BatIM: Dreams Come to Life

Я принёс смокинг на работу, чтобы переодеться, потому что не хотел повторения того случая, когда Мистер Дрю отвёз меня домой. К тому же я не мог себе представить, как буду сидеть в метро в этом костюме, когда на меня будут пялиться. И о том, чтобы идти пешком, не могло быть и речи. Потому что тогда я бы пришёл в какое-нибудь шикарное заведение промокшим от пота. Так что я взял сумку с собой, что означало, конечно, что все, кто меня видел, сразу же знали, что я был приглашён. Мисс Ламберт ничего не сказала. Она просто посмотрела на сумку, покачала головой и вернулась к работе. Но Ричи и Джейкобу было весело задевать меня. Я не знаю, может быть, они действительно завидовали и скрывали это, но они казались довольно порядочными во всём этом. — Ну, мы собирались пригласить тебя присоединиться к нашей небольшой вечеринке сегодня вечером, в «У Дюка» через дорогу. Но полагаю, что нет, М-р Модник — сказал Джейкоб. — Дот знает? — спросил Ричи, облокотившись на мой стол. — Дот? — спросил я. — Разве это не твоя девушка, он спрашивает — сказал Джейкоб, бросив взгляд на Ричи. — О, нет, нет. Только я. Один. Мне… как-то и не хочется идти. — Я не хотел быть очень честным, но всё получилось именно так. — Ты что, шутишь, молодой холостяк из города? В окружении великолепных дам, разодетых в пух и прах? Ты должен пойти, ради меня — сказал Ричи. Ну, я не мог не пойти в любом случае. Я чувствовал, что Мистер Дрю воспримет это близко к сердцу. — Ладно, ладно, — сказал я со смехом. И парни тоже засмеялись, пока Мисс Ламберт не крикнула на нас, чтобы мы возвращались к работе. И потом вещи были довольно нормальными. Забавно, как нормальное может быть странным. Иногда вещи не должны быть нормальными. После всего, через что я прошёл, быть тем, над кем подшутили, делать работу, ходить на вечеринки, это было действительно странно. Я не видел Дот весь день. Ни разу. Я не знаю почему. Я много раз ходил в Сценарный Отдел, но её там не было. Я знал, что она была на работе в этот день, другие люди говорили мне об этом. Она как будто избегала меня. Может, так оно и было. В конце концов, я избегал её всю неделю. Это было только справедливо. Я хотел подождать, пока команда уйдёт, прежде чем переодеться в смокинг, но у них были другие планы, и поэтому мне пришлось немного по-модному походить и показать им свой костюм, когда они все свистели мне. Признаю, в этом костюме я чувствовал себя довольно хорошо. Было что-то такое в одежде, которая подходит и хорошо смотрится, что на самом деле влияло на настроение. Наконец мы стали собираться, и тогда я увидел Дот. В вестибюле. В ожидании других парней, чтобы пойти с ними в Бар Дюка. — Ты в смокинге, — сказала она, нахмурив брови. — Да, Бадди собирается на шикарную вечеринку Мистера Дрю, — сказал Джейкоб, хлопая меня по спине. — Правда? — Она пристально смотрела на меня. — Да, — сказал я. — Я на самом деле не хочу идти. — Хорошо, — сказала она. — Я думаю, мы должны вернуться сегодня вечером, так как будет вечеринка и все остальные рано уйдут. Нам нужно найти эту машину. Что она делает. Мое лицо начинало пылать, а внутри всё сжалось. Но это был не страх. В кои-то веки. Я понимал, что злился. На неё. — Почему? Почему мы должны это делать? — резко спросил я. Она выглядела озадаченной. — Потому что нам нужно выяснить, что происходит в студии, — медленно ответила она. — Нет, не нужно, — огрызнулся я в ответ. — Не давай злости превратиться в ненависть, Бадди, сказал я себе, услышав в ушах слова деда. Не давай ей расти. — И даже если тайна по какой-то причине должна быть раскрыта, мы не обязаны быть теми, кто это сделает. — Бадди… — сказала Дот. Она выглядела неловко и неуверенно. Мне не нравилось видеть её неуверенной. — А как же скрипачка? Моё горло сжалось, когда я попытался сглотнуть. Я наклонился и прошептал: — Именно поэтому мы должны остановиться. — Именно поэтому мы не должны останавливаться, — яростно прошептала она в ответ. Я покачал головой. Нет. Это не стоило того, чтобы рисковать жизнью. У меня была семья, о которой нужно было заботиться. Я должен был защитить их. — Зачем тебе это нужно? Какое тебе дело до этого? — Мне нужно, — сказала она дрожащим от эмоций голосом. — Но зачем? — Из всего остального она не могла сказать об этом прямо. — Потому что я могу это сделать! — Она всё ещё шептала, но это было похоже на крик. — Потому что это то, что я могу сделать. Я действительно могу изменить ситуацию. Я не должна просто сидеть и ждать, и волноваться и смотреть, как умирают люди. Я могу это остановить. И помочь. Ты понятия не имеешь, каково это — чувствовать, что ты ничего не можешь сделать. Я не удержался и рассмеялся. Это было безумно, из всех вещей, которые я знал, это было чувство беспомощности, потери контроля. — Не смейся надо мной, — сказала она. — Я иду на вечеринку. Я устал и не хочу туда идти, но это важно для Мистера Дрю. Дот рассмеялась. — После всего, что нам сказал Норман, ты думаешь, ему не наплевать на тебя, Бадди? Это было уже слишком. — Да. Я думаю, ему не наплевать. Я думаю, что ему не наплевать, по крайней мере, на меня. Может, он и не идеален, но никто не идеален. Ни я. Ни он. Ни ты. Дот прикусила внутреннюю сторону щёк. Я сделал шаг назад, когда к нам бочком подошёл Джейкоб. — Ладно, давайте начнём эту вечеринку! — сказал он, хлопая в ладоши. — Я думал, ты не идёшь, — сказал я, отвлечённый выражением лица Дот. — Не на скучную вечеринку, куда ты идёшь, Бадди, а на весёлую вечеринку. Мою вечеринку. — Он хлопнул меня по спине. Дот продолжала пристально смотреть на меня. — Ну. Повеселись, — сказала она. Затем она резко повернулась к двери и направилась к выходу из здания. — Воу, Дот, подожди! — позвал Джейкоб. — Прости, Бад, надо бежать. Приходи к нам в «У Дюка», если ещё не выдохнешься! — Он бросился за ней, а за ним Ричи, который подмигнул мне. И затем я остался один в вестибюле. Чувствуя себя одновременно очень расстроенным и очень глупым. Конечно, этот уровень глупости не шёл ни в какое сравнение с тем, как я чувствовал себя, приехав в отель на вечеринку. Прежде всего, я заплатил за такси, и после того, как дал водителю чаевые и вышел на улицу, я чувствовал себя очень глупо, что потратил свои деньги впустую. Просто потому, что я не хотел помять свой смокинг. И в любом случае, выглядеть строго, казалось, не имело значения, потому что, рядом со всеми идеально одетыми парами, скользящими в сверкающий вестибюль, я вдруг почувствовал, что одежда не показывает тебя как человека. Ну, может, показывала, если это швейцар. На которого я был больше похож. Или официант. В основном все, кто угодно, но не гость. Дело было не только в качестве моего смокинга, который, как я понял, был не так хорош, как у джентльмена, стоявшего рядом со мной в ожидании лифта. Он отражал то, как тот следил за собой. То, как он и его жена взглянули на меня. То, как она затянула свой меховой палантин немного туже вокруг туловища. Они, вероятно, могли учуять мой район во мне. Даже если они этого не видели. Они знали. Двери лифта открылись, и служащий в ярко-красной униформе и фуражке придержал их для нас, когда мы входили. — Вечеринка Студии Джоуи Дрю? — спросил он. Я кивнул. Женщина с мехом сказала «да» таким тоном, что слово получилось на два слога длиннее. Двери закрылись. Некоторое время мы стояли молча, поднимаясь по зданию. — Что ж, это будет интересно, — вздохнул мужчина. — О, тише, — сказала его жена. Она закатила глаза и посмотрела на меня, как будто хотела, чтобы я закатил глаза в знак солидарности с ней. — Вы знаете Джоуи? — спросил он. Я не хотел говорить, не хотел, чтобы они услышали мой акцент. Поэтому я просто снова кивнул и издал своим горлом что-то вроде «да». — Не знаю, что он думает, он пытается доказать. Может он вообще позволить себе такое? — Дорогой, тише, — сказала жена чуть более настойчиво. Муж посмотрел на меня и вздохнул. На этот раз я закатил глаза, что он, похоже, оценил. Двери открылись. — Крыша, — с улыбкой произнёс оператор лифта. Мы пробились в маленькое роскошное фойе с розовыми коврами и розовыми блестящими обоями. У противоположной стены стоял шезлонг, на котором сидела женщина в фиолетовом платье, проверяя помаду в пудренице. Я последовал за мужчиной и его женой к двойным дверям, где двое мужчин, одетых почти так же, как и я, открыли им проход к большой шумной вечеринке на крыше, идущей полным ходом. Буквально. Танцпол был заполнен парами, танцующими свинг, а в дальнем конце для них играла живая группа. На мгновение мне стало интересно, работает ли кто-нибудь из музыкантов на Мистера Дрю. Я вспомнил скрипачку. Затем я попытался мгновенно забыть её и просто принять всё, что видел. Это ещё один раз, когда я хотел бы нарисовать сцену. Она была впечатляющей, но что это значит, когда я говорю это? Я могу сказать, что мы были во внутреннем дворике на крыше с распростёртыми перед нами огнями Нью-Йорка. Казалось, что находишься в небе в окружении звёзд. Яркие огни сияли на танцполе, на зеркальном баре, на толпе, разодетой во все цвета радуги. Огромные клумбы с жёлтыми гиацинтами обрамляли край со всех четырёх сторон. Я знал этот вид цветка, потому что некоторое время мы получали их много. После смерти папы. Единственный способ не хотеть выбросить их в окно — это немного узнать о них. Были смех, разговоры и звон бокалов с шампанским. Я стоял, парализованный в трепете, ошеломлённый. И в этот момент я понял, насколько на самом деле отличается жизнь других людей. Не то чтобы я не знал этого всегда. Но это было как удар под дых. Удар под дых после того, как тебя уже ударили и ты лежишь на земле, свернувшись калачиком. Я потряс головой и много поморгал, а затем решил, что напиток может помочь. Поэтому я повернулся и обнаружил, что стою лицом к лицу с Бенди. Я уставился на широкую улыбку, зубы, сплошные чёрные глаза. Я уставился на это лицо, которое так хорошо знал перед собой. Живое, прямо передо мной. Я почувствовал, как волна тошноты прошла по мне, когда я споткнулся и пошатнулся вперёд. — Эй, осторожнее! — сказал он. Или я думаю, это сказал приглушённый голос внутри Бенди. В тот момент мне было трудно понять, что происходит, моё сердце билось очень быстро. Но когда он проверил меня плечом и ушёл, всё стало ясно. Я быстро повернулся, чтобы посмотреть, как он бродит по толпе, когда люди заметили его и засмеялись от восторга. Человек в гигантском костюме Бенди. Именно тогда я увидел большого Бориса на танцполе, неловко исполняющего что-то вроде Чарльстона. И Элис, стоящую рядом с группой и делающую вид, что дирижирует. Каждый маскот был около 180 сантиметров ростом, может быть, выше. Они выглядели странно. Не в правильных пропорциях. То, как они выглядели, не соответствовало их образам в моей голове. Это не соответствовало мультфильмам. Они не должны были быть такими огромными. Не должны были быть в натуральную величину. — Они вообще не работают, да? — произнёс знакомый голос. Я посмотрел направо, и, конечно же, ко мне подошёл Мистер Дрю. — Нет, — ответил я, надеясь, что он не будет возражать. Хотя он только что сказал то, что думал. — Пойдём, Бадди, посмотрим на этот вид, — сказал он, показывая рукой. Я последовал за ним через толпу. Он здоровался со всеми, пожимал руки, похлопывал по спинам, смеялся над шутками, от которых слышал только концовку. Это было похоже на танец, вроде того, который исполняли люди, кружащиеся под музыку. Он привёл меня к тому месту, где на краю крыши собралось несколько пар, смотрящих на светящийся Эмпайр-Стейт-Билдинг. Вид был, ну, великолепнейший. Думаю, такое слово до этой ночи я не использовал никогда. — Потрясающе, не правда ли? — сказал Мистер Дрю, опираясь на кованые перила. У меня вспыхнуло воспоминание, как я стоял рядом с ним на мостике. Как он подшутил надо мной. Я остался стоять на полметра позади от него. — Да, — ответил я. — Каждое из этих зданий, каждое из них было построено кем-то, у кого была мечта. Кто много работал и никогда не забывал о ней. Я кивнул, хотя он меня не видел. Я не думаю, что он действительно нуждался в моей реакции. Он собирался сказать то, что хотел сказать. Однако он обернулся и посмотрел на меня. — Ты не согласен? — Нет, я согласен, — быстро ответил я. — Я кивнул. Простите, я согласен. — Я вдруг почувствовал себя очень неловко. Он покосился на меня. — Потому что некоторые люди будут говорить, что ты должен сдаться. Что это дурацкая затея. — Всегда есть люди, которые будут так говорить, — сказал я. Мистер Дрю продолжал пристально смотреть на меня. Затем он внезапно оказался совсем близко. — Не позволяй никому сдерживать тебя, — сказал он громким шёпотом. Я почувствовал запах алкоголя в его дыхании. — Что ж, Джоуи, это неплохая вечеринка, но я не уверен, что заслуживаю всего этого. — Громогласный голос прервал его напряжённый взгляд, и Мистер Дрю вдруг заключил большого крепкого мужчину в большие крепкие объятья. — Берти, ты, старый такой-рассякой! — сказал он со смехом. — Значит, ты наконец добрался до собственного торжества. Они отодвинулись друг от друга, когда крупный мужчина от души расхохотался. — Конечно, конечно. Ты сейчас это говоришь, но сбросишь меня с этого здания, когда запахнет жареным, и нам придётся сдвинуть крайний срок. — Ну, что правда, то правда, — сказал Мистер Дрю, и они оба снова рассмеялись. — Бадди! — сказал он, повернувшись ко мне и положив руку на плечо мужчине. — Это Бертрум Пьидмонт. Он гений. — Ну, вроде как, со мной всё в порядке, — ответил Бертрум, протягивая мясистую руку и энергично пожимая мою. — Приятно познакомиться, Бадди. — Бадди — начинающий в студии. Художник, — сказал Мистер Дрю. — Что ж, такие нам всегда нужны — сказал Бертрум, и я не был уверен, действительно ли он это имел в виду. Мистер Дрю рассмеялся и хлопнул его по спине. — Ну что, раз ты теперь здесь, самое время произнести речь. — О, замечательно, ты же знаешь, как я их люблю! — сказал Бертрум, и они вместе рассмеялись и пошли к сцене. Как могли два человека, которые казались такими счастливыми и беззаботными, заставить меня чувствовать себя совершенно противоположно? Я побрёл к танцполу, но остался у противоположной стороны сцены, возле дверей в фойе. Не знаю почему, но я чувствовал, что мне нужно иметь короткий путь для побега. На всякий случай. Когда группа закончила свою песню, Мистер Дрю вышел на сцену, и сверкающая певица уступила ему микрофон. Он улыбнулся и поцеловал её в обе щеки, прежде чем повернуться к толпе. — Как у вас всех дела этим вечером? — крикнул он. Его голос прогремел над толпой, и на мгновение я подумал, что его слышит весь Нью-Йорк. От зрителей раздались здоровые аплодисменты, хоть они и не в полной мере соответствовали уровню его энтузиазма. — Прежде всего, я хочу поблагодарить всех, кто пришёл сегодня сюда. Я хочу поблагодарить группу «Джени и Бандиты». И больше всего я хочу поблагодарить нашего особого гостя, Берти Пьидмонта. Раздался ещё один взрыв аплодисментов. Если аплодисменты могли звучать озадачено, то это было так. — Кто такой Берти Пьидмонт, спросите вы? — сказал он, явно чувствуя замешательство. — Его можно назвать по-разному. Кто-то назовёт его гением. Я назову другом. Но главное, он человек с видением. Опять это слово. — Этот проект разрабатывался шесть лет, но благодаря Берти Бенди и его друзья отправляются в совершенно новое приключение. Не бойтесь, их истории, которые вы любите, никуда не денутся. Но теперь вы все сможете стать частью их самих! Я огляделся по сторонам. Я увидел, как люди шептались и несколько ухмылялись. Мне это не понравилось. Да, этот человек мог пускать пыль им в глаза. Но это была его вечеринка. Они были его гостями. Они должны были относится к этому хоть чуть-чуть уважительно. — Да, леди и джентльмены, позвольте представить вам Бендиленд! — Взмахом руки Мистер Дрю вызвал красивую брюнетку в коротком чёрном платье, со сверкающим нимбом в волосах. Она катила столик, на котором стоял макет, который мы с Дот видели ещё в мой первый день в студии. Теперь он был выкрашен не только в чёрно-белый цвет. И хотя всего минуту назад они смеялись над ним, я видел, что зрители напряглись, чтобы рассмотреть его поближе. — Представьте себе: аттракционы, игры и фотографирование со звёздами мультфильмов! — сказал он, широко улыбаясь. — Но это ещё не всё! Расширение во всех смыслах, я всегда говорю! С завтрашнего дня Студия Джоуи Дрю владеет Придворным Театром. Мы привезём всю продукцию Бенди обратно в Манхэттен. Всё будет создаваться в одном месте: анимация, игрушки и всё, что связано с парком развлечений. Это новая эра для Студии Джоуи Дрю, и именно это мы отмечаем сегодня вечером! Толпа зааплодировала ещё раз, и на этот раз я тоже зааплодировал. Это было захватывающе, как могло быть иначе? — Да, да, это нечто, не так ли? Всё вот-вот… изменится… — Мистер Дрю выглядел немного отвлечённым. Как будто он что-то заметил. — Э-э… всё изменится. Но не сегодня! Сегодня вечером мы танцуем и… да, зажгите! — Он показал пальцем, чтобы группа заиграла снова, но уже направился в мою сторону, прежде чем заиграла музыка. Нет. Нет, не в мою сторону. Он смотрел за меня. Я обернулся. В дверном проёме стояла пара фигур. Женщиной, я понял, была Эллисон Пендл. Актриса, которая озвучивала Элис Энджел. Она стояла там в платье, которое сидело на ней так плотно, как будто кто-то облил её тело серебром. Оно обтягивало все её изгибы и сияло в лучах огней на крыше. С ней под руку стоял мужчина, которого я с трудом узнавал, но он показался мне знакомым. — Вас не должно быть здесь, — сказал Мистер Дрю, приближаясь ко мне и направляясь к ним. — Том, мы должны идти, — услышал я голос Эллисон, но мужчина стоял неподвижно, как камень. Том Коннор. Конечно. Это был Том Коннор.