Тоф Бей Фонг

Все это было очень странно. Тоф понимала, что это письмо, и этот жених, и поведение родителей между собой не вяжутся. Да, они с Соккой замечательно провели время вместе, ни с кем больше Тоф не было так хорошо, ни с кем она не чувствовала себя такой живой, как с ним... Но она, конечно же, не сказала ему об этом, и он сам ничего подобного не говорил. И как с этим может увязаться такая скорая женитьба? Тоф была бы не против выйти за Сокку, но почему так скоро и без всяких объяснений? Почему ей говорит об этом мать, а не сам Сокка? Что вообще за глупость, посылать письмо ее родителям, а не ей!? Это все – первая странность. Вторая странность, это поведение счастливых родителей. Зная своих родных, Тоф уверенно могла сказать, что они никогда в жизни не одобрили бы Сокку. Во-первых, он из племени воды, во-вторых, он варвар из племени воды, к знати не относящийся даже троюродной бабушкой по двоюродному дяде, в-третьих, он бросил свои корни и переехал в царство Огня, где живет без титула и без слуг, хотя и считается первым советником Хозяина Огня. И, в-четвертых, родители заперли бы Тоф в деревянном ящике и запретили бы даже думать о Сокке, если бы знали, что «жених» - один из тех детей, из-за которых Тоф в двенадцать лет убежала из дома. Как бы ни старалась, Тоф не могла найти разумное объяснение происходящему. Разве что Сокка не написал ничего о себе и ее родители не прочли подпись на том письме «от жениха». Но ведь это слишком глупо, да? Помимо своих догадок Тоф не на что было опереться. Расспрашивать о письме родителей было не лучшей идеей, вдруг она случайно скажет что-нибудь о Сокке, что их насторожит? Нет, это был не выход. Девушке оставалось только мучиться и ждать приезда Сокки, который при встрече наверняка все ей объяснит. Все время Тоф была как на иголках, от переживаний она не могла ни есть, ни пить, ее не отпускали тревожные мысли о том, что что-то обязательно пойдет не так и ее близкое счастье растворится в реальности, как пыль в воде. Родители волнение дочери истолковывали по-своему и умилялись ее страху, вспоминая свою молодость и свою свадьбу. - Я боялась и тряслась точно так же, как и ты, - говорила мать, расчесывая волосы Тоф. – Хотя в наши времена все было не совсем так. Я никогда не встречала твоего отца до дня помолвки и не знала, какой он. Конечно же, мне хотелось иметь не только знатного, но и красивого мужа, и я переживала. Ведь все решали наши родители, не обращая внимания на наши желания. - Да... спасибо вам за то, что заботитесь обо мне больше, чем это делали ваши родители, - вздохнула Тоф. Слова матери совсем ее не успокоили, скорее наоборот. - Ты ведь и сама скоро станешь матерью... подумать только! – мать Тоф при мысли, что скоро станет бабушкой, чуть не расплакалась. – Когда ты родилась, я чувствовала себя самой ужасной матерью на свете, потому что не смогла дать тебе здоровья и этим лишила тебя полноценной жизни... А теперь? Сегодня день твоей помолвки, скоро ты выйдешь замуж и, дадут боги, не за горами рождение твоих деток! - Мам... только не надо плакать... Я еще не замужем... В моменты подобных речей Тоф совершенно терялась и не знала, как на них реагировать. С одной стороны она понимала, что родители всегда винили себя за то, что Тоф родилась незрячей, и поэтому каждый ее успех они принимали, как великую радость. Но с другой стороны девушка ненавидела, когда родные начинали причитать над ней, как над несчастной калекой. К двум часам дня Тоф была полностью готова. На ней было ее лучшее платье, ее роскошные волосы были уложены в красивую прическу, и сама она почти перестала нервничать (отец втайне от матери отвел ее в уголок и там дал выпить из своей фляги острой пряной жидкости, обжигающей горло). Наконец, в комнату, где Тоф вместе с родителями пила чай, вбежал запыхавшийся слуга и объявил о том, что гости прибыли. Тут же поднялась ужасная суматоха, празднично одетые слуги, как по команде, повыскакивали из комнат и с механической точностью принялись сервировать гостиную. Отец отправился встречать гостей, а мать быстро отвела Тоф в сад. - Жди здесь. Мы с твоим отцом будем говорить с его родителями, а вы с ним побудете здесь, пообщаетесь, - сказала она, прежде чем оставить дочь одну. - Родителями?... – Тоф настолько сбило с толку это слово, что она не сразу поняла, что это значит, но когда опомнилась, спрашивать было уже некого. Но у Сокки нет родителей! Мать умерла, когда он был ребенком, а отец скончался совсем недавно, он провалился под лед, когда искал потерявшихся детей из своего племени. В полном недоумении Тоф принялась мерить ногами землю, пытаясь сообразить, что вообще происходит. Все странности происходящего спутались в один тугой клубок, и разобраться в них стало совершенно невозможно. Что же все это значит? - Здравствуй! – откуда не возьмись перед Тоф возник мужской силуэт. Мужчина взял девушку за руку и потянулся к лицу, чтобы поцеловать. – Ты ниже, чем я предполагал... - Ты кто!? – вскрикнув от удивления и возмущения одновременно, Тоф отпрянула от силуэта и приняла угрожающую позу. – Что ты делаешь в моем саду!? - Эм... – мужчина явно был удивлен, но все равно стоял ровно и неподвижно, не теряя достоинства. – Меня отвела сюда служанка и сказала, что ты ждешь меня. Разве ты не Тоф Бей Фонг? - Да, это я, - кивнула девушка, пока еще не понимая происходящего. – Но кто ты? - Меня зовут Олэйн, я из рода Поющей Змеи. Разве тебя не предупредили о нашей помолвке? - Что!? – у девушки от удивления отвисла челюсть. Позабыв о манерах, Тоф простояла так некоторое время, пока не опомнилась и не нашла в себе силы говорить. – Нашей помолвке?... Постепенно картина прояснилась и тогда Тоф, не контролируя эмоции, тихо завыла. У нее появилось огромное желание несколько раз стукнуться головой о дерево, но она сдержала себя. То письмо «от жениха» было не от Сокки. Сокка все это время ел бананы на своем острове и даже не думал о том, чтобы звать ее замуж! Женихом, ради которого устроили весь этот переполох, был выродок из знатного семейства. Наверняка это с его семьей ее родители вели такие долгие переговоры, а теперь решили выдать ее за незнакомого человека просто потому, что им самим он кажется хорошей партией... Олэйн из рода Поющей Змеи... Да, это был очень хороший род, один из древнейших. Имена выходцы этого рода записаны в летописях, как имена знаменитых воинов, полководцев и великих деятелей. Несколько раз род терялся и почти умирал, но всегда находились дальние родственники, которые спохватывались и продолжали фамилию. За такое время род Поющей Змеи обеднел до неприличия, его члены опустились чуть ли не до торговцев, но уважение общества они пока не потеряли. Тоф «осмотрела» стоящего перед ней мужчину. Он был выше ее на голову. Если сопоставить рост с весом, то можно было сказать, что он стройный. Если судить по голосу... - Да, о нашей помолвке... видимо, ты не знала. Что ж, если тебе о ней не сказали, я понимаю твою реакцию, - голос Олэйна напоминал кошачье ворчание. Высокие мурлыкающие ноты, яркие переливчатые интонации... Этот голос принадлежал человеку гибкой натуры, хитрому и себялюбивому прохвосту, которого угораздило родиться в дворянской семье и получить соответствующее воспитание. - Может тебе лучше сесть? Ты что-то бледная, - сказал мужчина и, мягко обхватив плечи Тоф, повел ее к лавочке, где они вместе сели. – Как насчет воды или врача? - Не стоит, я в порядке, - ответила Тоф, хмурясь. Девушка не понимала, что ей делать. Радужные картины помолвки с Соккой резко потеряли всю краску реальности и стали просто мечтами... причем самыми пустыми и бесполезными мечтами, которые только могут быть. Родители объявили о ее помолвке с другим человеком. Почему они так поступили с Тоф – на этот вопрос есть тысячи разумных ответов. Потому что Тоф не в состоянии самостоятельно найти мужа, потому что еще немного и возраст Тоф переступит черту, после которой женщине ее сословия почти невозможно найти достойного мужчину, потому что род Поющей Змеи – это связь с историей и легендами народа Земли... Перечислять причины и объяснять такое решение родителей не было смысла, потому что девушка прекрасно понимала, что сама вынудила родных так поступить. Возможно, если бы она сказала им о своей привязанности к Сокке, они бы подождали немного... или выдали бы ее за первого же встречного, лишь бы она не досталась безродному варвару. Но почему Тоф так привязалась к мыслям о Сокке? Он ведь никогда не говорил ей ни о любви, ни о каких-то серьезных намерениях. Она придумала себе все это из-за недоразумения – вот реальность. - Ты не слишком-то мне рада, - заметил Олэйн, срывая цветок с соседнего куста. – Что, тебе уже про меня насплетничали подруги? - Никто мне про тебя не сплетничал, - поморщилась Тоф. Она говорит со своим будущим мужем. Что за глупость? Она знает его всего несколько минут... Девушке хотелось сделать с этим женишком тоже, что и с остальными: выкинуть какую-нибудь пакость, после которой он и думать забудет о свадьбе. Но в первый раз за всю жизнь Тоф не знала, будет ли это правильно с ее стороны. Это дурацкое недоразумение спустило ее с небес на землю. Да, ей хватило глупости по уши втрескаться в друга детства. Все. Нет никакой взаимности со стороны Сокки, нет надежды на то, что она у него когда-нибудь появится. Тоф чувствовала себя так, как будто только что потеряла любимого, как будто получила отказ на свои чувства, и надежды на счастливое замужество больше не было. А если нельзя быть замужем за тем, кого любишь, то не все ли равно, за кого идти? Тем более, уже объявлено о помолвке... - Эй, только вот не надо плакать! – возмутился сидящий рядом парень, когда Тоф, сама того не заметив, искривила рот. – Да, родители заставляют тебя выйти замуж за незнакомца, это не очень-то приятно... Но, эй, у меня такая же проблема! Я же не плачу, хотя мне и хочется! Будь мужчиной, в конце концов, - он пихнул ее в плечо. Тоф вздрогнула и впала в ступор от удивления. Что он сказал?... Ни один дворянин не будет так разговаривать!... что за странного типа откопали ей родители? - Тебе тоже не нравится идея с помолвкой? – спросила она. - Конечно же нет! – фыркнул Олэйн. – Одним дождливым утром ко мне в комнату ворвалась мать, ткнула под нос твой портрет, и спросила, нравится ли мне девушка на портрете. Я сказал «да» и этим самым подписал себе приговор! Я понятия не имел, что родители решат обойтись со мной так жестоко! - Жестоко? – Тоф хмыкнула. Видимо, до Олэйна дошли россказни о ее кротком характере и любви к пахабным песням. - Нет, я не имею ввиду то, что ты мне не нравишься, - поспешил исправиться мужчина. – Ты мастер магии земли, как и я, у тебя есть своя голова на плечах, и ты отлично поешь трактирные песни! Как по мне, так ты даже и не самое плохое, что со мной могло сучиться... Но ведь мне родители все крылья обрубили своим поступком! Должна же быть хоть какая-то мера в наказаниях! - И за что же тебя наказали женитьбой на мне? – Тоф усмехнулась. Это был поистине комплимент ее многолетним стараниям отвадить от себя сопливых дворянчиков. - Понимаешь ли, дорогая Тоф, матушка природа наделила меня внешностью бога красоты, - неторопливо поведал Олэйн с показной пренебрежительностью к определению «бог». – И грех было б не воспользоваться этим даром небес... ну не могу же я, в самом деле, облить свое лицо кислотой или запретить всем окружающим меня девушкам смотреть в мою сторону! Это было бы не справедливо по отношению к ним, согласись... Но вот мои родители иного мнения. После того как очередной отец якобы от меня беременной простолюдинки пришел к нашим воротам за моей головой, родители решили положить конец моим похождениям и... женить меня на слепой! На женщине, которая в жизни не оценит меня по достоинствам, потому что не будет видеть моего лица! - Твои родители на редкость изобретательны, - согласилась девушка. – Но... если нам обоим не нравится идея помолвки, то почему бы просто не отменить ее? - Отменить? То есть, взбунтоваться и сказать, что мы не хотим свадьбы? Ха-ха-ха! Да ты, верно, шутишь! – Олэйн немного истерично засмеялся. – Наши родители уже несколько месяцев планируют соединение родов, они просто грезят о нашей помолвке и такая ерунда, как наше нежелание, их не волнует. Если понадобится, нас запрут в деревянных ящиках, чтобы мы не сбежали, и прямо так повезут к алтарю. - Мои родители так со мной не поступят, - возразила Тоф. - Хочешь проверить? – голос Олэйна был полон пугающей уверенности. – Угадай с трех раз, каким образом меня сюда привезли. - В деревянном ящике?... Ты тоже маг земли? - Мастер магии земли, если можно, - поправил Олэйн. – Я весьма успешно практикую магию песка, поэтому, чтобы я не сбежал по пыльной дороге за много миль от них и от тебя, родители усадили меня в деревянный ящик, подвешенный в воздухе. - Магия песка? Как такое вообще возможно!?... У меня никогда не получалось совладать с песком! - Мало кому это удается, - согласился Олэйн. – Я первый, кому это пришло в голову, кстати. - А я работаю с металлом, - заметила Тоф. - Разве металл это земля? - Я могу им управлять, значит, земля, – пожала плечами девушка. – А на что похожа магия песка? - На магию воды, только сложнее и интереснее, - с готовностью объяснил Олэйн. – Если в вашем саду есть немного пыли или песка, я смогу показать тебе несколько интересных фокусов. - У меня есть одна знакомая водяная ведьма... Бррр! Стоп! – Тоф замотала головой, отгоняя ненужные мысли. – Мы должны думать, как нам избежать свадьбы, а не обсуждать магию! - Ты ничего не исправишь, говорю же, - недовольно проворчал Олэйн. – Я горло сорвал, пытаясь отговорить родителей от этой безумной мысли, и содрал в кровь все руки, пытаясь выковырять гвозди из досок ящика, куда меня посадили после скандала!... И вообще, если нас рано или поздно все равно пристроят куда-нибудь без нашей воли, то какая разница? Ты хоть красивая, а я, вроде как, не один из тех мямлей, над которыми ты всю жизнь издевалась... Кстати да, я здорово посмеялся, когда слушал про твои выходки!... В общем, я хотел сказать, что не будет ли еще хуже, если мы сейчас взбунтуемся? Конечно, мне не хочется провести жизнь со слепой... но вдруг мы поладим? Слепая ведь лучше, чем уродливая или безногая... или, того хуже, безголовая... А ты? Вдруг тебя выдадут за какого-нибудь мерзкого толстого богача из знатного рода? Знаешь, я совсем не толстый и пахнет от меня лучше, чем от сорокалетнего старика... Ты понимаешь, что я имею в виду? Мы с тобой не в том положении, чтобы выбирать, и, раз уж нас отдали друг другу, лучше не воротить нос, пока не стало хуже. - Может, ты и прав, - девушка смиренно опустила голову. В конце концов, чего рыпаться и ждать невозможного? Разве Тоф сможет полюбить еще какого-то мужчину, кроме Сокки? Сколько лет пройдет, прежде чем это случится? Никак не меньше вечности. Так значит не ей жаловаться на брак не по любви. К тому же, Олэйн кажется вполне адекватным, с ним можно будет договориться и жить вроде как с ним, а вроде и так, как самой нравится. - Эм... ну, раз мы уладили все вопросы, касающиеся нашего обоюдного согласия на свадьбу, можно мне кое о чем тебя попросить? - О чем же? - Спой мне «Доджи Легкие Ножки»... Мне говорили, ты великолепно поешь трактирные песни, а сейчас хорошие певцы подобного жанра такая редкость! Все безголосые шарлатаны, у них души в голосе нет... - Любишь трактирные песни? – Тоф уже не удивлялась странностям этого уличного дворянина. - Да я на них вырос!