Холодный лёд

Бруклин, Нью-Йорк 2012 год

            — Мне нужно работать, родной, — мужчина нехотя вылезает из крепких объятий, — деньги сами себя не заработают, так что.             — Я буду любить тебя даже с пустым кошельком и рваными носками, — сдавленно хохочет второй, запуская подушкой в спину возлюбленного.             — А я себя нет. Я же не Добби, — мужчина хохочет в ответ, показывая язык лежащему в кровати, — тем-более, я глава огромной компании, а без меня там всё развалится, знаешь ли.             — Не преувеличивай свою значимость, ворчун, Пеппер отлично справляется без тебя. — Стив садится на кровати, сонно глядя на настенные часы. — Серьезно? Ты собрался ехать на работу в 4 часа дня? Это смешно, Тони.       Старк уже не слышал возмущений, вставая под струи прохладной воды и откидывая голову назад. Вода смывала всю усталость и сонливость, мягко обволакивая каждый миллиметр тела, охлаждая разгоряченное ласками Стива тело. Резкая боль в грудной клетке заставила вскрикнуть и медленно осесть на пол, хватаясь за любую точку опоры, только бы не разбить голову об кафель. Воздуха стало не хватать, сердце жгло и грудную клетку будто придавливал огромный камень. Тони не понимал, что происходит и почему в его голове так много суицидальных мыслей и тревоги, которая заставляет судорожно хватать воздух ртом.             — Тони! Что с тобой? Тони, ты слышишь меня? — Стив, который пришёл на шум, пытался достучаться до Старка и легонько тряс возлюбленного. — Тони! Что происходит?       На самом деле, Стив понимал, что могло происходить в данную минуту. Больше не задавая вопросов, он взял мужчину на руки, мягко прижимая дрожащее тело к себе, игнорируя воду, стекающую с него. Дойдя до кровати, Роджерс уложил Тони и лег рядом, укрывая его одеялом, мягко поглаживая по голове и целуя лицо мужчины. Капитан всячески старался успокоить Старка, прекрасно помня своё состояние после разрыва связи с Баки. Так некстати вспомнившийся момент прошлого заставил Роджерса вздрогнуть. Через несколько мгновений Старк перестал дрожать и громко всхлипывать.             — Питер, он что-то сделал, что-то сделал, Стив. Что-то случилось с Питером, — Тони начал вылезать из одеяла, в которое его завернул Роджерс, — я должен ехать, мне нужно ехать.             — Тони, стой. Ты уже ничего не сможешь сделать. — Слова Стива звучали, как приговор для Старка, который уже начал натягивать рубашку и брюки. — Он разорвал вашу связь.             — Как? — Старк не мог понять, от чего тогда продолжало так сильно жечь в груди и сдавливать легкие, если связи уже не было.             — Это не сложно, нужно лишь иметь под рукой ножницы, лезвие, что угодно острое, — Стив медленно сел на кровать, вздыхая громче нужного.             — Откуда ты знаешь? Ты так делал? — В душе Тони заворочалось непонятное чувство ревности, от мысли, что он не первый предназначенный Стива.             — Не я, — обреченно проговорил Капитан, не моргая глядя в пол, — но это делал тот, кому я был предназначен.       Стив вспомнил, как в грудной клетке жгло и не хватало воздуха, когда Барнс решил разорвать эту связь. Он помнил это чувство опустошенности и грусти, волной нахлынувших на него в те минуты. Роджерс понимал, что так будет лучше для Баки, которому не мог ответить взаимностью, но почему-то был разочарован выбором друга. Конечно, Стив не хотел обманывать Барнса, продолжая держать его руку и душу. Баки заслуживал лучшего, кого-то, кто мог ответить ему взаимностью, того, в чьем отражении был бы он.             — Ты уже ничего не сделаешь, Тони, ничего. — Роджерс осторожно притянул мужчину к себе в объятия.             — Я пацана не сберег, Стив, — Старк тихо вхлипнул, утыкаясь в плечо любимого.       Тони давно начал чувствовать непонятную грусть и отчаяние, что беспокойно бились в душе. Он перестал заострять внимание на чувствах Питера, постепенно подчиняясь своей любви к Стиву и их связи, что алой нитью красовалась на запястье, сжимая кожу каждый раз, когда они виделись на базе Щ.И.Т.а. Роджерса, казалось, совсем не заботил тот факт, что у Тони есть Питер. Он позволял себе обнимать мужчину дольше нужного, пожимать руку крепче, чем требовал случай, садиться ближе, когда места было достаточно. Окружающим было плевать, многие и сами было в таких же запутанных связях из-за предназначения судьбы. Старк противился и пытался быть как можно дальше от Стива и их связи, но сердце непослушной птицей рвалось к нему, не оставляя и шанса их с Питером отношениям.       Старк начал меньше времени проводить дома, задерживаясь на базе дольше нужного. Игнорирование явной проблемы в их с Питером отношениях стало чем-то привычным. Он стал закрывать кабинет, чтобы парнишка ненароком не увидел кучу фотографий Роджерса на столе. Правда, это не спасло от паранойи, которая цепкими лапами обхватила Паркера. Тони видел и таблетки, и бинты, пропитанные кровью и слезами, и заплаканные глаза Питера, но упорно продолжал делать вид, что не видит. На самом деле, мужчина давно перестал переживать, на автомате спрашивая о делах и самочувствии. Автоматически и без эмоций целуя парня, холодно обнимая и улыбаясь неискренне. Тони чувствовал, что ещё немного и этим отношениям придёт конец, но когда боль от разрыва связи обхватила тело, то он внезапно начал жалеть обо всех моментах, когда был равнодушен и безразличен к проблемам Питера. Но теперь было поздно что-либо делать.             — Как быть дальше, Стив?             — Я не знаю, Тони, не знаю.