Мгновения жизни

      Годжо-сан оказался приятным собеседником, если не ведёт себя, как самодовольный кретин, что несомненно заставило чуть-чуть оттаять Юджи. Ему самому не хотелось ходить с чувством, что он сам не углядел в случайном опекуне хорошее. Уже в квартире шаман ни разу не заговорил о том, как уговорить парня пойти в колледж. У него пока просто не было инструментов, чтобы осуществить задуманное, зато язык умело смущал комплиментами о том, как же вкусно готовит младший Итадори.       — А вот Сукуна-кун однажды чуть не спалил кухню, — попивая свой очень сладкий чай — как у него ещё ничего не слиплось, забавлялся Сатору. — Мегуми-кун тогда заставил его всё отмыть.       На это младший из близнецов рассмеялся, а потом чуть успокоился, улыбаясь и приятно щурясь так, что золотые радужки ярко поблескивали в свете ламп. Сквозь маску Сатору видел эту светлую энергию — положительную магию — и пользовался тем, что может жадно всматриваться в этот привлекательный силуэт. Всё же Юджи стал бы сильнейшим союзником на его стороне, он бы помог развить эту мощь до такого масштаба, что парень победил бы самого Годжо. Или ещё лучше — они бы стали прекрасным дуэтом — плохой наставник, какой эгоист. Помимо него есть ещё Сукуна, а брат для Юджи — это вторая половина. Небольшая ложка дёгтя в бочке мёда.       — Вижу, Вы решили остаться у меня, — констатировал факт парень, усмехаясь так, словно видел мужчину насквозь. — Никуда не спешите, работа шамана не зовёт.       — Я всё уладил, — он знал, что Юджи так и тянуло сказать насчёт техники перемещения, которой обладал Годжо в совершенстве.       — Ну, конечно, — протянул подросток, закатывая глаза. — Ещё бы не уладили, такая возможность…       — Юджи-кун, какого ты плохого мнения обо мне! — недовольно воскликнул мужчина, снимая маску. — А мне вот ты сразу понравился…       — Ещё слово и постелю на диване, — посмеиваясь, ушёл с кухни Итадори, чтобы подготовить второе место в гостиной для себя.       — А, может, я не против поспать с тобой, — крикнул шаман, неожиданно для себя надеясь на положительный ответ, но…       — Размечтались, — раздалось приглушенно из глубин квартиры.       — Меня окружают злые дети, — выдохнул устало Годжо.       Младший из близнецов сменил белье на своей кровати, так как она единственная подходила под рост неожиданного гостя, а затем положил подушку с одеялом себе на диван. Какого-то дискомфорта от данного решения парень не почувствовал — пребывание хоть и сомнительного, но человека разрушало гнетущую атмосферу одиночества. Да, это временно, но после отъезда старшего как-то было не по себе так резко терять ощущение присутствия знакомого, слышать сопение через открытую дверь — Сукуна спал громко с детства, за что мог схлопотать по носу от неожидавшего резкого бормотания Юджи. Последний же во сне реагировал на всё: шелест, шаги, присутствие, атмосферу. В свете событий это стало его проклятием. Ещё эта слежка днём, иногда имеющая период затишья длительностью дня три или четыре. Если кто-то и заявится сегодня, то рядом будет Годжо-сан. Он-то предупредит, хотя самому подростку ещё было не по себе от мужчины. Как-то быстро всё вокруг него вертится. Младший из близнецов словно шкурой ощущал кружащую над собой опасность. Каждая пора, каждый волосок, каждая нервная клетка чувствовали это. Его будто с новым днем всё сильнее загоняли в угол, начиная со смерти дедушки. Мысли как-то сами скатились в негативное, мрачное, отвратительное, погружая обратно в то чувство из детства, когда он прятался в шкафу. Как же быстро он способен переходить из состояния неги в состояние загнанного зверя, не замечающего вокруг себя ничего.       — Юджи-кун, — неожиданно раздалось над ухом, от чего парень резко развернулся и чисто инстинктивно схватился за шею Сатору. Страх, охвативший буквально за минуту размышлений, начал медленно отступать от яркой-яркой лазури: — Не думал, что мы так резко перескочим на такие «игры»?       — О, господи, — растерянно погладив красные следы на бледной коже, бормотал побелевший он, а затем, осознав, резко убрал руку, — Извините меня, Годжо-сан…       Мужчина вздохнул, всё ещё чувствуя дрожь в теле от такого властного и жёсткого действия. Вообще шаман ожидал чего-то подобного, когда подходил к нему со спины — такому дрожащему, сжимающему руки в кулаки и уставившемуся куда-то в стену — вон, даже пустоту убрал. Это был своего рода эксперимент над собой — куда готов зайти сам Годжо с этим неограненным алмазом. Видимо, достаточно далеко.       — Что произошло? — серьёзно спросил Сатору. Янтарные глаза наливались золотом, а энергия вокруг Юджи стала подозрительно расширять кокон.       — Я чувствую давление, — нахмурился он. — На мозг. Словно кто-то хочет…       — Свести с ума?       Парень неопределённо качнул головой, считая свои доводы чепухой. Не чувствует той самой слежки, как обычно. Может, он сам себя изводит, и за ним нет хвоста. Существовал маленький процент, что Сендай просто какой-то заклинатель выбрал для своего грандиозного плана. И этот страх такой искусственный. Он похож на тот, что появлялся в моменты, когда рядом кто-то был. Юджи контролировал все: Мегуми не тронул, да Сукуну с семпаями тоже. Но сейчас действие казалось сильнее. Может, дело в самом шамане. Странно, что сильнейший ничего не чувствует.       — Как часто такое происходит? — Годжо примерно подозревал, что такое уже не впервые. Да и мальчишка удивился не от чувства страха, а от своих действий.       — После смерти дедушки часто рядом с людьми… — янтарные глаза снова уставились куда-то в одну точку и мужчина схватил его за ледяную ладонь, согревая. Младший из близнецов вздрогнул, взгляд просветлел. Он видел, как чужая пустота охватывает его тело. Становится теплее.       — Думаю, стоит переночевать вместе, — серьёзное лицо Годжо казалось пугающим — такие люди просто так не станут себя так вести. — И я хотел пригласить тебя кое-куда.       Юджи вопросительно посмотрел на него с толикой страха. Ещё и за руку так держит, пальцем поглаживает костяшки. Нет, не сказать, что он прям трясётся от его вида. Годжо просто, словно ураган, сильный и переворачивающий всё вверх дном одними своими действиями, словами, предложениями. А то, что этот человек шаман с техникой Шести Глаз, единственный глава знаменитого клана Годжо, который, как говорил дед, «прославился тем, что навешивал пиздюли всем и разбрасывался бабками так, словно те хуйня какая-то». Васуке славился своим «еврейским подходом» ко всему материальному, что несомненно передалось внуку. И эти маленькие факты как-то не придавали уверенности.       — Через три недели будет Съезд Токийского и Киотского колледжей по программе обмена, — лазурные глаза как-то неожиданно оказались слишком близко. Юджи сделал шаг назад, но держали его крепко.       — И? — он же сказал, что не собирается вступать ни в какие колледжи. — Я же…       — Знаю-знаю, — небрежно отмахнулся Годжо, заставляя возмущённо хмыкнуть. — Но я предлагаю сходить и поддержать Сукуну-куна в этих соревнованиях. Киотские шаманы сильны, считаю, что твоему брату необходима будет моральная помощь. Не думаешь?       Подросток подозрительно сощурился на мужчину, протягивая неуверенное «хм», и хотел вытянуть руку из крепкой хватки. Ему не нравится, что это похоже на принуждение. Да и эти лазурные глаза не дают нормально думать, пусть в маске дальше ходит.       — Понимаете же, что я не буду это решать, не посоветовавшись ни с кем, — да что такое? Не отпускает. — И помните, что мне это всё нахер не сдалось? И разве мне разрешат, как гражданскому, там присутствовать?       У Юджи не выходила мысль из головы, что старейшины соврали его брату насчёт него и что они всячески не хотели, чтобы они виделись. Вдруг они начнут покушаться на жизнь Сукуны или его, если узнают, что первый в курсе всего. Рыть обоим могилы не хочется. Это Годжо ничего не будет, а вот они могли пострадать.       — Ты там будешь на правах шамана-наёмника, как был твой дед, — Сатору улыбнулся на настороженный взгляд янтарных глаз. — Я вас защищу, не зря же я сильнейший. — Он мысли читает, что ли? — Тем более ты просто посетишь одно мероприятие. Вступать в колледж ты не обязан.       Красиво стелит, но… Итадори знал из своего опыта, что ничем хорошим такие авантюры не заканчиваются: защищаться придётся самим.       — Я подумаю, — Юджи вырвал руку из хватки Годжо, заваливаясь на диван, и снизу вверх смотрел на обескураженного такой наглостью. — Мы не будем ночевать вместе. Я передумал.       Не дожидаясь ответа, подросток отвернулся к спинке лицом, накрываясь одеялом, и, хлопая в ладоши, отключил свет в гостиной.       — Комната моя знаете где, — уже сонно пробурчал Юджи. — Спокойной ночи.       Подросток понимал, что это некрасиво и всё такое, но проучить и обескуражить этого наглого шамана хотелось до мурашек. Он заметил, что и чувство страха тоже пропало, как и чужое влияние. Словно кто-то испугался мощной защиты. Усталость от этого сумасшедшего для его психики вечера навалилась неожиданно, и, не дожидаясь ухода Годжо-сана, отключился. Бессонница сыграла свою роль.       Мужчина лишь легко улыбнулся такому поведению и присел рядом, облокотившись спиной о диван. Честно мальчишку хотелось забрать себе не только из-за редкой силы, но и чувства защищать. В Сендай эта возможность обрезана со многих сторон, ведь основная часть шаманов базируется в Токио. Энергия Юджи была везде: она, словно облако, окутывала всё жилище, не давая проникать чужой враждебной на его территорию, поэтому присутствие какого-то заклинателя невозможно почуять, раз он был. Уходить Годжо не собирался, причину придумал на ходу, как и повод затянуть младшего на территорию колледжа. Сатору подождал, пока парень не погрузится в более глубокий сон, и взял его на руки, относя в спальню. Упертости ему не занимать, как и Сукуне. Но ничего, у мужчины терпения и этого же в полном достатке.

***

      — Он предложил тебе что? — раздался в трубке недовольный и грубый голос брата, а Юджи как бы Мегуми звонил. — Нет, ты нахуя его пустил? Я же тебе говорил…       — Отдай, — послышалась возня, затем стук и бурчание Сукуны. — Он тебе ничего не делал?       — Нет, — задумчиво протянул Итадори, выдыхая струю ядовитого дыма в открытое окно. Выходной, солнышко, красота… — Только вёл себя странно и выглядел так, будто знал, что соглашусь.       — Это в его стиле, — раздражённо выдохнул Фушигуро и неожиданно крикнул: — Сукуна! Потом поговоришь!       — Включи громкую связь, — тихо посмеивался парень, чувствуя даже сквозь трубку недовольную ауру близнеца. — Суна, знаешь что?       — Что? — буркнул тот.       — А я люблю тебя, — задорно сказал тот, слыша гробовую тишину по ту сторону, поэтому рассмеялся.       — Засранец, — высказался зло старший брат, но по смешку Фушигуро он понял, что тот засмущался.       — Именно из-за этого я всё же схожу на этот ваш обмен, — Юджи почти неделю это обдумывал. — Гуми, тебя это тоже касается.       Раздался сначала смешок Сукуны, а потом смачный удар. Видимо, у них счёт 1:1.       — Годжо-сана предупредите, чтобы он мне там место выбил, — сигарета уже почти вся истлела. — И чтобы в первых рядах, а то не приду.       — Юджи? — обратился к нему Фушигуро.       — Да? — новая зарядка и окурок летит в пепельницу, оставляя горько-сладкий запах табака.       — Если что-то не так, сразу говори, — Сукуна на заднем фоне крикнул, что «тут же разъебет всем лица». За что словил ещё один подзатыльник, если судить по звукам и фразе: «Тише ты, тут Годжо где-то рядом. Я жопой чую».       Уголки губ сами расплывались в счастливой улыбке. Чувство одиночества после смерти деда немного отступило. Он знает, что рядом с ним есть такие хорошие люди. Даже тот же Годжо-сан. Мужчина хоть и странный, но интересный, даже харизматичный. Конечно, всё это омрачняется одним словом — «Шаманы». Не хотел ведь связываться с этой компанией, но наличие брата, официально являющегося магом, решало буквально шестьдесят процентов его жизни. Они с рождения словно привязаны друг к другу.       — Спасибо, — тепло сказал Юджи.       Мегуми невольно сам улыбался по ту сторону, заставляя ничуть не удивленного этим Сукуну усмехаться. Что уж, сам находится в этой яме. Они попрощались, и младший из близнецов хмыкнул на неожиданно возникшее предчувствие. Что-то произойдёт на этом обмене школ, и определённо что-то хреновое. Нужно подготовиться морально к экстренным ситуациям. Там одни маги, а значит он может использовать весь свой потенциал на полную катушку. При этих мыслях Юджи усмехнулся. Посмотрим, из какого теста на самом деле эти шаманы.