The Greatest of Sinners

      Гарри зевает. Он чешет грудь под футболкой и встряхивает головой. Пропустив пальцы через волосы, он закрывает глаза и хрустит шеей. Где-то наверху музыка громко играет из его комнаты. Зайдя на кухню, Гарри бросает взгляд на стоящий на «островке» графин сока и раздумывает несколько секунд, после чего всё-таки решает, что заглянет в холодильник. Подняв телефон, он смотрит на уведомления, смахивая их одно за другим, не находя те полезными. Кроме, может, единственного. Открыв холодильник, он заглядывает в ящик и довольно улыбается, увидев симпатичное красное яблоко. Забрав его, Гарри захлопывает холодильник и снова смотрит в телефон. Он читает сообщение от Найла, потирая яблоко о футболку. Кому вообще нужно мыть фрукты?       Жадно откусив кусок, парень опирается на кухонный островок. Наверху начинает играть Arctic Monkeys, и Гарри качает головой под музыку. (14:32) Найлер: видел новые фотки Лиама? тусовка была крутой, радуйся, что я как лучший друг не пошёл туда без тебя       Гарри закатывает глаза, но всё равно улыбается. Конечно, Найл был лучшим в мире другом, потому что он действительно пропустил отличную вечеринку лишь потому, что Гарри отравился и не смог пойти туда. Он снова откусывает яблоко, собираясь ответить, но движение за окном привлекает его внимание. Бросив взгляд на улицу, Гарри раздражённо вздыхает. Машина всё ещё стоит на подъездной дорожке, и Гарри просто фыркает. Почему его отец так ковыряется? Он должен был уехать ещё пятнадцать минут назад. (14:34) Найлер: кстати, из-за тебя я пропустил возможность слизать текилу с живота Шона. ты мне за это ответишь, Стайлс!       Это заставляет Гарри тихо усмехнуться. Он качает головой, напевая «do you want me crawling back to you?», снова надкусывая яблоко, прежде чем положить его на столешницу и напечатать Найлу ответ. (14:34) Гарри: да, а ещё Лиам сказал, что Мэдисон танцевала на столе под Карди Би. Выходит, я должен тебе вдвойне, братишка!       Он хочет развернуться, чтобы снова взять яблоко, когда чужой голос заставляет его вздрогнуть.       — Гарри, — его отец неожиданно входит на кухню, и парень вздыхает. Он наиграно хватается за сердце и блокирует телефон.       — Почему ты ещё здесь? — он раздражённо вздыхает, опуская плечи. Он хочет наконец остаться один. Его отец стоит в своих бежевых брюках для гольфа и голубом поло, и Гарри отворачивается. Он берёт яблоко, чтобы бросить его в мусорку, потому что у него пропал аппетит. — Разве ты не должен играть в гольф или типа того?       Он разворачивается и снова опирается на столешницу, скрестив лодыжки. Его отец поправляет часы, оглядываясь.       — Да-да, просто немного задержались, — он откашливается, и Гарри смотрит ему за спину. — Позволь представить тебе, — его отец делает шаг в сторону, и он замечает мужчину, лёгкой походкой направляющегося к ним. — Это Луи Томлинсон.       Его отец просто светится от грёбаного счастья, и на долю секунды Гарри теряется, потому что он слышал о Луи Томлинсоне последние полгода практически за каждым ужином, и, если честно, его немного тошнит от этого имени. Но сейчас на кухню заходит мужчина, и если это Луи Томлинсон, то Гарри готов поддержать любую тему, связанную с ним.       — Луи, это мой сын — Гарри, — его отец криво улыбается, указывая на парня рукой, и тот продолжает растерянно стоять посреди кухни, пялясь на незваного гостя. — Гарри заканчивает старшую школу с отличием, подаёт большие надежды, и мы надеемся, что уже следующей осенью он поедет учиться в Нью-Йорк!       Его отец просто стоит здесь и рекламирует его, а Гарри почти ничего не знает о Луи Томлинсоне, помимо того, что он работает вместе с его отцом на Лондонской фондовой бирже. В конце концов, придя в себя, Гарри делает шаг вперёд, неуверенно протягивая руку. Телефон его отца звонит, и тот быстро поправляет очки на носу и извиняется, отвечая на звонок и выходя из кухни. Ладонь Гарри как раз касается ладони Луи, и парень осторожно пожимает его руку.       — Рад знакомству, мистер Томлинсон, — выдавливает из себя Гарри, и его живот скручивается, когда мужчина мягко улыбается ему. Его кожа мягкая, рукопожатие тёплое, а его взгляд серьёзный, но заинтересованный. На нём такие же, как и у его отца, бежевые брюки для гольфа, подпоясанные коричневым кожаным ремнём на талии, и белое поло. Он не очень высокий, но это не умаляет того, как могущественно он выглядит, и его волосы такие приятные на вид, Гарри хочет потрогать их. Луи Томлинсон выглядит великолепно.       — Наслышан о вас, мистер Стайлс, — вдруг говорит Луи, и Гарри мысленно шлёпает себя по лбу, потому что ему следовало сказать что-то подобное, ведь он действительно наслышан о нём.       Он наконец отпускает ладонь Гарри, и тот бросает на его руки быстрый взгляд.       — У вас очень красивый перстень, — замечает Гарри, глядя на красивое серебряное украшение на среднем пальце его руки. Перстень широкий, и на нём выгравировано что-то вроде герба.       — Спасибо, — мягко отвечает мужчина, делая маленький шаг назад, и Гарри тоже возвращается к столешнице, чтобы у него было побольше места и он смог получше осмотреть этого человека. Оперевшись локтями на столешницу, он снова скрещивает ноги, думая, что это неплохая поза. Но затем он вспоминает, что выглядит, как бездомный, в своих старых белых шортах и футболке его старой футбольной команды, в которой его держали только из-за фамилии. Он выглядит ужасно, когда перед ним стоит такой шикарный мужчина. Найл бы от души посмеялся над ним. — Это фамильное кольцо, — Луи указывает на палец. — Здесь семейный герб.       — Выглядит впечатляюще! — бормочет Гарри, не уверенный, говорит ли он о кольце или о самом Луи. А затем мужчина улыбается ему, и Гарри думает, что теперь понимает, как люди тают.       — Уверен, твой отец однажды передаст тебе своё, — он складывает руки за спиной, и то, как он продолжает смотреть Гарри в глаза на протяжении всего разговора, просто сводит с ума. Он не оглядывает кухню, хотя никогда здесь не был, не ждёт, когда вернётся отец Гарри. Он смотрит парню прямо в глаза, общаясь с ним на равных.       — К сожалению, у нас нет семейного перстня, сэр, — Гарри улыбается, пожимая плечами. — Как и герба, на самом деле.       — Какое упущение, — Луи чуть наклоняет голову, и Гарри нервно ёрзает задницей по столешнице. — Может, тебе стоит придумать его самому? — он подмигивает ему, и Гарри раскрывает рот, понимая, что его губы пересохли.       Он делает вдох, собираясь ответить что-то, очевидно, глупое, когда его отец возвращается, поправляя свои уложенные вверх каштановые волосы. Спрятав телефон, он быстро кивает Луи.       — Прошу простить, очень важный звонок. Мы готовы ехать, — говорит его отец, но Гарри стоит там, прилипнув к «островку».       — Да, конечно, — спокойно отвечает Луи и разворачивается, чтобы последовать за мистером Стайлсом. — Рад был встрече, Гарри, — говорит он на прощание, и Гарри выдавливает глупейшее «взаимно», прежде чем его отец и мистер Томлинсон уходят.       Он разворачивается, чтобы выглянуть в окно и проводить их взглядом. Мужчины садятся в машину, и затем автомобиль выезжает за ворота. Гарри ещё какое-то время стоит там, прежде чем схватить телефон и попросить Siri позвонить Найлу по FaceTime.

× × ×

      — Клянусь тебе, он само совершенство, — мечтательно протягивает Гарри, развалившись в одном из кресел посреди своей комнаты. Он водит босыми ногами по ковру, загребая пальцами ворсинки. Найл, лежащий на его кровати, только хмыкает.       — Ага, — говорит он, улыбаясь чему-то в своём телефоне, и Гарри раздражается. Он хватает пустую банку из-под пива и швыряет её в друга. — Эй! — Найл тут же поднимает голову, хмуря брови. — Чувак, ты находишь себе новый предмет воздыхания каждый месяц.       — Наглая ложь, — Гарри возмущённо вздыхает, будто его ранили в самое сердце.       — А как же тот владелец ресторана, который постоянно заставляет официантов приносить тебе «комплименты от шефа»?       — Джулиан? — Гарри морщится. Но затем он расплывается в улыбке, довольный собой. — То, что я нравлюсь ему, совсем не значит, что он нравится мне.       — Тогда какого хрена мы ходим в этот ресторан каждый четверг? — он цокает языком и сурово смотрит на Гарри.       Тот только пожимает плечами.       — Потому что они подают самый вкусный ростбиф, — Гарри улыбается. — И я люблю комплименты, — он хмыкает, и Найл закатывает глаза.       — Ты продажный, Стайлс.       — Неправда, — Гарри поджимает ноги под себя и разблокирует телефон. — Я люблю подарки, но это совсем не значит, что я продаюсь.       Найл ничего не отвечает, только смеётся вновь, опустив взгляд в телефон. Гарри сдвигает брови.       — Что там?       — Ничего, — быстро отвечает Найл, печатая кому-то сообщение.       — Не смей врать мне в лицо, лёжа в моей постели, Найл Хоран, — сурово говорит Гарри, но это заставляет его друга лишь закатить глаза.       — Родители Шона уехали в отпуск, так что он решил устроить вечеринку сегодня, — Найл играет бровями, и Гарри улыбается, слезая с кресла.       — Отлично, так почему мы ещё здесь?

the phantoms — watch me

      Дом Шона выглядит неплохо. Гарри бывал здесь раньше, и, стоит отметить, бассейн у этого парня куда больше, чем в его собственном доме. Неудивительно, что Найл сходит с ума по этому парню. На самом деле Найл странный, но не Гарри судить.       Когда они входят внутрь, никто даже не встречает их у двери. Дом уже переполнен полупьяными подростками, размахивающими бутылками алкоголя в своих руках.       — Они разграбили бар мистера Мендеса, или что, чёрт возьми, здесь происходит? — Гарри оборачивается, провожая взглядом девушку с бутылкой Crystal в руках, пока Найл тянет его за рубашку.       — Здесь не хуже, чем у Лиама, и я определённо должен облизать чей-то живот сегодня, — говорит Найл, улыбаясь всеми зубами, и Гарри морщится, позволяя парню вести себя глубже в дом.       — Это отвратительно, — констатирует Гарри, но Найл даже не отвечает.       Играет одна из песен The Phantoms, и Гарри присвистывает, потому что в гостиной творится полнейший хаос. Он видит, как люди танцуют прямо на диванах, расплёскивая пиво и шампанское. На полу валяются мятые стаканчики и мячики от пин-понга, а по телевизору без звука показывают клип Бейонсе.       — Вот дерьмо, — протягивает Найл, смеясь.       — Пожалуй, тут и впрямь не хуже, чем у Лиама.       — Кто это здесь!       Когда Гарри оборачивается, кто-то виснет у него на шее в эту же секунду, и он напрягается, но затем чувствует знакомый аромат Black Opium и расслабляется.       — Привет, Эм, — он обнимает девушку в ответ, и та наконец отпускает его, чтобы обнять Найла тоже.       — Вы пропустили так много, ребята, — она играет своими лисьими глазками, засовывая свой красный чупа-чупс обратно в рот.       — Да, мы немного припоздали, — говорит Найл, и Морган смеётся. Она прищуривается, видя, как Найл ищет кого-то глазами, а затем вздыхает. Она делает шаг вперёд и, обхватив лицо Найла пальцами, поворачивает его голову в сторону.       — Мэдисон танцует в той комнате, и будь осторожен, Джейсон уже там, — её ногти впиваются в его щеки, и она резко дёргает его голову в другую сторону, заставляя взглянуть на стеклянные двери, ведущие во двор. — Шона утопили в бассейне минут двадцать назад, так что его футболка, должно быть, всё ещё мокрая.       Наконец Найл шлёпает её по руке и делает шаг назад, глядя из одной стороны в другую. Это заставляет Гарри рассмеяться. У Найла действительно начинается бисексуальная паника прямо сейчас.       — Это будет сложный выбор, — Гарри смеётся, хватая Морган за руку, и, оставив Найла, идёт с ней в сторону бара, чтобы раздобыть себе выпить. По крайней мере, он нашёл человека, которому сможет поныть о своей новой проблеме по имени Луи Томлинсон.       Они сидят на крыше, выбравшись на неё из окна в комнате на втором этаже. Гарри лежит на спине, вытянув ноги, и смотрит на небо, сложив руки на груди. Морган сидит рядом с босыми ногами, потому что её туфли остались где-то в доме. Она снова и снова показывает Гарри фотографии того парня из команды по лакроссу, с которым она познакомилась в Tinder. Этот парень из Нью-Йорка, и внутренняя американка Морган кричит от восторга, так что это всё, что Гарри о нём знает.       — Ладно, я поняла, что тебе скучно, — она закатывает глаза, тыкая его в бок, и Гарри хочет оправдаться, но она уже смеётся, зная, что ничего не выйдет. С ней действительно тяжело спорить, потому что она может убить в тебе желание жить одним лишь взглядом.       — Прости, — Гарри пьяно хнычет, и она передаёт ему сигарету, выпуская дым в ночной воздух.       — Ты правда думаешь о том мужчине? — она тихо посмеивается, ложась на локти и вытягивая одну ногу вниз. Гарри делает затяжку и хмыкает.       — Он действительно невероятный, я клянусь тебе, — глаза Гарри загораются от одной только мысли, и Морган фыркает. — Честное слово, последний раз таким невероятным я считал только мистера Фокса.       — Это было в средней школе, — Морган поворачивает голову, и Гарри видит её сдвинутые в удивлении брови. — Четыре года прошло, Эйч, ты всё ещё думаешь о нём?       — Вовсе нет! — Гарри закатывает глаза, возвращая ей сигарету. Ему совсем не хочется думать о своём бывшем школьном учителе, который разбудил в Гарри его самые страшные фетиши. — По крайней мере, я вычеркнул его из списка своих целей на будущее, когда он женился на той балерине.       Морган заразительно смеётся, и это заставляет Гарри немного расслабиться.       — Вот вы где, — макушка Найла появляется в окне, и Гарри с Морган одновременно поднимают головы. — Как вы вообще залезли туда, — его язык заплетается, так как он достаточно пьян.       — Не делай этого, малыш, — Эм качает головой, вскакивая на четвереньки, и, шатаясь, ползёт по крыше, чтобы успеть схватить его за руку. — Ты ужасно растолстел! — ворчит девушка, втаскивая Найла на крышу, и они оба падают рядом с Гарри.       Тот думает, что слишком накурен и пьян, чтобы вообще шевелиться. Найл посылает Морган нахуй, поправляя свою рубашку, а затем принимается извиняться, пытаясь поцеловать её в шею, за что быстро получает дружескую пощёчину. В конце концов, они все укладываются на крыше, и, вообще-то, становится немного холодно, так что Гарри ёрзает на спине, пытаясь приткнуться к боку Найла. От него за километр пахнет клубничным вином, и Гарри изображает тошноту. Найл только хихикает, потому что все знают, что клубника — единственная вещь в мире, на которую у Гарри аллергия.       — Итак, кто поставил тебе этот чудесный засос? — Морган ложится на бок, хитро глядя на Найла, и тот пытается запахнуться своей полурасстёгнутой рубашкой. — Давай, признавайся, какая сторона победила в тебе сегодня? — она щёлкает его по носу, и Найл взмахивает ладонью, чтобы ударить её по руке, но промахивается. Гарри пьяно хихикает.       — Когда я нашёл Шона, он уже был окружён пиявками из колледжа, так что я спас Мэдисон от ужаснейшей компании Джейсона, — он горделиво улыбается, и Морган вздыхает. — А что пропустил я?       — Морган грустит из-за своего игрока в лакросс.       — Гарри страдает из-за того, что мистер Фокс оказался поклонником балета, а не слащавых мальчиков вроде него, — парирует Морган, и Гарри просто в ужасе от подобной наглости. Он так рассержен, что даже находит в себе силы кое-как сесть.       — Враньё, — он тычет в неё пальцем, но Найл перехватывает его и пытается укусить, за что Гарри ударяет его в живот. Они такие пьяные и смешные, и Гарри любит их так сильно.       — Окей, на самом деле Гарри страдает из-за нового друга своего отца, — девушка фыркает, и Найл фыркает вместе с ней. Ладно, Гарри ненавидит их.       — Ты такое клише, Стайлс, — Найл зевает, складывая руки на лице, чтобы закрыть глаза. — Не ты ли говорил, как тебя тошнит от разговоров твоего отца о работе и всё такое?       — Да, но я думал, что он говорит о скучном старике, который ужасно умный и так много добился, — Гарри морщит нос. — Он никогда не упоминал, что у него отличный парфюм и шикарная задница.       — О, заткнись, — Найл закрывает уши, и Гарри закатывает глаза. Видя его разочарование, Морган, видимо, пытается защитить его, тыкая Найла в ухо.       — Хочешь поговорить о заднице Шона, Найлер? — хмыкает она, и Найл закрывает всё своё лицо ладонями, что-то мыча, и девушка гордо вздёргивает подбородок, зная, что смутила его. — Но, если серьёзно, ты не можешь стать таким одержимым, увидев его всего лишь один раз. Ты вообще что-нибудь знаешь о нём?       Гарри прижимает колени к груди и качает головой. Найл кряхтит что-то непонятное, прежде чем убрать руки от лица.       — Ну так погугли его, придурок, — громче говорит он, и, оу, Гарри даже не думал об этом. Он рыщет по карманам, но вспоминает, что оставил телефон в куртке Найла. Подняв умоляющий взгляд на Эм, он дарит ей свою самую лучшую улыбку, и она закатывает глаза.       Потыкав своими длинными пальцами по экрану, Морган ждёт несколько секунд, пока информация загрузится, и Гарри думает, что хоть кто-то здесь его слушает, потому что она запомнила имя.       — У него есть страничка в «Википедии», — говорит она, и Найл присвистывает.       — Зачитай нам, Эм, — он, как и Гарри, устремляет взгляд на девушку, и Гарри скручивает пальцы от волнения. Он не хочет слышать ничего о жёнах и троих детях.       — В двадцать четыре он уже работал личным секретарём премьер-министра Великобритании, а в двадцать шесть перешёл работать в Казначейство и стал директором группы финансовых услуг, возглавлявшей интересы Великобритании в международных финансовых услугах, — зачитывает она, и её язык немного заплетается.       — Ничего непонятно, но звучит пиздецки горячо, — комментирует Найл, и Гарри только задерживает дыхание.       — Спустя три года он присоединяется к Лондонской фондовой бирже в качестве директора по международному развитию, и всего через год ему дают новую должность, назначая генеральным директором, — дочитывает Морган и, подняв взгляд, уставляется на Гарри. — Приятель, ты не говорил, что твоя новая одержимость — генеральный директор, чёрт её подери, Лондонской фондовой биржи!       — А что о личной жизни? — лениво спрашивает Найл, но Морган качает головой.       — Ничего. Только то, что сейчас он живёт в Лондоне.       Гарри только сглатывает. Ему кажется, что он немного возбудился. Он сдвигает ноги на случай, если ему не кажется. Ну вот, и никаких балерин. Святое дерьмо, этот мужчина не мог стать ещё более могущественным в его глазах.       — Тут даже есть фотки, — говорит Морган, ухмыляясь, и Гарри просто прячет лицо в ладонях, потому что он не готов на это смотреть. Как такое вообще могло произойти с ним?       — Иисусе, Эйч, — стонет Найл, пролистав фото на телефоне девушки. Он смотрит на Гарри своим самым отчаянным взглядом, возвращая Морган телефон. — Только не говори мне, что твои кинки со времен полового созревания снова вернулись.       — Они никуда и не пропадали, идиот, — стонет Гарри сквозь свои пальцы, и ему даже не нужно видеть лицо Найла, чтобы понять, как сильно он вляпался.       Гарри не уверен, в какой момент его жизнь пошла под откос. Но это случилось где-то между той секундой, когда его отец раскрыл рот, чтобы представить ему джентльмена рядом с собой, и тем моментом, когда Гарри протянул свою руку, чтобы пожать ладонь мистера Томлинсона.