03. Знакомство с семьёй Йегеров, ч. 1
10 апреля 2021 г., 19:45
Пока они ехали по этой причудливой, сонной деревушке, Леви не мог не заметить одну особенно странную вещь. Такое чувство, что каждый магазин, каждая лавка и булочная были названы в честь семьи Эрена. Почти на каждом здании в маленькой, но уютной Шиганшине красовалась вывеска с фамилией Jäger, и Леви с любопытством скосил взгляд на своего ассистента. Насколько же значима была семья Эрена в этой части Германии, раз их имя было на каждом доме?
— Ты не говорил, что у твоей семьи так много… малых предприятий, — тихо прокомментировал Леви.
— Да он, наверное, просто поскромничал, — мать Эрена — эту милейшую женщину звали Карла — сказала с радостной улыбкой. — Прапрадедушка моего мужа много лет назад спас эту деревню от эпидемии, и они были так ему благодарны, что чуть не переименовали её в его честь. К счастью, они этого не сделали, и Гришин прапрадед просто остался здесь и стал местным врачом, всё равно народу было мало.
Леви показалось немного жутким, насколько Эрен был похож на мать. Теперь понятно, откуда у Эрена такие хорошие гены: Карла была красивой женщиной, которая старела изящно, а её яркие глаза и улыбка только подчёркивали её красоту. У неё был другой цвет глаз, не ярко-бирюзовый, как у Эрена, и волосы отличались более тёмным оттенком и выглядели почти чёрными. За исключением цвета волос и глаз, Эрен был точной копией своей матери. Также Леви слышал у неё заметный немецкий акцент. Он не был настолько сильный, чтобы ничего не понять, но достаточно слышный, чтобы знать, что английский явно не её родной язык.
— Что ж, это очень… интересно, — сказал Леви за неимением ответа получше.
Он не привык столько разговаривать с кем-то. Он привык взаимодействовать с людьми кратко и по делу, просто чтобы донести свою точку зрения, и на этом всё. С матерью Эрена это было нелегко. Она была такой… дружелюбной.
— О да. В нашей семье профессия доктора передаётся уже очень долго. Отец Гриши работал здесь врачом, и, само собой, мой муж занял его место.
Карла, казалось, с гордостью рассказывала о семейных корнях своего мужа, что было довольно мило, но Леви не мог не обратить внимания на то, как Эрен слегка закатил глаза, когда мать начала вещать об их семейном дереве.
— А у тебя, Леви? Ничего страшного, если я буду звать тебя Леви?
Леви снова обратил внимание на Карлу, когда она задала ему довольно странный вопрос.
— Да, всё нормально. А что у меня?
— Твоя семья тоже живёт в Нью-Йорке?
Леви слегка напрягся, услышав вопрос про семью. Для него это была немного деликатная тема. Тема, на которую ему никогда не нравилось разговаривать. Никогда. Эрен изогнул бровь, увидев лицо Леви, на котором, без сомнения, появилось выражение горечи, но тот быстро взял себя в руки и вернул свою обычную маску холодного безразличия.
— Нет, у меня нет семьи в Нью-Йорке.
— Ох! А где они живут?
Леви потребовалось всё имеющееся терпение и сила воли, чтобы не вздохнуть сквозь сжатые зубы, когда любопытство Карлы по поводу его семьи стало немного раздражать. Он понимал, что это просто невинное любопытство, но от этого быть любопытством оно не переставало. Леви не любил говорить о семье. Леви был очень замкнутым человеком и хотел, чтобы всё так и оставалось.
— Боюсь, что у меня нет семьи как таковой. Я родом из Квебека, — ответил он расплывчато.
После ответа Леви повисло тяжёлое молчание, которое он не считал должным нарушать. По крайней мере, он говорил правду. И большинство людей знали, что с ним ни в коем случае не стоит заводить разговор о семье. Он не мог винить мать Эрена за её любопытство, но никогда не заботился о жизни других людей — не собирался он заботиться о ней и сейчас. Какой бы доброй ни была Карла Йегер.
— Ну, что ж, ладно. Зато на выходные ты сможешь стать частью нашей семьи. В конце концов, Эрен рассказал нам, что вы встречаетесь, поэтому я надеюсь, что теперь мы с тобой будем видеться чаще.
Улыбка Карлы стала шире, когда она посмотрела на Леви сквозь зеркало заднего вида, и он сразу же напрягся.
Он резко взглянул на Эрена, который изображал саму невинность и делал вид, что разглядывает здания за окном. Ему не провести Леви. Они проработали вместе достаточно долго, и Леви знал некоторые привычки Эрена, когда тот нервничал. Например, его яркие глаза начинали бегать по сторонам, когда он знал, что Леви знает, что он врёт. Или же пальцы начинали нервно двигаться, теребя что-то. Сейчас Эрен беспокойно барабанил ими по бедру.
— Взаимно, — ответил Леви, не отрывая от Эрена взгляда.
Оставшаяся часть поездки в основном прошла в молчании. Ну, по крайней мере, в молчании со стороны Леви. Он быстро понял, что Карла была довольно словоохотлива, но осознал, что её бессмысленное щебетание не причиняет беспокойства. Оно было намного приятнее беспардонной болтовни Ханджи, и хотя бы за это уже можно было сказать спасибо. Микаса, приходившая Эрену, как понял Леви, сестрой, по большей части игнорировала его. Только изредка они встречались взглядами, когда ей случалось посмотреть назад в его сторону, но, к счастью, не очень часто. Однако он понял, что сделал поспешные выводы, когда Микаса наконец обратилась к нему напрямую.
— Так что, нам называть тебя Леви, или ты предпочитаешь Карманного Сатану? Мы слышали оба варианта.
— Микаса! — упрекнула Карла.
Леви услышал, как Эрен издал смешок, который попытался скрыть за кашлем, и, сжав зубы, помрачнел. Эрен совсем избегал смотреть ему в глаза и неловко прочистил горло.
— Ну, так что? — снова заговорила Микаса и, повернувшись к Леви, насколько могла, впилась в него большими тёмными глазами.
Леви посмотрел пристальным холодным взглядом и скрестил руки на груди.
— Леви. Карманного Сатану я предпочитаю только в офисе, — последовал ровный ответ.
На пару секунд воцарилось ошеломлённое молчание, Эрен в открытую глазел на Леви, а Микаса слегка удивлённо моргнула. Затем она усмехнулась — видимо, ответ Леви её впечатлил.
— Хм. По крайней мере, у тебя хорошее чувство юмора, — заключила Микаса с довольным видом и снова повернулась к лобовому стеклу.
Какое-то странное ощущение расцвело в груди Леви, когда он заметил одобрительный взгляд Карлы в зеркале заднего вида. Возможно, что-то похожее на гордость. Судя по всему, Микасу непросто было впечатлить, а у него только что получилось. Может, не так уж он ненавидит эту поездку. Да, это всё ещё абсолютный геморрой, но хотя бы мать и сестра у Эрена не были ужасными.
— Почти приехали, — объявила Карла ещё раз, выруливая на длинную грунтовую дорогу, густо окружённую высокими зелёными деревьями.
— Вот это громадины, — пробормотал Леви себе под нос, но Эрен всё же услышал его и усмехнулся.
— Зато ты точно знаешь, что тут полно уединения.
Леви предпочёл проигнорировать Эрена и вместо этого стал внимательно рассматривать небольшой дом, виднеющийся вдалеке. «Потрясающе. Я застрял в крошечном тесном доме в немецкой деревне со своим придурочным ассистентом и его семьёй», — раздосадованно подумал он. Но по мере приближения к дому Леви начал осознавать, что ошибся. Крупно и жестоко ошибся. То, что издалека выглядело маленьким домиком, скрытым за густой листвой, на самом деле оказалось больше похожим на частную усадьбу с роскошным домом в старонемецком стиле, который прятался за деревьями. По прибытии Леви был внутренне потрясён, когда увидел, насколько он огромен. И внушителен.
— Вот и приехали. Наконец-то мы дома, — радостно пропела Карла.
— Чёрт, да вы издеваетесь, — тихо выдохнул Леви, осматривая весь дом родителей Эрена.
«Сколько же у них денег?» — на мгновение пронеслось в голове. Все четверо выбрались из пикапа, и Эрен сразу же начал выгружать багаж, в то время как Микаса трусцой побежала в дом. Карла крутилась вокруг Эрена, упрекая за попытку унести столько вещей одновременно, а Эрен, этот неуклюжий дурак, в итоге чуть не оказался погребённым под собственным багажом. Леви закатил глаза и тяжело вздохнул, после чего всё же решил помочь.
— Ох, только аккуратно, Леви, — со сквозящим в голосе беспокойством сказала Карла, когда он без особых усилий поднял чемоданы, завалившие Эрена. — О боже! — воскликнула она следом, прикрыв рот рукой.
Леви, может, и был ростом ниже среднего, но это не значило, что он слабый. Собственно говоря, дела обстояли наоборот. Он поднял огромный чемодан, который ему и принадлежал, с такой лёгкостью, словно тот ничего не весил. Эрен ошеломлённо моргнул, а затем вскочил на ноги и стал отряхивать штаны от пыли. Леви заметил, что кое-где земля была мягкой и влажной, и поморщился. Он не хотел и близко подходить к грязи или пыли, и, не дай бог, что-то из этого окажется в его дорогих ботинках.
— Ну, спасибо, что ли, — сказал Эрен, неловко потирая затылок рукой.
— Пока не за что, Йегер.
Леви сунул чемодан Эрену, и у того из лёгких вырвался тихий звук, когда чемодан впечатался ему прямо в грудь и он неуклюже его поймал. Карлу, похоже, весьма забавляло их общение. В её тёплых глазах виднелась какая-то нежность, когда она покачала головой. Эрен заворчал и возмущённо стрельнул глазами в сторону Леви, который просто проигнорировал этот взгляд и взял оставшийся багаж. Карла быстро оставила их наедине, зайдя в дом, и Леви решил воспользоваться моментом, чтобы спросить вопрос на миллион долларов. В буквальном смысле.
— Ты не говорил, что у вас дохрена денег. Не хочешь объяснить?
— У меня не дохрена денег, — холодно ответил Эрен. — Это деньги моих родителей. Точнее, моего папы.
— Тц, — Леви раздражённо сжал зубы. — Говоришь прям как избалованный ребёнок из богатой семьи. Если раньше ты мне не нравился, то теперь я просто терпеть тебя не могу.
— Взаимно, — ответил Эрен, сверкнув жемчужно-белой улыбкой с ямочками на щеках, и Леви на мгновение засмотрелся.
Будь оно всё проклято. Почему этот придурочный ассистент такой красивый? Несомненно, во всём мире не могло существовать настолько привлекательного и одновременно никудышного человека, но вот он, Эрен Йегер. Ладно, может, Леви немного преувеличивает. Эрена можно было назвать дураком, только когда он вёл себя неуклюже, то есть большую часть времени, но в остальном Эрен стал довольно хорошо справляться со своей работой, и Леви больше не приходилось отчитывать его столько, сколько он делал это поначалу.
Издалека послышался крик, и Эрен с Леви обернулись: на них неслись два огромных зверя. Один был стремительной вспышкой угольно-чёрного, а другой — ещё более стремительной вспышкой белоснежного.
Глаза Леви слегка расширились.
— Твою м…
Возможности закончить череду ругательств у него не было: из лёгких разом вышибло весь воздух, когда неизвестное существо всем своим весом накинулось ему на грудь. Он захрипел, изо всех сил стараясь вдохнуть, но это было не так просто, потому скользкий влажный язык стал жадно гулять по лицу. Леви дёрнулся, отводя голову от слюнявого рта и горячего тяжёлого дыхания, перемежающегося с протестующим рычанием.
— Да ёб!.. — только и смог прохрипеть он, перед тем как тяжесть с груди пропала и вернулась возможность дышать.
— Сыр! Fuß! — Карла подбежала к ним, слегка запыхавшись. — Nein! Pfui!
Леви услышал жалобный собачий скулёж, когда Карла наконец схватила белого зверя, набросившегося на него. Он медленно сел на влажной земле с хмурым лицом, всё ещё пытаясь восстановить дыхание и чувствуя на спине холодную влажность свежей грязи. Леви был почти в ярости, когда вскинул взгляд, чтобы увидеть своего обидчика, но вместо этого оказался лицом к лицу с самодовольным Эреном и раскаивающейся Карлой, и оба они держали по одному мохнатому зверю.
Чуть приглядевшись, Леви понял, что это были не звери — ну, для него всё-таки звери, — а две немецкие овчарки внушительных размеров. Всё понятно. Эрен несильно удерживал за ошейник чёрного пса, который походил на демонического сторожа у входа в ад, и тот тихонько рычал на Леви, скаля зубы. Плечи Эрена слегка подрагивали, пока он пытался сдержать смех при виде бедственного положения Леви, рассевшегося на земле. Взгляд стальных глаз переместился на другую овчарку, которую крепко удерживала Карла. Этот пёс был абсолютно белый и, в отличии от чёрного демона, который практически прожигал гостя взглядом, казался куда менее враждебным. Он сидел открыв рот и высунув язык на бок, что придавало ему довольно глупое выражение. Он словно вибрировал от переизбытка возбуждения и энергии, но в то же время Леви не мог перестать думать, что на него смотрят так, словно хотят съесть.
— Прости, Леви. Сыр очень воодушевляется, когда Эрен приезжает домой. На самом деле он очень милый.
Леви ничего не ответил и стал молча подниматься на ноги. Эрен перестал вести себя как самодовольный засранец и протянул руку, чтобы помочь Леви, но тот просто бросил на него испепеляющий взгляд — и Эрен осознал свою ошибку. Если и было что-то, чего Леви вообще не переносил ни в каком виде, так это грязь. Эрен видел, как Леви кипит от едва сдерживаемой ярости. Неловко убрав руку, когда Леви самостоятельно встал, он с тревожным ожиданием стал наблюдать, как тот попытался отряхнуться по мере возможностей. Карла взяла на себя обоих овчарок и утащила их в дом, предоставив Эрена и Леви самим себе, к большому ужасу Эрена.
— Слушай, Леви, изви…
— Душ, — перебил Леви и прошёл мимо Эрена, даже не взглянув на него.
Их плечи резко врезались друг в друга, и Эрен отступил на шаг, после чего посмотрел на шагающего прочь Леви
- ▼ -
Если говорить начистоту, внутри дом Эрена оказался ещё более впечатляющим, чем снаружи. Леви почти раздражало, насколько просторным он был, с высоких потолков свисали роскошные люстры. Однако несмотря на всё величие Леви понимал, что здесь комфортно жить. Обжитой дом, как однажды было сказано. Он создавал ощущение дома. Тёплого, уютного и гостеприимного. Люди постоянно говорили, что дом — это отражение его владельцев, и сейчас Леви видел, насколько много в этом месте от Карлы. Тем не менее, как бы Леви ни хотелось продолжать восхищаться домом Йегеров, он по-прежнему был в грязи из-за дикой собаки Эрена, и его паршивое настроение никуда не денется, пока он тщательно не вымоется. Карла была любезной хозяйкой и предложила сначала показать комнату, где он будет жить, прежде чем устраивать грандиозную экскурсию по дому. Уже за это он был ей благодарен. — Ванная за той дверью. Там должны быть чистые полотенца и принадлежности, — говорила Карла, ведя к комнате, о которой шла речь. Леви заметил, что она была довольно настырной, видимо, Эрен унаследовал это от неё. — Если тебе ещё что-то понадобится, говори Эрену, не стесняйся, — прощебетала она, перед тем как наконец развернуться и предоставить Леви самому себе. — Ах да, Леви! Леви едва сдержал вздох и медленно повернулся к жизнерадостной хозяйке. — Добро пожаловать к нам домой. Леви лишь моргнул, слегка огорошенный, когда Карла проговорила это с нежностью и теплом в голосе. Как странно, подумалось Леви. Он никогда не встречал кого-то настолько по-матерински заботливого и доброго, как Карла Йегер. Хотя нет, это неправда. Был ещё один человек такой же тёплый и добрый, как Карла, но Леви предпочёл бы не зацикливаться на этом воспоминании. Так или иначе, в наше время редко встретишь кого-то настолько искренне милого и заботливого. Возможно, он просто привык к холодной, циничной атмосфере Нью-Йорка, но, как бы там ни было, Леви сумел благодарно улыбнуться Карле. — Спасибо, Карла. Карла выглядела довольной, когда выходила из комнаты, и Леви наконец-то — наконец-то! — остался наедине с собой. Его первой и единственной мыслью был долгий горячий душ. Оказавшись в ванной, которая была столь же впечатляющей, как и весь остальной дом Йегеров, Леви с отвращением стянул всю грязную одежду и сделал то, чего не допустил бы в любой другой ситуации, тем более у себя дома: он оставил испачканные блейзер и брюки прямо на полу. Будь он проклят, если прикоснётся к этому дерьму. Достаточно того, что по коже как будто действительно бегали мурашки, и одно только это ощущение побудило его поскорее принять душ. Леви не спеша встал под душ, подставив под обжигающе горячие струи воды голову, спину и ноги, и застонал. Он всё ещё чувствовал тупую боль где-то в затылке, но она была совсем незначительной по сравнению с той, что охватила его, когда он пришёл в себя в машине. Тогда казалось, что голова вот-вот взорвётся. Теперь же боль стала чуть терпимее, но наступило общее чувство истощения и усталости. Мышцы болели из-за сна в неудобном положении, а горячая вода помогала успокоить скрипучие суставы. «Страшная это вещь — возраст», — пронеслось в голове. Когда он начал чувствовать себя настолько старым? Ему же всего лишь тридцать три. Так почему он чувствует себя на шестьдесят? Если не брать в расчёт все эти депрессивные мысли о возрасте, времяпрепровождение в душе было весьма приятным, но, как бы Леви ни хотелось остаться здесь до конца поездки, он знал, что в конце концов придётся встретиться с семьёй Эрена. Из божественного душа он вышел слегка волоча ноги с обёрнутым вокруг талии полотенцем, с чёлки слегка капала вода. Леви вытер запотевшее зеркало над туалетным столиком рукой и уставился на своё отражение. Никто бы не подумал, что этот один и тот же человек, если бы увидел его в таком виде, с влажными волосами он выглядел моложе. Быстро взяв чистое полотенце, он подсушил пряди, с которых капала вода. Стальные глаза задержались на рисунке татуировок, скользя по изящным линиям и изгибам, но он быстро одёрнул себя. Где-то в области живота всё сжалось, вызывая неприятное ощущение. Леви медленно вышел из ванной и оказался в прохладной и на удивление большой спальне. Он так и не удосужился оценить обстановку в ней, но у него не было такой роскоши, как время, чтобы сделать это сейчас. Надо было одеться и быстро. К счастью, багаж был уже в комнате, и Леви быстро поднял свой чемодан на большую двуспальную кровать, открыл его и стал рыться в одежде. Честно говоря, он, наверное, привёз куда больше одежды, чем нужно было. Они здесь всего на три дня, но Леви всегда был из тех, кто приезжает полностью подготовленными с дополнительной одеждой. Вытащив одну из своих многочисленных водолазок, Леви подобрал к ней в цвет чёрные брюки, пошитые на заказ. Он переоделся в мгновение ока, в последнюю очередь скользнув в водолазку, тем самым скрывая обнажённую кожу. Он провёл рукой по волосам, а затем стал рыться в чемодане в поисках расчёски и геля для волос, чтобы уложить всё ещё влажные волосы в привычную аккуратную укладку. Не найдя расчёску в кармане, куда должен был её положить, он свёл брови и перешёл к следующему чемодану, после чего запоздало заметил, что не хватает ещё одного. Он брал три, все разного размера, от маленького до самого большого. «Fils de pute», — выругался Леви себе под нос, резко запустив руку в волосы. Словно по команде, в комнату вошёл Эрен. — Леви, надо идти… — Эрен замолчал на полуслове. Леви был слишком занят поисками чемодана и не заметил, как тот просто пялится на него с порога комнаты. — Эй, Эрен. Где, блядь, мой третий чемодан? — проворчал он, обходя кровать, чтобы убедиться, что пропажа не осталась с другой стороны от неё. Он зарычал, когда ничего не обнаружил, и наконец холодные серебристые глаза посмотрели на Эрена, который разглядывал его со слегка приоткрытым ртом. — Тц, эй! — сказал Леви, щёлкая пальцами. Эрен удивлённо моргнул, услышав резкий тон Леви. — А? Что ты сказал? — бестолково спросил он. Леви шумно вдохнул через нос. — Твою ж мать, ты не только тупой, но ещё и глухой? Я сказал. Где. Блядь. Мой. Чемодан? — каждое слово он сопровождал одним шагом в сторону Эрена, который, сглатывая, в ответ делал шаг назад. — В смысле? Все твои чемоданы должны быть здесь. — Ну, очевидно, что нет, гений. Ты проверил, чтобы все мои чемоданы были на месте, когда мы вышли из самолёта? Эрен недоверчиво фыркнул. — Я извиняюсь, но как ты себе это представляешь? Когда мне было следить за всеми твоими вещами, если я был немного занят тем, что тащил твоё бессознательное тело с этого сраного самолёта? Леви сурово посмотрел на него. — Эрен, просто ответь мне прямо. Мой чемодан здесь или нет? Эрен вздохнул. — Наверное, нет. Он провёл пальцами по своим растрёпанным каштановым волосам, и только сейчас Леви заметил, что они не были зачёсаны назад, как это обычно было в офисе, а чёлка, обрамлявшая лицо, делала его гораздо младше на вид. — Слушай, я позвоню в аэропорт и подам заявку на розыск багажа, и если он ещё там, то я сам тебя туда завтра отвезу. Думаю, уж одну ночь-то ты без него проживёшь? Леви только фыркнул в ответ и снова потянулся к волосам, пытаясь привести их в некоторое подобие порядка, но потерпел неудачу. Каждый раз, когда он откидывал их назад, чёрные пряди естественным образом рассыпались по слегка смещённому в сторону пробору, и в итоге Леви бросил попытки. — Ладно, к чёрту. — Не понимаю, в чём проблема, — сказал Эрен, когда Леви прошёл мимо него. — Мне кажется, что так тебе больше идёт. — Я думал, что ты должен был уже запомнить. Если я захочу услышать твоё мнение, я тебя спрошу. А теперь скажи мне, какого хрена ты припёрся? Эрен вздохнул, решив не ссориться с боссом, которому, как прекрасно понимал, был совершенно не чета, когда дело казалось споров. Последнее слово всегда оставалось за Леви. — Мама попросила тебя привести. Видимо, они решили устроить что-то типа приветственной вечеринки для меня, и там внизу собрался почти весь город. Она хочет, чтобы ты с ними познакомился. Ну, знаешь, раз мы пара и всё вот это вот. Леви застыл при упоминании вечеринки. Он не отличался общительностью, и мало кто знал, что по факту он был социально неприспособленным человеком. Крайне неприспособленным. Он бежал от вечеринок как от чумы, даже от корпоративных. Само собой, он должен был появляться там, чтобы развлечь клиента, поэтому приходил, светил лицом, говорил пару коротких приветствий и исчезал, прежде чем кто-то успевал заметить. Эрвин и Ханджи любили шутить на тему его неспособности часто бывать на людях, однако самому Леви было вовсе не до смеха. Когда дело касалось социального взаимодействия, он справлялся просто ужасно и предпочёл бы повеситься на собственном галстуке, чем общаться с кучей незнакомых людей, которые не имели никакого отношения к бизнесу. — А без этого никак? — почти выстонал Леви, словно подросток, которого заставляют ехать в гости к бабушке. — Эй, — Эрен посмотрел на него с каким-то упрёком, отчего у Леви возникло странное чувство, что его отчитали. — Знаешь, это всё твоих рук дело. Если бы ты не поддержал Ханджи, мы бы с тобой не оказались в такой ситуации. — Тц, не надо валить всё дерьмо на меня, Йегер. Я не говорил тебе врать семье по поводу наших отношений. — А как ещё я должен был объяснить, почему привёз с собой начальника? Мне бы не пришлось врать семье, если бы ты не поставил меня в такое положение! Леви сжал переносицу, чувствуя, как головная боль снова даёт о себе знать. — Ладно, слушай, — сказал он, решив положить конец этому бессмысленному спору. — Очевидно, что мы уже по уши в этом дерьме, чтобы давать заднюю. Так что давай просто попробуем работать сообща и хотя бы сделать вид, что мы настоящая пара. Эрен хмыкнул. — Хорошо, но как именно мы будем делать вид, что настоящая пара? А вот это уже очень хороший вопрос. Как они вообще собирались создать впечатление, что встречаются, когда очевидно, что, просто взглянув на них, кто угодно поймёт, что это не так? Между ними не было никакой химии, ну, не считая того, что бесили друг друга до чёртиков, но Ханджи всегда говорила, что их перепалки тоже были своего рода флиртом. Леви никогда не хотел верить в её вздорную теорию, однако сейчас, похоже, придётся ей воспользоваться. — Так, слушай сюда, Йегер, и слушай очень внимательно. Леви снова посмотрел на Эрена: тот сидел на изножье кровати с терпеливым видом, что было странно, даже для него. — Судя по всему, если между нами что-то и есть, то это очевидная неприязнь друг к другу, но, похоже, Ханджи считает, что наши отношения как у кошки с собакой — это очень в духе «парочки», поэтому сейчас мы можем это обыграть. — В смысле? — протянул Эрен. — В смысле мы игриво оскорбляем друг друга, держимся за руки в случае крайней необходимости и притворяемся до последнего. Нет смысла изображать идеальную сладкую парочку, когда мы в принципе совершенно другие. Эрен на мгновение принял задумчивый вид, закусив нижнюю губу, после чего медленно закивал в знак согласия. — Ладно, мне кажется, должно получиться. Пусть будет этот троп «от врагов к возлюбленным», как в паршивых слащавых романах. — Именно. Итак, по рукам? — А как иначе, — фыркнул Эрен. — Только это, может, на всякий случай уточним детали? — Например? — рявкнул Леви. — Например, сколько мы встречаемся? Кто первый признался? Мы ночуем у тебя или у меня? Ну и всё такое. Знаешь, могут начать спрашивать. Вот чёрт, Эрен был как нельзя прав. Леви не нужна была ещё одна катастрофа, подобная той, что случилось с Найлом. Эрен почти запорол им весь план, но, к счастью, Найл — абсолютный придурок. — Давай как можно проще, — предложил Леви. — Мы начали встречаться полгода назад, но держали в секрете от большинства друзей и семьи, потому что думали, что это неуместно, учитывая наши должности в компании. Ты признался первый. — Стоп, стоп, почему это я признался первым? Леви посмотрел на него взглядом, который говорил: «Не тупи», — но Эрен не поддался. — Потому что посмотри на меня, я что, правда похож на человека, который первый изольёт сердце и душу человеку, который мне нравится? Эрен оглядел его сверху вниз — и могло бы показаться, что почти с одобрением, если бы Леви не знал всей ситуации — и снова фыркнул с ухмылкой. — Ну да, ты, наверное, прав. Будет правдоподобнее, если мы скажем, что я признался первый. Можно ещё сказать, что, типа, я так долго не говорил о своих чувствах, потому что боялся, что ты мне откажешь. — Да без разницы. У меня или у тебя? Потом с этим разберёмся. Леви оглянулся и, увидев скептичное выражение лица Эрена, закатил глаза. — Сам подумай, тупица. Ты серьёзно думаешь, что кто-то будет спрашивать про нашу сексуальную жизнь? Что-то сомневаюсь. — О, ты увидишься, — язвительно рассмеялся Эрен. — Ладно, пусть будет у тебя, потому что ты наверняка живёшь в какой-нибудь студии далеко от офиса, а значит, меньше вероятность, что нас увидят вместе. — И с чего ты это взял? — нахмурился Эрен. — С того, я живу в восточной части Центрального парка. — А. — Вот именно.
