Pair of scissors

— Да? — Мидори подняла трубку. — Это Такуми, звоню, чтобы сообщить тебе о том, что рекламу «Kamidoku» сняли с билбордов и больше не крутят по телевизору. — А, — девушка покачала головой, отложив кружку с тёплой водой. — Спасибо, что поучаствовал в моём деле. Думаю, без тебя я бы не смогла поднять популярность. — Твои вещи прекрасны, радуйся за себя, — по-доброму ответил Кавасэ. — До тебя я недооценивала рекламу, если честно. Но я буду рада поработать с тобой ещё раз, весной. Я начну готовить весеннюю коллекцию! — сообщила Мидори. — Ты бросаешь учёбу? — У меня уже есть то, с чем я могу идти дальше, а лишних часов на лекции и практику у меня нет, я уже начала серьёзное дело... — кратко объяснила она. — Да, всё понятно, и, вероятнее всего, твой выбор окажется самым лучшим исходом событий. Работай ради себя, бренда и моды, а не для диплома и аттестата. — Ещё раз спасибо, Такуми, — улыбнулась Мидори и вернулась к чашке кофе. — Сходим в кино как-нибудь? — спросил он. — М-м... — задумалась она. — У меня есть свободные дни с 24 по 27, у меня там будет небольшой выходной. — Может, на Рождество? — Отлично, я напишу тебе! — согласилась Мидори и отложила телефон. Девушка надела поверх бордового твидового костюма бежевое пушистое пальто. Она глянула в окно, увидела мелкий снег и решила обуться в сапоги по колено. Погода влажная, небо пустое, а если быть точнее, на небе сплошная серая пелена без солнца. Снег не успевает собраться в кучки, сразу тает и мокнет на асфальте. За полчаса пешком она приходит на работу в нужное время. — Доброе утро, Нао сан, — поздоровалась она, увидя Коябу за кассой. — И тебе, а у меня есть новости. — Новости? — переспросила Мидори, снимая с себя верхнюю одежду. С меха пальто на пол попадали мелкие капли воды. — Нужно арендовать верхний этаж, там сейчас небольшая кофейня, но пустует, совсем нет посетителей, да и окна там большие, размером почти как стена, будет хороший вид для манекенов и вешалок, что думаешь? — Это хорошая идея, а бюджет потянет на второй этаж? — она убрала намокшую сумку под кассовый столик и начала разбирать вчерашние вещи. Из замёрзших рук попадали бумажки и образцы ткани, которую она недавно заказала. Это было очень интересно наблюдать со стороны, как оказалось: Мидори могла заинтересовать абсолютно любая вещь у неё на виду, и девушка сразу хваталась за неё. О ней шутили, что в другой вселенной Мидори явно посадили бы за кражу, но эта Мидори не спешила нарушать законы. — Да, только будет сложно заходить на второй этаж, потому что вход туда с другой стороны улицы... — Коябу потёрла висок. — Мы можем заказать небольшую деревянную лестницу и воспользоваться входом с пожарного люка в потолке? — предложила Мидори. — Да, можно, нужно заказать скромную лестницу и переделать дизайн комнаты. Люк находится в потолке твоей мастерской, а если бы был тут... — Нао посмотрела на потолок над кассой. — Мы можем арендовать верхний этаж, перенести все вещи туда, а здесь заняться небольшим ремонтом? — подумала девушка. — Да, поступим так. Сегодня я поговорю с арендаторами, а потом переделаем верхний этаж, там интерьер кофейный. К обеду Коябу вернулась в бутик со стопкой бумаг, она рассказала, что сотрудники кофейни начали собираться, и к вечеру их уже не будет. Мидори обрадовалась и до самого конца рабочего дня думала о верхнем этаже. Они иногда заходили туда, чтобы взять кофе и круассаны на обед, окна там действительно большие. Ей вдруг стало немного грустно: наблюдать, как чей-то бизнес заканчивается, даже пугало её. Меньше всего она захотела того, чтобы кто-то был рад тому, что она съезжает с места. Она всё ещё считала свой бизнес локальным и маленьким делом, о котором знают только крашенные головы Токио. — Коябу сан, — обратился администратор кофейни сверху. Мидори особенно заметила спокойный, мягкий и даже приветливый голос мужчины. — Да? — начальница подошла к двери бутика и начала что-то обсуждать с ним. Через пару минут она вернулась на своё место и продолжила пересчитывать деньги и заполнять бумаги. Мидори вернулась из маленькой комнаты и спросила: — Они уже всё? — Да, сейчас я закрою кассу, и можем посмотреть на второй этаж. Оказывается, владелец давно забросил ресторанный бизнес и закрыл свои заведения: у него было несколько филиалов кофеен и рестораны по префектуре, а я и не знала, — она с улыбкой развела руки. — Он вроде уезжает в Штаты. Следующие десять минут Мидори с улыбкой на лице сидела около кассы, а потом вместе с Коябу поднялась на второй этаж. Здесь пахнет булочками, а также в воздухе летают нотки ароматного кофе. Нао включила свет. Лампочки тёплого света осветили большую комнату. Обои бежевые, пол коричневый, здесь уже не было ни столов, ни посуды, ни картин с изображением чашки кофе и видом на Биг-Бен. Мидори подошла к окну, которое было почти по самый потолок. Коябу зашла на маленькую кухню, там тоже ничего не было, только раковина и один высокий коричневый шкаф. На стенах остались следы пыли по форме холодильника, рядом, должно быть, стояла плита и столик с кофемашиной или печью. Где-то на потолке ещё виднелись жирные капли масла, которые интересным и даже загадочным образом там оказались. Но в целом было чисто и приятно. — Можем перенести вещи? — спросила Мидори. — Да, только нужно сделать нашу вывеску выше, на уровне окна. — Окна, кстати, помыли, — сказала девушка и посмотрела на пол. — И пол тоже. — Я уверена, что ты начнёшь перестановку сейчас же... — Разумеется, — посмеялась Мидори. — Я не могу оставить пустую комнату. И рабочий день закончился, мне нужно остаться и перенести все вещи и вешалки сюда. Нужно ещё заказать несколько полок и удобный стол, я же могу сделать из бывшей кухни свою мастерскую? — Мне кажется, тебе пора задуматься о своём цехе, а не шить все вещи в маленькой каморке, имея только две швейные машинки и подружку-секретаршу. — У меня есть ещё одна машинка дома, я не теряю время, когда прихожу с работы. Но хочу иметь швейный цех с нового года… Было бы славно. — Пора уже, а то пропадёт бренд, или ты откинешь копыта... — Я так просто не умру... «Kamidoku» уже цветёт, а когда выйдет весенняя коллекция, я попробую договориться с другими известными людьми, чтобы сделать рекламу. Zingy помогли нам немного подняться, они привели своих фанатов в наш магазин, теперь мне нужно что-то большее. Я себе модный дом в Париже или Милане обещать не могу, но вот в Омотэсандо… — А ты смотришь далеко, — усмехнулась Нао. — Мы сделаем две вывески: «Curios Tokyo» и «Kamidoku». — Спасибо вам! — Мидори подбежала к Нао и обняла. — Спасибо, винтаж не пропадает благодаря тебе. Уже конец декабря, люди готовятся к Рождеству, снег не прекращает падать и таять. В бутике, что находится в пяти минутах от Сибуя, светятся две вывески, а внутри почему-то пахнет как в кофейне, блестящая лакированная лестница направлена на второй этаж, где Коябу сортирует бумаги и складывает упаковочные пакеты. Красные ленты в особом порядке сложены в ящике, а на окнах приклеены снежинки из бумаги. В бумажных стаканах стынет имбирный чай. Девушка, одетая в бархатное красное платье с белым меховым подолом, пробежала вверх по лестнице, неся в руках запечатанную коробку. Мидори положила её на стол Коябу и снова убежала вниз. Зазвенел колокольчик. Внутрь вошёл высокий парень с чёрным маллетом, он нёс чехол для гитары за спиной. Интересно крашенными глазами он осматривал бутик. Мидори заметила аккуратные черты лица и тонкие губы, которые были не совсем осторожно накрашены прозрачным блеском. — Добро пожаловать, — она головой поклонилась гостю. — У вас пахнет как в кофейне… — заметил он. Его голос показался таким мягким и юным, дрожащим от холода. Мидори подняла голову и немного наклонила её влево. — А? — Запах, он как в кафешках. — А... У нас раньше кофейня на втором этаже была, сейчас ничего из этого нет, но запах остался и даже распространился, — неловко пожала плечами Мидори. — Можно оставить гитару и посмотреть вещи? — Конечно, можете положить её на тот диван, — девушка указала рукой на розовый низкий диванчик между двумя вешалками. Он был немного потёрт, так и кричал в нём винтаж. Парень положил кейс с гитарой и начал рассматривать одежду. Он был одет в чёрно-белую водолазку, облегающие рваные джинсы и ботинки, вроде от «Dr.Martens». Он пару минут побродил по первому этажу, разглядывая вешалки, а потом повернулся к девушке и сказал: — А где «Kamidoku»? Мидори улыбнулась, её брови радостно поднялись. Она отошла от кассы и провела парня к ряду с её брендом. Они немного обсудили ткани, и Мидори объяснила отличия между шифоном и органзой. — Я, кажется, видел тебя в рекламе, — вспомнил он. — Меня? — её нисколько не смутило обращение на «ты», так как она сразу подумала о рекламе. — Да, я увидел на Мидори сан, — парень обратил внимание на бейджик с именем. — Если не ошибаюсь, из шёлка золотую рубашку. — Ага, верно, золотая рубашка с V-образным вырезом горловины, она на втором этаже. — Можно? — парень немного наклонился, он точно был не меньше 180 см. — Пройдём на второй этаж по лестнице, — Мидори указала на лестницу. Парень стоял и с улыбкой смотрел на неё несколько секунд. — Пройдём? — ещё раз сказала она, повторно ткнув рукой в сторону лестницы. — После вас, — сказал высокий парень. Мидори поднималась первой по левому краю лестницы, а дойдя, она указала на манекен у окна. — Вы про эту рубашку? — Да, она мне очень понравилась… — парень подошёл к манекену. — Будете примерять? — Мидори взяла с полки такую же рубашку. Парень отошёл за шторку и просидел там несколько минут, Мидори подошла к раздевалке, чтобы поинтересоваться, почему парень так долго надевает рубашку. — У вас всё хорошо? — спросила она. — А есть на размер больше? — послышалось по ту сторону полотна. — Размер больше? — повторила Мидори. — Можно я войду посмотреть? Парень отодвинул шторку. Он стоял в шёлковой рубашке, и на нём она смотрелась хорошо, только его что-то смущало. Он покрутился вокруг, смотря в зеркало и поправил глубокий воротник. — А вам идёт, — сказала Мидори. — Зачем большой размер? Вам приятнее в оверсайзе? — На фотографии, на Мидори сан, рукава прикрывали кисти, и было свободно в плечах. — Да, эта рубашка по идее женского фасона, а у вас длинные руки, но плечи неширокие… — заметила она. — А нет рубашки с длинными рукавами? — он звучал довольно по-детски, в нём не было формальности, что немного смущало Мидори. — В этой коллекции нет такой рубашки мужского фасона. — У всех женских рубашек рукава короткие? — с печалью спросил он. — Это ещё длинный рукав, — посмеялась Мидори. — Просто, это у вас руки достаточно длинные и худые, в красивой форме, что визуально может сделать их огромными, учитывая женский фасон. Если хотите, я могу сшить вам на заказ рубашку с длинными рукавами и сделать более свободные плечи. — А можно? — он сразу поднял улыбку. — Конечно, — Мидори кивнула головой. — Мне нужно знать ваши размеры, а если хотите, я могу добавить ещё чего-нибудь в дизайн, такую рубашку я с радостью добавлю в весеннюю коллекцию. — Вы дизайнерша этой рубашки?! — Я — основательница этого бренда. — Мидори с ноткой гордости приподняла голову. — Как здорово, а я вас приглашу на концерт, вы же ходите на концерты? — с радостью сказал парень. — Концерт? Почему ты так думаешь? — удивилась девушка. — Я не знаю, я предположил так, потому что замечал в вашей одежде атмосферу, которую чувствую во время концерта... — непонятно объяснил он. — Ну, вот и пришёл… Тем более на рекламе другая группа была одета в ваш бренд. — Ты тоже играешь в популярной группе? — Популярной? Надеюсь. Я из любительской группы SCISSORS, играю на басу. Я был на недавнем концерте Zingy, и там тоже заметил на них одежду, мне понравилась, я потом подобрал листовку и увидел «Kamidoku». — Приятно слышать, что моя одежда интересует тебя, — улыбнулась Мидори. — Когда будет концерт твоей группы? — уточнила она. — Мы будем выступать в клубе, ты знаешь, который находится в десяти минутах от станции, который... — Я знаю, знаю. Я была там несколько раз, — перебила его Мидори. — У меня нет никакой визитки с собой, можно записать куда-нибудь? — парень оглянулся. — Я запишу себе в заметки, — Мидори достала телефон. — Как тебя зовут? — Тошимаса Сатоши, приятно познакомиться, а ты Мидори?.. — он немного наклонил голову, смотря в глаза девушки. — Нориаки Мидори, взаимно, — она улыбнулась. — Мы будем выступать двадцать пятого числа, приходи, пожалуйста. Дать тебе билет я сейчас не могу, но если ты закончишь рубашку раньше, то я зайду за ней и принесу тебе бесплатный билет в первый ряд. — На Рождество?.. Ну, ладно, но я могу заплатить за билет там, вы же не бесплатно выступаете. А рубашку я закончу на днях, не волнуйся, можешь даже на концерт надеть её. — Нет, всё хорошо, я принесу билет, они ведь недорогие. Будет лучше, если твоя коллекция будет называться моим именем, — посмеялся Сатоши. Мидори молчала несколько минут, смотря в глаза парня. Он даже почувствовал давление её размышления, но она сказала: — А ведь это идея… — Мидори покачала головой. — Я же пошутил... — Нужно обязательно побывать на твоём концерте, — продолжила она, у неё был умный взгляд. Иногда Мидори выглядела как философ с карандашом за ухом, её подвижные глаза в момент застывали и как будто темнели. — А рубашка будет? — вспомнил он. — Да, снимай эту, а я схожу за лентой, чтобы измерить тебя. Мидори обхватила лентой талию, а потом грудь парня и записала в блокнот, приложила ленту выше локтей и записала размер плеч, не забыла добавить пару сантиметров к длине рук, чтобы рукав закрывал кисти, как он и хотел. Она ещё раз посмотрела на запись и на тело парня. Убрав ручку за основание блокнота, она с ног до головы осмотрела Сатоши. — В каких штанах ты будешь? Джинсы? — Я не знаю... может, брюки?.. — задумался он. — Мы можем выделить твои длинные стройные ноги облегающими брюками, а рубашку сделать посвободнее... думаю, — поделилась своими мыслями Мидори. — Вы можете мне собрать образ? — обрадовался Сатоши. — Тошимаса сан, — начала она. — Можно просто Сатоши, — перебил парень. — Сатоши кун, — улыбнулась Мидори. — Можешь называть меня Мидори, мы, вроде бы, ровесники? — Мне 23, а тебе? — он немного наклонился к низкой девушке. — Мне будет только 22, я оказывается младше тебя... — Невелика разница, и значения не имеет, — развёл руками Сатоши. — Так, что там с брюками? — Можно взять эти блестящие из чёрного лаке, под светом прожектора они будут красиво переливаться, — она вытащила с плечиков брюки из зимней коллекции. — Как пакетик с водой, — добавил Тошимаса. — Пакетик? — она посмотрела на лаковые брюки. — А, точно. Но материал хороший, эластичный, сохраняет свой вид и недорогой. — Да, отличная ткань, у меня дождевик из такой, воду не пропускает, — согласился он. — Можешь одеться, — Бике отошла от шторки. — Да, — он закрыл шторку. — Ты будешь покупать брюки, или у тебя есть подобные? — Нет, я возьму эти. Хочу быть полостью одетым в «Kamidoku» на сцене. — Хорошо, — улыбнулась Мидори и пробила брюки на кассе. — Большое спасибо, я приду через три дня за рубашкой. До встречи, — сказал Тошимаса, уходя из бутика.