Мгновения жизни

      Юджи нервно облизнул губы и скептически осмотрел завесу на мосту, а затем с разбегу проник туда. Сердце привычно сжалось от резкой смены обстановки: проклятая энергия оказалась намного сильнее, чем он предполагал. Смесь силы Сукуны с тошнотворным сладковатым запахом, напоминающим трупное разложение в бочке с серной кислотой, вызвала спазм желудка и головную боль. Все вокруг было покрыто черно-бардовой слизью, она кипела и двигалась. Полости из вонючей плоти хлюпали, порождая проклятья в виде трупных личинок.       Младший скривился, когда одна из них от удара лопнула и немного обожгла внутренностями кожу. Сразу же образовался волдырь — и парень активировал купол. Вокруг больше ничего не было, кроме странного пространства, похожего на чью-то незавершенную технику.       Юджи махнул рукой и проклятая сетка покрыла все вокруг: ему необходимо найти брата и друга. В груди беспокойно трепыхался шар, словно окружение пугало его. Где-то в восточной части этого бесконечного мира вспыхнула знакомая духовная сила.       Итадори метнулся в ту сторону и нечто будто почувствовало это. Жидкость начала оживать и пыталась схватить за ноги, но по итогу распадалась на молекулярном уровне. Окружающее амбре просто сжигало слизистую, но Юджи продолжал бежать, разрушая стены из плоти. Мегуми становился все ближе, и, видимо, ему очень плохо.       Последний рывок. Он погружает руку в очередную преграду, но по ту сторону нечаянно цепляет чью-то одежду и резко дергает на себя. В его руках тут же оказывается уставший Фушигуро с лихорадочным блеском в глазах. Брюнет тяжело дышит, смотрит расфокусированно. Только сейчас хотел применить последний свой козырь, помимо Сада химер, а теперь поплывшим сознанием пытается понять, почему поменялась обстановка. Он так устал, сил нет не то, что говорить, даже думать. Не ожидали они, что проклятий окажется несколько.       — Гуми, — покачал головой Юджи, чистой рукой стирая с лица друга капли крови и черной жидкости, — почему меня не подождали?       — Я… Юджи… — голос его чуть задрожал от напряжения, которое немного ослабло от ощущения тепла рядом.       — Ладно, потом поговорим, — тяжелый вздох, и белые сферы проникают в места сильных повреждений. — Где Сукуна?       — Убежал за вторым, — Мегуми зажмурился от обжигающего чувства под кожей. Все стремительно заживало. — Я не успел убить первого, ты меня вытащил.       — Думаю, мы сейчас решим этот вопрос, — неожиданно парень прижал его к себе ближе.       Тот резко распахнул свои глаза, не понимая, а потом они вместе отпрыгнули на приличное расстояние. Итадори напрягся, держа друга ближе к себе. Перед ним стояло округлое проклятие с двумя ртами. От него несло такой же тухлятиной, что и от Чосо — вроде, так его звали — но более едкой и, видимо, предпоследней стадией разложения. Из черных глазниц бежала жидкость, и оно странно хихикало.       «Сначала стоит избавиться от мешающего окружения», — Юджи крепко сжал руку Мегуми. Тот вопросительно посмотрел на него, ощущая, как силы постепенно возвращаются.       — Слабаки! Хи-хи! Слабаки! Брат будет рад, если я убью двоих шаманов! — видимо, проклятье хоть и обладало разумом, но на уровне пятилетнего.       Значит все-таки у них есть такое понятие, как «родственные узы». Тогда все созданные в итоге от крови Духа Сансары должны ощущать то, что и тот Чосо. И это касается этого существа тоже, но, походу, он настолько глуп и поглощен детским восторгом, что не замечает этого. «Так даже лучше», — мысленно кивнул себе Итадори, идя на сделку с совестью и гоня мысли о том, что у этого существа есть брат. Неожиданно тот подпрыгнул, направляя на них струю этой черно-бордовой жидкости, но та с шипением распалась об барьер. Юджи прикрыл глаза, представляя бесконечный круговорот, вечную спираль, и прошептал: «Замыкание». Эту технику он изучил недавно. Принцип действия схож с совместной техникой с Сукуной и Обратным рождением, но здесь происходит именно перегруз незавершенной территории. К слову говоря, проклятой энергии в момент запечатывания выходящего негатива становится настолько много, что купол просто разрывается. Замыкание подавляет дальнейшую духовную волну на саму себя, тем самым направляя урон вовнутрь. Для обычного шамана это грозит сердечным приступом из-за шквала плохих эмоций, а для проклятий слабого ранга — лишением оболочки и духовной составляющей.       Окружение тут же начало сворачиваться и разрываться от колоссального давления, все вокруг затопило ядовитой жидкостью, но защита Юджи не рухнула. Фушигуро тяжело сглотнул, следя за всем этим, и поражался внутреннему спокойствию. Здесь так безопасно. От всего этого слипались глаза, а от поглаживающих движений Юджи хотелось и вовсе довольно расплыться. И просто одно мгновение — перед ними предстало пространство под мостом, ясное ночное небо и все еще живое, но покалеченное проклятье. Парень нахмурился. Видимо, он особый ранг, но не обладающий завершенной территорией. Хотя… Махито до определенного момента ей тоже не обладал. Он некоторое время стоял, молчал, а потом резко дернулся.       — Как же больно! — противно пробулькало существо, тут же убегая. — Бра-а-т!       Итадори убрал барьер и отпустил брюнета. Надо срочно найти Сукуну. Тот точно побежал на подмогу, раз здесь не смог разобраться. Ему определенно больно не было.       — Отдохни, Гуми, — Юджи стащил с себя толстовку, закутывая друга в нее.       — Нет, я тоже иду, — дрожащими руками он схватился за предплечье друга. Беспокойство тут же накрыло. — Со мной все хорошо.       — Будешь врать — оставлю без ужина, — деланно сурово проговорил Итадори, садя того на валун у моста. — Ты потратил всю проклятую энергию. Сиди здесь и не переживай.       Парень напоследок сжал руку Мегуми и побежал в сторону, где буквально пылала сила Сукуны, не замечая болезненный взгляд зеленых глаз.

***

      — Ой-ой, тебе больно, прошу меня извинить, — ухмыльнулся мужчина, — а ведь это еще не все, на что я способен, юный друг.       Сукуна в ответ оскалился, ощущая, как жжет руки. Он за ним носится, по ощущениям, час, а тот ускользает, плескаясь ядовитой кровью. Еще и бесяче улыбается, не демонстрируя спину. Это пиздец унизительно.       — Как насчет сделки? — лелейно проговорил он.       — Валяй, — грубо кинул тот, залечивая тут же раны и рассчитывая на свою природную сопротивляемость к ядам.       — Ты меня отпускаешь, а я не убью тебя, — кокетливо подмигнул этот блядский трансвестит — так мысленно назвал его старший из близнецов.       Того передернуло от отвращения, над головой будто раздавался целый оркестр сверчков. Этот идиот издевается? Он хоть и оказался из этих двоих более разумным, но…       Из леса неожиданно выскочил, по-видимому, брат этого фрика, а за ним Юджи. И тут наступила тишина.       — Вы видели?! — у Сукуны чуть уши не заложило. — Я спрашиваю: вы видели?!       — Прости-прости, бра-а-ат! — заверещало второе проклятье, чуть ли не плача. — Кечизу не виноват!       Итадори напрягся, замечая на спине полуголого мужчины отвратительное лицо. Источник такой же вони, но полегче. Оно еще и двигалось, что-то булькало.       — Я убью вас! — от бешенства на его лице выступили вены. — Техника коррозии: Крылатый король!       Из глазниц лица вышли хлысты крови, тут же сформировались в крылья, словно у мотылька. Клыкастая пасть раскрылась, издавая стрекотание и вой, и жидкость стремительно побежала сквозь зубы. Юджи очень хотелось зажать нос от усиливающейся вони.       — Бегите, пока не поздно, — ухмыльнулся он, выпуская эти хлысты.       Младший быстро приблизился к старшему и накрыл их щитом.       — Хм, думаешь, этот тонкий и слабенький шарик меня остановит, милый?       Итадори заметил появляющиеся трещины. Видимо, да, его догадка подтвердилась. Они оказались воспроизведены из крови Ючи, а значит вполне материальны и видимы.       — Нам стоит уйти на более открытое пространство, — почти приказал Сукуна, напряженно наблюдая за почти разрушенным барьером. — Здесь не выйдет, что ли? — удивленно глянул младший на брата.       — Если ты хочешь, чтобы я расхерачил тут все, — от сарказма Юджи скривился.       — Даже в такой ситуации портишь всю малину, — хмыкнул он. — Я думал, мы вместе с ними разберемся.       — Они меня взбесили.       Последний удар, оболочка лопнула. Близнецы рванули в сторону, где людей точно не будет в радиусе ста метров. Эсо азартно улыбнулся, следуя за ними по пятам и валя деревья своими хлыстами. Если так пойдет и дальше, они убегут. Теперь он не позволит этой битве просто так закончиться. Их способности превосходят в несколько раз. Эта скорость без использования проклятой силы у более светлого поражает. Можно сказать, что он влюблен. Даже жалко убивать. На мгновение оба пропали из вида. Ничего, Кечизу их найдет.       Юджи встал посреди огромного поля, окруженного мощными деревьями, а рядом тут же образовался портал. Парень обернулся, успев только прикрыть глаза рукой. Обжигающая, словно кислота, жидкость покрыла его с ног до головы. Выругавшись и наспех вытерев лицо, он посмотрел на усмехающегося рядом Эсо. Младший буквально ощущал, как лоскуты кожи отходят от мышц. Больно. Этого предугадать не вышло.       — Где же твой брат? — покачал головой мужчина, приложив палец к тонким губам. — Неужели бросил? Так печально убивать такое дарование.       Проклятье подошло ближе и подняло его лицо за подбородок.       — Не волнуйся, его кровь действует не так, как моя, — улыбка так и не сходила с лица. Итадори скривился. — Наша техника начнется сейчас. Коррозия: Гниение.       Из горла парня вырвался вскрик, а кожа покрылась крупными розами. Мышцы будто резали прямо по пораженным участкам. Это яд. Это он так действует — усиливает процесс распадания плоти посредством размельчения. «Нужно подождать. Всего три секунды. Три секунды», — эти мысли держали от всплеска истинной мощи. За это время начинает действовать его устойчивость к ядам. Юджи же не хочет уничтожить трофей брата.       — Ну-ну, скоро все кончится, — его сейчас действительно вырвет от вони.       Младший не сдержался и издал небольшой смешок, а затем все же подчинился чужой руке и посмотрел на того янтарными глазами. Эсо вздрогнул и замер, уставившись на его радужку, где от центра все стало затапливаться жидким золотом. В груди судорожно забилось сердце, а от желания пасть на колени перед ним все крутило. Мужчина резко отпрыгнул, не отрывая взгляда. Юджи распрямил плечи, рассматривая узоры. Интересное применение его крови. Черт, теперь он действительно физически неотделим от Духа Сансары.       — На меня это слабо действует, — улыбнулся Юджи, на глазах отменяя технику. Розы исчезли, раны с шипением зажили, благодаря белым сферам.       — Кто ты?       — Неважно.       Неожиданно для Эсо раздался булькающий звук. Кечизу с удивлением что-то прохрипел и на месте буквально разорвался на кусочки. Глаза мужчины наполнились слезами отчаяния и горя. За остатками проклятья стоял Сукуна, с отвращением очищающий лицо от мерзкой жидкости.       — Как ты, сука, только посмел тронуть моего брата? — прорычал старший. Черные полосы постепенно проявились на теле. — А я ведь хотел устроить тебе быструю кончину.       — Скотина! Да я сам вас убью! — прокричал он.       Юджи прикрыл глаза, ощущая глубокую скорбь. Тут либо ты, либо тебя — выбора нет. В будущем это может стать проблемой. От своих мыслей тошно, но рожденные от испорченной крови Ючи способны уничтожить человечество. Младший отошел от них на метров десять, давая старшему пространство.       Сукуна оскалился и надменно произнес: «Теперь я с тобой повеселюсь». Он переместился за спину Эсо и буквально засунул руку существу в рот, вырывая гнилой язык. Проклятье вскрикнуло, отчаянно накидываясь на шамана хлыстами, но тот в воздухе разрезал их. Затем схватил один из них и со всей силы швырнул мужчину в лес. Его тело пролетело метров шестьдесят, разрушив лесной массив. Старший не дал и шанса оклематься, тут же окатывая огненными стрелами. Эсо ощущал, что задыхается от боли и жара. Его будто отправили на убой: он только сейчас понял, как поступил их «главарь». Этот ублюдок знал — эти близнецы будут здесь. Вдруг рядом материализовался Сукуна, со всей силы пнул уже не сопротивляющееся тело.       — Я отправлю тебя на тот свет, — он возвышался над ним и потешался. — К твоему любимому братику, слабак.       — Не смей так говорить!       Проклятье сделало выпад, чего тот и ожидал. Он схватил его за руку и, уперевшись ногой в тело, вырвал конечность. Раздался душераздирающий вопль. Эсо упал на землю, тяжело дыша.       — Ты… ничего не знаешь о моих чувствах! — вскрикнул тот. — Ты убил моего брата!       — Это я-то не знаю? — неожиданно притих Сукуна. Он склонился над отчаявшимся существом. — Поверь, тот, кого ты только что видел, был мертв.       — Значит, ты должен меня понять, — прохрипел он. — Я делал это ради братьев.       Старший ничего не ответил. Он, не моргая, смотрел на это насекомое, посмевшее тронуть Юджи. Его сокровище, которое потерял аж два раза. Оно наслаждалось слабостью брата, болью, голосом. За то, что коснулся его, Сукуна оторвал ту самую конечность. За принесенные страдания и увечья надо платить.       Эсо сглотнул, понимая, что не уйдет отсюда живым. Эта непроницаемая маска застыла на лице его мучителя после слов. Не понял, ведь боль шамана оказалась намного глубже, чем тот себе представлял.       — Рассечение.       Младший тяжело вздохнул, увидев огромную сферу, поднявшую в воздух куски деревьев, земли. Когда Сукуна злился, то техника Рассечения выходила из-под контроля и могла охватывать большой радиус, наравне с Демонической гробницей. Видимо, проклятье что-то ляпнуло, не подумав. Юджи нахмурился, ощутив влагу на лице. Притронувшись к щеке, он понял, что заплакал. Что? В груди беспокойно билось сердце. Возникло чувство, словно парень потерял часть себя. Не сдержавшись от очередного вздоха, прошептал: «Какая же херня, этот ваш магический мир». Напоследок не забыл мысленно обматерить покойного старика Васуке.

***

      — Гуми-кун! — протянул Юджи, хватая того за щеку. — Ты такой милый, когда спишь.       Брюнет в шоке распахнул зеленые глаза и сонно смотрел, с каким умилением улыбался младший близнец. Голова адски раскалывалась, тело ныло. Опустив взгляд, Фушигуро увидел полуголое тело и неожиданно для себя смутился.       — Не трогай меня, — откинул руку друга он.       — Эх, колючка, — парень встал с корточек и засунул руки в карманы.       — Вставай, спящая красавица, — раздался голос Сукуны. — Нам еще объяснять той истеричке, куда мы пропали.       Мегуми лишь сильнее закутался в чужую толстовку, не желая никому ничего объяснять. Думать тоже не хотелось. Особенно о том, что ему сейчас как никогда хорошо и спокойно.       В это время на другом конце Токио раздался звук сломанной фигурки. Чосо замер, борясь с отчаянием и болью от разорвавшейся связи. Он даже не способен идентифицировать того, кто приложил к этому руку.       — Что произошло? — задал вопрос Гето, выкладывая карты.       — Мои братья мертвы, — холодно проговорил он, ощущая всепоглощающую пустоту.       — Откуда ты это узнал? — поинтересовался Дзёго.       Сугуру отвлекся за оповещение на телефоне и удивленно ойкнул. Чосо еле справился с охватившим раздражением.       — Стало известно, что Эсо и Кечизу были убиты, — он усмехнулся, — нашими близнецами.       — Я убью их, — Дзёго лишь хмыкнул, — разорву на части.       Да, конечно, Махито тогда то же самое говорил.