Кристально Чистый
27 ноября 2022 г., 12:06
Постукивая обутым в туфлю копытом по кристальному полу, принцесса Каденс с тревогой смотрела в одно из окон тронного зала, совершенно забыв о своей чашке горячего какао среди снежной бури беспокойства, кружащейся в голове принцессы. Ранее она получила известие, что Твайлайт была одержима той же тьмой, которая когда-то поразила тетю Луну, что привело к ее превращению в «Полуночную Спаркл» и терроризированию Понивилля. Остальные, с помощью Сомбры, успешно изгнали тьму из Твайлайт, и что Селестия и Луна были в пути, чтобы оценить ситуацию, обещая доложить о своих находках. Однако с тех пор прошло три часа, а от её матери или тети по-прежнему не было никаких вестей. Несмотря на заверения Шайнинг Армора, что все в порядке, Каденс не могла избавиться от ощущения, что что-то не так и что конфликт далек от завершения.
Она встала со своего места и прошла в центр комнаты, остановившись лицом к сине-фиолетовому аметистовому трону. После битвы ее родителей в Кантерлоте, события, о котором она слышала и к которому относилась со смесью страха и восхищения, Каденс не видела Сомбру несколько месяцев, и его письма были редкими. Всякий раз, когда она заговаривала об этом с Твайлайт, ее золовка была сдержанна в этом вопросе, предпочитая отвечать либо одним, либо двумя словами, либо полностью меняя тему. На самом деле, поведение Твайлайт стало чрезвычайно странным после исчезновения Сомбры, и она была не единственной, кто это заметил. Селестия высказала свои собственные опасения по поводу капризности и антиобщественного поведения своей бывшей ученицы, явно столь же опасаясь, как и Каденс, если не больше.
— Кэдди, все в порядке?
Вскоре в тронный зал вошел Шайнинг Армор, украшенный всеми регалиями королевской гвардии, поскольку он только что вернулся со своих войск с учений. Пурпурные доспехи с золотыми краями прекрасно контрастировали с его белоснежным плащом, придавая ему вид силы и царственности. Он всегда выглядел таким красивым в своих доспехах, напоминая Каденс истории о храбрых рыцарях, спасающих принцесс, которых она любила, когда была кобылкой. Она никогда бы не догадалась, что в конечном итоге ей удастся воплотить в жизнь эту фантазию. Шайнинг снял свой шлем с плюмажем и положил его на переднее копыто.
Каденс кивнула.
— Да, Шайни, просто я немного волнуюсь. Ни принцесса Селестия, ни Луна не ответили ни словом. Я написала в Кантерлот, но они еще не вернулись.
— Наверное, ничего особенного. — Шайнинг с любовью заключил Каденс в объятия. — Я бы не стал слишком беспокоиться об этом.
Каденс улыбнулась, уткнувшись носом в шею Шайнинга. — Возможно, ты прав. Может быть, все в порядке.
— О, дорогая, ты понятия не имеешь, как ты ошибаешься.
Они оба ахнули, дернув головами в направлении насмешливого женского голоса. Из-за кристаллической колонны к ним смело зашагала кобыла, ошеломленная ухмылка растянулась от уха до уха, пока она изучала их. Она выглядела так…
— Твайли?
Кобыла издала смешок. — Боюсь, что нет, Шайни. Меня зовут Полуночная Спаркл, бывшая Найтмер Мун, и ваша новая королева. Ты должен быть польщен.
— Что ты сделала с моей сестрой?! — зарычал Шайнинг.
— О, успокойся! Она все еще здесь. — Полночь постучала себя по виску. — Едва ли. — Затем она обратила свое внимание на Каденс, и её глаза расширились. — Ты так похожа на маму. Это так жутко…
Каденс могла уловить следы тоски в ней. — Твою маму…?
— Да, королева Конкордия. Я твоя тетя Полночь.
— Ч-что?
— Удивлена? — Каденс не попыталась скрыть эмоции, которые отразились в её сознании. Она не знала, что у Селестии и Луны была третья сестра, поскольку ни одна из них никогда не упоминала об этом, и это не было ни в одной из книг по истории или генеалогических записей, которые она просматривала. С другой стороны, только год назад Каденс впервые узнала о своем истинном происхождении как первенца Селестии, поэтому она не была полностью шокирована существованием неизвестного члена семьи. Она быстро отложила свои опасения на потом; в данный момент возникли более серьезные проблемы, такие как тот факт, что ее золовка в настоящее время является хозяином того, что она считала злонамеренной силой. Аура Полночи говорит о подавленном гневе, поэтому было бы разумно сохранять спокойствие и стараться не раздражать ее.
Затем Полночь пренебрежительно махнула копытом. — Но хватит любезностей. Я пришла сюда не для того, чтобы просто вспоминать прошлое.
— Чего ты хочешь, Полночь? — Осторожно спросила Каденс, выбирая более дипломатичный подход.
Полночь ухмыльнулась. — Я хочу Кристальное Сердце. Отдай его и никто не пострадает.
— Кристальное Сердце? Но ты должна знать, что без защитной магии Кристальная Империя была бы поглощена Замерзшим Севером.
Темный аликорн просто уставился на нее. — Я похожа на кого-то, кому не все равно? Моя просьба более чем разумна, поэтому я предлагаю вам подчиниться, пока я веду себя вежливо. Ее зрачки исчезли за струями голубой энергии. — Поверь мне, я бы тебе не понравилась, когда я злюсь.
— Ты не получишь это сердце, — решительно произнесла Каденс, ее рог загорелся, а крылья расправились.
Голубое свечение от рога Полночи осветило ее ухмыляющееся лицо.
— Я предполагала, что ты это скажешь.
Каденс низко присела, ее грудь почти касалась пола, волна жара заставила ее спину вспотеть. Она прыгнула вверх, чтобы уклониться от второго энергетического луча, взрыв прорезал пол, как нож сквозь масло. Воздвигнув барьер, Шайнинг Армор отразил часть обломков, собрав материал и бросив кристаллические осколки обратно в нападавшего. Полночь подняла светящееся крыло, защищаясь от атаки Шайнинг, и открыла ответный огонь магической ракетой. Ракета раскололась, одна половина отскочила от поспешно созданного барьера Шайнинга, в то время как другая едва не попала в голову Кейденс, вместо этого вырвав кусок из соседней колонны.
Вызвав большую голубую лапу, Миднайт схватила в него Шайнинга и дернула его вперед, так что они оказались почти лицом к лицу.
— Твайлайт, я знаю, что ты там! — Шайнинг Армор умолял сквозь свое мычанье. — Пожалуйста, борись с этим!
— Твайлайт нет. Есть только Полночь!
Закончив письмо, Кейденс поспешно отослала его. — Шайнинг!
Миднайт усмехнулась: — Дай мне Кристальное Сердце. Когти лапы сжались, исторгая у Шайнинга болезненный стон. — Или я сломаю его, как зубочистку. — Серия потрескивающих звуков сопровождала вздохи Шайнинга, звуки, от которых Каденс сжала зубы. — Продолжай, посмотри, не блефую ли я.
— Отпусти его!
— После того, как ты отдашь мне сердце!
Что могла сделать Каденс? Она не пожертвовала бы Шайнинг Армором, своим мужем и настоящей любовью; это не было и никогда не будет вариантом. Ни за что в Тартаре она не смогла бы отдать Кристальное Сердце этой сумасшедшей. Ни один из вариантов не был даже отдаленно приемлемым, но она должна была что-то сделать, и сделать это быстро. И тут ее осенило.
— Пожалуйста, прекрати это. Ты не…
— Обязана это делать? Да, да, я знаю. Богиня, ты говоришь так предсказуемо. О, смотри, у тебя даже слезящиеся глаза и надутые губы. Ба, отвратительно!
Каденс захныкала, делая робкий шаг вперед. — Но почему? Зачем ты это делаешь?
Пронзительный, почти безумный смех эхом разнесся по тронному залу. Полночь взглянула на Каденс в полном недоумении. — Разве это не вопрос на миллион битсов? Знаешь ли ты, что отличает простого члена королевской семьи от королевы? Любовь ее подданных. Это, моя маленькая племянница, истинный источник силы Селестии.
Полночь обошла вокруг Каденс, коготь держал Шайнинг в заложниках, летящего рядом с ней.
— Они возвысили ее до статуса божественности, внушили ей веру в то, что она выше всех пони. Их любовь и восхищение дают ей силу сохранять контроль. Я хочу того, что есть у нее и у всех пони, даже у самых низких простолюдинов: любви. Такая простая концепция, которую каждый день испытывают великие и малые существа, и все же та, которая ускользала от меня целую вечность. Но в этот день я, наконец, получу это. Просто ты подожди…
Вспышка василькового цвета пролетела мимо Полночи, отскочила от стены и ударила ее в спину, заставив ее отпустить Шайнинг. Опустившись на копыта, он развернулся и выпустил собственную стрелу, попав аликорну в живот и отправив ее в полет через всю комнату. Крылья Полночи распахнулись, создавая сопротивление, которое замедлило ее движение, ее копыта заскользили по полу, пока она не остановилась. Королевская чета обрушила на нее шквал, но на этот раз она была готова, активировав магическую стену, которая остановила все их атаки. Она громко рассмеялась, издав жестокий, почти насмешливый звук.
— Ты хитрая шалунья! Ты заставила меня произнести монолог!
Пол затрясся, и по кристальной поверхности пробежала легкая рябь. Комната начала меняться, только для того, чтобы Каденс поняла, что и она, и Шайнинг на самом деле погружаются в мерцающую жидкость, которая раньше была полом под их копытами. Как бы сильно они ни извивались или не дергали конечностями, жидкость отказывалась их выпускать, прилипая к ним толстыми шариками эластичной, похожей на клей консистенции. Взмахнув крыльями, Каденс неуверенно начала подниматься, но только для того, чтобы жидкость сбросила ее обратно в бассейн. Вскоре пара оказалась по уши в грязи, когда пол затвердел и вернулся к своему кристаллическому составу.
— Итак, — сказала Полночь деловым тоном. — Я полагаю, ты собиралась отдать мне Кристальное Сердце.
— Абсолютно нет! — Объявил Шайнинг. — Я скорее умру, чем отдам это тебе-ах!
Аура Полночи сдавила шею Шайнинга, лишив его возможности говорить.
— Теперь это можно устроить, Шайни!
— Ты…
И Полночь, и Шайнинг Армор повернулись в сторону дрожащей Каденс, ее глаза были закрыты, а лицо сжато в выражении крайней концентрации. Они оба наблюдали, как она зарычала, и ее глаза распахнулись, обнажив черные зрачки с темно-бордовыми радужками, окруженными малиновыми тенями. Глубокий рокочущий стон прогремел по всему тронному залу, весь фундамент замка затрясся, как будто от сильного землетрясения. Грива Каденс встала дыбом, фиолетовые, розовые и бледно-золотые локоны превратились в облако мерцающей светло-вишнево-серой пыли. Когда она обратилась к Полночи, это была громкая речь, сопровождаемая полным ртом острых зубов:
— Ты не знаешь… С КЕМ ТЫ СВЯЗЫВАЕШЬСЯ!
Пол вокруг Каденс затрещал и вздыбился, сотрясающим взрывом, осыпая Полночь кристальными осколками, которые разорвали бы ее на куски, если бы она не использовала свое покрытое магией крыло, чтобы отбить осколки. Жуткая тишина наполнила комнату, когда розовый аликорн опустился на пол, ее светло-розовое тело было окутано алой магией. Аура покинула тело Каденс, отступив в длинный, похожий на копье рог на ее лбу. Освободив Шайнинга из заточения, Каденс нежно погладила его по щеке крылом, прежде чем обратить свой гнев на незваного гостя. Ушла милая и безмятежная Принцесса Любви, замененная воплощенной страстью.
— Как я уже говорила, Полночь, ты не получишь это сердце.
Губы Полночи скривились в усмешке. — Давай договоримся не соглашаться. А теперь покажи мне, из чего ты сделана!
~*~
Портал закрылся за группой из девяти, когда они снова оказались в Понивилле. Их коллективные испытания в мире грез были мучительными, но они вышли из этого более сильными и решительными, чтобы положить конец правлению Полночи и освободить Твайлайт из ее когтей. Город был в почти нетронутом виде, шокирующем, учитывая недавние события, и только испуганные и растерянные взгляды его жителей указывали на то, что что-то не так. Говоря об этом, незадолго до того, как группа была окружена пони, их внимание было сосредоточено прямо на принцессах, которые шумно болтали и забрасывали вопросами. Селестия и Луна пытались успокоить толпу, но их страхи только сделали их более беспокойными, все они толкали и пихали друг друга, пытаясь добраться до Королевских сестер. Вспышка фиолетового и зеленого пламени взметнулась ввысь, напугав толпу и заставив их отскочить назад, предоставив эннеаде широкий простор. Сомбра бросил на толпу быстрый, раздраженный быстрый взгляд, прежде чем кивнуть головой в сторону Селестии. Кобыла неодобрительно покачала головой, а затем прочистила горло, возвращаясь к своему королевскому настрою. — Граждане Понивилля, спасибо вам всем за ваше терпение. Я знаю, что многие из вас в замешательстве. Правда в том, что та же тьма, которая создала Найтмер Мун, вернулась и на этот раз забрала принцессу Твайлайт. — Все пони ахнули от этого откровения, по толпе прокатилась низкая волна шепота. — Эта «Полуночная Спаркл» должна быть остановлена, и я хочу заверить вас, что мы делаем все, что в наших силах, чтобы сдержать ситуацию. Теперь, кто-нибудь может сказать нам, где Полночная Спаркл? Земной пони-жеребец поднял копыто и шагнул вперед. На нем был зеленый галстук-бабочка, а бок украшало изображение песочных часов. — Да, я слышал, как она, ну, разговаривала сама с собой. Она сказала, что была в настроении осмотреть достопримечательности и решила посетить Кристальную Империю. Очевидно, у нее там есть родственники? — Спасибо тебе, Тайм Тёрнер. Что касается остальных, я хочу, чтобы каждый из вас знал, что мы с сестрой находимся в процессе задержания этого преступника, поэтому, пожалуйста, сохраняйте спокойствие и продолжайте свои дела. Вот и все. Постепенно толпа рассеялась, оставив Селестию и остальных обсуждать вещи без стольких любопытных глаз. — Истинной задачей будет отделить Полночь от Твайлайт. Сомбра, ты можешь…? Темный единорог выглядел так, как будто он постарел на десять лет за считанные часы; его опыт в мире снов, должно быть, ударил его сильнее, чем кто-либо из них знал. Он слегка топал передним копытом по высокой траве, затем проводил копытом по ней взад и вперед, как будто играя с текстурой. На первый взгляд можно было бы ошибочно подумать, что он наблюдал за движением травы, но нет, вместо этого он всматривался сквозь траву, его глаза были сосредоточены на ней с почти неприятной интенсивностью. Благодаря сфере снов, все пони видели, что произошло, и все сделали сознательный выбор оставить его в покое. Эпплджек легонько похлопала его по плечу. — Сомбра? Он медленно повернулся, чтобы посмотреть на Эпплджек, его взгляд был пустым. — Да? — Ты… хорошо себя чувствуешь? — Так и есть. Спасибо, что спросила. — Его тон был неправильным, слишком мягким, как у лунатика. Затем он улыбнулся ей с некоторой долей признательности. — Правда. Спасибо тебе. — Ты уверен? — Мягко спросил Спайк. — Ты можешь сказать нам, если что-то не так. — Я уверен, Спайк. — На лице Сомбры появилось более серьезное выражение, когда он посмотрел мимо них прямо на Селестию. — Итак, что же происходит? Селестия была в процессе обдумывания. — Я… я просто хотела спросить, знаком ли ты с заклинаниями изгнания или обрядами экзорцизма? — У меня есть некоторый опыт. В данном случае нам нужно проникнуть в разум Полночи. Заговорила Луна: — Поскольку магия разума — твоя сильная сторона, мы оставим эту задачу тебе. Мы с Селестией создадим отвлекающий маневр, принимающий внимание Полночи и позволяющий вам легче получить доступ к ее незащищенному разуму. Сомбра просто кивнул и уставился в пространство. Селестия повернулась к Рэйнбоу Дэш. — Мне нужны вы, Спайк, Эпплджек и Пинки, чтобы собрать Элементы с Дерева Гармонии. — Она провела своим рогом над пегасом и ее соотечественниками. — Это заклинание возврата. Для активации требуется не менее пятнадцати минут, так что будьте готовы встретиться с нами в Кристальной Империи. — У тебя получилось, принцесса! Вспышка золотого света — и четверо исчезли. — Богиня-скорость. Собирайтесь вокруг, все. Образовав круг, Селестия и Луна подняли свои рога, раскатистый гул со свистом пронесся в воздухе, когда ветер рябил и хлестал вокруг пони. В воздухе ощутимо просачивалась сырая магия. Трава и грязь были вырваны и вращались вокруг них, как гироскоп. Затем сестры скрестили свои конечности, это действие породило шар интенсивной золотой и синей энергии, ослепив всех, кто был свидетелем этого. Как только свет рассеялся, место, где когда-то стояла группа, опустело, оставив после себя тлеющий участок травы.~*~
Рэйнбоу Дэш устало вздохнула, страстно желая поскорее покончить со всем этим безобразием. Она хотела вернуть свою подругу и все в нормальное русло или, по крайней мере, успокоиться до следующего катастрофического события, близкого к концу света. Может быть, ей удастся вздремнуть после того, как она надерет Полночи бока до луны и обратно. Вздремнуть и выпить немного сидра. Она взглянула на своих спутников — Спайка, Эпплджек и Пинки — и слегка кивнула, счастливая, что принцесса Селестия попала в команду Б. В мире грез стало немного тяжеловато, из-за небольшого срыва Сомбры, и ей нужно было быть подальше от экс-тирана, чтобы привести мысли в порядок. Благодаря этой штуковине-сфере сновидений, каждый пони стал свидетелем того, что произошло в его сне, включая его вторую жизнь и эмоциональный срыв. Сама Рэйнбоу не знала, что сказать или подумать, поэтому она решила оставить как можно больше пространства между собой и умбром. По правде говоря, она все еще опасалась Сомбры, но, увидев его таким обезумевшим, он стал похож на настоящего пони, и это заставило ее усомниться в себе. Может быть, он был не так уж плох после — Смотри! Мы здесь, мы здесь! Восторг Пинки вырвал Рэйнбоу из ее мыслей, и за это она была благодарна. В конце концов, она была деятелем, а не мыслителем, кобылой действия и смелости. Она оставила размышляющих и думающих зануд Твайлайт, или, по крайней мере, оставляла до тех пор, пока Найтмер Мун или «Полуночная Спаркл» не вернулись в их жизни. Это оставило значительную дыру в команде, и Рэйнбоу поклялась, что это скоро закончится. Так или иначе, кошмар закончится по-настоящему. — Давно пора. Давайте возьмем Элементы и отправимся в Кристальную Империю. — Я согласна с тобой, сахарок. Дерево Гармонии было загадкой, чья истинная сила и происхождение ускользали от них, кристаллическая структура была настолько древней и таинственной, что даже Селестии и Луне не хватало даже малейшего намека на то, откуда оно взялось или что оно вообще сделало. По-видимому, это был живой организм, воплощение самой Гармонии, и оно проявило собственную волю, например, когда помогло друзьям против лорда Тирека. Простое нахождение в нескольких футах от Дерева наполнило всех присутствующих чувством удивления и внутреннего покоя, почти как возвращение домой после нескольких месяцев отсутствия. Рэйнбоу знала, что она не была самой спокойной и рациональной из пони, но необъяснимое тепло, которое излучало Дерево, наполнило ее чувством коллективности, которого ей обычно не хватало. Когда она собирала Элементы на верхних ветвях, каждый драгоценный камень, упавший ей под копыта, был еще одним грузом, снятым с ее плеч. — Я здесь все закончила! — Я тоже! Эпплджек подвинулась, чтобы Спайк мог соскользнуть с ее спины. — У нас все хорошо. Давайте начнем… проклятие! В центре Дерева вспыхнул яркий столб разноцветного света, сопровождаемый трелью и свистом, который нашел отклик как в лесу, так и в душах квартета. Свет вытягивался наружу, постепенно принимая форму сверкающего пони. Высокая и худая, пони была пурпурным облаком с голубой внешность, наполненным волнами мерцающих белых и золотых искр, что создавало впечатление миниатюрной галактики. С её головы и задней части свисали невероятно длинные пряди розовых, фиолетовых и темно-синих волос, вздымающиеся, как будто подхваченные ураганом. Она смотрела на группу золотисто-оранжевыми шарами интенсивного света, которые были какими-то успокаивающими и нежными. — Приветствую всех, — тепло произнесла пони голосом кобылы, неся в себе интонации давно потерянной матери или бабушки. — У нас не так много времени, и все же многое еще предстоит сделать. Первой заговорила Эпплджек. — Кто…кто ты такая? — Я — проявление самого Древа Гармонии. Вы можете называть меня «Гармония», если вам так хочется. — Так подожди, ты Дерево Гармонии? — Спросила Пинки. — Действительно, так и есть, Пинкамина. Но у нас нет времени на объяснения. Скоро вас призовут присоединиться к Селестии и остальным, чтобы снова сразиться с Полуночной Спаркл. Однако на этот раз вы одержите победу. — Но как? — Рембоу в отчаянии покачала головой. — В последние два раза Элементы не смогли полностью победить Найтмер, так что же отличает этот раз от предыдущего? Гармония одарило ее материнской улыбкой. — Теперь, когда вы принесли недостающую часть, на этот раз на вашей стороне будет сила ВСЕХ Стихий. — Недостающая часть? Что это? Гармония провела копытом вперед мимо Эпплджек. — Дракон Спайк, выходи вперед. — СПАЙК?! Все они смотрели друг на друга в замешательстве. Спайк указал на себя. — Я? — Да, Спайк. Видите ли, какой бы сильной ни была связь между Королевскими сестрами, а также связь с вашими друзьями, вам всем не хватало ключевого компонента гармонии и, следовательно, дружбы: элемента СОПЕРЕЖИВАНИЯ. Без сочувствия не может быть добрых слов, желания вызвать смех или стремления поддерживать своих друзей. Чтобы наладить связи между всеми, сначала должна быть способность смотреть дальше себя и учитывать чувства окружающих.ТЕМ ВРЕМЕНЕМ, ВОЗВРАЩАЕМСЯ В ПОНИВИЛЛЬ…
Глубоко под Замком Дружбы каменный шар начал дребезжать и смещаться в почве, отчаянно прокладывая себе путь из своего заключения. Во время своего небольшого разгула, вызванного жадностью, Спайк невольно конфисковал шар из Замка Двух сестер и впоследствии забыл вернуть его. Перенесемся к уничтожению библиотеки «Золотой Дуб» руками лорда Тирека, где сфера была непреднамеренно брошена и зарыта в землю, как семя, лежащее в спячке и ожидающее дня, пока его не призовут. Похоже, этот день настал. Горящий древней магией шар прорыл мили грязи и поднялся в воздух, готовый встретить своего носителя.СНОВА В ВЕЧНОЗЕЛЕНОМ ЛЕСУ…
Раздался отдаленный свист, прежде чем серый шар просвистел в воздухе и резко остановился, зависнув в воздухе прямо перед недоверчивым Спайком. Поверхность шара треснула и загрохотала, осыпаясь, открывая пылающее золотое сияние. Окруженный подобным сиянием, Спайк был поднят в воздух, и предмет полетел к его шее, закрепившись на месте с помощью золотого ошейника. Свечение спало, обнажив золотисто-желтый драгоценный камень, прикрепленный к ошейнику, на этот раз в форме сердца. Спайк спустился обратно на твердую землю, восхищаясь своим новым аксессуаром. — Ах… Ах, не верю этому… — Спайк …? — Он все это время был Носителем Элемента…? — О-о-о… какой хорошенький… — Теперь вы готовы, — просияла Гармония, как раз в тот момент, когда вокруг пони и дракона появилась золотисто-белая вспышка. — Удачи, друзья мои. Квартет исчез, оставив Гармонию одну. — Мой собственный конец приближается. Я только надеюсь, что вы готовы к тому, что это произойдет, — зловеще заявила она, снова исчезая, чтобы вернуться к Дереву.
