, поглаживая руками округлые бёдра. Дойдя губами до ткани трусиков, он приподнялся и медленно стянул их, открывая перед собой прекрасный вид. Предстоящее занятие для неё было в новинку. Элис взволнованно смотрела на него и машинально свела ноги вместе. — Красивая моя, — Джордж поцеловал её коленки, а после взялся руками за них и немного развёл ноги в стороны. — Прекрасная. Элис была достаточно возбуждена, но этого было мало. Джордж не хотел испортить её впечатление от первого раза. Медленными поцелуями он спустился от коленки вниз, а второй рукой щекотливо поглаживал внутреннюю часть бедра. Прикрыв глаза, Джордж опустил голову ниже и начал лёгкими движениями языка обводить контур половых губ. Элис облегчённо выдохнула от приятных прикосновений и приподнялась на локтях, чтобы увидеть соблазнительную картину между своих ног. Ресницы Джорджа слегка подрагивали, он выглядел очень мило в этот момент. Её рука легла на его голову, забираясь пальцами в рыжие волосы. Джорджу нравилось это занятие, он еле слышно постанывал. От того, с какой нежностью и любовью он это делал, внутри Элис всё млело. Полностью отдавшись чувствам, она опустилась на спину, закрыла глаза и откинула голову назад, сконцентрировавшись на приятных ощущениях внизу живота. Джордж не торопился, его удовольствие зависело от её удовольствия, и Элис заслуживала всего времени в мире. Мягким, расслабленным языком он водит вверх-вниз по клитору, а потом нежно втянул его в себя. У Элис задрожали ноги, а с губ сорвался стон. Джордж ухмыльнулся и свободной рукой потянулся к её груди. Поглаживая и сминая её, указательным пальцем он водил по чувствительному соску. Мысль о том, что между ног сейчас её ласкает Джордж, бросает Элис в невыносимый жар. Она начинает громче всхлипывать, когда чувствует, как Джордж скользит пальцем у её входа и с лёгкостью проталкивает его внутрь. Плавные движения постепенно растягивают влагалище, и следом Джордж вводит второй палец, медленно наращивая темп, одновременно с этим посасывая её горячую кожу. Неторопливо и ласково влажный язык ловко проходится по всем складкам, заставляя Элис шумно и прерывисто дышать. Его сдавленный голос и горячее дыхание сводили с ума. От подступающего оргазма тело Элис вздрагивало, а в горле пересохло. Джордж усилил давление языка, сильнее придерживая её за бёдра. Сдавленно простонав, Элис выгнулась дугой, хватаясь руками за помятый плед. Немедля ни секунды, Джордж скинул с себя оставшуюся одежду. Освободившись от нижнего белья, он провёл ладонью несколько раз по всей длине, устраивая головку члена между её ног. Внутри себя он ликовал от того, насколько Элис сейчас разгорячённая и изнывающая, как она чертовски соблазнительно шире раздвинула перед ним свои ноги, желая принять его в себя. — Готова? — нависая на ней, спросил Джордж, несмотря на то, что прекрасно знал, что да. Обняв его за плечи, Элис кивнула головой. Она смотрела на Джорджа умоляющими глазами — она хотела его. Играясь с её языком, Джордж с помощью руки водил членом вдоль половых губ, захватывая побольше смазки. Элис судорожно усмехнулась от того, как ей нравятся такие прикосновения. Толчок и Элис шумно вдохнула, когда он вошёл в неё, сжимая руками его плечи. Джордж замер, позволяя привыкнуть к его размеру. Он успокаивающе целовал её шею, посасывал кожу, попутно поглаживая руками её волосы, только лишь бы ей не было больно. Из-за сильного расслабления она не почувствовала неприятных ощущений. Элис чувствовала только будоражащую наполненность внутри себя. Чувствовала Джорджа внутри себя, на себе, каждой клеточкой своего тела, его губы, пальцы, кожу, и это было великолепно. Только когда хватка её рук ослабела, и Элис провела пальцами вдоль его лопаток, Джордж сделал ещё толчок. — М-м-м, — он зажмурил глаза и выругался про себя. Элис он подготовил, а себя вот нет. Никогда прежде ему не доводилось иметь дело с девственницей. Он не ожидал, что будет настолько узко. — Что? — сведя брови, она взволнованно пыталась поймать его взгляд. — Охуенно. Дрожащим голосом Элис тихонько рассмеялась, потому что впервые слышала ругательства от Джорджа или не впервые. Она уже не помнила. Сейчас у неё в голове было только его возбуждённое дыхание и больше ничего. — Да-а, — протянула она, а потом звонко поцеловала Джорджа и сжала пальцами кожу на его пояснице. В ответ он глубже пробрался языком к ней в рот и начал увереннее двигать бёдрами, заставляя Элис подрагивать от его толчков и стонать в губы. Вокруг ни малейшего ветерка, зной, как перед дождём. Температура воздуха беспощадно давила, как и Джордж, хотя он удерживает себя на локтях, но ощущалось всё по-другому. Ей приятно чувствовать его тело ближе, чем обычно. По-настоящему ощущать его. С каждым движением их тела нагревались и становились липкими. С каждым толчком они были ближе, соединялись друг с другом, становясь одним целым. Плавные толчки и влажные поцелуи в губы. Аккуратные движения и полустоны Элис. Лёгкие наполнялись горячим воздухом, от которого, казалось, плавится всё внутри. — Можешь быстрее… — сухими губами прошептала она. Сквозь нестерпимое наслаждение Джордж не мог разобрать, был ли это вопрос или призыв к действию. Он начал ещё интенсивнее двигать бёдрами и входить в неё. Ему сносило голову от происходящего. Он доставлял удовольствие Элис, которая теперь уже только его. Тесно, горячо, приятно. Мало. Хочется большего. Хочется каждый день делать ей приятно, выкладываться по-полной, до изнеможения, чтобы она каждый раз стонала под ним, просила быстрее, ещё, сильнее. Элис постанывала в такт его движений и получала двойное наслаждение, слыша, как Джордж сдержанно мычал у её уха. Ритмично двигаясь, он целовал её в уголки губ, скулы, покусывал кожу на шее, оставляя мелкие красные следы. Постепенно их тела напрягались, каждое движение становилось глубже, чувственнее. Когда Джордж почувствовал, что вот-вот приблизится к грани, он опустил руку вниз, массируя её клитор в ритм с движением своего тела. Её бёдра стали подрагивать, когда член Джорджа напрягся до предела. Сумасшедшее дыхание двоих, возбуждённые толчки навстречу друг другу, стоны и минуты наслаждения слились воедино. Ещё несколько быстрых движений, и Элис почувствовала тепло внутри себя, а после жгучий разряд по всему телу и приятную слабость в ногах. Джордж практически взвалился на Элис, уткнувшись в её шею. Сердце продолжало биться с той же скоростью, что и их тела несколько секунд назад. — Люблю тебя, — пробормотал он, пытаясь вновь поцеловать нежную кожу. Сил для ответа не было, и Элис лишь провела кончиками пальцев по его влажной спине. Пространство вокруг наполнилось тёплым оранжевым светом, словно он был повсюду. Было тепло и приятно, как после дурманящего, терпкого и тягучего по вкусу вина. Насыщенное, округлое, обволакивающее и поглощающее изнутри, вино, как и то, что сейчас произошло с ней. Абсолютное счастье и расслабляющее наслаждение разлилось по всему телу. Джордж откинулся на спину рядом с Элис, взял её руку, поднёс к своим губам и поцеловал: — Это самый лучший секс в моей жизни. С закрытыми глазами Элис довольно улыбнулась. Из последних сил она повернулась и положила голову на грудь Джорджа, почти засыпая в его объятиях.

***

Солнце почти скрылось за горизонтом, отемняя серые тучи и придавая им нежный персиковый оттенок с розовым отливом. Время остановилось. Рядом был только Джордж, который подарил ей свою любовь. Который показал, как им только вдвоём может быть хорошо, и что теперь он всегда будет настолько близко к ней. — Ты как? — бережно обнимая Элис, спросил он. Джордж лежал, закинув одну руку за голову, а второй прижимал к себе самую счастливую кудрявую девушку. — Очень хорошо, — ласковым голосом ответила она, а после прислонилась губами к его коже, оставляя поцелуй. — Мне тоже, — поглаживая Элис по обнажённой спине и убедившись, что она в порядке, Джордж с улыбкой прикрыл глаза. — Не засыпай только. Нам ещё обратно идти. — Мгм-м, — протянула она, неохотно открывая сонные глаза. Джордж сделал достаточно, чтобы Элис окончательно разнежилась в его объятиях. В попытках отвлечься от желания заснуть, она подняла руку вверх, перекатывая пальцами сияние уходящего солнца. Насыщенные блики на светлой коже означали, что небо в этот момент очень красивое, и намерение взглянуть на него точно способно было подальше отогнать сон. Чуть приподнявшись, Элис смотрела на самый красивый в её жизни закат, пока Джордж смотрел на самую красивую девушку в мире. Для него Элис оставалась всё ещё невинной и столь прекрасной, как отблески скрывающегося солнца. С каждой минутой тучи окрашивались в новые оттенки. На лице Элис была не то улыбка, не то спокойствие и умиротворение. Оранжево-персиковое свечение теплом окутывало её кожу, придавая ей блаженный вид. — Как красиво, — полушёпотом восхитилась Элис, словно боялась спугнуть волшебный момент. Джордж присел чуть позади неё и обнял двумя руками, прижавшись к её щеке. Они сидели вдвоём посреди поля в высокой траве, абсолютно голые и провожали свой самый чудесный закат под мелодичный цокот птиц. Небо понемногу тускнело, погружая всё вокруг в тишину. Тучи, наполненные влагой, уже не выглядели столь красиво, как прежде. — Нам пора, — тихо сказал Джордж и повернул Элис за подбородок для поцелуя. Пока он одевался, Элис продолжала сидеть и смотреть на блеклый горизонт, который подсвечивался лучами скрытого солнца. Как по щелчку, с неба начал сыпать блестящий дождь, который от зноя быстро превращался в душистый травяной пар. Джордж собрал корзину, а после накинул на Элис плед, после того, как она разобралась со своим сарафаном, и они вместе направились в сторону дома. Последнее, что Элис могла, так это убегать от капель прохладного дождя. Джордж это прекрасно понимал и смиренно шёл рядом с ней. Лёгкие накрапывания сменились спокойным ливнем, подгоняя их ускориться. Ближе к дому Джордж замедлил шаг, а после вовсе остановился. — Элис! — выкрикнул он ей вслед и выпустил из рук корзину. Когда она обернулась назад, Джордж стянул с неё плед, позволяя ему упасть на влажную землю. — Ты чего? — Элис непонимающе смотрела на него снизу верх, щурясь от капель дождя. — Хотел кое-что сказать тебе. — Это сейчас так важно, Джордж? Мокнем же… — Очень, — широко улыбаясь, он притянул её за талию ближе к себе. — Хотел сказать, как сильно я тебя люблю. Ни дождь, ни ветер, ни приближающаяся темнота не были помехой для столь важных слов. — Я тоже тебя очень люблю, Джо… — начала говорить Элис, но её прервал Джордж, когда подхватил за бёдра и поднял над собой, увлекая в страстный поцелуй. Вокруг всё было мокрым и зеркальным. Прохладные капли придавали пикантности происходящему, а жаркий поцелуй забрал всё внимание, отодвинув на второй план свежий ветер, который вызвал мурашки по всему телу. Джордж опустил её на землю и повторил: — Очень сильно люблю. Элис таяла от его слов, словно сахарный леденец от дождя. Она и так знала, что любит. Его бережное отношение говорило само за себя, но услышать эти заветные слова вновь было также приятно, как и их первая близость. Джордж прижался губами к её лбу и крепко обнял. Спустя несколько секунд он будто опомнился, схватил Элис за плечи от отодвинул от себя. — Чего стоишь? — вытаращив глаза, ошарашенно спросил он. — Дождь же идёт! Элис звонко рассмеялась, и Джордж подхватил её на руки, унося в сторону дома, оставляя белый плед, корзину с фруктами и бутылку начатого вина мокнуть позади.