Бесконечная головная боль

      Олег разделся и прошел на кухню, где уже был Владимир Сергеевич и Марина, которая только что сняла с себя пальто, а вот кроссовки всё ещё хлюпали по квартире. Олег увидел Нарочинскую в мокрых кроссовках и посмотрел на то, как она бегает от холодильника к плите, пыталась сообразить что-то на обед.       — Так! — строго сказал Олег, подойдя к Марине, разворачивая ее к себе лицом. — Быстро снимай с себя одежду и в горячую ванну! — чуть прикрикнул он на Марину, но посмотрел на ее отца, который оценивал всю ситуацию.       — Олег, я потом, — опять развернулась Марина к плите, что-то жарила на сковороде. — Со мной ничего не случится, — ответила она ему, нарезая овощи для салата.       — Мань, — обратился к ней отец, это прозвище он давно не произносил, только в детстве, когда Марина плакала или болела, он ее так утешал, и Марине это очень нравилось. — Олег ведь прав, ты потом заболеешь ведь, — сказал Владимир Сергеевич, посмотрев на Олега, соглашаясь с ним.       — Марин! Я сказал в душ! Я сам тебе нарежу огурцы, — сказал Олег, забирая у нее нож. — Ты потом заболеешь, кто тебя лечить будет, м? Я? Или в Склиф сразу? — строго посмотрел он на Марину, которой пришлось с ним согласится и она ушла в ванную комнату.       Марина сняла с себя всю мокрую одежду, вплоть до нижнего белья. И залезла в ванную, которую набрала. Олег всё-таки был прав, ей нужно было посидеть в горячей ванне, чтобы потом не было никаких осложнений. Все тело Марины расслабилось, как только она залезла в горячую воду, прикрыла глаза и продолжала наслаждаться. Всё напряжение сняла горячая вода, Марина давно вот так просто не лежала в ванной. Её одеревеневшие мышцы частично расслабились. Лёжа под горячими потоками воды, Марина пытается успокоиться, но только добивается обратного эффекта. Всё что было на даче, стало для нее очень эмоциональными выходными.       — Олег, — обратился к мужчине Владимир Сергеевич, когда был уверен, что дочка уже не выйдет в ближайшие десять минут. — Какие у вас отношения с Маришей? Вы встречаетесь? — спросил он у Олега, который поставил тарелку с салатом на стол, а в кастрюле мешал макароны.       — Нормальные, дружеские отношения, — ответил Олег отцу Марины, сам пока не понимал, хочет ли Марина, чтобы отец знал про их взаимные чувства.       — Ты не заметил, что в последнее время она очень запуганная? Как она на работе себя ведёт? — спросил он у своего ученика, который сразу же отложил ложку на стол и сел рядом с Нарочинским. — Она стала бояться каждого шороха. Ночью часто стала просыпаться, со мной почти не разговаривает, — рассказывал о состоянии дочки Нарочинский, которое его слегка пугало.       — Заметил, — грустно сказал Олег, вспоминая один случай на работе. — Тоже бывает каждого шороха боится…

flashback

Марина и Олег были на совместной операции. Случай был нелёгкий, поэтому они оперировали уже третий час. У мужчины был перитонит, в процессе операции они заметили, что у него опухоль, которую нужно срочно оперировать. Что они и делают. — Нарочинская! — громко крикнул Олег, когда заметил, что она начала работать скальпелем не там, где надо. От чего Марина дёрнулась и отошла в сторону, сразу резко задышала от страха. — Что ты стоишь?! — посмотрел на неё, сразу заметив страх в глазах, когда Марина облокотилась об стену, чтобы восстановить дыхание. — Все в порядке? — спросил он у нее, думая что она просто заболела, поэтому так и оперировала, она кивнула в знак согласия, подошла к столу и они продолжали работать, но у Олега не выходил этот случай из головы следующие три дня.

конец flashback

      — Почему она такая стала? —спросил Владимир Сергеевич у Олега, не понимая, что происходит с дочкой. — Она ничего никогда не боялась, а тут вдруг стала такой запуганной…       — Владимир Сергеевич, — посмотрел он в глаза учителя. — Я поговорю с ней, успокою, спрошу, что с ней, — пообещал Олег. — А потом вам все расскажу, — ответил он Нарочинскому, прислушиваясь, к тому, что происходит в ванной, но там была полная тишина.       — Спасибо, тебе Олег, — благодарит он Брагина, замечая, как в последнее время эти двоя себя ведут. — Она будет с тобой счастлива, — говорит он ему, посмотря прямо в глаза кареглазому. — Ты ее не бросай, пожалуйста, — просит он у Олега, а тот задумывается. А ведь и правда, как он теперь ее сможет бросить? Когда-то Владимир Сергеевич умрёт, и Марина зациклится в себе, в этот момент он должен будет быть рядом и нигде больше. — Я чувствую, что совсем скоро меня не станет, — продолжает мужчина, после недолгого молчания. — Марина будет переживать, на тебя мне ее нестрашно оставить, — заключил Нарочинский, когда из ванной комнаты вышла Марина.       Марина вышла из душа и молча подошла к плите, на которой варились макароны. Выключила газ на плите и поставила три тарелки на стол. Для папы, себя и Брагина.       Брагин рассматривал фигуру девушки, которая накладывала макароны по тарелкам. На Марине была надета розовая пижама, а на животике, посередине был нарисован зайчик. Олег умилялся Мариной, которая выглядела совсем, «по-домашнему». Макияжа нет, надета пижама, волосы лохматые, собранные в пучок. Встал и начал помогать накрывать ей на стол. Марина улыбнулась его помощи.       — Всем, приятного аппетита, — пожелала Нарочинская, сев за стол, рядом с Олегом.       — Спасибо, дочка, — поблагодарил её отец и начал есть.

***

      — Мариш, — подошёл отец к дочке со спины, когда Марина мыла посуду, а Олег вытирал со стола. — Я пойду прилягу, — предупредил он дочь, а она повернулась к нему, вытерев руки об полотенце.       — Что-то случилось? — спросила она у Владимира Сергеевича.       — Просто утомился, — успокоил он Нарочинскую, отправившись в комнату. — Не переживай, дочка, — поцеловал он ее в лобик и ушёл. Марина продолжила мыть посуду.       — Марин, — поцеловал он ее в шею, подойдя сзади обняв. — Ты чего так переживаешь? Все же хорошо… Ну чего ты? — прошептал он ей в шею, почувствовав как она дрожит. — Ты дрожишь…       — Угу, — согласилась Марина, выключив воду, когда домыла посуду. — Я боюсь остаться одна, — наконец решила рассказать Олегу то, что ей не дает покоя. — Если папа умрёт… Мне, мне будет тяжело одной, — одинокая слеза скатилась по ее щеке.       — Иди ко мне, — повёл он ее за руку, чтобы они сели на диван. — Ну чего ты плачешь? — стряхнул ее слёзы с щек, усадив ее на свои коленки, сильнее прижав к себе. — Я с тобой, — погладил он ее по спинке. — Куда я от тебя денусь, м? Ты же теперь от меня не отстанешь, я же прав? — поцеловал он ее в лоб.       — Где ты набрался это «ванильности»? — спросила Марина, шмыгнув носом, совсем не культурно его вытирая, но перед ней был только Олег, перед ним она себе это позволила.       — В школе, — ответил он сразу, вытирая ей носик, как маленькой девочке, носовым платком. — Ты устала наверное после дороги, поспи немного, — предложил он ей, но Марина лишь помотала головой из стороны в сторону. — Ну хорошо. Тебе чем-то помочь? — спросил он у нее, на что Марина опять покачала головой       — Давай просто фильм посмотрим? — попросила Марина. А ведь неделю назад, она даже бы и не поверила, если бы ей кто-то сказал, что она будет сидеть на коленях у Брагина и предлагать ему посмотреть вместе фильм.       — Фильм? — переспросил он у нее, слегка удивился. — Ну давай, а почему бы и нет? — улыбнулся Олег, удобнее усаживаясь на диване, пока Марина искала ноутбук.       Она включила фильм, который понравился обоим и легла на его грудь, укутавшись в плед. Они спокойно лежали и смотрели фильм, пока не услышали, что в соседней комнате «засуетился» Владимир Сергеевич.       — Кажется папа проснулся, — сказала Марина, но они оба не придали этому значения.       Сидели пока они не услышали грохот из комнаты, в которой был Владимир Сергеевич. Сначала они не придали значения, но позже услышали сбивчивое и активное дыхание. Марина сразу вскочила с дивана и убежала к папе в комнату. Знаменитый профессор сидел на полу держа свою грубую ладонь на груди, тяжело дыша. Марина рухнула рядом с отцом, заплакав. Она гладила его по плечу, пытаясь понять, что с ним происходит. Слёзы капали из глаз, пока Марина содрогалась в истерике.       — Марин! — крикнул громко Брагин, чтобы привести ее в чувство. — Неси аптечку! Не видишь, тут сердечный приступ.       Марина встала на ватных ногах и ушла на кухню, чтобы принести Олегу аптечку, раньше она сама могла справиться с любым приступом отца. В последнее время приступов не было, от слова «совсем». Почему же сейчас ему опять плохо? Она принесла Олегу сумку с таблетками и разными препаратами. Брагин сразу же сообразил, что нужно достать шприц и ампулу, с нужным лекарством и сделать своему учителю укол. Затем они вместе подняли Нарочинского, уложили на кровать и Марина укрыла его одеялом. Пара вышла из спальни, закрыв дверь, Марина села на диван, тихо продолжала плакать.       — Ну что ты? — присел Брагин напротив Марины, положив свои руки на ее коленки, а она обняла себя руками, чтобы согреться. — Испугалась? — нежно спросил он, сам не на шутку испугался. Марина согласно кивнула. — Холодно? — сел он рядом с ней, обняв её. — Держи, — потянул Брагин ей плед, укутав девушку. — Давай я тебе чай сделаю? — предложил он Марине, на что она отрицательно покачала головой. — Скажи уже что-нибудь, — попросил шатен у блондинки, взяв ее за руку.       — Я… Я правда испугалась, — призналась она, опять заплакав.       — Ну тише, — усадил он ее на свои коленки. — Марин, уже все хорошо, приступ сняли, ну ты чего? — вытирал он ее слёзы с щек. — Давай чайку, м? Горячего, да? — предложил он Нарочинской, а она согласно кивнула. — Я сейчас сделаю, — встал он с дивана, уложив на него девушку. — Полежи чуть-чуть, — попросил Олег у Марины, подойдя к чайнику и включив его, чтобы заварить чай.       — Холодно, — прошептала она в пустоту, но Олег это заметил.       — Одеяло принести? — спросил он, подойдя к ней, приложив руку ко лбу, проверяя наличие температуры, которой не было.       — Спасибо, — поблагодарила она мужчину, опять легла на диван, укрывшись одеялом, которое дал ей Олег.       — Сейчас уже чай будет готов, — сказал он, налив воду в кружку, заварив чай Марине. — Вот, держи, — отдал он ей кружку. — Я домой уже поеду, — говорит он ей, встав с дивана, на который сел до этого.       — Домой? — спросила Нарочинская тоненьким голоском, а в глазах появился страх. Ей было страшно оставаться одной. Если папе опять станет плохо, то она не справится сама. Она не сможет сообразить так быстро как Олег. И если он сейчас уедет домой, то потом он просто не успеет вернуться, если приступ вернётся.       — Да, мне нужно домой, — сказал он ей, взяв свою сумку, которая стояла в углу комнаты. — Ты если что, то звони, — предупредил он блондинку, когда уже надевал куртку.       — Останься, пожалуйста, — попросила его девушка, подняв голову так, чтобы встретиться взглядом с мужчиной. — Пожалуйста, — попросила она у Брагина, тот очень удивился, что она сама попросила его остаться. — Пожалуйста, Олег. Я боюсь оставаться одна. Мне страшно, — обхватила кружку своими руками, почти плача.       — Марин, — сел он на диван. — Мне нужно домой. Душ принять, одежду сменить, я завтра работаю, — объяснил он Нарочинской, положив свою ладонь на ее бедро.       — Душ у меня можно принять, одежду постирать, — сказал Марина, пытаясь его любым способом оставить у себя дома.       — А как я завтра поеду? — спросил он, сам конечно же понимал, что на работу ему все равно как ехать. Он просто не хотел так спешить. Он боится наделать ошибок. Но и с Мариной хочет остаться.       — Ну, пожалуйста, — молит она его, оставив кружку на стол, взяв его руки в свои.       Марина все понимает, что они оба не опытные в таких отношениях. Но ей так хотелось оставить Олега у себя, что бы они спали вместе. Во сне она бы прижималась к нему. Стало больно, только от того, что он уедет.       Он сел на диван, прижал ее к себе, чтобы её успокоить он взял её за затылок прижал ее голову к своей груди. Марина плакала, она опять вспомнила про приступ отца. Теперь она была точно уверена, что отец уходит. Олег начал понимать, что она плачет не просто так, у неё уже сдали нервы, ей сложно было всё этого выносить. Болезнь отца выводила её уже целый год.       — Тшш, — погладил её по спинке, она дрожала, то ли от холода, то ли от страха. — Тихо, ти-ихо, успокойся, — шептал он ей на ухо. Олег взял кружку с чаем, которую Марина отставила до этого на стол, поднес к её губам. — Попей. Нужно попить, — говорил Олег, когда Марина уже жадно опустошала кружку. — Успокойся, я останусь, — сказал он ей, укладывал девушку на диван, укрыв одеялом. — Давай я на час отъеду? Я вернусь, м? — спросил он у Нарочинской.       — Как? — прошептала она, и Олег заметил, что голос ее дрогнул.       — Я просто вещи поеду взять… — говорит он и Марина неохотно кивает, совсем не хочет чтобы он уезжал. — Я скоро, — целует он её в лоб и отправляется домой, чтобы взять вещи на первое время.       — Возьми ключи на тумбочке, пусть они будут у тебя, — говорит Марина, сильнее укутываясь в одеяло, посмотрев на Олега.       Когда Олег ехал в пробке, уже сорок минут, то понял что за час он не управиться. Но Марине не стал звонить, не хотела её расстраивать, ей и так сейчас плохо. Отец постоянно плохо себя чувствует, они оба понимают, что времени осталось не так много. Марина из-за этого и психует, плачет и нервничает.       Олег приехал домой, быстро собрал вещи, которые ему пригодятся в ближайшие сутки. Было понятно, что Марина и завтра попросит его остаться, поэтому собрал вещи на ближайшие пару дней. Проверил, чтобы в квартире всё было выключено и отправился к Марине домой. Ему написала Нарочинская примерно минут десять назад.

Марина: Олег, ты же обещал на час. Ты где?

      Олег не стал отвечать, чтобы она не переживала, по дороге домой заехал в магазин и купил продукты, вспоминая, что у Марины дома холодильник был полупустой. Выйдя из магазина, он быстро поехал домой.       — Мариш, — зашёл он домой к Марине, чуть громче шепота окликнул девушку. — Слушай, прости, — извинился он, когда Нарочинская прошла на кухню. Он поставил пакеты с продуктами на пол, стал разбирать пакеты. — Там ужасные пробки, — сказал он ей. — Как ты? Как Владимир Сергеевич?       — Папа нормально, — ответила Нарочинская села за стол, пока Олег раскладывал продукты по местам.       — Ты чего такая? — спросил Брагин Марину, сев на стул, напротив нее. — Чего хмурая такая?       — Нормально всё! — ответила Марина, встав из-за стола, легла на диван, который расстелила для себя и Олега.       — Что случилось? — начал подозревать что-то неладное.       — Нет, спать хочу. — пожаловалась Марина, накинув на себя одеяло.       — Спать? Ну да, уже пол-одиннадцатого, — констатировал факт Олег, посмотрев на свои наручные часы, удостоверился, что время уже не детское. — Ты, спи. — прошептал он, взглянув на Марину, которая еле держалась. — Я в душ пока схожу, можно? — спросил он у блондинки, хотя сам помнил, что она говорила ему буквально два часа назад. То что душ у нее можно принять, вещи тоже можно постирать. Было видно, что ей совсем не хотелось, чтобы он уезжал. — Конечно иди, — отвечает ему Марина, открыв глаза, которые до этого закрыла от усталости. — Там чёрное полотенце весит, твоё, — сказала она ему и Брагин улыбнулся. Ему была принята такая забота с ее стороны, а не со стороны Лены, которая постоянно бегала за ним «хвостиком». Олег принял душ, воспользовавшись полотенцем, которое приготовила для него Марина. Когда он вышел, то Марина уже тихо сопела. «Бедняжка устала. Эмоционально вымоталась, и никто не поддержал ее. Всем было глубоко наплевать, как у нее дома дела. Всем ее партнёрам было наплевать. Но я не партнёр, мне не плевать, я всегда буду готов ей помочь, в чем бы она не нуждалась. Я готов помочь и с отцом, и если она, не дай бог, заболеет, я всегда буду рядом». Брагин лег рядом с Мариной, укрывшись одеялом, перед этим выключив в квартире свет, и проверив все ли закрыто. Приобнял Марину, прижимая ее к себе ближе, чтобы она не мёрзла, и чувствовала себя в безопасности.

***

      На утро Марина проснулась первая, когда луч яркого зимнего солнца пробежался по ее лицу. Она поморщилась, но всё-таки открыла глаза. Сначала не поняла, что происходит. Ей было так тепло, так хорошо, что вставать совсем не хотелось. Она развернулась, легши на спину, заметила Брагина, который ещё мило спал.       Нарочинская встала тихо, чтобы не разбудить Брагина, отправилась в душ. Приняв прохладный и освежающий душ, успела сделать себе макияж. Вышла из ванной комнаты и посмотрела на Брагина.       Если бы кто-то, буквально, месяц назад сказал ей, что в ее квартире будет спать Брагин Олег, а она стоять и с улыбкой наблюдать за ним, при этом готовя ему завтрак, то она бы послала этого человека далеко и на долго, сказав этому человеку, что такого не будет никогда!       Омлет был готов и Марина уже накрыла на стол, зашла к отцу в комнату, тот спокойно спал. Видимо укол подействовал очень хорошо. Она поцеловала папу в щеку и вышла из комнаты, закрыв дверь.       — Олег, — толкнула она его, совсем не нежно, не хотелось спешить с ванильностью как Олег. — Вставай, Нам выезжать через тридцать минут, — сообщила она ему и пошла выбирать одежду, в которой поедет на работу.       Марина выбрала черные брюки-клёш, которые так любила носить в последнее время, особенно после слов Хаева, она хотела скрыть от всех свое тело.

Flashback

      Марина была у Хавева, оба лежали на огромной и мягкой кровати, после бурного оргазма. Марина целый день ходила голодная, как обычно, и бывает. На работе есть некогда, а дома с самого раннего утра не очень хочется. Она была у своего партнера поэтому решила, что он не откажется, если она поест немного.       — Я есть хочу, — сказала Марина, улыбнувшись и встав с кровати.       — Какой есть? Двенадцать ночи, — сказала Виктор недовольно. — А как же фигура?       — С фигурой все нормально. Двадцать минут назад тебя все устраивало, — буркнула Марина, направляясь к холодильнику.       — То есть ты не замечаешь, что ты толстая? — подошёл он к ней закрыв холодильник, запрещая есть в такое время.

Конец flashback

      Наверх Марина решила надеть красивую, нежно-розовую блузку. Которая была чуть свободна, тоже скрывала все ее достоинства.       Олег в это время уже сидел за столом и ел завтрак, который приготовила для него Марина.       — Я тебя здесь высожу, — сказала ему Марина, когда остановилась за три остановки до «Склифа». — Хорошо, — ответил ей Олег и вышел из машины, а Марина поехала дальше.       Зайдя в «Склиф» Нарочинская сразу же заметила Нину, которая стола за стойкой и уже ругалась с новым ординатором, который заступил полчаса назад. Объясняла ему, что где и как должно лежать.       — Привет, Нин, — подошла Марина к стойке и расписала в журнале.       — Привет, Марин. — ответила ей Дубровская, поворачиваясь в сторону подруги. — Знакомься, Марат Игнатьевич, — указала она на ординатора, который стоял рядом с блондинкой.       — Очень приятно, — ответила ему Марина, протягивая руку для приветствия, всё-таки нужно поддерживать хорошие отношения с коллегами. — Нарочинская Марина Владимировна.       — А Вы…? — замялся парень, не зная как спросить.       — Я дочь, — сразу ответила Марина, не любила, когда спрашивали про ее отца, зная, что его скоро не станет.       — Понял, — ответил он Марине и она ушла в ординаторскую переодеваться.       Олег появился в здании имени Склифосовского через двадцать минут после Марины, тоже расписался в журнале и заметил Нину, которая подошла к нему. Она странно улыбалась и все время смотрела на Олега, каким-то загадочным взглядом.       — Чего лыбишься то? — спросил он у подруги, облокотившись об стойку регистратуры.       — А ты чего такой счастливый? Ночка выдалась хорошей? — спросила она у своего друга, продолжая улыбаться.       — Прекрасная, — ответил он Дубровский, вспоминая, как ночью к нему прижималась от холода Марина, а он укрывал ее одеялом.       — Ой, только давай без подробностей, — рассмеялась она, махнув рукой. — Иди переодевайся, нам уже клиента везут, — ответила она ему уже серьёзно и он отправился в ординаторскую.       Там он встретился взглядом с Мариной, но только в ординаторской он встретил ее не одну, а в компании какого-то парня, который явно испытывал не ненависть к Марине, и Лену, которая зловеще улыбалась и смотрела на Марину. У молодого человека были очень испуганные глаза, а у Марины взгляд был вообще стеклянный.       Олег очень удивился всей картиной, которую застал в ординаторской. Ровно полчаса назад он разлучился с Мариной, она отправилась на машине на работу, что же могло произойти за это время, пока его не было? Конечно он понял, что без Лены тут ничего не произошло бы. Она тут причастна ко всей этой ситуации.       — Марин, — зашла в ординаторскую Нина, и заметила ту же картину, что и Олег. — Вы чего? — спросила она у коллег, но ей никто не ответил, лишь Марина повернула к ней голову. — Марин, там привезли закрытую ЧМТ, возьмёшь? Или мне кого-то из «нейро» звать? — поинтересовалась Дубровская, заметив взгляд и слегка бледную кожу Марины.       — Иду, Нин, — сказала Марина тише обычного.       Марина вышла из комнаты и направилась в смотровую, где ее уже ждал пациент. Ну как ждал? Лежал на кушетке без сознания.       Марина оценила ситуацию и назначила анализы, а затем операцию, которую проведёт в одиночку. Никого сейчас видеть не хочет. Хочет забыться и просто оперировать часов пять.       — Нин, чё там случилось? — спрашивал Брагин у своей подруги, пока Марина была на операции.       — Где? — спросила у него Нина, разбирая карты на своем рабочем столе. — В ординаторской? — догадалась Нина, вспоминая выражение лица Одна, когда он увидел всю картину в ординаторской. — Я не знаю, — ответила она, после того, как получила кивок головой своего друга.        — Вообще ничего? — надеялся хоть на какую-то информацию, спросил ещё раз Брагин. — Ладно, — сдался он после отрицательного кивка Нины. — Что было до этого? — спросил он у подруги, подойдя к ней ближе, обойдя стойку регистратуры.       — Олег, ничего не было, — ответила ему Нина, отложив карты, чтобы нормально поговорить с Брагиным. — К нам пришел новый ординатор, Марат Игнатьевич. Он с ней познакомился, — начала рассказывать Дубровская, стараясь не пропускать ни малейшей подробности.       — И что хотел от Марины? — продолжал допрашивать Олег Нину.       — Слушай, Михалыч, — коварно улыбнулась Нина. — А чего ты так о Нарочинской печешься? Не с ней ли ты сегодня ночью был? — коварно улыбнулась блондинка.       — Ничего я о ней не пекусь! — ответил Олег своей подруге. — Просто стало интересно, всё-таки мы с ней друзья, — ответил он Нине, уходя в смотровую, так как привезли нового пациента.       — Ну да, ну, да! —прокомментировала вслед Дубровская, продолжая разбираться на моем столе.       Олег тоже ушел на операцию после десяти минут осмотра пациента, но вот только у него операция длилась не настолько долго, как у Нарочинской. Ему просто нужно было провести резекцию желудка, а вот Марина уже шестой час стояла около операционного стола и пыталась достать пациента с того света.       Олег закончил операцию и пошёл в ординаторскую, перед этим дав распоряжение медсестрам. В ординаторской никого не было, впервые Олегу так повезло. Он лег на диван, который стоял в ординаторской, для удобства врачей. Как только Брагин облокотился об спинку дивана, то сразу же погрузился в сон.       Нарочинская закончила операцию, выйдя из помещения. Поясницу она вообще не чувствовала, ноги еле таскала, ни для кого такая операция не будет лёгкой, но для Марины, которая еще только привыкает к таком режиму работы, такая операция была очень сложной. Она зашла в ординаторскую, и ее взгляд упал на лежащего на диване Олега. Ей очень хотелось поговорить с ним, прижаться и все обсудить, но она просто не могла этого сделать, Марина думала, что из кто-то увидит и начнется скандал, а без Лены этот скандал просто так не пройдет. Марина подошла к своему шкафчику и достала оттуда пластинку с таблетками. Ещё полгода назад, в Америке, ей назначили курс успокоительных. Отец был всегда против, особенно такой дозы, но Нарочинская сказала, что ей и так хорошо. Выпила одну таблетку, запив ее водой и почувствовала на себе долгий взгляд, повернулась и заметила, что Олег уже не спал. Молча подошла к дивану и устало рухнула на него.       — Марин, — начал Олег, прикоснувшись рукой к ее коленке. — Что здесь с утра произошло? — спросил он у нее, но Марина отрицательно покачала головой, совсем не хотела говорить об этом, устало прикрыла глаза. — Ты чего? — заметил ее состояние Олег.       — Поясница просто отваливается, — решила дать слабину Марина, ответив на его вопрос. — Семь часов оперировала, — пожаловалась она Олегу.       Он замечал за ней ту маску безразличия, которую она постоянно надевала. Ему хотелось помочь ей, сказать что все образуется, все будет хорошо. Но она не принимала его заботу, пока мама не поняла, что ей хорошо с ним, она готова с ним делиться проблемами.       — Хочешь я тебе спину намажу? — предложил ей Олег, встав с дивана и достав из шкафчика охлаждающую мазь.       — А вдруг кто-то зайдет, — сказала Марина, посмотрев на две двери, которые были в ординаторской.       — Пойдём, — взял он ее за руку и куда-то повёл.       Марина шла медленно, и останавливалась после каждого второго шага. Боль в пояснице только возрастала. Олег все понимал и ждал ее каждую остановку, пока боль не уйдет. Свою ладонь держал на ее болезненном месте, пытался унять ее боль.       — Снимай футболку и ложись, — сказал он Марине, закрыв шторку смотровой, чтобы никто не увидел Марину в таком виде.       Марина сняла с себя футболку, как и сказал ей Олег и легла на кушетку, лицом вниз, чтобы Олегу было удобно растирать мазь. Он выдавил на свою ладонь немного геля и прикоснулся своей рукой к Марининой спине. Начала вытирать средство, а Марина стонала от удовольствия. Кожа покрылась мурашками, то ли от холода, то ли от его прикосновений. Олег продолжал нежно втирать мазь в ее болезненное место, пока она не захныкала.       — Не дави так сильно, — шёпотом попросила она у Брагина.       — Прости, — сразу среагировал он и ослабил хватку. — Увлекся, — оправдался он. — Тебе полегче?       — Да, спасибо, — встала она с кушетки и начала надевать на себя футболку, а Олег засмотрелся на ее форму, пока она не надевала. — Хватит на меня так бесстыдно пялиться, — сказала ему Нарочинская, улыбнувшись, самой было очень приятно, что Олег доволен ее телом.       — Ты очень красивая, — прошептал шатен, подойдя ближе к девушке, обняв её, уткнулся носом в её шейку. — Никого красивее не видел, — сказала он ей и Марина улыбнулась. — Мы вместе домой поедем? — спросил он у нее.       — Олег, — начала Марина, отстранившись от него, чтобы смотреть прямо в глаза. — Давай ты сегодня у себя дома переночуешь? — попросила она его и у Олега сразу же что-то «ёкнуло» в сердце. Неужели она опять начала играть в эти кошки мышки?       — Почему? — спросил он у нее, очень удивившись, он думал, что чувства ее искренние, не думал, что она опять играет с ним злую шутку.       — О нас уже коллеги шепчутся, — сказала она, посмотрев в пол, чтобы не встречаться с ним глазами, самой было противно от этой мысли.       — Ну и что, Мариш? — подошёл он ближе, использовав ласковое прозвище, думая, что так она одумается. — Тебе не все равно? — спросил он у нее, подняв голову за подбородок.       — Нет, — ответила она ему, всматриваясь в его глаза. — Мне не все равно! — резко отошла она от коллеги. — Пока! — сказала она на прощение и ушла в ординаторскую переодеваться, а Олег направился к Лене, чтобы все разузнать, что же было сегодня утром. Понимал, что потом может получить от Марины, что он с ней общался, но ему было важно знать, что произошло, из-за чего Марина так резко себя повела.