С Наступлением Полуночи
2 марта 2023 г., 22:32
Последовала ослепительная белая вспышка, и Спайк обнаружил, что мчится сквозь столб тьмы и облака извивающихся световых частиц. Ударившись о невидимую стену, он очнулся в Кристальной Империи с глубоким вздохом, рывком дернувшись вперед в сидячее положение. Его голова поворачивалась вокруг шеи, глаза смотрели в разные стороны, в то время как его равновесие работало сверхурочно, чтобы исправить положение тела. Вонзив когти в землю, Спайк оставался неподвижным достаточно долго, чтобы головокружение прошло, а в глазах перестало двоиться настолько, что он мельком увидел пробуждение Сомбры, жеребец поднимался на дрожащих конечностях и громко вздыхал. Серия хлопков и тресков сопровождала его резкие движения.
— Við skegg föður míns…агх. — Сомбра покачал головой, темная грива улеглась вокруг его лица, прежде чем взглянуть на своего спутника-дракона. — Ты в порядке, Спайк?
Подняв коготь, чтобы ответить, Спайк внезапно почувствовал, как что-то ударило его по внутренностям, и он перевернулся, морщась, когда опорожнял содержимое своего желудка. Две минуты спустя, и он был пуст, хотя тошнота, к сожалению, осталась. Он с любопытством уставился на беспорядок.
«Когда я ел морковь?»
— Не отчаивайся.
Спайк поднял голову и увидел Сомбру, стоящего рядом с ним.
— То же самое произошло и во время моего первого изучения разума.
— Да…спасибо. — Отряхнув колени, Спайк поднялся на одну лапу, его другая лапа полностью затекла. — Я просто…
Он быстро потерял равновесие, чуть не упав лицом в землю, когда красная магия поймала его и удержала на месте. Неудивительно, что свечение вокруг рога Сомбры послужило подтверждением причины, по которой он в настоящее время отстранен. Спайк неловко усмехнулся и показал Сомбре поднятый вверх большой палец.
— Хех, с-спасибо.
Один уголок рта Сомбры приподнялся в полуулыбке.
— В любое время.
Выражение его лица потемнело. — А теперь давай присоединимся к остальным. Это еще не конец.
***
Полночь сделала продолжительный вдох через ноздри и громко выдохнула. — О, теперь это изысканно, — она усмехнулась, а затем с любопытством постучала копытом по подбородку, опустив глаза, чтобы осмотреть новую конечность. Слегка покачав головой, она продолжила ход своих мыслей. — Итак, на чем я остановилась? Где была…? О! Я помню… Вокруг горла принцессы Луны обвился клубок потрескивающей темно-синей магией, и ее снова медленно потащило в воздух. — …Ты собиралась сказать мне, где спрятала Кристальное Сердце. — Полночь… — Луна ахнула. — Тетя Луна! — Принцесса Каденс заплакала. — Прекрати это! — Принцесса Селестия слабо крикнула. — Оставь ее в покое! Полночь обрушила взгляд на Селестию. — Ты не в том положении, чтобы приказывать мне, Тия. А теперь замолчи, или я начну удалять тебе зубы по одному, — её взгляд метнулся к Носителям Элементов, которые все еще толпились вокруг бессознательной Твайлайт. — А остальным лучше не затевать ничего, или спокойной ночи навсегда вашей драгоценной принцессе Луне. Ни один из них не сделал ни одного движения. — Хорошо. Теперь скажи мне, где ты его спрятала! Где Кристальное Сердце?! — … к-кондитерская… позади… — Луна прохрипела. — … за прилавком… полка с леденцами… Энергия рассеялась, и Луна была бесцеремонно сброшена, как мешок с картошкой. — Это было так сложно? — Полночь зловеще ухмыльнулась. — Огромное тебе спасибо, сестра. Слегка поцеловав Луну в лоб, она обратилась к остальным: — И спасибо вам всем за то, что вы были так любезны. Я буду помнить это, когда стану королевой… Конусообразная масса пузырящейся черно-фиолетовой энергии врезалась в Полночь, отбросив ее на квартал в сторону дома с такой силой, что на поверхности сооружения осталась паутина трещин. Прежде чем она смогла понять, что происходит, черная аура охватила ее, сжала и отправила обратно к исходной точке. Вскоре последовали два взрыва: один отправил ее в полет, а второй фактически выгнул дугой, чтобы разбить ее о землю. Все головы повернулись, чтобы увидеть подобную дыму массу, ползущую к упавшему аликорну, внутри которого горела пара зеленых глаз. Ни для кого не стало сюрпризом, что масса растаяла, открыв очень взволнованного Сомбру, пурпурный пар, исходящий из его глаз, когда он бросил на Полночь поразительный смертельный взгляд. — Сомбра? — Полночь медленно поднялась и быстро взмахнула крыльями. — Сомбра, дорогой, что ты здесь делаешь? Как ты здесь оказался? — Благодаря им мне удалось освободиться от твоего маленького заклинания, — ядовито заявил он. — Ты заманила меня в ловушку ложной реальности, дала мне то, чего я никогда не мог иметь, воспользовалась моими надеждами и мечтами. — Ах, ах, ах, ты ничего не забыл? — Хотя голос Полночи был ровным, выражение ее лица и капелька пота, стекавшая по виску, выдавали ее нервозность. — Я не была той, кто освободил тебя из Страны Грёз. Она указала на группу пони, наблюдавших за происходящим. — Ты воплощал в жизнь свои фантазии, пока они не вытащили тебя из этого, они заставили тебя вернуться в бой. Между тем, я была той, кто дала тебе все, что ты когда-либо хотел. Если что, тебе следует направить свои жалобы на них. Гневный взгляд Сомбры не дрогнул, малиновые глаза сузились, глядя на нее. — Нет… ты обрекла меня на пытку хуже смерти. То, что у меня было... никогда не могло быть реальным. Подумать только, я нашел кого-то более жестокого и коварного, чем я. Полночь вздохнула: — Знаешь, ты действительно начинал мне нравиться. Ну что ж. Потоки света вырвались из рога Полночи, обрушиваясь на ее врага, который снова вернулся к своей теневой форме, магические лучи безвредно пролетали мимо него, когда он прокладывал себе путь мимо них. Любые дыры, которым удалось пробить фигуру, мгновенно заживали сами собой, прежде чем она преобразовывалась в обычную форму пони Сомбры. Поставив переднее копыто на землю, Сомбра вызвал тень, которая змеилась к Полуночи, и серия усиков вырвалась вверх, хватая кобылу за туловище, крылья, рог и морду. Неустрашимая Полночь выпустила несколько арок света, которые образовали вокруг нее гигантскую клетку, прежде чем закружиться, как волчок, выпотрошив усики и отправив их обратно к их хозяину. Сомбра ответил мощным магическим взрывом, который прошелся по земле и в упор врезался в Полночь, окутав близлежащую землю толстым слоем дыма. Однако, как только дым рассеялся, Полночь осталась невредимой, атака не причинила никакого ощутимого ущерба. — Что ж, это было разочарованием, — бойко заметила она. «Как? Как она могла противостоять таким атакам без единой царапины?» Обратившись к своим чувствам, Сомбра обнаружил тонкое использование темной магии, висящей подобно облаку около Полночи. Это была техника, старая, но эффективная, которую он никогда не изучал, но был знаком и ругал себя за то, что не распознал её раньше. Несмотря на свой гнев, он должен был отдать ей должное за то, что она использовала его таким полезным образом. Собрав вокруг себя магическую энергию, Сомбра выпустил ее в виде большого купола, протолкнув его мимо темного аликорна и втянув обратно в свой рог. С его чарами снятия маскировки в действии, заклинание было видно так же ясно, как день, к ужасу всех присутствующих. Извивающиеся полупрозрачные придатки потекли из груди Полночи, протянулись над полем битвы, как множество пульсирующих змей, и глубоко погрузились в каждую принцессу. Вызвав из своей тени удлиненный черный клинок, Сомбра быстро перерубил щупальца одним ударом, позволив им отделиться от своей хозяйки и рассыпаться по земле, прежде чем исчезнуть в клубах тумана. Словно очнувшись от комы, Селестия, Луна и Каденс, пошатываясь, поднялись на копыта, восстанавливая ранее утраченную жизненную силу. Селестия похлопала себя по груди, где усик когда-то присосался к ее плоти, как пиявка. — Что это было? — Очень старый, очень мощный малефициум, — объяснил Сомбра, несколько впечатленный изобретательностью Полночи. — Заклинание Проклятие Виты Фурантур, если я не ошибаюсь. Питаясь вашими коллективными жизненными силами, Полночь смогла обратить вспять все повреждения, которые она получила, сохраняя вас троих слабыми и беззащитными. Что-то метнулось к Сомбре, и только благодаря его уворотливости на долю секунды ему удалось уклониться от колючего снаряда, одному из лезвий удалось прорезать его левую щеку, прежде чем пролететь мимо него и вонзиться в землю. Не обращая внимания на влагу, стекающую по его шее, Сомбра обернулся и увидел, что Полночь взмывает в воздух, множество похожих копий вращаются вокруг ее бьющихся крыльев в переплетающихся кольцах. — Раньше я просто злилась. Теперь я в ярости! Копья дождем посыпались на всех, побуждая их разделиться и искать укрытия. Рэйнбоу Дэш взяла Спайка и Твайлайт подмышки, когда она пролетела под наклонным куском кристаллических обломков и переждала шторм. Эпплджек развернулась и пнула копья, разбивая их силой земной пони, в то время как Пинки Пай увернулась от нескольких в странном, отрывистом движении, напоминающем танец. Рарити отразила некоторых поднятым барьером, движение, имитируемое принцессами. Флаттершай проскользнула мимо сыплющихся на нее лезвий, когда ее копыто попало в небольшую ямку, и она упала лицом на путь встречных снарядов. — ФЛАТТЕРШАЙ! — закричала Рэйнбоу. Желтая пегаска зажмурила глаза и вытянула передние копыта, только чтобы заметить отсутствие пронзающей тело агонии. Вновь открыв глаза, она обнаружила, что Сомбра стоит над ней со щитом в виде воздушного змея, сформированным из красной энергии, защищающим их обоих. Рассеяв щит, Сомбра посмотрел вниз на Флаттершай. — Ты в порядке? — Ага… — Хорошо. Исчезнув в облаке дымчатой тьмы, Сомбра вновь появился перед Полночь, его черная аура удерживала его на плаву. Его глаза были чисто зелеными, а по краям струились две фиолетовые дымки. — Ты заплатишь за это, — прорычал он. — Заставь меня, — бросила она вызов. — С радостью, — вмешался третий голос, сопровождаемый лучом золотого света, который едва не попал Полночи в голову. Вскоре к битве присоединилась Селестия, за ней последовали Луна и Каденс, их рога испускали магические лучи, которые взорвались около полуночи. Золотые, черные, светло-голубые и темно-синие колонны атаковали ее со всех сторон, и, кроме небольшой гримасы, она не выказала никаких признаков негативной реакции на этот натиск. Ныряя, извиваясь, переворачиваясь, Полночь уклонялась от всех атак, какие могла, и отражала остальные, теперь вынужденная перейти в наступление против своих четырех противников. Помимо острых ощущений от битвы, Полночь, каким-то извращенным образом, наслаждалась вниманием, которое они ей оказывали. После более чем тысячелетнего пребывания в чужом теле, она, наконец, стала своей собственной кобылой, получив признание, которого она так жаждала, даже если это означало, что ее так же ненавидели и боялись, как и ее саму. Кроме того, она знала то, чего не знали они.***
Вернувшись на землю, Спайк и другие пони собрались вместе, наблюдая за битвой, разворачивающейся над ними, со смесью благоговения и трепета. Не каждый день они были посвящены в полную демонстрацию способностей принцесс в боевом сценарии, и, несмотря на обстоятельства, все они были немного взволнованы этим событием. Спайк, как и жеребята Эквестрии, вырос, слушая истории о принцессе Селестии как о воине, но увидеть это на самом деле, вместе с обычно милой принцессой Каденс и неуловимой принцессой Луной, было поистине замечательным опытом. А потом появился Сомбра, бывший деспот и злодей, теперь сражающийся за свободу Эквестрии. Ирония не ускользнула от дракона, хотя он больше заботился о благополучии принцесс и своего нового друга. «Ха. Король Сомбра — мой друг. К этому нужно привыкнуть.» Затем Спайк заметил, что и он, и Твайлайт все еще крепко держатся за сгибы передних копыт Рэйнбоу. — Эй, Рэйнбоу? Не могла бы ты отпустить нас сейчас? Она в замешательстве замолчала, как будто совсем забыла о них. — О, т-точно. Позволив Спайку освободиться, Рэйнбоу и Эпплджек осторожно положили Твайлайт на землю, не забыв придержать ее голову. Спайку было невыносимо больно видеть Твайлайт в таком состоянии, и он хотел, чтобы она просто уже проснулась. — Что с ней не так? — Спросила Рарити. — Да, она выглядит очень, очень плохо, — грустно заметила Пинки. — Нам с Сомброй удалось помочь Твайлайт вернуть контроль над ее телом, но она все еще без сознания. — Э-э, Спайк? Если это так, то разве она не должна поправляться? Эпплджек подняла хороший вопрос. Бледность бессознательной аликорн превратилась в серовато-фиолетовую, ее грудь поднималась и опускалась с болезненной неторопливостью, вырывая легкие вздохи напряженного дыхания. Но подождите, Твайлайт освободилась от власти Полночи и изгнала ее из своего тела, так почему же она все еще выглядит такой хрупкой? Она уже должна проснуться и быть здоровой! Словно прочитав мысли Спайка, Твайлайт издала стон и медленно открыла глаза. Зрачки, когда-то яркие и полные жизни, теперь были тусклыми и вялыми, как у умирающего восьмидесятилетнего старика. Она повернула голову и издала отрывистый кашель, дрожа при этом. Причмокнув губами, она слабо улыбнулась Спайку. — Спайк… Она повернула голову, чтобы взглянуть на остальных. — Девочки…так приятно видеть вас всех. — Я тоже рад тебя видеть, дорогая. — Черт возьми, сахарок. — Ты в порядке? Твайлайт кивнула Флаттершай. — Ну, я думаю, что да. Я просто… очень устала. Перевернувшись, Твайлайт начала вставать, но тут же рухнула на живот. С некоторой помощью Эпплджек и Рэйнбоу она встала на копыта, хотя и использовала их как пару костылей. — Г-где Полночь? Спайк указал когтем на небо. — Нам нужно покончить с этим. Сейчас.
