Когда закончится неделя...

      Олег жадно целовал дрожащие губы омеги, поднимая его тело всё выше и выше. Он старался сделать Александра недосягаемым для себя. Им обоим был нужна передышка. Хотя бы пару секунд, чтобы набраться сил. Но глаза, нос, щеки, подбородок – всё лицо упорно тянулось следом за Сашей, не разрывая поцелуй ни на секунду.       Альфа не мог узнать себя: он горел всем телом, нервничал, боялся непонятно чего. Хотя понятно – того, что сейчас происходило между ним и Сашей. Олег не замечал времени и совсем потерял чувство меры. Он мог чувствовать лишь неукротимое желание и бешеный галоп сердца, в котором слышалось: ещё! ещё!! ещё!!!       – Олег… Олег… Олег… – Александр обдавал его рот горячим дыханием. – Олег… Олег… Олег… Отпусти меня вниз – я тяжёлый…       – Нисколько, – не согласился альфа и снова начал покрывать лицо омеги страстными поцелуями. Каждую отдельную прядку волос, каждую родинку, каждую ресничку – Олегу хотелось дотронуться губами всего, что принадлежало Саше. Омега стал для альфы до потери сознания желанным, казалось бы не только на одну секунду, а на целую жизнь.       Когда альфа намеренно провёл кончиком языка по пульсирующей венке на шее, Александр вздрогнул и со всей силы вцепился ногтями в его взмокшие плечи. Олег зашипел сквозь сомкнутые зубы от заставшей врасплох боли и в отместку легонько зацепил зубами нежную кожу Саши. Место укуса вспыхнуло и слегка припухло. Со стороны казалось, что омегу укусил комар. Альфе понравилась проделанная работа. Но одного укуса ему показалось мало, поэтому он оставил ещё пару меток. Пусть любой знает, что Александр его и ничей больше!       Альфа лихорадочно задышал, пытаясь отвлечься от неприятных ощущений: к низу живота будто приставили раскалённое железо. Хватило одного быстрого взгляда, чтобы увидеть каменный стояк, подрагивающий от напряжения. Олег изо всех сил старался сосредоточиться на поцелуях, осыпая ими Александра, но получалось из рук вон плохо.       – Олег… – вздрагивающий голос омеги, заставил альфу замереть. – Больно.       Олег опустил глаза. Из ярко-розовой, словно обожженной головки сочилась смазка.       Олег обескуражено опустил Сашу на кровать. Тот рассеянно осел, упершись руками в матрац и выставив на всеобщее обозрение свой пульсирующий член. Альфа потянулся к головке, коснулся мягкой разгорячённой плоти, пропустив мимо ушей сдавленный вскрик омеги, провёл подушечками пальцев по всей длине ствола, глотая слюни и сдерживая себя от жестокого насилия, слегка дотронулся яичек и проследовал ниже.       Александр застонал, откидывая голову назад.       Чуть не лишившись рассудка от вида возбуждённого омеги, альфа неторопливо обвёл пальцем контуры темного пятнышка ануса. Дырочка сжалась.       – Расслабь…       – Нет!       – Расслабь, Саш…       – Нет.       – Пожалуйста, Саша, расслабь.       Александр сорвался с места и на четвереньках поскакал к подушкам. Уронив в одну из них своё лицо, громко, неестественным голосом, крикнул:       – Я готов!       Олег неторопливо приблизился к вздрагивающему телу. Ласково коснулся обнажённой спины, которая покрылась крупными мурашками.       – Я не буду принуждать тебя.       – А я и не принуждаюсь! Если бы я не хотел, то не лежал бы сейчас к верху попой! – пробубнил омега в ответ.       – Не принуждаешься? – нежно уточнил альфа. Даже во сне Саша не растерял своего сарказма. Это заставило Олега улыбнуться. Пальцами, слегка задевая кожу, он начал рисовать зигзаги и непонятные фигуры между лопаток Александра.       – Нет.       – Совершенно? – Олег коснулся губами правого плеча, потом левого, вычерчивая между ними невидимую глазу полоску своим горячим дыханием.       – Да.       – Точно? – он поцеловал загривок Саши.       Омега развернулся и, серьезно заглядывая в глаза, беззвучно шепнул:       – Абсолютно.       Альфа не смог сдержать улыбку. По коже пробежали волны дрожи. Олег представил, как страстно будет вскрикивать Саша, как хрупкое тело начнёт отзываться на прикосновения его рук, как будут скатываться капельки пота по этой гладкой коже, как он – Олег – будет ловить их, тем самым возбуждая Александра ещё сильнее.       Витая в своих фантазиях, он не заметил, как его указательный палец спустился вниз и преспокойно размазывает по анусу Сашину смазку.       Омега не смел вздохнуть. Его страх читался в побледневшем лице и в глазах, через край которых выливалось отчаяние. Оно просачивалось в комнату, расползалось по углам, затихало и следило за всеми последующими движениями молодых людей. Олег это видел. И прекрасно понимал, что для начала нужно заслужить доверие Александра, иначе удовольствия не получит ни он, ни напуганный Саша.       Очертив последний круг вокруг дырочки, альфа решил действовать. Но только его палец надавил на проход, омега закричал как резаный, кидаясь подальше от Олега.       – Нет! Не надо! – не сдержался он. – Я не хочу! Я боюсь! Я очень боюсь, Олег… Я не смогу. У меня ничего не получится. У меня совершенно нет опыта в таких вещах. Это мой первый раз, – уже шепотом сообщил Саша, чуть не плача, – поэтому, не надо. Со мной ничего не получится. Я ничего не умею, Олег!       – Ничего не получится? Не умеешь? Тебе ли это говорить! Саш, ты будто ничего не видишь. Ты первый и единственный, кто смог завести меня только одним своим видом. У меня встал всего лишь из-за поцелуя. Из-за твоего поцелуя! И ты смеешь утверждать, что ничего не получится?!       – Это не так! – омега, поражённый словами альфы, сжался в комок. – Это не из-за меня.       – А из-за кого?! – едва заметное движение в сторону Александра. – По-твоему, в комнате ещё кто-то есть? Или ты думаешь, что я ещё тот извращенец и могу возбудиться от стен, на которых упала тень? – Омега испуганно впился в альфу взглядом, но остался на месте. – Ты думаешь у меня такая богатая фантазия?       – Но это не я… – упрямо настаивал Саша. – Не я… Я, однозначно, не мог.       Олег протянул руку вперёд, обхватывая слабо сопротивляющееся тело омеги, и подтянул к себе. Он обнял его, уткнувшись в горящие огнем волосы и вдохнув фантастический запах дождя.       Альфа знал, что больно Александру не сделает. Любого другого на его месте он бы не пожалел и оттрахал за милую душу без подготовки. Ему всегда было плевать, какие чувства испытывает его партнёр. Главное – собственное удовлетворение и ничего личного. А тут… Даже если бы он адски хотел, даже если его будет дюже выворачивать от желания поиметь Сашу, он и пальцем не сможет пошевелить.       – Олег, – ласково прошептал омега, оторвав альфу от неутешительных мыслей. Саша, будто читая их, бережно подхватил лицо Олега холодными пальцами и доверительно заглянул в его лавандовые глаза. Оторвав одну ладонь, он взял руку альфы и потянул её к собственному анусу.       Олег заворожено наблюдал за манипуляциями Александра. Взгляд пристально следил за сосредоточенным действиями омеги: Саша закусил выпяченную вперёд нижнюю губу и прикрыл удивительные зеленые глаза. Выделив из пяти один палец – указательный – приблизил его к колечку мышц.       Палец вошёл на одну фалангу, а у альфы уже снесло крышу. Он не мог ждать ни секунды. Олег засадил указательный на всю длину и уже собирался добавить второй, но его остановил отчаянный вопль и раздирающая боль где-то в районе шеи. Несколько мгновений альфа ничего не понимал. Он хотел вытащить палец, чтобы остановиться, но стоило ему пошевелить им, и мир взорвался на разноцветные осколки. Туго, мокро, чертовски горячо.       Палец заскользил, растягивая проход. У Олега из головы выскочили всякие прелюдии, какая-то сдержанность, он даже не хотел сбавлять темп – альфа просто желал овладеть Сашей.       В темноте, смешанной с их влажным дыханием, Олег нашёл губы Александра. Солёные. Но нисколько не ставшие от этого хуже. Самые изумительные губы, какие ему довелось целовать.       Вскоре один палец с легкостью входил и выходил из расслабленной дырочки. Не теряя времени, альфа осторожно добавил второй. Саша дёрнулся. Из-за этого палец Олега сделал резкий рывок и наткнулся на едва ощутимый бугорок внутри Александра.       Омега выгнулся назад, беззвучно раскрыв рот. По его телу бежали капельки пота. Альфа старался сосчитать их. Одна, оторвавшись от других, покатилась по левой части тела и неожиданно замерла прямо в районе, где у человека находится сердце. Олег задержал дыхание и прислонился ухом к телу Саши. Что он хотел услышать? Может быть, тот размеренный стук, который обычно сопровождал их секс с Артёмом или другими омегами? Он не успел ответить себе: Сашино сердце билось без остановок, опережая секундные стрелки в несколько раз.       – Какой-то ты хмурый сегодня, – заметил Ян, поправляя укладку Олега. – Ты вообще спал? У тебя нездоровый цвет лица и глаза красные.       – Нет. Мне было не до этого, – соврал альфа. – Можешь не болтать, а быстрее всё закончить: я опаздываю!       Молодой человек замер с муссом на растопыренной ладони. Он внимательно посмотрел на отражение альфы, чуть прищурив глаза. Олег с неприкрытой злобой глядел на застывшую бету.       – Хорошо. Как скажешь.       Ян быстро нанёс белую пенку на волосы, пару раз провёл расческой.       – Вот. Надеюсь, вас всё устраивает, – бета сгрёб свои вещи в ящичек и стремительно вылетел из комнаты.       – Чёрт! – Олег сорвался за Яном. Он догнал его уже на лестнице. Не церемонясь, альфа схватил стилиста за ворот и с силой поцеловал. Никаких ощущений. Мягкие губы, чуть влажные от его слюней. Олег напористо засунул язык вглубь рта Яна.       Громоподобная пощечина, которая обожгла лицо, испепеляющий взгляд и визг тормозов отъезжающего от дома спорткара.       Олег упал на ступеньку. Теперь он совершенно убедился, что его больше никто не привлекает, кроме Саши. У него оставалась слабая надежда, что хоть с ломающимся Яном что-нибудь получится. На протяжении трёх лет он пытался влюбить в себя этого безразличного, но получил от него лишь один час первоклассного траха. А альфа мечтал, чтобы бета возглавил его список разбитых сердец.       Олег облизнул пересохшие губы. Со вчерашнего дня ему кажется, что он умирает от жажды. Альфа выпил несколько литров воды, иногда заливая её в себя насильно, но сухость во рту не прошла, да ещё и увеличилась. Звонок доктору ничего не дал: тот не смог понять, чем заболел Олег, пообещав заскочить на днях, а до этого выписал какой-то ингалятор.       Всю дорогу в школу альфа тупо пялился в окно. И любая мысль проплывала мимо, оставляя Олега за бортом.       На школьном крыльце как всегда ждали его друзья. Впервые ему не хотелось видеть их. Эти заискивающие рожи, которым не хотелось сливаться с общей массой таких же, как они, людей. Они не ценили Олега как друга: он был им нужен как бирка, как дорогой лейбл. Ведь крутой альфа ни на что другое не годится. Даже Михе он был нужен только для галочки.       Он пролетел мимо них, стараясь не обращать внимания на недоумённые окрики. Олег не остановился даже тогда, когда кто-то схватил его за плечо и дружески начал приветствовать. Он вырвался и побежал, куда глаза глядят. А глядели они в направлении, где мог находиться Александр.       Класс омеги толпился около кабинета почти в полном составе. Альфа сразу же заметил двух друзей, выбивающихся из толпы. Растолкав удивлённых людей, Олег добрался до Саши. Не говоря ни слова, он схватил его за руку и повёл за собой.       Народ озадаченно провожал взглядом самого красивого и желанного альфу и следующего за ним странного во всех смыслах омегу.       Прозвенел звонок.       Альфа затащил Сашу в мужской туалет. Пригвоздив его тело к стене, закрыв пути отхода руками. Александр попал в капкан.       – И что это такое? Олег, зачем это всё? Что теперь все подумают? Мои одноклассники? Твои друзья? – Саша старательно отводил глаза, упираясь затылком в холодный кафель. – Они, по-моему, ждали тебя внизу. К тому же уже начался урок. У нас по биологии сегодня новая тема, которую я не очень хочу пропускать.       – Саш, – Олег не обратил внимания на беспорядочный поток слов, – поцелуй меня.       – Что? Олег, что с тобой?       – Просто поцелуй меня.       – Нет, – Александр отвернул голову, уставившись взглядом в закрытую дверь.       – Сейчас же!       – С чего бы это? Я не хочу этого делать.       – Тогда я сам это сделаю! – Олег решительно приблизил своё лицо к рыжим вихрам, но напоролся на возмущённый блеск Сашиных глаз.       – Сделай, и на этом всё закончится.       Альфа опустил руки.       – Закончится? Я не хочу, Саш. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. – Олег обречённо коснулся своим лбом лба Александра. – Я теперь не могу представить, как это может закончиться. Это как сон, Саш.       – Олег, у тебя лоб пылает! – Саша обеспокоенно заглянул в глаза Олега. – Давай, я тебя к врачу отведу.       – Не надо меня никуда вести! – решительно отказался альфа. – У меня нет никакой температуры. Саш, знаешь, как мне всё надоело? Вчера ты мне глаза открыл.       – Какие глаза?       – Вот эти! – альфа схватил пальцы Александра и притянул их к своим глазам. – Ты вчера говорил, что нам надо вернуться в свои миры. Я не хочу возвращаться в этот гребаный мир! Мне надоело, что мои друзья – это моя свита; мой лучший друг – какой-то придворный шут; мой статус – это пропуск везде и всегда. Я же во всём мире – никто. Неодушевлённый предмет. А я так больше не хочу. Саш! Не хочу! – альфа раскинул руки. – И не буду! Саш, пошли сегодня в «Э!»: отпразднуем моё освобождение.       Олег горячился всё больше и больше. У него появилось невыразимое желание покорять крутые горы, разрывать шаблоны и просто сделать что-то такое, чего от него не ожидают.       – Дело не в мирах, – довольно прохладным голосом заметил Александр. Он всё глядел мимо альфы, будто издевался. – Дело в тебе самом. Неужели ты думаешь, что переехав в трущобы, вся твоя жизнь сказочным образом приобретет смысл? А если ты порвёшь любые контакты со своими, по твоему мнению, псевдодрузьями, мир заиграет совершенно иными красками? Я тебя разочарую: в магазинах продается такая же акварель и гуашь, которую используют и в твоем мире. Там, где живу я, тоже есть ярлыки, есть злые, но «добрые» друзья, есть маски. Нас тоже используют. Наше отличие в том, что мы многоразового использования. Здесь, представь себе, тоже есть люди, которые мечтают сбежать из этой социально-прокажённой ямы в лучший мир. В твой. Вроде народ уже не глупый, а верить не перестаёт, что у соседа трава зеленее, а воздух без выхлопов газа. Ну не бывает так, Олег. Ты не освобождаешься, ты так сбегаешь от себя. А это хуже, чем сдаться.       Альфа пустым взглядом уставился на омегу.       – Олег, всё, что ты сейчас сказал, – продолжил Саша, – забудь. Просто выкинь из головы. Статусы, многоликость, буду или не буду – философия разочаровавшихся богатеньких мальчиков. Ты обвинил во всём свой мир, а на самом деле нужно винить только себя. Кто, как не ты, сделал из своих товарищей прислугу? Тебя не устраивает лучший друг? А кто сказал, что ты его устраиваешь? Ты об этом подумал? На твоём месте я был бы благодарен таким друзьям. Они принимают тебя таким, какой ты есть или стараешься быть. Они не требуют от тебя большего, чем ты можешь им дать. Может, ты для них пример по жизни... А ты тут такое про них говоришь! Для начала разберись в себе, а потом диктуй правила остальным.       Саша закончил говорить и, не дожидаясь, нырнул под руку альфы и вышел из мужского туалета. Олег остался один на один с собой и чистенькими фарфоровыми друзьями, которые утробно журчали, призывая свершить все свои грязные дела.       В первые секунды монолога омеги Олегу стало больно от того, что Александр не понял его. Он даже не старался понять альфу! Да ещё и обвинил во всём. Олег рассчитывал на поддержку. Особенно после того, как они стали близки после вчерашнего дня. А что он получил? Злой и равнодушный выговор. Он, что, маленький ребенок, чтобы ему нотации читать? Может, ещё ремнём для профилактики?       Сдуру альфа звезданул кулаком по кафельной стенке. Боль смачно облизнула руку Олега. Парень скривился, готовый в любой момент обрушить на безвинную стену поток брани.       Потом что-то щёлкнуло в его голове, и речь Александра показалась ему не просто нотацией. Если хорошенько подумать, то мир, в котором вертится омега, хуже того, где обитает Олег. Ни денег, ни возможностей, ни связей – ограниченное общество. Как они вообще живут так? Как в нём живёт Саша? Это же невероятно.       Потом мысль плавно свернула к оклеветанным друзьям. Альфа понял, что погорячился. Это всё из-за плохого настроения утром. Вёл себя как последний дурак! Бывает же такое.       Отчего-то Олегу тут же стало очень хорошо. В голове прояснилось, по телу разлилась приятная теплота.       Еле-еле дождавшись окончания первого урока, он собрал свою компанию, которая ещё дулась из-за утренней выходки Олега.       – Друзья мои, я – засранец! У меня с утра было скверное настроение, которое улетучилось буквально только что. Но несколько капель моего гнева обрушилась на моих самых любимых и дорогих парней!       – Требую публичных извинений! – крикнул кто-то из толпы.       – Пацаны, принципиально не извиняюсь и вам не советую, постигать азы сего странного действия. Я признаю, что был не прав, но извиняться не буду. Вы же меня и таким любите, верно?       – Да-а-а-а! – громогласный ответ на вопрос Олега сотряс своды школы.       – А чтобы, – тем временем продолжил альфа, стараясь перекричать развеселившихся друзей, – так сказать, исчерпать наш инцидент полностью, приглашаю вас сегодня в клуб «Э!», где всё будет исключительно за мой счет.       – Ура-а-а!!!       – Что за цирк? – спросил Миша, когда большая часть компании рассосалась, открывая доступ к Олегу.       – А это, Мих, – Дима выступил из-за спины Михаила с идиотской улыбкой, – было показательное выступление. Между прочим, второе за сегодняшний день.       – Я что-то пропустил? – притворно изумился лучший друг, хлопая ресницами и ртом.       – Ты многое пропустил, Миша. Это было фееричное шоу с элементами мексиканской страсти и пламенного восторга Аргентины. Я просто обалдел! Олег, такой весь скомканный, злой, с дикими глазами, раскидал людей к стенкам. Как начинающий Рембо. Не понимаю, как ещё все выжили и отделались лёгким испугом – умирать надо было сию же секунду! На их месте я бы скончался без промедления! Это попросту неуважение к драматическому таланту, который пытался продемонстрировать Олежка. Я отвлёкся.... Так вот, наш Отелло раскидал простой люд, расчистил себе проход, и вот он уже на пути к своей принцессе, то есть к принцессу. А принцесс никто иной, как Сашенька Градецкий. Наш Олег подбегает к нему, чуть не спотыкается, но небеса сегодня на стороне нашего героя любовника, и тут происходит самое неожиданное! Не произнося ни слова – этот момент надо воспеть всем, кто умеет и не умеет петь – Олежка хватает руку Александра. Публика рыдает горькими слезами! Я видел, как учителя уже бежали обрезать фиалки на подоконнике, чтобы преподнести их Олегу! Я было ринулся за букетом кактусов. Олегу лично, в лицо, всю охапку. Так сказать, всю любовь ему показать. Ну, не мог я оставить без внимания такую великолепную игру. Но, это оказалось ещё не конец... кактусы забыты! Олежек сразил всех наповал, когда увел за собой Сашульку в неизвестном направлении. Боже, публика билась в неистовом волнении. Альфы кинулись подхватывать падающие без чувств тела омежек, сами еле сдерживая бьющие через край рыдания. Кому-то даже скорую вызвали. Велик и могуч талант! Браво, Олег! – Дима захлопал в ладоши.       Альфа натянул дежурную улыбку, хотя внутри все разом рухнуло – он его видел!       – Ничего себе! – Миша изобразил на лице выражение из серии «not bad». – Чего же ты, Олежка, не рассказываешь про то, что у вас с Сашулей все на мази?       – Слабо сказано, Мишенька. Там уже чувства бьют через край. Тебе, мой милый, с опытом резиновых кукол и шлюх на одну ночь, не понять этого.       – Не смеши меня, Дим! О каких чувствах ты говоришь? Это всё – хорошо продуманная игра, верно, Олег?       Альфа не успел вовремя прикусить себя за внутреннюю кожу щёк, поэтому нагло вымолвил:       – Да, конечно. Дим, я разве тебе не говорил?       Дима ни одной мышцей лица не показал своего удивления.       – Предполагал.       – Мы с Олегом поспорили, что он влюбит в себя Градецкого, трахнет, и, чтобы мы были уверены в этом факте, сфотографирует его голым, обрызганным спермой, и выложит всё в интернет.       – Разговора о сперме не было! – возмутился Олег.       – Олег, но это же предполагалось. А ты думал, что сфотографируешь голышом и этим нас убедишь, что обкамасутрил его вдоль и поперёк. Смешной ты... Кстати, во сколько нам на тусу? Димас, ты пойдёшь?       – Когда на халяву выпивка? Конечно, не пойду! Чего я там забыл?       – Острота дня, Димочка, – оскалился Миша, тряхнув своими волосами. – Так к которому часу нам прибыть?       – Как обычно – к десяти. И прошу без опозданий, у меня есть одно заявление, которое мне бы хотелось озвучить в клубе.       – Ох, как это ты страшно сказал, может, нам во фраках прийти? Смотри-смотри, у меня мурашки побежали по коже. – Дима посмотрел на экран мобильника. - А то, вдруг ты о помолвке объявить собираешься, а мы как чурбеки будем одеты – нынче Dolce&Gabbana не в моде, – Дима осёкся. – Ребят, не могу более, откланиваюсь по важным политическим делам.       – Страна, по имени Никита Колесников, собирается отменить поставку плотских утех?       – Пасть закрой, а то держава, по имени Дмитрий Алетов, сделает так, что государство с именем Михаил Семёнов лишится всех достопримечательностей и станет неинтересной для туристов. Ни с политических, ни с экономических и ни с культурных точек зрения. – Дмитрий удалился, оставляя Олега и Мишу наедине друг с другом.       – Олег, ты слышал? Сделай так, чтобы он перестал про меня гадости говорить!       – Ты сам нарываешься, Мих.       – Будь по-твоему: хер с ним! Лучше расскажи, как продвигаются дела по взятии неприступной Бастилии?       – Может быть, не надо? – альфа отвёл взгляд в сторону, делая вид, что ему интереснее смотреть на копошащуюся малышню.       – Что?! Что я слышу? Ты не хочешь хвастаться своими победами? – лучший друг был крайне удивлён поведением Олега. – По рассказу Димана я могу сделать вывод, что вы сблизились настолько, что ты можешь в любое время увести его и сделать всё, что захочешь.       – Это не так! – угрожающе завопил Олег. – Саша не такой.       От этого заявления брови Миши подлетели вверх, запутавшись в мохнатой челке.       – Не такой? – едва сдерживая себя от какой-нибудь пошлости, прохрюкал Миша. Но, услышав, как Олег скрипнул зубами, быстро продолжил: – А какой же он?       Альфа скривился. Он понял, что погорячился и ляпнул лишнего. Поэтому решил превратить все в шутку:       – Поверил? – рассмеялся. – Значит, и Саша примет за чистую монету.       – Так это шутка что ли?       – Да.       – Блин, Олег! – Михан со всей силы заехал по спине друга. – Я же поверил, плутовская твоя морда. Это же надо меня так развести. Если ты меня смог так просто и натурально надуть, то представляю, как тебе удалось развести нашу многоуважаемую публику. Куда, ты говоришь, собрался поступать? В институт международных отношений? Черта с два! Иди в театральный – у тебя, безусловно, талант!       – Спасибо, подумаю над твоим предложением.       – У-у-у, – Миша всё ещё не мог отойти от «розыгрыша» друга, – это было классно!       Олег уже не слушал его. Остаток дня он провел в себе, невпопад отвечая на вопросы, не в тему вставляя комментарии и тупые шутки. Друзья переглядывались и чуть не пальцем у виска крутили, но старались не беспокоить лишний раз, давая возможность самому разобраться с проблемами.       Миша загадочно хранил молчание, таинственно строил всем глаза, намекая, что сегодня в клубе будет жарко. Дима не отрывался от телефона: успел поссориться с Никитой из-за пустяка. Каждую перемену он оббегал школу, но синеволосый омега избегал встречи с ним и всячески игнорировал его звонки и смски.       После занятий, пока друзья собирались на крыльце, чтобы вместе отправиться домой, Олег отправился на поиски Александра. Он нашёл его в библиотеке вместе с Никитой.       Альфа заметил, что друг Саши выглядел ужасно, если даже не сказать, паршиво. Ссора с Димой сказалась на его внешнем виде: он превратился в ходячий труп с пустым взглядом.       – Олег? – Саша перестал рассматривать корешки книг. – Что-то случилось?       Альфа мельком взглянул в сторону Никиты: не хотелось бы, чтобы лишние уши тёрлись рядом. Но тот и не думал подслушивать разговор между лучшим другом и Олегом, безразлично скользнув вдоль полок куда-то вглубь школьной библиотеки.       – Ты придёшь?       – Зачем? – Александр мягко потянул корешок книги на себя. Она бесшумно вышла из общего ряда и... Книга качнулась, а пальцы омеги не успели подхватить объёмный томик.       Олег сделал широкий шаг, грудью прижавшись к Саше, и поймал книгу. Сжимая твёрдый переплёт в пальцах, он негромким голосом произнёс:       – Я тебя приглашаю. Познакомлю со своими друзьями.       – Не стоит, – Александр застыл. – К тому же я раньше не бывал в подобных местах.       – Плевать, – книгу Олег поставил на место, слегка задев рукой щеку Саши и почувствовав жар, исходящий от неё, – просто приходи, слышишь?! – альфа перешёл на крик.       – Олег, я тебя прекрасно слышу, не надо кричать. По-моему, это плохая идея.       Побелевшие пальцы схватили Сашу за плечо, рывком повернув к себе.       – Я хочу, чтобы ты пришёл! Был в таких местах, не был – это не важно. Пожалуйста, только приди.       Александр растерянно взглянул на Олега. У него дрогнули губы, выпустив на свободу судорожный вздох. На его лице отразилось лёгкое недоверие, которое тут же попытался скрыть за апатичным выражением.       – Олег, у меня есть дела. И я не намерен их отменять, – альфа уловил необъяснимую нежность во взгляде Саши, которую тут же спугнуло настойчивое освобождение из рук Олега. Омега вернулся к просмотру корешков книг.       Альфа почувствовал себя униженным. И кем?! Какой-то омегой. Всего лишь омегой с ужасным характером. Где хвалёная настойчивость? Где его непревзойденное обаяние, которому сложно сопротивляться? Ну, где? Где?! Почему их нет, когда... Почему он стоит перед этим омегой и ничего не может сделать? Ни-че-го-шеньки. Почему стоит и слова вымолвить не в силах? Так унижаться! И перед кем? Перед кем?!       – Я всё понимаю. – Олег наблюдал за спиной Александра. Как ловко на нём сидела рубашка фиолетового цвета. Ему она очень шла. Все ребята носят футболки, майки, толстовки неопределённого вида, цвета и длины, даже, вон, Никита, в странной кофте, а у Александра... – Но, если у тебя будет время, то. – Слова лёгкие, а говорить так сложно. Будто на груди камень лежит. Большой камень. - То есть... Если ты захочешь, – альфа не закончил своей мысли. Круто развернувшись, он вышел вон. ***       В клуб Олег и его друзья прикатили при полном параде. В знак извинения он решил тусить и проставляться на полную катушку. В честь такого события альфа заказал лимузин и заехал за каждым своим товарищем отдельно. Последним был Дима, который долго не мог договориться с родителями: они были категорически против, отпускать сына в клуб на всю ночь. Пока ждали его, перекрывая движение в квартале и тем самым создавая многомашинный затор, Миша откупорил две бутылки шампанского и выпил в одну харю без зазрения совести. Все остальные воздержались: хотелось заявиться в клуб трезвыми и пафосными, а не навеселе и с пунцовыми лицами.       – И где наша страна, носящая гордое имя Дмитрий Алетов? Не-еужели, ещё на, ик, на переговорах? – побулькал Михаил, залпом глотая газированную жидкость прямо из горла.       – Миш, перестань пить! Живым же не доедешь. – Олег потянулся за бутылкой, но вместо гладкого стекла, наткнулся на крупную фигу. – А. А. А. А, – Миша помахал ей прямо перед носом лучшего друга. – Нет. Ишь чего удумал, у нуждающихся последние питьё отбирает. Сегодня праздник? Праздник! Ты проставляешься? Проставляешься. В чём проблема? Ни в чём.       – Здорово, парни! – в лимузин заскочил Дима. Он выглядел значительно хуже, чем в школе. В первую секунду альфа хотел задать вопрос об этом, но тут же отдёрнул себя. – Вижу, без меня отмечать начали?       – Не обращай внимания, – Олег ладонью оттолкнул пьяное лицо Миши. – Он не с нами.       – С какого часа ты помогаешь бедным и обездоленным?       – Я немного пьяный, но не глухой, ик! – грозно отозвался Миша, моментально уснув с бутылкой подмышкой.       Олег посмотрел на Диму.       – Что-то случилось? – спросил альфа. Никто не слышал: благо лимузин большой, места много, и все друзья уселись в отделении от набухавшегося в хлам Михаила, Димы и Олега. Они тихо переговаривались, и, кажется, совершенно не обратили внимание на вопрос. Они также не услышали, как громко сглотнул Дима, откидываясь на кожаное сидение, чуть спускаясь всем корпусом вниз.       – Кит меня игнорирует. Он не отвечает на мои звонки. Сбрасывает. Не отвечает на мои сообщения. Мне даже кажется, что он их не читает. После школы я стоял под его окнами, мечтая о том, чтобы он просто выглянул. Но этот оболтус задёрнул шторы и включил на максимальную громкость свои ванильные песенки.       - Когда ты домой ушёл?       – Прямо перед вашим приездом.       – Не родители, значит...       – Да, не родители. Я стоял там, как полный дурак. Совершенный кретин.       – Почему ты раньше не ушёл? – удивился Олег. – Разве у тебя не было возможностей?       – Возможностей? О каких возможностях ты говоришь?       – Ну, тебя же никто не держал за руки и...       Дима перебил его, слегка улыбнувшись:       – Да, и за ноги тоже не держали. Я был бы рад, если кто-нибудь схватил меня и не отпускал. Был бы шанс отбиться. А тут от кого отбиваться? Олег, я же без него двигаться не могу. Я с таким трудом дышу, когда его нет поблизости, а ты говоришь – уйди. Чего, Олежка, хочешь от совести своей быстрее избавиться? – ухмыльнулся друг. У Олега отлегло от сердца, но видимо рано. – За всё время, пока мы вместе, у меня поменялись все жизненные приоритеты. Представляешь, Олег?       – Нет, – отозвался альфа. – Я не представляю.       – Не бойся, Олежек. Ты когда-нибудь тоже найдёшь такого человека, за которым на коленях будешь ползти, а пока, радуйся своей свободе. О, мы приехали! Ну-с, начнём веселье?       В клубе их встретила великолепная атмосфера ночного мира. Громкая музыка оглушительным напором ударила по ушам. От её басов вибрировал пол, стойки, люди. По всему помещению витал сигаретный дым, выдыхаемые пары алкоголя и острый запах людского пота, который разрезали лазеры тонкими линиями.       Друзья пошли наверх, в VIP-зону, которая стала их вторым домом, а Олег направился к бару.       – Здравствуй, Август! – громко поздоровался альфа с голубоглазым барменом.       – Олег! – парень мастерски подкинул бутылку с прозрачной текилой к самому потолку. Пока она делала красивое сальто, бармен поставил на стойку кабалито и откинул другую бутылку в руки своего товарища. Освободившимися пальцами, Август поймал бутылку, открутил крышку и наполнил «лошадку». – Прошу, ваша текила, – парень украсил напиток, насадив на край дольку лайма, и запустил эту красоту на другой край стойки одним точным толчком.       – Смотрю, отбоя от клиентов нет?       – Идут и идут! – Август ослеплял своей потрясающей улыбкой. Он стянул с плеча полотенце и начал вытирать бокалы. – Как делишки?       – Обычно! Мы пришли всей компанией. Хотим потанцевать и напиться вусмерть. Поэтому, принеси нам для начала чего-нибудь для разгона.       – Хорошо. Дальше, я так понимаю, по мере возрастания крепости?       – Только сразу предупреждаю. – Олег закусил губу, не сводя взгляда с красивого лица Августа. У бармена распахнулись глаза на пол-лица, а из рук выскользнул стакан. Он его почти дотёр до идеального состояния, а тут... – Мажорище охреневшее. Если твоя пьяная рожа, только повернётся в сторону Августа, я тебе все рёбра пересчитаю. Андестенд?       Олег нашёл в себе силы повернуть голову. По правую руку от него восседало крупное, сгорбленное существо.       Альфа ещё раз взглянул на Августа, тот лишь пожал своими плечами и виновато отвёл глаза.       – Здравствуйте, Родион Болеславович. Как поживаете? Когда нам ваш бестселлер ожидать? – Олег старался быть вежливым.       Человек, сидящий рядом, неожиданно распрямился, закинул ногу на ногу и повернулся к альфе.       – А ты не изменился, Баталов. Как был трухой со смазливым лицом, так и остался им. Самому не противно?       – Куда же мне, Родион Болеславович, до такой звезды литературы, как вы. Вам ещё Пулитцеровскую не обещали? А из топа самых сексуальных людей планет вы не вылетели? По-моему, занимать первое место пятый год как-то не по-товарищески. Сердца у вас нет! Вам не стыдно? Роберт Паттинсон к вам лично через телевизор обращался. Бессердечный, парень ведь страдает!       – Ты пришёл сюда, чтобы поплакаться мне за этого пидорка или признать, что никакие деньги твоего отца не сделают тебя ни красивым, ни популярным, ни умным.       – Ты во мне сомневаешься? – Баталов медленно закипал.       – Я вообще о тебе не думаю, кобель-уродец. Вон, пошёл к своим напиваться и отмечать.       – Ты читаешь мои мысли. – Олег перевёл свой взор на Августа. – Мы будем наверху. А тебе, – Родион изобразил на лице неподдельный интерес к тому, что собирался сказать альфа, – дружеский совет: когда уедешь в очередную командировку, быстро не возвращайся! Без тебя Август намного интереснее, круче и ... доступнее.       Бармен догнал его уже на лестнице.       – Олег, – он улыбнулся одним уголком губ, – Артём со своей свитой здесь.       – Да? Где? – Альфа посмотрел в указанном направлении. Самый дальний столик был облюбован раскрашенной стайкой омег. Артём вовсю раскрывал свой ротик, виляя упругой попкой направо и налево. – Сомневаюсь, что они нам помешают. И да, извини меня. Твой тебе головомойку не устроит за мои шутки? – Писатель не сводил с Олега грозного взгляда.       – Ничего страшного... Отдыхай. Это уже мои проблемы.       Наверху уже основательно проходило веселье. Друзья столпились полукругом, вскинув руки вверх. На этом их танцевальный уровень упирался в потолок. Среди них активно выделялся Миша. Похоже, ему в голову ударили все выпитые литры шампанского: он прыгал как бабуин, выкрикивая нечленораздельные звуки. Великий пример дарвиновской теории в действии – человек, действительно, произошел от обезьян.       Единственный, кто не участвовал в общем безумстве, был Дима. Он сидел на диванчике, в самом дальнем углу, и дымил как пароход. Прошло всего несколько минут, как они прибыли в клуб, а лицо его уже посерело, под глазами появились нездоровые круги, губы растрескались в кровь. Дима слизывал её и заглатывал вместе с сигаретным дымом, демонстративно давя кашель внутри.       – Кто сигареты дал? – Олег осторожно сел рядом.       – Миша.       – Брось. Не курил же никогда.       – Научился. Вы, заядлые курильщики, только делаете вид, что научиться пыхать сигаретой, ой, как сложно! Пара горьких затяжек и, вуаля, я пополнил ваши ряды.       Альфа хмуро оглянул друга.       – Дим...       – Он написал, что мы расстаёмся, – сиплым голосом сказал тот, глядя в пустоту.       Олег потянулся к пачке.       – Ты бросил, – напомнил ему Дима, выдыхая колечки дыма. Для новичка что-то запредельное.       – Бросил, – согласился альфа и остановился на полпути. – И что ты собираешься делать?       – Делать? Сейчас, вот, выкурю, сигаретку. Классная, мне нравится. Чьи они? Ричмонд? Чудно. О, Август! – поприветствовал бармена Дима. Перед ними на стол опустился поднос с коктейлями. Бокалы с фантастической жидкостью и невероятными неоновыми трубочками. – Август, дорогой, а принеси-ка мне чего-нибудь покрепче. Рюмку водки. Йес? – бармен кивнул и тут же испарился в ярких вспышках. – Вот, сейчас наш милый Август принесёт мне водочки, я выпью и поеду к Никите.       – Где твоя гордость, Дим? Ты же – альфа!       – И что, мне теперь тащиться от этого? Альфа – это почётно? Нихуя! Гордость? Да мне срать на твою грёбаную гордость. Нет её у меня, доволен?! Не было, нет, и не будет. Огорчён, что дружишь с таким ничтожеством? Да, ты огорчён, Олег. Ты же, блядь, смелый, волевой... Около тебя все должны быть крутыми, лучшими, незаменимыми. А я за какой-то омегой влачусь, как ущербный, да? Как же! Альфа же не может так поступать. Альфы гордые! В гробу я видел вашу гордость! Август, ты вовремя! Моя рюмочка? Хорошо-с. Нет-нет, больше ничего не буду. Олежек, если им что-то понадобится, закажет. Спасибо, Август. Ну, Олег? За тебя! – Дима залпом выпил рюмку, нисколечко не поморщившись. – Хорошо пошла. Спасибо за праздник, Олег. Очень благодарен.       – Дим...       Парень грустно посмотрел на него. Мотнул головой и выполз из-за стола. Олег с какой-то неподдельной жалостью посмотрел в спину Димы. Его опущенные плечи и убитый вид... Видно, правда, парня прихватило неслабо.       – Дим, удачи, – негромко прошептал Олег. Слова моментально растворились в потоках громкой музыки и, кажется, они даже не долетели до вставшего парня.       Но нет... Дима легонько качнул головой, будто в такт басам.       – Куда наша страна намылилась?! – Миша шатающейся походкой подплыл к столу, где сидел помрачневший альфа. – Надоело смотреть на пьяные фасады друзей и пошёл оказывать гуманитарную помощь Никитосу?       – Мих, перестань чушь пороть. Лучше возьми коктейль. Ушёл Дима, ну и хер с ним: нам больше достанется!       – Во-о-о, вот это по-нашему!       Олег не хотел думать о Димином поступке. Но сознание, будто нарочно, подсовывало картинки с удручённым другом, его слова, ненарочные, но хорошо и не раз обдуманные. Просто в один миг человек не может сделать для себя такие категоричные выводы. Значит, человека подвели к черте.       – Да ну, нах, – вырвалось у альфы. Он взял в руки запотевший стаканчик с розовой неоновой трубочкой и в один присест осушил его. По телу расползалась приятная слабость от алкоголя. Во рту остался приятный вкус малины и мяты.       Олег пришёл сегодня отрываться. Качать биты, орать под музыку, пить в хлам и целоваться с официантами. Счастье было бы полным, если бы пришел Саша. Он тогда бы представил его своим товарищам и, может, свёл на нет весь спор.       Музыка гремела так, что закладывало в ушах. Олег и его компания прыгала уже пятую песню, запивая шестым бокалом разноцветной жидкости и седьмой «лошадкой» текилы. Мишу уже увели в туалет, оттуда Август пришёл с весьма выразительным лицом. Бедного скрутило, когда запел Псай. Олег лишь пожал плечами и, пригубив остатки напитка, отправился выделывать подскоки, вызывая тем самым возбуждённый свист с нижнего танцпола.       Время летело резвой рысью. Когда Олег дополз до диванчика, там уже лежала упитая по самый космос значительная часть друзей, пуская вверх пузыри из соплей и грозный храпок. Другая часть курила кальян, помутневшим взглядом обещая друг другу умереть в один день. А самая стойкая группа – в составе двух человек – топталась под музыку, держа над собой постоянно затухающие огоньки зажигалок.       Часы бодро отбили час ночи. Отжигать уже хотелось слабо, поэтому, недолго думая, Олег на правах хозяина пати, выгнал всех разгонять ожелевшую кровь и пить в баре безалкогольное пиво, а сам грохнулся на освободившиеся место, закинув в себя ещё две рюмки крепкого напитка, и расслабился.       Из туалета пришёл посвежевший лучший друг. Видно, что свидание с унитазом прошло на высшем уровне и имело положительное влияние не только для стороны принимающей, но и для стороны дающей.       – Как отдыхается? – почти трезвым голосом поинтересовался Миша, наблюдая провальные попытки Олега, языком сбить дольку грейпфрута со стеклянного края. – Смотрю, ты нашёл занятие достойное твоих интеллектуальных способностей?       – Ха-ха, – откликнулся Олег. Ему удалось съесть дольку. Теперь альфа жмурил глаза от кислятины и быстро появляющейся оскомины на зубах.       – Знаешь что, Олежка? Давай-ка, омегочек позовём что ли? Пусть они разбавят нашу компанию!       – Если тебе некого зажать, я могу попросить Августа заказать тебе шлюху. Ты ее всласть позажимаешь, потрахаешь, может, вы даже побазарите о жизни. Зачем нам нужны какие-то левые омеги? Не понятно: кто они, зачем они... А, может, они чем-то болеют?       Пискляво-нежный голосок заставил его поднять глаза:       – Не надо обижать меня, мой милый. Вроде, ты живой и здоровый.       Перед ним стоял Артём. Красный, с вспотевшим лицом: омега очень любит танцевать.       – Чего пришёл?       – Нас с Павлом Миша пригласил.       Олег зевнул.       – Ну, раз пригласил.... Тогда не буду мешать. Пойду, рискну спуститься к бару.       – Брезгуешь сидеть со мной? – Артёмка старался говорить непринуждённо, но глаза выдавали его отчаяние.       – Нет, просто не хочется.       – Артёмка, солнышко, не надо сбивать нашего Олега с пути истинного. Он сейчас весь в выполнении о-очень важной и опасной миссии! Наш Олежка на спор кадрит Градецкого. Правда, смешно?       – Мих! – Альфа грохнул по столу так, что задребезжала вся стеклянная посуда. – Какого хера ты про это треплешься?! Чё у тебя за язык без костей?!       Лучший друг привстал, пропуская омег внутрь их уютного общества.       – Не злись, Олег. Мне никто не запрещал говорить об этом, согласись?       Артём подполз к самому плечу альфы. От него всё также пахло карамелью. Омега упёрся ладонями в бедро Олега.       – Это из-за этого мы расстались?       – Руки! – больно резко оборвал Олег. Артём испуганно отшатнулся, вжимаясь в обивку дивана.       – Фу, Олег, – Миша приобнял Пашу, – это грубо.       – Да что ты!       – Сегодня такой хороший день. Можешь себе позволить отдохнуть от твоих наполеоновских планов по завоеванию Сашеньки. Я тебе даже разрешаю пофлиртовать с Артёмом. Август, повтори, пожалуйста. Спасибо. – Миша проводил взглядом стройную фигуру в обтягивающих штанах. - Лапусик. Так и трахнул бы.       – Не по зубам, – огрызнулся Олег, скрещивая руки по груди. – Начнёшь дышать ему в затылок, тебя Доватор из-под земли достанет. А не он, так его связи.       – Олежек, тебе надо выпить. Твои резкие смены настроения негативно сказываются на моём эмоциональном фоне.       Олег ничего не мог поделать. Его до скрежета зубов напрягало присутствие Артёма. Альфе не нужно было смотреть на него, чтобы быть убеждённым в том, что тот во всю таращит на Олега свои глазюки, поддёрнутые влагой. И это бесило его ещё сильнее.       Не переводя дыхания, альфа хлопнул три коктейля. Его чуть не вывернуло. Из головы совершенно вылетело, что Август увеличивал градусы с каждой новой порцией по просьбе Олега.       А ещё его ужасно раздражало, что Саша всё-таки не пришёл. Несмотря на все унижения Олега, он не отказался от своих важных дел. Да какие важные дела могут существовать, когда Олег приглашает в клуб?!       Альфа потянулся за четвёртым стаканом и случайно наткнулся на сосущихся Павла и Миху. Омега уже удобно расположился на ногах его друга, ёрзая и всячески показывая своё нетерпение.       Это не могло сравниться с его отношениями с Сашей. Неужели до него у альфы было всё так же пошло и противно? А сейчас по-другому. С Александром не может быть вот так. Это же Саша.       – Олег.       Над ним нависло Сашино лицо.       С невероятным наслаждением альфа запустил свои руки в его буйные рыжие волосы.       – Олег...       В голосе сквозило нетерпение.       – Олег...       Саша поцеловал его.       – Олег... – прошептал прямо в рот.       В живот альфы вжалось что-то горячее и пульсирующее. Ещё не соображая в чём дело, Олег услышал, как звякнула пряжка его ремня. Потом звук расстёгивающейся молнии.       – Это не сон, – отрешённо прошептал Олег.       – Да, милый, не сон.       К альфе прижалось ледяное тело. От него разило карамелью и смазкой. Раздались чмокающиеся звуки, а в унисон им противное чавканье.       Перед глазами Олега всё расплывалось. Он старался сфокусироваться. Встряхнул головой, разгоняя дурман коктейлей.       Саша стоял около лестницы. Красиво и стильно одетый. Таким Олег его ещё ни разу не видел. В ухе поблёскивал серебряный полумесяц.       Лицо омеги спокойно и безоблачно. И смотрит оно прямо в его сторону.       – Олег, вставь же мне! – возбуждённо вскрикнул Артем, подпрыгивая на коленках. Его полуголое тело с торчащим членом терлось об руки альфы.       Олег перевёл глаза на Александра. Омега улыбнулся. Искренне. Словно перед ним расположились не трахающиеся люди, а милые, игривые котятки с бантиками на шее.       В это время к ним на этаж поднялся Август с новым подносом выпивки.       Саша не стал дожидаться, пока Олег вскочит и начнёт объясняться. Он схватил с подноса рюмку, осушил её. Громко закашляв, Александр упал на перила, а через секунду пропал из поля зрения.       – Олег, я кончаю! – заорал Артем прямо в ухо Олега. – О, да-а-а!!!