BatIM: Dreams Come to Life

Однажды я уже терял сознание, во время драки. Или на самом деле не столько драки, сколько избиения. За то, что ты другой. Как обычно. Я стал лучше в защите себя. Лучше в бегстве. Но на этот раз хулиганы меня удивили. Выскочили на меня, когда я поворачивал за угол к своей улице. Они не собирались вырубать меня. И я почти уверен, что это напугало хулиганов. Напугали не последствия. А их собственная сила. После этого они на некоторое время оставили меня в покое. Но я почти ничего не помнил из того, что чувствовал. Момент, когда меня вырубили. Момент пробуждения. И, открыв глаза в Музыкальной Комнате, на сцене, привязанный к стулу, я был почти уверен, что не помню головной боли, которая обжигала мои глаза прямо сейчас. — Эй, Бадди, ты в порядке? Я несколько раз моргнул, пытаясь сориентироваться, и, повернувшись на стуле, увидел, как Ричи смотрит на меня, привязанный, как и я. Он облегчённо улыбнулся. Я не думаю, что он когда-либо искренне улыбался мне раньше. Это всегда было немного… саркастично. — Ричи, что происходит? — в панике спросил я. — Это Сэмми. Он сошёл с ума. Или с того, что от него осталось, — сказал он, обводя взглядом тёмную комнату. Я тоже посмотрел, но мы были одни. Мы были одни. — Где Дот и Джейкоб? — спросил я. Верёвки вокруг меня натянулись, когда моё тело напряглось сильнее. — Дот сбежала. — Мои мышцы мгновенно расслабились. — Я не знаю, где она. Джейкоб… он забрал. Он забрал его… Бадди, я думаю, он собирается… — Ричи замолчал, как будто что-то услышал. Я тоже это слышал. Звук открывающейся двери. Мы одновременно обернулись и стали смотреть. — Это Сэмми? — прошептал я. Ричи сделал какой-то безумно быстрый кивок, но ничего не сказал. Его глаза были широко раскрыты, всё тело дрожало. — Ну, посмотрим, что принёс нам зверь, — сказал Сэмми таким высокомерным голосом. Это был он. Это он скрывался за маской. Это было очень странно и неправильно. На нём была какая-то вырезанная картонная маска, вроде тех, что можно вырезать из коробки с хлопьями на Хэллоуин. Например, маску котёнка или что-то в этом роде. Но это был не котёнок. Это был Бенди. Лицо Бенди. С этой улыбкой. Этой широкой, зубастой улыбкой. Во второй раз за эту ночь я смотрел на это лицо и начинал понимать, насколько не мило оно выглядело. Но маска была не единственной тревожащей вещью в нём. Сэмми, как всегда, был одет в брюки с подтяжками, но рубашки на нём не было. Вместо этого его торс, руки, шея и, как я предположил, лицо за маской были покрыты блестящими чёрными чернилами. Трудно было сказать, были они мокрыми или сухими, поскольку они поблескивали в свете лампы. Но они выглядели так, словно каким-то образом были частью его самого. Были частью его самого некоторое время. — Сэмми, что ты делаешь? — спросил я, когда он медленно подошёл к своей стойке и посмотрел на нас. Казалось, он улыбался под маской. Как будто он был счастлив. — Только я знаю, чего он хочет. Это было сумасшествие. — Что случилось с тобой? — Ха! — рявкнув засмеялся Сэмми. — Что случилось со мной? Ты знаешь, что со мной случилось! Ты был там! Ты видел это! Я был? Разве? — В тот день чернила нашли меня. Я был нужен им. Я был нужен ему. Сначала я был напуган. Сначала я почувствовал их внутри, капли, которые проглотил по случайности. По счастливой случайности. Я чувствовал, как они движутся внутри меня. Я не должен был бояться. Я был глупцом. — Он набирал скорость, его слова вырывались чуть ли не быстрее, чем он мог их произнести. — Затем началось влечение. Мне нужно было больше чернил. Выбора не было. Мне пришлось. И чем больше я потреблял, тем больше понимал. Тем больше я его чувствовал. Слышал его. Мне нужно угодить ему. Сэмми начал расхаживать по комнате, и если бы я только мог просто заставить его продолжать говорить… Я начал дёргать руками в верёвках. Пытаясь высвободить их. — Посмотрите на вас двоих, как вы проводите свои печальные маленькие жизни. Живёте изо дня в день. Для чего? Чтобы угодить ДжоуиДрю? — Он снова рассмеялся, на этот раз дольше и громче. Он глубоко вдохнул. — Зачем угождать человеку, когда можно угождать Богу? Я дёргался в веревках всё сильнее и сильнее. — Где Джейкоб? — потребовал я ответа. — Там, где всё началось. Небольшое действие в начале. А потом, что ж… потом… — Где это? Сэмми перестал ходить. Он стоял в центре комнаты, достаточно далеко, чтобы быть почти полностью в тени. Глаза Бенди смотрели на меня, смотрели мне в душу. Хотя это были всего лишь картон и чернила. Чернила. Чёртовы чернила. — Шшшшшш. Больше никаких вопросов, маленькая овечка. — Он хихикнул, сказав это. — Овечка, овечка, овечка, пора ложится спать, — сказал он нараспев. Грохот. А потом Сэмми оказался на полу, под большим проектором, без сознания и милосердно тихим.