Мгновения жизни

      Сукуна сидел на диване и сжимал в своих руках брата, смотря в никуда и сжимая зубы в бессильной злости на уже умерших родителей. Алые глаза горели от боли и осознания, что его уход оставил на Юджи шрамы. Он честно пытался переубедить себя пять лет в переменах, возможно произошедших в семье. Младшего всегда любили: его обаяние, улыбка располагали окружение. Парень надеялся на смягчение отца, когда увидит, какой Юджи. Видимо, старший ошибся. Ему не сказали о всех тонкостях смертей и столкнули всё на бушевавшие проклятья. И он считал, что его младшего из близнецов прибили именно они. Сукуна испытывал огромную благодарность к уже умершему деду Васуке за заботу и тренировки пацана, ведь кто знает, что бы с ним случилось в детском доме. Если судить также по той незавершенной проклятой территории, то сил в Юджи просто немерено, но в техникум он его не за какие шиши не потащит.       — Я больше тебя не отпущу, — прохрипел он, зарываясь носом в персиковые пряди и сжимая чужие плечи. Сам старший мимолетно заметил, что превышает немного габариты Юджи, и это вызывало ещё большее отчаяние.       Младший лишь тяжело вздохнул, принимая крепкие и ребродробительные тиски, и улыбнулся, погладив Сукуну по щеке.       — Про себя ты так и не рассказал, — надув щеки, произнес он.       Шаман пристально посмотрел в янтарные глаза, все ещё считая происходящее сном. Как-то не верилось.       — Когда меня забрали в мафию, я думал, что мне конец, — старший сжал чужую руку на его лице, не отрываясь от него, — меня тогда просто закинули на заднее сидение и дали надышаться каким-то дерьмом, чтоб вырубился. Но я не переживал сильно за свою жизнь, потому что считал — ты, блять, в безопасности, хоть и в очень стремной. — Юджи усмехнулся, мысленно соглашаясь. — Наверное, мне нужно было сильнее отпираться и…       — Сукуна, это давно уже в прошлом, — смотреть в потемневшие от вины глаза было тошно. — Мы были маленькими, а предугадать всего никто не может. Тем более нами не занимались…       — И всё же я должен был искать тебя усерднее, а после известия о твоей смерти одичал и ничего не делал, — старший еле сдерживал себя от того, чтобы просто не заплакать. Смесь облегчения и вины давила непомерным грузом.       — В смысле? — нахмурился Юджи. — Кто тебе об этом сказал?       — Старейшины в техникуме, — он практически выплюнул эти слова. — Даже принесли доказательства.       — Какие именно..?       Парень вытащил из кармана маленький браслетик с чёрными бусинами. Юджи замер и осторожно забрал его. Перед глазами вспыхнули воспоминания, как оба проклятья кинулись на него с трупов родителей. Он старался убежать, но его перед уходом дёрнули на себя за руку. Наверное, в этот момент браслет и сорвали.       — Я тогда действительно думал, что умру, — усмехнулся младший, замечая затёртость. — Оставь себе, вдруг что-то пройзоидёт, а меня не будет…       — Не говори чуши, — маг сжал ладонь с браслетом. — Мы теперь не расстанемся. Даю тебе слово.       — Вообще-то кто-то учится в Токио, — поднял указательный палец младший и ткнул брату им в щеку. — У тебя не получится быть со мной рядом каждый день. Тем более я работаю.       — Блять, об этом не подумал, — Сукуна аж прозрел. И тут ему мешает ебаное магическое сообщество.       — Так, как ты попал к шаманам?       — По приезде в мафию я натворил делов, очнувшись хер пойми где, — от самодовольного оскала младший фыркнул, узнавая уже привычное поведение этого говнюка. — Оказалось, что под стрессом выпустил огромную волну проклятой энергии. Она образовала щит, а тот, кто к нему рискнул прикоснуться, лишился руки. Ну, ты помнишь, что случилось сегодня… — гордость от своей мощи Сукуна скрыть не смог. — Тогда они призвали членов Токийского Магического колледжа, точнее одного раздражающего человека. Годжо-сенсей тот ещё стёбщик, но сильный, бля…       — Годжо-сан? — удивлённо переспросил младший.       — Ты его откуда знаешь? — нахмурился Сукуна, медленно складывая все части пазла в голове.       — О, мы месяц назад познакомились, — невинно выпалил Юджи. — Он меня преследовал из-за инцидента с проклятым артефактом.       — Преследовал, говоришь… — старший со странным любопытством смотрел на брата, вспоминая, как Мегуми говорил о миссии со сферой Сансары в Сендай и жаловался, что Годжо неожиданно решил остаться с ним на несколько дней там. Даже при том, что амулет был уже у них. — А брюнета с зелёными глазами, случаем, не знаешь?       — Гуми-куна то? Знаю, — он ему ещё и прозвище придумал? — Но мы с ним стали общаться только через неделю, вроде как…       — И что же нужно было Годжо от тебя? — Сукуна уткнулся неожиданно брату в шею и глубоко вдохнул, чтобы удержать себя в руках. Немыслимо.       — Ой, — вздрогнул Юджи, рассеянно гладя по голове старшего, — он хочет, чтоб я учился на шамана. Его шесть глаз были жуткими, честно говоря…       Последнее парень пробормотал еле слышно и задумчиво уставился в потолок, не обратив внимание на пристальный взгляд алых глаз. Парень находился сейчас между состоянием «убить всех к хуям» и «посадить Годжо-сенсея за преследование несовершеннолетних». Этот ублюдок по-любому использовал свою эту ауру, чтобы склонить к тому, что нужно ему. Его просто выводил из себя факт, что его водили за нос всё это ебаное время. Теперь встали на места и странное поведение Мегуми, и долгое отсутствие неделю назад самого Сатору, хотя миссий у него не было.       — Первый раз увидел эту технику, — восхищённо выдохнул Юджи, а затем угнетающе добавил: — конечно, если бы меня не прижали к стенке и с её помощью не заставляли идти туда, куда я не хочу, было бы лучше.       — Не ведись на его манипуляции, — отрезал Сукуна. — Я полностью поддерживаю твоё нежелание.       — Спасибо, — солнечно улыбнулся младший, и парню пришлось довольно прищуриться от яркости.       — Расскажешь о своих планах на будущее? — и шаман удобнее устроился, чтобы слушать бесконечный поток информации от довольного брата.       В это время Мегуми сидел в своей комнате и нервно просматривал последние сообщения от друга, ожидая хоть какой-то реакции. Ни звонка, ни грозного сообщения. Юджи точно не в курсе, что за игру устроил их сенсей, утягивая самого брюнета. Стыд за всё висел мёртвой петлёй на шее, рискуя в любой момент вздёрнуть. Как назло, Годжо тоже молчал. Как скинул тогда звонок, так и не маякнул ни разу. Он прекрасно знал, что тот сейчас находится вообще в Чехии на каком-то задании, и надеялся, что не ломанулся в Сендай. Нет, он не сомневался в ебанутости своего учителя, но сейчас идти туда не время. Сукуна рядом, по-любому злой и желающий мстить. Юджи же так и не согласился на переход в колледж, продолжая гнуть свою линию — чем и заработал уважение у Фушигуро. А если младший из близнецов поведал всё, то и на километр Годжо больше не сможет подойти к парню. Да и сам брюнет с радостью это тоже бы сделал, потому что действия учителя больше походили на домогательства. Хорошо, что до физического контакта не доходило — голова сильнейшего им ещё нужна. Особенно в свете последних событий — амулет пропадал уже второй раз, и случайным совпадением его расположение рядом с Юджи не казалось. Судя по сообщениям старшего Итадори, он и сам понял, что здесь что-то нечисто, но обвинять старейшин — глупо. Если те целенаправленно скрыли информацию от всех и замели следы младшего, то им не выгодно направлять шаманов непосредственно к парню. Они боялись тандема Сатору и Сукуны и подозревали, что вместе с братом-близнецом, последний станет только сильнее. Несомненно этого добивается Годжо, но Юджи не собирался вступать в ряды шаманов.       Фушигуро тяжело вздохнул. Угнетала неизвестность. Он не знал, что делать, и чувствовал бессилие. Грусть от возвращения в общагу увеличилась из-за беспокойства за новообретенного друга. Сукуна, конечно, способен его защитить, да и сам парень поражал мастерством техник, но всё же они не знали, кто стоит за всеми подозрительными событиями. Может, первое и было случайностью, но вот другое… Младший из близнецов упомянул, что ощущал слежку, причём уже не от Годжо, потому что, почувствовав влияние Шести Глаз, мог теперь определить, когда рядом находится мужчина. Паранойя у него выросла настолько, что банально уже истерически посмеивался, а не открыто улыбался, как раньше. Ладно, есть один плюс — Сукуна защитит Юджи. Раздался звонок, и, не посмотрев на то, кто это, ответил.       — Надеюсь, ты мне всё сейчас объяснишь, — послышался знакомый хриплый голос. — Пока я добрый. Пока, блять, мой брат спит у меня под боком, а ты мысленно молишься ему, что он вообще существует.       — Эм… — сердце Мегуми резко упало в пятки, — да, спрашивай.       Как не Фушигуро знать, какие напряжённые допросы у старшего из близнецов. Ощутить на себе все способы получения информации, этот взгляд, желающий твоей крови, и, в случае плохого настроения, боль — проблема в том, что Сукуна обладает обратной техникой и мог продлевать неприятные ощущения. Конечно, на своих он это не пробовал, да и Мегуми как бы друг. Но страх быть замученным до смерти стучал в висках. Брюнет действительно сейчас всячески радовался, что Юджи способен одним своим присутствием сдерживать эту машину для убийств и агрессии.       — Какого хуя… — чувствовалось, что он еле сдерживался, — …я узнаю от своего как бы умершего брата, что Годжо скрывал его существование? Да и ещё лучше, узнаю, что вы оба, как подружки, общаетесь уже месяц, а?! И это я, сука, только начал.       — Ну… Как я понял, он его заинтересовал во время той миссии с амулетом, — парень и понятия не имел, как отвечать на это всё, ведь каждый ответ мог накапать в и так переполненную чашу терпения злого Сукуны.       — Ага, а, ебать, соотнести наши фамилии при заключении договора на опекунство он не мог?       — Да я откуда знаю? — взорвался Мегуми. Хладнокровие тут точно не нужно. — Годжо-сенсей сказал именно это, а что было до, я вообще без понятия. Он и наказал держать всё в тайне!       — Тайком мне сказать, не? — голос немного стих и появилось шипение по ту сторону связи.       — Ты бы тут же спалился и помчался к Юджи, а Годжо следит за ним, — тяжело выдохнул Фушигуро. Надо успокоиться. Тревожить младшего не хотелось этой всей Санта-Барбарой.       — То есть? — Сукуна помрачнел.       — Юджи мне говорил, что он чует слежку сенсея и ещё кого-то, — по ту сторону наступила гробовая тишина. — Боюсь, что он нужен кому-то ещё, помимо Годжо. Старейшинам лишь бы избавиться от него. Ты и сам это понял.       — Тебе повезло, что мы друг другу не чужие, а Юджи больно делать я не хочу, — тут он был прав. — И скажи этому недоучителю, что беру неделю отгулов, — устало отозвался друг. — И мне похуй. Пусть хоть мага особого уровня притащат. Вот, если это будет сам он, то, — зловещий тихий смех напугал даже Мегуми, — буду только рад.       Не попрощавшись, старший Итадори сбросил звонок — вполне в его духе. Фушигуро облегчённо выдохнул. Парень честно думал, что его привяжут к стулу и будут болезненно выбивать информацию. По крайней мере друг, походу, ничуть не обиделся. «Ну, да, — мысленно фыркнул он. — Юджи же у него сейчас на руках практически». И от этого стало как-то немного завидно, ведь Годжо определённо позволит Сукуне остаться ещё рядом с братом, а на него с Кугисаки свалит всю работу.