А.т.т.и.л.а.

Эрагон — Из-за недавних событий генерал решила провести совместные тренировки между командами, — неожиданно сообщил нам капитан Беннетт. Представляю, какая для него это пытка с его-то характером и неприязнью к незнакомым людям, — Думаю, вы уже заметили наших пятерых новичков. Это ребята из команды капитана Фримана. Его отправили на миссию, так что до его возвращения они будут работать с нами. Однако сегодня нашими противниками будет другая команда. По залу пронёсся глухой хруст пальцев. Я обернулся на соседа. Жюлю, судя по всему, уже не терпелось вступить в бой, и он уже начал разминаться. Тихо хмыкнув, я положил руку на его плечо, пытаясь хоть немного приглушить его энтузиазм. Мне может тоже не терпится проверить свои силы на новых игроках, но нужно сохранять спокойствие. — К нам присоединится команда капитана Уизли. Серьёзные противники, так что постарайтесь выложиться на полную. Ни на секунду не теряйте бдительности и постройте чёткую тактику, как только увидите своего противника. Вы не знаете стили друг друга, так что это может обернуться как в преимущество, так и наоборот. Первое время стоит последить за их поведением и защищаться, а уже потом можете наступать. Те, кто из пятой команды, — Саймон сделал небольшую паузу, выискивая пятёрку в толпе, — я знаю, что ситуация с рядовой Андерсон задела вас, но у нас нет времени на печаль или сожаление. Это должно наоборот послужить для вас толчком и стимулом тренироваться ещё упорней, дабы не пойти по неудачному пути вашей сослуживицы. На неё ставили большие ставки и в итоге поспешили с выводом. Она слишком расслабилась, начала пропускать тренировки, тем самым нарушила одно из правил. И вот, теперь она лежит на больничной койке. Лучше учитесь на чужих ошибках. Пока они не стали фатальными для вас самих. Я сжал зубы с такой силой, что по всей челюсти пронеслась неприятная боль. Что значит «неудачный путь»? Изабель сделала всё, что было в её силах на тот момент и уверен, что несколько пропущенных тренировок не сыграли решающую роль в её проигрыше. Посмотрел бы я на его действия один на один с ртутом в замкнутом пространстве без нормального освещения. — Изабель — героиня! — неожиданно вскрикнул какой-то парень позади. Остальные ребята пропустили его вперёд и он встал прямо перед Беннеттом, — Не говорите о ней в таком ключе. Вы её не знаете, в отличии от нас и капитана Фримана. Она пример для подражания и уже во время первой вылазки убила не одного ртута. Позавчера она спасла всех нас, предупредив о проникновении. В том числе и Вас, капитан. Никто не мог ожидать опасности на защищённой базе. То, что она какое-то время сражалась с ним в одиночку и выжила — это настоящее чудо. Поэтому даже не смейте говорить о ней в таком ключе! Я видел, как Саймон начал вскипать от ярости. Казалось, ещё чуть-чуть и он убьёт этого наглого новичка. Надеюсь, до драки не дойдёт, иначе вся тренировка пойдёт коту под хвост, пока мы будем их успокаивать. — А я смотрю Фриман заразил своих учеников наглостью, — властно начал он, подходя ближе к сопернику, — Назови своё имя, рядовой. — Барри Томпсон. — Что же, Барри, давай я объясню тебе одну вещь. Я буду говорить о ней всё, что захочу, потому что у тебя нет никакой власти заставить меня заткнуться. Она была слаба, поэтому попала в такую ситуацию. — Она смогла сбить генерала Тёрнер с ног. Можете ли Вы похвастаться таким достижением, капитан? — язвительно ответил Томпсон, сделав шаг вперёд. Можно было заметить, как между этой парочкой метались искры. — Это ничего не доказывает. Я… — Что, Саймон, поединок ещё даже не начался, а ты уже с кем-то дерёшься? — послышался насмешливый голос со стороны входа. Это был капитан Уизли, за спиной которого стояла его команда. Одним своим появлением он заставил Беннетта заткнуться и вернуться в спокойное состояние. Наверняка между ними есть какая-то вражда. Или же наоборот — настолько крепкая дружба, что одного предложения достаточно, дабы пресечь все негативные эмоции. Джордан Уизли шагнул вперёд, впуская свой хвост в зал. Я уже знаю, к чему всё идёт. Он капитан четвёртой команды. Грёбаный капитан Коула, с которым я прямо сейчас встречусь лицом к лицу. С одной стороны я до смерти боюсь этой встречи, но с другой… как-то стало всё равно на этого парня. Раз уж он выдал свою позицию и отказался от моего предложения, то я не собираюсь унижаться перед ним ещё раз в попытке воскресить мёртвое. Во мне ещё осталась гордость. И всё же, несмотря на мою уверенность в своих силах, я не могу оторвать взгляд от дверей, выискивая до боли знакомые черты лица. И когда его образ наконец появляется в проходе, сердце делает длинную паузу, замедляя время вместе с собой, а после падает куда-то в ноги, отказываясь работать дальше. Слава богу, Коул даже не смотрит в мою сторону. Его, видимо, больше интересует спина парня впереди, чем будущие противники. — Джордан, — Саймон вытянул руку, приветствуя сослуживца, однако, его жест остаётся без ответа и он возвращается в стойку, — Мы бы не посмели начать без вас. Хотя знаешь, если ждать тебя — всю жизнь пропустишь. Мог бы погулять ещё немного, авось второго человека потерял бы. Парень напротив сделал опасный шаг вперёд, но вовремя остановился и тяжело выдохнул. Тут уже не осталось сомнений, что капитаны враждовали между собой. Не удивительно, учитывая какой Беннетт змей. Как можно напомнить человеку про смерть его ученика, да ещё и так открыто над этим насмехаться? Если бы он не был хорошим тренером и ценным бойцом, его бы уже давно закидали камнями или отправили на съедение ртутам. И, думаю, каждый на базе с удовольствием потратил бы свои последние деньги и купил билет в первый ряд на такое зрелище. — Не будем терять время, — спокойно продолжил Джордан, — Давай сопоставим списки. Капитан-который-гавнюк согласно кивнул и подошёл ко второму. Они оба достали свои телефоны и начали называть имена соперников, которые выходили на центр зала и приветственно жали друг другу руки. Если я правильно понял, наши капитаны просто составили списки своих команд и сейчас по очереди зачитывали их. Не самый лучший способ, как по мне. Могут попасться люди разных уровней и один проиграет в пух и прах, никак не улучшив свои показатели. Но спорить с их методами я не имею ни права, ни желания. Жюлю достался какой-то очень высокий и тонкий парень с сонным взглядом. Ну прям очень сонным взглядом — он вообще спал последние несколько недель? Когда мой сосед вернулся на место, то выглядел максимально довольным и готовым сражаться. — Думаешь, справишься с ним? — шепнул я. — Думаю, в этот раз я сорвал куш. Парень абсолютно не собран. По-моему, он вообще не спал сегодня. Выиграть его будет проще простого. Он просто заснёт посреди поединка, а я быстренько закончу дело одним ударом. — Не будь таким самонадеянным. Кто знает, может он просто притворяется, чтобы сбить твою бдительность. — А по-моему ты просто слишком параноик, — парень легонько пихнул меня локтем и засмеялся. Я в ответ пожал плечами. Уж мне бы не хотелось проиграть, опять-таки, просто из-за своей неосторожности. Это не паранойя — это мой просчёт всех вариантов событий. Такая привычка появилась ещё в детстве и всё никак не может от меня отстать. На самом деле, это довольно удобно — тебя практически невозможно застать врасплох, когда ты готов ко всему. Ну, практически. — Эрагон, — неожиданно громко выкрикнул Саймон и я выскочил из толпы, направляясь к нему. — Против Коула. Весь организм неожиданно завис и начал перезагрузку. Вот этот вариант событий я как-то забыл просчитать. Как так вышло? Каким звёздам и в каком порядке нужно было сойтись, что сегодня спарринг именно с четвёртой командой, именно с Коулом — моим, мать его, бывшим? Судьба это или карма за что-то — уже не так важно. Просто скажите, что я выйду из этой битвы без очередного приступа апатии или чего похуже. Парень прошёл ко мне и, встав напротив, протянул руку. Он смотрел мне прямо в глаза, и я вновь не видел в них ни одной эмоции. Я чувствовал лишь холод, исходивший от каждого его движения. Когда я прикоснулся к нему, на секунду показалось, что по пальцам пробежал мороз от его ледяной ладони. Захотелось с силой сжать её, чтобы он скривился от боли и упал передо мной на колени. Какое-то странное садистское желание, которое крепко засело в голове. Возможно, я бы и поддался ему, но Коул резко разорвал наше рукопожатие и вернулся на своё место. Я проследил за ним взглядом и уловил ту маленькую деталь, которая посеяла зерно незнакомой мне ранее эмоции. Он с силой сжал кулаки и, когда вновь вернул свой взгляд ко мне, показалось, я увидел в нём ноту раздражения и какого-то необъяснимого высокомерия. Да что с ним не так?..

***

— Отлично, ребята. — Хорошо постарались. Беннетт и Уизли говорили слаженно, без единой заминки или паузы. В моментах казалось, что они не люди, а роботы — настолько отточены были их двойные фразы поддержки. Остальные пары, кроме нас с Коулом, уже закончили и на данный момент счёт побед был равным. Жюль сумел вырвать свой кусок славы, победив того сонного парня в сухую, и, тем самым, вновь поровнял нас с соперниками. Уже на подходе он подставил мне кулак, и я моментально ответил на его жест. — Теперь твоя очередь, чувак. Будь осторожней, — я вопросительно взглянул на парня, — Говорят, этот Коул тот ещё боец. После смерти Ричарда количество его побед на спаррингах возросло почти в два раза. А он и до этого был не плох. Я лишь сухо кивнул в ответ. Мне ли не знать о его способностях? Уже предвкушаю, каким будет наше сражение. Я должен победить. Просто обязан. Моё подсознание буквально кричит о том, как мне необходима эта победа над этим парнем. Ещё не знаю почему и зачем, но может мне станет понятней, когда я выбью последнее победное очко для нашей команды? Капитан-который-всё-ещё-гавнюк вызвал меня. Он закрепил на моём запястье браслет защитного поля и протянул меч. Я осторожно покрутил его в руках, примеряясь к весу. Сегодня сражения идут на настоящих орудиях, а не на тех тренировочных металлических обрубках, так что разница была огромной. Удар от настоящего оружия будет тяжелее, медленней и, в какой-то мере, опаснее. Защитное поле помогает не умереть, но если удар будет достаточно сильным, то боль будет неимоверной. Надеюсь, до реальной опасности дело не дойдёт. — Этот парень в последнее время показывает хорошие результаты. Так же, как и ты, — капитан Беннетт смотрел на меня своим серьёзным взглядом. По одними его глазам можно было понять, насколько сильно он хочет выиграть. Он явно готов на всё ради этого, так что его наставления могут действительно пригодиться в бою, — Я видел, как ты тренировался вечерами. Ты сейчас в своей самой лучшей форме, у тебя отличная реакция и ты быстро подстраиваешься под ситуацию. Проследи за тем, какие у него атаки, слегка утоми его слабыми, но скорыми ударами. А когда найдёшь слабое место — переходи в наступление и бей туда со всей силы, — он хлопнул меня по плечу и, развернув на сто восемьдесят, толкнул в круг, — Давай, погнал! Безоговорочно, Беннетт змея и тот ещё засранец, но расчётливости у него не занимать. Он прекрасный стратег и просто умный парень, который ненавидит проигрывать. И в данной ситуации это идёт мне на руку. Коул стоял напротив, полностью готовый к сражению. Я активировал защитное поле и встал в стойку. Интересно, если бы Вив и Бель тоже были тут, какой была бы их реакция на происходящее? Раньше мы сражались в шутку, просто для оттачивания навыков. Сейчас же всё совершенно по-другому. — Ну что, Арвен, станцуем? — вырвалось у меня. Такого даже я сам от себя не мог ожидать. Глупая ухмылка тут же проступила на лице. Коул, видать, посчитал это за оскорбление и насмехательство над ним, поэтому сжал рукоять посильнее. Да так, что скрип кожи, трущейся об дерево, донёсся даже до моих ушей. — Начинайте! Парень сразу же рванул на меня. Его движения были медленней, чем я ожидал, но стиль был мне непривычным. Он остановился и сделал вид, будто собирается напасть прямо в лоб. Именно «сделал вид». Я сразу распознал обманное движение. Коул обошёл справа и атаковал в ногу. Я успел отскочить и его меч прошёлся свистом по воздуху. Удар был сильным — даже не уверен, что защита смогла бы его выдержать. Меня пытается убить мой бывший. Круто. Он быстро реабилитировался и вновь пошёл в атаку. На этот раз целится ровно в мою шею. Я отбил удар, отодвинул его клинок от себя и попытался ударить навершием по животу, но парень увернулся. Кулак прилетел в мой нос так быстро, что я заметил его в самый последний момент. Тупая боль и помутнение в глазах. Было так больно, что я тут же схватился за лицо и попятился назад. Черт! В этом действии не было ничего логичного! Удар был настолько глуп, что вся толпа залилась недовольными криками. Моя команда хотела засчитать это за грубую ошибку, а противники наоборот, за очко в пользу Коула. Но мне не было до этого никакого дела. Я быстро оправился от шока и пошёл в наступление. Решил поступить как сказал Саймон — атаковал его серией лёгких, но быстрых режущих ударов. Старался целиться в верхнюю часть корпуса и двигаться как можно более непредсказуемо. И всё же Коул как-то умудрялся отбиваться от каждой атаки. Казалось, он даже не смотрел на мой меч. Его глаза прилипли к моему лицу и как будто читали все мои мысли по одной только мимике. Он всё ещё оставался таким холодным и спокойным, что это начинало раздражать. Почему я не могу даже чуть чуть приблизиться к победе? Почему он так просто отбивается от меня? Я совершил ошибку. Сделал неудачное движение и потерял равновесие, а Коул моментально воспользовался этим шансом. Его удар пришёлся мне по рёбрам и я еле как сумел удержать равновесие. Один ноль, чёрт тебя дери! У меня осталась одна попытка — времени оставалось мало, поэтому наш бой решили укоротить — и это ни капли меня не радует. Мы разошлись по местам, начали готовиться. Я заметил недовольный взгляд капитана Беннетта, но не обратил на него никакого внимания. Сейчас меня волнует лишь парень передо мной. Меня раздражает его новая личность. Раздражает этот безразличный взгляд, будто он действительно больше ничего не чувствует. Почему он так спокойно причиняет мне боль? Читает меня как открытую книгу и без сомнений бьёт по открытым ранам. А в душе наверняка смеётся над тем, что я не могу оставить и трещины в его обороне. Если он так быстро откинул меня в сторону и забыл обо всём, то какого хуя у меня не получается сделать то же самое? Неужели я боюсь причинить ему вред? Коул прыгнул на меня, пытаясь разрубить пополам. В его взгляде читалась ярость, полная неприязни ко мне. Значит, всё закончилось именно так. Он сжёг все мосты и оставил меня на другом берегу смотреть на пожар, который устроил. Но я устал. Устал смотреть на это пламя разрушений. Каким бы завораживающим оно не было, всегда нужно знать одну истину — об огонь можно обжечься. Отпрыгнув от Коула в сторону, я развернул меч и ударил его обратной стороной по незащищённому колену. Удар был слабым, но даже его было достаточно, чтобы капитаны закинули очко в мою пользу. Один-один. Вот только теперь я осознал, в чём была моя проблема. В чём сокрыт ключ тех оков, которые не дают мне сражаться в полную силу. Когда Коул поднялся на ноги и уже начал идти на своё место, я тихо зашептал: — Кто не умеет в час нужды расстаться со своими сокровищами, тот несвободен, — я услышал, как он остановился позади меня, — Пора бы мне освободиться, не думаешь? Не дождавшись его реакции, я прошёл на своё место и приготовился к бою. Коул простоял на месте пару секунд — наверняка размышлял над моими словами — и лишь потом вернулся к бою. Третий раунд. Он станет последним. И он останется за мной. Я готов. Я уже обжёгся достаточно, чтобы вынести ценный урок. Впереди меня ожидает слишком много дерьмовых вещей на этой войне, так что времени на это самокопание, сожаление и сопливую подростковую драму нет. Больше нет. В голове всё ещё витают воспоминания, режущие мозг, но какая теперь разница? Да, мы были одним целым. Да, он был моим всем. Но вся суть в том, что это осталось в прошлом. В прошлом настолько далёком, что пора бы остепениться, перестать бежать за невозвратимым и повернуться лицом к остальному миру. Я должен наконец-то взглянуть в глаза той пустоте, что образовалась внутри меня после его ухода. Взглянуть. И наконец-то окончательно принять. Потому что именно так и устроен этот долбаный мир. Смысл заменять незаменимое? Сейчас я не стал ждать его хода и пошёл в наступление первый. Коул явно ожидал подобного и встал в оборонительную позу, но меня это больше не волновало. Я занёс меч для удара справа сверху, он приготовился его отбить. Именно этого я и хотел. Упершись в его меч своим, я заблокировал ему все шансы на отступление. Ему осталось лишь надавить и попытаться выбить меч из моих рук, а я, в свою очередь, воспользовался и этим. Благодаря силе, с которой он давил на меня, мне удалось скатить его оружие по лезвию и вновь перейти в нападение. Первый удар по руке слева — оказался таким мощным, что Коул слегка пошатнулся — затем резкий переход на удар справа, который пришёлся ему прямо по шее, и заключительный удар ногой в живот. Последний был скорее не для красивой и окончательной победы, а для чувства полного удовлетворения. Просто отомстил за свой нос и потраченное на страдания по этому гавнюку время. Ничего более. Я внимательно смотрел на тот взгляд, с которым он падал на пол. Напуганный и абсолютно потерянный. Наконец-то эмоции. У меня же не было ни капли сомнения. Я могу лишь представлять насколько пустыми были мои глаза в тот момент. Но на душе впервые за долгое время стало спокойно. Как гладь на озере в ясный тихий день. — Я больше не стану сдерживаться ради тебя, — прохрипел я, смотря на бывшего сверху вниз, — Мы ведь друг для друга никто. Знаешь, теперь я понял, зачем было то правило на запрет отношений. Они действительно мешают. Ну ничего, не волнуйся. Больше я не стану докучать тебя своими чувствами. Ты же этого хотел, да? Говорят, от предательства ты становишься тем, кого раньше ненавидел. Может, это правда, может нет. Я не знаю. Я всю жизнь ненавидел самого себя. Раньше Коул помогал мне справиться с этим, был блокадой для убивающих меня мыслей. Но сегодня я впервые в жизни воспользовался этой ненавистью. Впустил в себя и прогнал по кругу, позволив разорвать душу на части и собрать заново. Я всё ещё ненавижу себя. Но его ненавижу намного больше. Наша команда победила. Не собираясь дожидаться момента, когда Коул встанет на ноги, я откинул меч на пол, снял защитное поле и вернулся в толпу, где меня встретили восхищёнными аплодисментами и похвалой. Жюль скривил довольную улыбку, когда я подошёл к нему, и крепко обнял меня. — Ты был великолепен! Шикарный поединок! Я отстранился и похлопал парня по плечу. — Поединок с Коулом это ничто. Сразись с самим собой и тогда поймёшь, что такое настоящий бой.