Мгновения жизни

      Чосо устало смотрел в окно и краем уха слушал, как Эсо и Кечизу играли в сёги. Его одолевало ужасное предчувствие после пробуждения. Доверие никто из них не внушал, но жить среди себе подобных хотелось. Еще в груди так тянуло, болело. Вспышками возникало желание броситься в поиски чего-то или кого-то. Это вынуждало хмуриться и отдергивать себя каждый раз.       — Старший брат, что-то не так? — нежно поинтересовался Эсо, оборачиваясь к нему и закидывая ногу на ногу.       — Брат? — обеспокоенно отозвался Кечизу.       Тот лишь тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой. Не может же он просто из-за одного чувства потерять возможность жить в безопасном мире с братьями.       — Ничего, — взгляд помрачнел, — просто я им не доверяю, но выбора у нас особо нет.       — Этот мужчина вселяет огромные опасения, — согласился Эсо, изящным движением передвигая фигуры. — Но мы последуем за тобой, так что… Решай, старший брат.       Обернувшись обратно к окну, Чосо нервно облизал нижнюю губу. И все же… что это за чувство?

***

      Итадори широко зевнул и со всего размаху стукнулся головой об парту, издав протяжный стон. Очередная бессонная ночь, которая прошла веселее благодаря Мегуми. От тоски и желания потискать эту колючку вместе с другой не менее вредной колючкой - стон вышел еще громче и отчаяннее. Слежка уже воспринималась чем-то обыденным и не мешала. Подняв голову, Юджи прищурился и осмотрел окружающих. Чья-то знакомая энергия вспыхнула совсем близко… С хищным выражением лица он глянул в окно и увидел одного великовозрастного ребенка, сидящего на дереве в тени кроны. На-а-адо же… Какими судьбами? Видимо, тот спал, раз не отреагировал вообще на то, что Итадори его спалил. За маской не видно.       Парень посмотрел на часы: «За пятнадцать минут я успею выяснить отношения или нет?» Губы расплылись в ухмылке. Одно мгновение — и он уже бежит во двор. Второе — стоит под этим деревом и тяжелым взглядом сверлит Годжо. Третье — вот, Юджи сидит напротив, скрестив руки на груди. Он чертовски надеялся, что эта ветка выдержит их вес. Хотя… если вспомнить, как тут висело три идиота, которые хотели сделать из младшего близнеца посмешище, несчастное дерево должно стерпеть. Пока парень ждал пробуждения опекуна, он наслаждался его чертами лица. Так давно не виделись, что даже эта линия губ вызывала болезненный приступ тоски, но упрямства в нем все же было больше.       Неожиданно Годжо вздрогнул и чуть не навернулся. Из груди вырвался смешок, но почти янтарные глаза продолжали смотреть со вселенской претензией. Синяки от бессонницы лишь дополняли образ.       — Смотрю, шесть глаз прошляпили момент, — с приторной заботой констатировал Итадори, — совсем замучили.       — Юджи-кун, — с улыбкой, совершенно глупой, протянул Сатору, — а я собирался с тобой увидеться…       — До сих пор удивляюсь, как из такого безответственного человека вышел сильнейший шаман, — с притворным удивлением проговорил он, ощущая — неожиданно для себя — обиду. — Мало того, что наговорил всякого, поцеловал, так еще и сбежал на добрых два с половиной месяца.       — Юджи… — маг порывался потянуться к нему, но тот выставил ладонь вперед.       — Не надо, я просто хотел это высказать, — тяжелый вздох и взгляд на часы. — Пока это все. И перестаньте за мной следить.       Подросток спрыгнул вниз и убежал на урок. Мужчина стащил повязку и с силой зарылся в волосы, оттягивая их, грозясь вырвать. Почему у него никогда не может быть все как у нормальных людей? Он уже потерял одного в прошлом. Неужели Юджи просто не понимает, как сделал больно своей смертью? Маг хочет его защитить. Смысл в силе, если не способен спасти от гибели близкого человека? Точно… он же буквально кинул мальчишку разбираться с его проблемами. Бросил факты в лицо и слился. Нервно рассмеявшись, мужчина потер глаза руками и уставился на уставшего Юджи, сидящего от него на расстоянии метров двадцать. Его глаза уже стали темнее, а сетка техники ослабла. Сатору с тоской наблюдает, как парень просто засыпает на уроке. Хотелось переместиться к нему и прижаться, ощутить снова этот безумный поток положительной энергии, смешанный теперь с негативной из-за него, опять же.       Спустя минут десять Годжо исчез, а Итадори открыл глаза, смотря на это проклятое дерево.       — Дурак…       Одновременно с этим раздался звонок, отозвавшись в голове острым импульсом. Парень поморщился и начал собираться домой. Торопиться ему все равно некуда: взял два отгула за свой счет, дома никто не ждет, клуб сегодня не работает, а Сасаки с Игучи готовятся к экзамену.       Выйдя из школы, он направился в парк. Остановился на мгновение и закурил, игнорируя взгляды прохожих. Вроде, полицейских поблизости нет. Юркнув между кустами, вышел на едва видную тропинку. Здесь всегда было уединеннее, чем в центре. Редко проходили люди. В голове пустота и лишь горечь на языке от сигареты. Итадори настолько погрузился в себя, что не заметил фигуру впереди. Случайно столкнувшись с кем-то, он выронил окурок и, извинившись, поднял взгляд на жертву его невнимательности.       Юджи в первую очередь зацепился за поистине отчужденный вид незнакомца. В гроб и то лучше кладут. Это синяки или тени? Чужие черные глаза словно заволокло дымкой. «Надеюсь, я не наткнулся на наркомана», — пронеслось в его голове. И он уже собирался обойти молчаливое нечто в странных одеждах, но тот схватил за руку. Его тут же пронзила негативная энергия, запахло гнилью. Проклятие? Заклинатель? Почему Итадори сразу не ощутил подвоха? Голова сильно разболелась от чувствительности к такому. Давит, давит… Виски запульсировали. Парень резко развернулся и уставился на него, вырвав руку и отпрыгнув на приличное расстояние. По телу прокатилась волна облегчения и, блять, естественно удовлетворения. Юджи выругался. Снова. Блядские. Глаза. Тот на мгновение замер, и ранее отсутствующий взгляд стал осознанным, затем отчаянным.       — Ты… — еле слышно прохрипел он, — кто? Почему я тебя не… помнил?       — Послушай, я тебя первый раз вижу, — Итадори взлохматил нежно-розовые пряди и устало вздохнул. — И вообще-то невежливо хватать незнакомых за руку.       Парень осмотрел немного потерянного незнакомца и покачал головой. Нельзя палиться, нельзя ничего говорить. Их ничего не связывает — эффект должен скоро пройти. Сердце бешено бьется от неоткуда взявшейся тревоги. Внутри снова перекручивается этот чертов шар. Вроде, даже на Махито он так не реагировал. Плохо это или нет? Развернувшись, Юджи пошел обратной дорогой. Раз его не пускают туда, то он пойдет в другое место. Мысли угнетали, бились о черепную коробку, вызывая лишь усталые вздохи. Ему не понравился бунт энергии внутри. В прошлой жизни этого человека не было и в помине. Мог ли он прошляпить его среди поклонников и верующих? Вероятно, но не заметить такую тошнотворную силу сложно. Обычно так несло от магов крови, но это был лишь флер, а не очевидный запах. Голова с каждым шагом болела все сильнее. Солнце ухудшало ситуацию. Итадори не заметил, как дошел до моста. Он поджал губы, а бровь нервно дернулась.       — Ты так и продолжишь меня преследовать? — мрачно уставился подросток на него. — Что тебе нужно?       — Это странное чувство идет от тебя, — он словно говорил сам с собой. — Ты… мой бог?       — А? — что за бред? — Стоп. Ты хоть сам себя слышишь, чувак?       — Я чувствую, что полностью принадлежу тебе, и… — он сглотнул. — Видел тебя в светлых одеждах, когда ты создал нас… меня. Обнимал так крепко, что запомнил это чувство на всю жизнь.       Юджи хлопнул глазами и приоткрыл рот в желании что-то сказать, но, вашу мать, он не помнит, чтобы кого-то вообще создавал. И чтобы прям обнимал, ага. Ючи никого не любил, кроме брата. Действие техники должно пройти было десять минут назад. Они шатались вот так паровозиком полчаса, а то больше. Тяжело вздохнув, он потер щеки и прижал ладони к глазам.       — Причем тут бог? — простонал парень. — И вообще кто ты?       — Я Чосо, — на лице появилась совсем крошечная улыбка. — Думал, что у меня есть только отец, но ты нечто большее, чем просто родитель. — он прижал руку к груди. — Когда я прикоснулся к тебе, здесь стало так тепло, словно мы братья по крови, плоти и душе…       Итадори слушал это все со взглядом: «Что за ахинею несет этот человек?» Несмотря на небольшой опыт попадания в ебанутые ситуации, он не перестает удивляться своей жизни. Пока проклятье — или заклинатель — не угрожало ему, подросток готов был слушать. Точнее часть уже пропустил из-за очередного полета в чертоги разума.       — …я хочу, чтобы ты последовал за мной, — Чосо протягивал ему руку и с надеждой гипнотизировал золотистые глаза — от нервного напряжения Юджи использовал технику барьера.       — О, нет-нет, — отойдя на пару шагов от странного человека, замахал руками он. — Лучше я пойду. Тем более дела-дела, часики тикают…       Нервно рассмеявшись, Итадори сиганул в направлении дома, и через минуты две его уже не было видно. Чосо печально посмотрел в след и потом перевел взгляд на свою руку. Сжав ладонь в кулак, он выдохнул и уставился на мост. Чем дальше уходил от него парень, тем сильнее тянуло в груди. Это чувство усилилось, когда они с Гето переместились в Сендай, поэтому он решил выйти на поиски. Несмотря на полный провал, Чосо ощущал облегчение от того факта, что нашел свое божество или еще один смысл существования.

***

      Юджи плюхнулся на ступеньку у входной двери. М-да, день еще не закончился, а уже идет странно. Он не отрицает, что с этим Чосо виделся в прошлой жизни. Мало ли, сколько ему лет… Выглядел, по крайней мере, уставшим, словно десяток веков точно прожил, хотя и вел себя довольно непосредственно. Зная особый статус осознанных проклятий и заклинателей, Юджи не мог представить, чтобы они так легко шли на контакт. Да еще и с таким благоговением называли «божеством». Если вникнуть глубже, то Дух Сансары породил огромное количество осознанных проклятий — по истории. Некоторые пытались собрать кровь Ючи, чтобы излечить близкого, чтобы омолодиться, но тот был непробиваем, пуская лишь на сессии очищения.       — Хм, — нахмурился Итадори, копаясь в памяти, которая частично подтерта самим амулетом, — вроде, кровь брал только один…       Юджи вздрогнул от входящего звонка и, чуть не уронив телефон, ответил.       — Привет, нужна твоя помощь, — раздался знакомый голос по ту сторону.       — Гуми? — а это уже вызывает обеспокоенность. — Суна что-то натворил?       — Нет, — небольшая пауза. — Здесь происходит что-то странное, мы не можем найти проклятие.       — Почему ты сразу думаешь на меня?! — громко возмутился Сукуна. Пришлось отодвинуться от телефона.       — Потому что твой характер хуже старика, — буркнул Юджи и, предвидя поток нецензурной брани, добавил: — И где вы сейчас?       — В Сендай, у второго моста возле станции. Сукуна, отпусти мой телефон! — их возня немного подняла настроение.       — Предупредили бы, что приехали, — тяжелый вздох. — Сейчас буду.       Итадори улыбнулся, а затем задумался. Появление странного человека — мощное проклятие в городе, в котором вообще выше третьего уровня ничего не появлялось. Если его нельзя обнаружить, то это точно первый или особый. На том месте скинулось семь человек за двое суток. Нахмурившись, Юджи поднялся и побежал на место встречи.