All Hail, Midnight Sparkle!( Да Здравствует Полуночная Спаркл)

      Это заняло у них некоторое время, но группе пони — и одному дракону — удалось пересечь Вечнозеленый Лес относительно незамеченными зверями, которые скрывались в его мраке. Честно говоря, все они чувствовали, что умбр, ведущий их, был в десять раз страшнее всего, с чем они могли столкнуться в своем путешествии. По крайней мере, различные монстры в лесу были просто деформированными животными, ищущими свою следующую еду или защищающими свою территорию. После того, как они разобрались с грутслангом, который стал довольно послушным после удаления камня и был легко загнан в ближайшую канаву, они развернулись и возобновили свои поиски, отправившись к месту, где впервые начались их совместные приключения. Чего никто из них не хотел признавать, так это того, что это вполне может быть то же самое место, где их приключения могут закончиться.       Эпплджек сидела между лопатками Сомбры, её когти вцепились в обе стороны его шеи, чтобы уравновесить себя. Ощущение было, проще говоря, совершенно странным. Она привыкла ходить самостоятельно, легко бегая по грязи или перепрыгивая через поля. Вместо этого у нее были короткие лапы, которые она все еще училась правильно использовать, и из-за ее небольшого размера её приходилось носить на жеребце, чтобы не отставать от других. Теперь она знала, что чувствовал Спайк. Рэйнбоу Дэш вытерла лоб. — Мы можем сделать перерыв? Мы идём вечность! Сомбра, однако, отказался сбавить шаг. — Мы почти на месте. Пойдем, Дэш. — Давай, Сомбра, один маленький привал никому не повредит, — рассуждала Эпплджек. Пинки Пай подняла бумажный пакет, которого у нее не было минуту назад. — У меня есть печенье. После короткого молчания Сомбра смягчился и присел на корточки, позволив Эпплджек упасть на землю. — Ладно. Пять минут, и мы уходим. — Слава Богу, — пробормотала Рарити, когда Спайк усадил ее на ближайшее бревно, положив передние копыта на ее новую трость. — Как бы ни была удобна спина Эппл-Спайка, моей шее это не идет на пользу. Спайк потер одно из плеч Рарити. — Ты в порядке, Рарити? — Намного лучше, Спайки-Вайки. Спасибо. О, как ужасно быть старой. — Ну, для меня ты вне времени, — просиял Спайк от радости, на что Рарити ответила взаимностью, хотя и с закрытыми губами. Рэйнбоу застонала и вытащила Флаттермала из бэйби-слинга. — Как ты себя чувствуешь, Флатти? Флаттермал пожала плечами и сделала жест копытом "так себе". — Отлично. Просто потерпи. Мы собираемся это исправить.       Кобылка кивнула и широко улыбнулась ей. — Время печенья, ура, — сказала Пинки, раздавая печенье и миниатюрные чашечки с молоком.       Когда группа расположилась небольшим полукругом, Эпплджек не могла не заметить, что Сомбра не сделал ни малейшего движения, чтобы присоединиться к ним. Было ли это из-за его собственной личности или неопределенности их отношений, она не знала, но решила, что приглашение не повредит. Она подошла к нему и прочистила горло. — Ты в порядке, Сомбра? — Я в порядке. — Ему не хватало обычной резкости в голосе, он звучал более официально, но вежливо. — Хочешь чего-нибудь поесть? — Спросила Эпплджек, протягивая печенье. Сомбра посмотрел на угощение, подняв его магией с красным свечением, прежде чем откусить большой кусок. — Спасибо тебе, Эпплджек. — М, пожалуйста. — Привет…Сомбра? Могу я спросить тебя кое о чем? Умбр повернулся к Спайку. — Я полагаю, что да. — Эм, ранее ты что-то говорил о том, что раньше имел дело с призраками. — Все разговоры прекратились, взгляды всех теперь направлены на Сомбру. — Что ты имел в виду под этим? Сомбра отвернулся, а затем повернулся обратно. — Я сомневаюсь, что это та история, которую вы хотели бы услышать. Рэйнбоу пренебрежительно махнула копытом. — Пожалуйста, мы сражались с Дискордом, Найтмэр Мун, злодеями из комиксов, алмазными псами и оборотнями. Страшная история для нас — это ничто! — Если вы настаиваете… — Мы хотим, мы хотим, — Пинки медленно кивнул. Втянув воздух через ноздри, Сомбра тяжело вздохнул. — Тогда очень хорошо.

~*~

      Замерзший Север пребывал в состоянии безмятежности, безудержные метели и свирепые ветры по необъяснимым причинам решили взять выходной, позволив одинокому пони спокойно пройти по белым, как кость, полям. Король Сомбра шел по снегу, его измученное лицо было холодным, как пустоши, но его красные глаза горели жарче, чем пламя Драконьих Земель. Обычно его сопровождали бы несколько его охранников, контролирующих разум, но это было личное дело, которым он занимался бы один. После испытания с Гарнет Сомбра решил, что ему нужно отвлечься, и это сослужит хорошую службу. Кроме того, прошло слишком много времени с тех пор, как он в последний раз видел свой дом, свой настоящий дом. — Вскоре после моего завоевания Кристальной Империи я почувствовал, что моя месть завершена. Те, кто был ответственен за судьбу моего рода, были наказаны, и все же в моей душе было старое чувство незавершенности. Изучая самые мрачные тексты, я выполнил некромантические ритуалы, чтобы сообщить родителям о своем триумфе и позволить их духам, наконец, отдохнуть.       Узнаваемый красный изогнутый рог короля вспыхнул зеленой и черной магией, его аура имитировала светлячка, когда умбр осматривал горизонт. Он знал, что это было в этом направлении, как из его заклинания местоположения, так и из его собственной памяти. Он несколько раз делал паузу, его целеустремленность поддерживала его. Сомбра сглотнул, его горло болело от сухости. Он боялся возвращаться, но был полон решимости довести дело до конца. — Я решил перенести остатки моей старой деревни и провести ритуал там. Каким же я был дураком.       Свечение его рога усилилось, издав мягкий звенящий звук. Несколько минут спустя он преодолел небольшой холм и приблизился к каменным стенам высотой по колено, наполовину занесенным снегом. Это было оно. Желудок Сомбры скрутился в узел, грудь сжалась от беспокойства, а конечности задрожали.       Каждый его шаг казался тяжелее железа, воспоминания топили его разум, как потоп, чем больше он пил в своем окружении. Он почти слышал пронзительный юношеский смех, болтовню на городской площади и лязг молотков в кузнице своего отца. В самом кратком из примеров, деревенские дома и хижины больше не были сожженными, расколотыми останками, а осязаемыми жилищами, его жители ходили как ни в чем не бывало. Плоть Сомбры покалывало при появлении влаги на его щеках, и он сердито покачал головой, ругая себя за то, что был таким эмоциональным. Теперь, когда он стал королем, ему нужно было лучше контролировать себя.       Смахнув тонкий слой снега, Сомбра принялся за создание символов, медленно рисуя их на грязи. Он не обращал внимания на свое бешено колотящееся сердце, когда последний глиф был закончен и соединен с другими в непрерывный круг. Сомбра зарядил свой рог, магическая энергия потекла по каждой части его тела. Снег и пыль кружились вокруг копыт Сомбры, его грива и плащ развевались, когда воздух потрескивал от сверхъестественной силы. Глифы горели и дымились, излучая жгучий красный оттенок, когда темное заклинание вступило в силу.       Черные полосы вырывались из разных частей деревни, ударяясь и сталкиваясь друг с другом, когда они собирались внутри магического круга. Он слился в маслянистую, твердую массу, которая вскоре возвышалась над Сомброй. От него исходили печаль и ярость, пугая даже Сомбру интенсивностью своих эмоций. Множество перешептываний донеслось одновременно, принадлежа к разным возрастам и полам. Несмотря на отсутствие у массы глаз, они смотрели прямо на Сомбру, все это время голоса продолжались. — Больно… — Потуши пламя, пока оно… — До последнего жеребца… — Хильда, нет! — Предатели! Убий-…       Середина массы покрылась рябью, медленно формируя лицо в форме пони. — Сомбра? Это было так давно…       Сердце жеребца ушло в копыта от знакомого тона. — Мама? — Да, мой милый сын, — подтвердил голос. — Мы скучали по тебе… — Мы?       Рядом с первым лицом появилось еще одно. — Наш ребенок наконец вернулся домой. Сомбра сделал шаг вперед. — Отец? — Да, сынок. Это было так давно. Мы надеялись, что ты придешь раньше.       Все больше и больше лиц вытягивалось из черной трясины, к ним присоединялся хор голосов. — Ты можешь освободить нас — Кристальные пони должны заплатить… — Правосудие свершится быстро… — Все пострадают… — Отомсти за нас… — Ничто не встанет у нас на пути…       Сомбра попытался отступить, но его конечности отказались повиноваться ему. — Присоединяйся к нам, Сомбра, — пропели все умбры в унисон. — Мы чувствуем твое желание отомстить. Твой праведный гнев. Слейся с нами…стань единым целым с Тьмой…       Восстановив контроль, Сомбра повернулся и побежал, надеясь как можно быстрее убраться подальше от мерзости. Что-то схватило его за заднее копыто, заставив его врезаться в землю и потащив его по снегу. Лапа сформировалась и обвилась вокруг его копыта, как щупальце, еще несколько лап вывернулось из массы. Еще двое схватили его, обхватив другое заднее копыто и живот железной хваткой. На всех лицах были беззубые ухмылки. — Присоединяйся к нам…у нас будет все… — Отпустите меня!       Телепортировавшись на несколько футов, Сомбра наблюдал, как масса принимает более лошадиную форму, ее глаза были белыми ямами пустоты. Появился изогнутый рог и пара крыльев, что делало его похожим на призрачного аликорна. Расправив свои темные крылья, существо двинулось вперед, вырвавшись из магического круга, теперь уже бесполезные символы шипели и умирали. Сомбра мог только оставаться неподвижным, пока ужасная тварь ухмылялась ему сквозь полный рот черных клыков. — Ты не сможешь спрятаться, — пропыхтело оно. — Позволь нам быть единым целым…       Сомбра выстрелил магическим лучом в существо, пробив его грудь. Существо усмехнулось, дыра немедленно заживала. Он целился в голову, снес половину лица только для того, чтобы получить тот же результат. Сомбра пригнулся, чтобы избежать черной энергетической ракеты, и помчался к выходу, оценивая ситуацию. Эта тварь могла контролировать тьму, как и он, и состояла из трехсот безумных душ умбров, все из которых взывали к кровавой мести и хотели слиться с Сомброй в насильственно симбиотических отношениях. Это должно было стать проблемой. — Сссссомбраааа…!       Рядом с ним взорвался кусок снега, удар сбил его с копыт. Он перекатился и, мотнув головой, чтобы избежать удара об острый камень, столкнулся со старой прялкой, разбив вдребезги сгоревшую шелуху. Куски дерева вонзились ему в спину, но Сомбра проигнорировал это, вместо этого сосредоточив все свое внимание на темном существе, ковыляющем к нему. Чем бы ни было это существо, она не могла завладеть им. Фиолетовый дым вырвался из глаз Сомбры, низкое рычание вырвалось из его рта при виде существа, которое посмело посмеяться над памятью его народа. — УБИРАЙСЯ, ДЕМОН! — Сомбра взревел, его рог взорвался яростной вспышкой.       Над существом появилось клубящееся черно-красное облако, от него отслаивались красные частицы, когда из центра вырывался небольшой циклон. Существо отчаянно царапало землю, его копыта превратились в когти в попытке закрепиться, но это было бесполезно. Он взвыл на триста голосов, когда его дернули и отправили через портал, растворившись в воздухе. Сделав несколько вдохов, Сомбра рухнул на спину, как физически, так и эмоционально истощенный. — Я не знаю, куда я послал зверя, только то, что он был далеко от меня.

~*~

      Сомбра уставился вдаль, черты его лица красноречиво говорили о его муках. Все уставились на него, ни один из них не осмеливался произнести ни слова, не то чтобы что-то можно было сказать. Лицо Пинки было частично скрыто за прямой завесой волос, единственным признаком каких-либо эмоций были двойные дорожки слез, бегущие по ее щекам. Спайк успокаивающе поглаживал спину Рарити, пока Эпплджек шмыгала носом и терла глаза. Даже Рэйнбоу была явно тронута рассказом Сомбры, ее рот остался слегка приоткрытым, а пурпурные глаза затуманились. — Я никогда не возвращался туда, — с болью закончил Сомбра. — Иногда я задаюсь вопросом, остались ли их тени в деревне, и я просто помог им придать им более осязаемую форму, или я оторвал их от рая и запихнул в скорлупу ненависти. Возможно, это было наказанием за мой эгоизм.       Флаттермал издала рыдающий визг и уткнулась лицом в грудь Рэйнбоу. — Так… почему ты не посмотрел на это? — Эпплджек задумалась. — Это больше не было моей заботой. Дело в том, что это существо была далеко от меня, и это все, что имело значение. Спайк поднял копыто. — Но если оно действительно было таким сильным, тогда оно могло бы напасть на невинных пони. Сомбра ненадолго задумался над этим. — Возможно, так и было. Однако другие пони не имеют для меня значения, ни тогда, ни сейчас. — Что? Как ты можешь так говорить? — Рэйнбоу обвиняюще указала на него. — Ты несешь двуличную чушь, — вызывающе заявила Эпплджек, скрестив лапы на груди. На лице Сомбры на мгновение промелькнуло удивление. — Что ты сказала? — Я читала в газете об «живой тени», которая спасла семью от грабителя. Мы оба знаем, кто это был. — Это, — отрезал Сомбра, прежде чем успокоиться, — Было кратковременной ошибкой в суждении. — Ошибка в суждении, мах копыто! Э, удар! — Несмотря на это, это была ошибка. Я забочусь только о себе и о тех, кто мне близок. Ты же не можешь всерьез ожидать, что я буду заботиться обо всех и каждом живом существе в Эквестрии. — Почему бы и нет? Это то, что мы делаем! — утверждала Рарити. — Мы помогаем пони и другим существам, если они нуждаются в нас. — И в этом проблема. — Сомбра поднялся во весь рост. — Этот современный век слишком мягкий… слишком удобный. Пони приходят к принцессе Селестии или к вам, чтобы решить все свои проблемы. Им не нужно бороться, чтобы получить то, что им нужно. Вы учите их зависеть от других, которые решают все за них. — Но как насчет Найтмэр Мун? Или Дискорда? — Заявил Спайк. — Кто-то должен был их остановить. Сомбра жалобно покачал головой. — И это прекрасно, но вы серьезно не можете ожидать, что я поверю, что все вы действительно что-то измените. Добро и зло, свет и тьма, вы все просто спицы в гигантском колесе. Сегодня вас любят массы, но что произойдет, если один или все вы не справитесь со своими обязанностями? Публика отвернется от вас, несмотря на все, что вы для них сделали. Вы можете играть в героя сколько угодно, но в конце концов колесо просто продолжает вращаться вечно.       Прежде чем кто-либо еще успел вмешаться, Сомбра повернулся и побежал прочь. — Мы отдыхали достаточно долго. Давайте отправимся в путь.       Неохотно, один за другим, все они начали следовать его примеру, и остальная часть путешествия была заполнена тишиной.