Impure

      — Командир здесь, Ваше Высочество.       Бледный Король поднимает взгляд от бумаг. В уголках его глаз виднеются следы усталости, а под нижними веками красуются тёмные круги.       — Зачем он пришёл? До нашей запланированной встречи осталось меньше недели. Какое такое важное событие произошло, что оно не может подождать?       Слуга выпрямляется, чувствуя на себе усталый взгляд Короля.       — Он говорит, что это срочно, Ваше Высочество. Судя по всему, количество нападений инфицированных увеличилось.       Король застывает в кресле.       — Хорошо. Скажи Командиру, что через пару минут я встречу его.       Слуга снова кланяется:       — Мигом, Ваше Высочество, — говорит он и исчезает в длинном лабиринте коридоров.       Стоит ему скрыться из вида, как Король глубоко вздыхает и начинает сосредоточенно массировать виски, будто готовясь к плохим новостям. Ему требуется минута, чтобы взять себя в руки. Затем он бесшумно выскальзывает с кресла и направляется к тронному залу. Два каролинга молча следуют за ним по пятам.       Лучше узнать все подробности, прежде чем его разум придумает их сам.       Тронный зал практически пуст, не считая пары часовых пикинёров и слуги, который сообщил о визите. Стоит Королю переступить порог, как все находящиеся в зале тут же преклоняют колено, почтительно опустив голову. Король не пошёл к трону; вместо этого он подходит к Командиру, жестом приказывая ему подняться.       — Мой слуга доложил, что твой визит связан с атаками инфицированных, Командир. Объяснись. — непринуждённо начинает Король, складывая когти в замок за спиной.       — Их становится больше, Ваше Высочество, — серьёзно заявляет Командир, вставая по стойке «смирно». — За прошедшие две недели было зафиксировано три нападения. Одно рядом с Перепутьем и ещё две на Вокзале Королевы. Это больше, чем за предыдущие несколько месяцев.       — Есть ли жертвы?       — Пятеро погибших и трое раненых. Всего восемь трупов, если считать инфицированных.       Король скрипит зубами и крепче стискивает за спиной когти:       — Плохо. Уверяю, я лично работаю над решением проблемы. И оно почти готово. Но пока что я хочу знать, есть ли у тебя идеи, как снизить количество жертв?       Командир коротко кивает:       — Есть, Ваше Высочество. Я увеличу количество стражников в тех местах, где нападения происходят чаще. Также стоит увеличить количество смен на патрулировании, но уменьшить рабочий день, чтобы предотвратить быстрое выгорание стражников. У меня есть примерный график патрулей, вы можете посмотреть его, если…       — Это необязательно, Командир. Я доверяю твоему профессиональному взгляду. И разрешаю тебе менять расписание как пожелаешь.       Командир наклоняет голову:       — Спасибо, Ваше Высочество.       — Как ты планируешь провести сюда жуков, которые прибудут к нам в следующем месяце? С таким поворотом событий, уверен, нам нужны будут изменения. Командир снова кивает:       — Я решил, что пары особо тренированных часовых и меня хватит, чтобы провести их через Халлоунест в Белый Дворец. У меня также на примете есть небольшая группа новобранцев. При тщательном планировании и небольшой удаче они даже не заподозрят, что что-то не так.       Бледный Король кивает:       — Прекрасно. Есть ещё что-то, что ты хочешь обсудить со мной?       — Нет, Ваше Высочество.       — Тогда ты свободен. Если что-то изменится, ты должен сообщить мне об этом немедленно.       Командир кивает:       — Конечно, Ваше Высочество.       С идеально прямой спиной Бледный Король провожает взглядом Командира и его часовых, пока те удаляются из дворца. Как только они скрываются из поля зрения, его плечи тут же опускаются, а в глаза возвращается прежняя усталость. Он поворачивается к слуге, ожидающему приказов:       — Принеси чая к моему кабинету, пожалуйста. Быстрее.       Слуга кланяется:       — Сию минуту, Ваше Высочество!       Проходя под аркой, ведущей в его личные покои, Король резко останавливается и оглядывается на всё ещё ожидающего слугу:       — И, раз ты ещё здесь, добавь туда виски.       — Слушаюсь, Выше Высочество!       ***       Просыпаться в руках своего возлюбленного — самый лучший способ начать прекрасное утро.       Хотя, определённо, к этому нужно привыкнуть. Первые несколько раз, когда ты открывала свои мутные после сна глаза и видела глубокие чёрные очи Пьюра прямо напротив тебя, ты пугалась настолько, что чуть не вылетала пулей из кровати. Ты так привыкла просыпаться в одиночестве. Сказать по правде, ты думала, что та ночь была лишь очередным сном. После пробуждения тебе потребовалось несколько минут нежных прикосновений, чтобы убедить твой всё ещё сонный мозг, что всё происходящее реально.       Какая-то часть тебя всё ещё отказывается в это верить.       Где-то на подкорке сознания ты всегда признавала своего подопечного действительно привлекательным. Его умения обращаться с гвоздём и магией удваивало эту привлекательность. Но твой профессиональный взгляд позволял обозначить это лишь как «действительно привлекательный». Даже несмотря на осознание того, что ты запала на странного молчаливого жука, ты думала, что твои чувства никогда не перерастут в нечто большее; в ту знакомую нежность, которую ты испытываешь сейчас. В конце концов, ты была влюблена в существо, которое не должно слышать тебя или реагировать на что-то, кроме прямых приказов.       После случившегося на горячих источниках, однако, всё перевернулось с ног на голову.       И даже несмотря на то, что вина продолжала вгрызаться в твой панцирь, ты не могла отрицать, что случившееся — лучшее, что происходило с тобой за всю жизнь.       — Доброе утро, красавец, — со слабой улыбкой бормочешь ты, с трудом разлепляя тяжёлые веки.       Пьюр наклоняется и нежно касается твоего лба своим в безмолвном ответе. Ты смеешься, наклоняя голову, чтобы поцеловать его в щеку. Вскоре ты отстраняешься, но он ловит твой подбородок и поворачивает твоё лицо, чтобы поцеловать глубже. Ты вздыхаешь ему в губы, тая от такого сладкого внимания.       Да, к этому определённого будет легко привыкнуть.       Ты цепляешься взглядом за часы за его спиной и с неохотой отстраняешься. Несмотря на то, как сильно ты бы хотела проводить с ним в постели весь день, у вас обоих есть обязанности.       — Извини, здоровяк, но нам нужно вставать. Не стоит опаздывать.       Пьюр кивает. Ты поднимаешься с постели и направляешься в ванную. После окончания водных процедур ты заходишь на кухню и видишь Пьюра, который как раз заканчивает готовить твой утренний чай. Ты улыбаешься, подкрадываясь к нему сзади и обхватывая за талию.       — Ты разбалуешь меня так. Что я буду делать, когда ты вернёшься к тренировкам с Королём? — это была шутка, но Пьюр замирает в твоих объятиях, его рука застывает на полпути к шкафу, откуда он собирался взять чашку. Ты хмуришься, крепче обнимая и виновато прислоняясь щекой к его спине:       — Я несерьёзно, Пьюр. Всё будет хорошо. Мы сможем выкроить немного времени для «нас» между тренировками. Так сказать, найдём лучшее применение этим горячим источникам.       Он медленно кивает и осторожно достаёт твою любимую чашку из шкафа.       Оставшееся утро протекает незаметно. Ты не переставая болтаешь о его тренировках, занимаясь завтраком. Пьюр внимательно слушает, кивая или качая головой, соглашаясь с тобой. Несмотря на то, что он не отвечает вслух, ты никогда не чувствуешь себя одиноко. Однако ты определённо хотела бы, чтобы между вами был какой-то лучший способ общения. Может, в следующий раз, когда ты будешь проходить мимо Архивов, ты посмотришь книги по языку жестов…       Ты возвращаешься в настоящее, застёгивая накидку Пьюра:       — Готово, — удовлетворённо говоришь ты, разглаживая ткань на его плечах. — Готов выдвигаться?       Пьюр наклоняется, и ты тянешься к нему, чтобы поймать поцелуй. Однако, стоит вам выйти за дверь, как вы оба принимаете серьёзный вид. Ты стараешься избегать бессвязных разговоров с ним, пока вы двигаетесь по длинным белым коридорам. В это время они особенно оживлённые; все слуги суетливо бегают туда-сюда, озабоченные началом нового рабочего дня. Ты улыбаешься и киваешь нескольким знакомым лицам, но ни у кого из вас нет времени остановиться и поболтать. Пьюр же как обычно следует высокой и тёмной тенью позади тебя.       Хегемол уже ждёт вас в тренировочном зале.       — Доброе утро, сэр Хегемол, — с улыбкой приветствуешь ты, чуть кланяясь.       Он кивает в ответ:       — И тебе, _________! Как прошло твоё утро?       Ты улыбаешься, радуясь небольшой беседе. После нескольких минут вежливых разговоров вы возвращаетесь к работе. Ты берёшь накидку Пьюра и садишься на скамейку, чтобы наблюдать за занятием.       Через пару часов вас навещает слуга, чтобы передать тебе сообщение:       — Его Высочество приказывает тебе немедленно прийти в тронный зал, — говорит он после быстрого приветственного поклона.       Ты поднимаешься:       — Скоро буду.       Как только слуга уходит, ты поворачиваешься к Хегемолу. Он тут же прерывает тренировку, поднимая гвоздь, что является соответствующим сигналом для Пьюра.       — Что случилось, дорогая?       — Король хочет видеть меня, — отвечаешь ты, подходя ближе. — Я не уверена, для чего именно. Я надеюсь вернуться до окончания вашей тренировки, но если не получится, объяснишь Зе'мэр, почему меня нет? И передай ей, что если меня не будет до конца и её тренировки, пусть оставит Сосуд ждать меня здесь, хорошо?       Хегемол кивает:       — Да, конечно, передам.       Ты улыбаешься и отвешиваешь вежливый поклон:       — Спасибо, Хегемол.       — Береги себя, дорогая, — отвечает он тебе в спину, в то время как ты выходишь из тренировочного зала, размышляя о возможных причинах твоего вызова.       Тронный зал выглядит оживлённее, чем когда-либо.       Если честно, сам факт того, что оба трона заняты, уже вызывает удивление. Белая Леди обычно большую часть времени проводит в её личных садах, возвращаясь в Белый Дворец только для проведения дипломатических встреч, как эта. В последний раз ты видела её несколько месяцев назад.       Окружённая со всех сторон ослепительно белым светом Херра выглядит не к месту, но не менее впечатляюще. Ты старательно отводишь неприлично долгий взгляд от Ткачей и Преследующих верующих, стоящих в шеренге за своей королевой. Несмотря на то, что ты видела их достаточное количество раз во время своих путешествий по Глубинному гнезду, их очередное появление не перестаёт завораживать тебя.       Тебя привлекает мельтешение красного пятна около ног Херры, и ты наклоняешь голову вниз. Два тёмных любопытных глаза выглядывают оттуда, наблюдая за тобой, следя за каждым движением. Ты едва подавляешь улыбку, борясь с желанием подмигнуть очаровательной маленькой принцессе.       Подойдя к основанию трона, ты вежливо кланяешься Херре и её дочери, затем поворачиваешься и преклоняешь колени перед Королём и Королевой.       — Вы хотели видеть меня, Выше Высочество?       — Да, — спокойно отвечает Король, жестом приказывая тебе подняться. — Херра, это _________, одна из самых преданных наших слуг. Ты наверняка видела её раньше среди посыльных в Глубинном гнезде.       Херра разглядывает тебя и кивает:       — Мы встречались. Припоминаю, она была довольно вежлива и говорила только по делу, что я премного ценю.       — Ты считаешь её подходящей кандидатурой, чтобы присмотреть за Хорнет, пока мы обсуждаем рабочие вопросы?       Ещё один взгляд, уже дольше предыдущего. Ты немного выпрямляешься, сохраняя бесстрастное выражение лица.       — Возможно… — начинает Херра, обходя тебя, чтобы встать прямо перед тобой. Она не такая высокая, как Пьюр или Белая Леди, но её роста достаточно, чтобы нависать над тобой. Ты поднимаешь голову, чтобы встретиться с ней взглядом. Ну или с тем местом, где за маской должны быть глаза.       — У тебя есть опыт работы с детьми? — спрашивает она, скрещивая на груди верхнюю пару рук.       — Да, Выше Высочество. Как старшая дочь из группы я часто была няней, пока наши родители занимались делами. По крайней мере, я могла быть ей в перерывах между нашими занятиями.       — Группы? Ты имеешь в виду семьи?       Ты качаешь головой:       — Не все мы были кровными родственниками, Ваше Высочество. Должность королевского слуги передаётся по наследству. Хотя бы один из наших родителей служил Королю.       Херра фыркает, поворачивая свою маску к трону:       — Параноик до глубины души, понимаю. В этом дворце есть хоть один жук, которому не промывали мозги с самого рождения?       Бледный Король хмурится. Его глаза превращаются в две острые щели. Кровь стынет в твоих жилах, а тело словно окатывают ледяной водой. Ты сказала лишнего? О Черв, ты просто пыталась точно ответить на её вопрос.       К счастью, его ярость была направлена не в твою сторону.       — Мы собрались сегодня, чтобы обсудить трамвайные пути в Глубинное гнездо, а не мои методы набора подчинённых. Так ты считаешь её подходящей или нет?       Херра снова поворачивается к тебе.       — Я знаю все основные методы оказания первой помощи, — тараторишь ты, надеясь наверстать упущенное. — Я умею делать искусственное дыхание и знаю приёмы, применяемые при удушении. Я обещаю, что со мной Ваша дочь будет в безопасности.       Ещё один долгий и внимательный взгляд:       — …Хорошо. Ты выглядишь достаточно ответственной. Хорнет, сладкая, выйди сюда, пожалуйста.       Хорнет выбегает из-под одной из массивных ног Ткача и занимает своё место позади матери. Херра опускает одну из нижних рук и касается когтями места между рогами дочери.       — Этот жук позаботится о тебе в течение нескольких часов, пока я обсуждаю рабочие вопросы с Королём, — ласково объясняет она. Ты улыбаешься и приветственно машешь Хорнет. Её маленькие тёмные глаза сужаются.       — Я надеюсь, ты будешь вести себя хорошо, — продолжает Херра ласковым, но твёрдым тоном.       Хорнет решительно мотает головой, утыкаясь лицом в колено матери:       — Не хочу. Хочу остаться с тобой.       Херра вздыхает.       — Ох, сладкая, обещаю, мы не будем делать ничего интересного, — подает голос Белая Леди, мягко глядя на неё. — Даже я признаю, что наша беседа будет достаточно скучной. Особенно для такого активного ребёнка, как ты.       Хорнет снова мотает головой:       — Неважно. Хочу остаться.       Ты драматично вздыхаешь, привлекая её внимание:       — Что ж, похоже, тогда мне не с кем будет поделиться медовым пирогом. Полагаю, мне придётся съесть его полностью самой… — дразнишь ты, задумчиво касаясь когтями подбородка и устремляя взгляд вдаль.       Хорнет всё ещё подозрительно смотрит на тебя:       — У тебя есть пирог?       Ты усмехаешься:       — У меня нет пирога, но на кухне есть. Я собиралась взять тебя туда, чтобы угостить. Если, конечно, твоя мама не будет против, — добавляешь ты, поднимая глаза на Херру.       — Я могу съесть пирог, мама? Пожалуйста? — Ласково спрашивает Хорнет, вставая на цыпочки, чтобы дотянуться до когтей матери.       — Конечно, милая, — отвечает Херра с улыбкой в голосе. — Только один кусочек. Я не хочу, чтобы ты перебила себе аппетит к обеду, — добавляет она, снова поворачивая маску к тебе. Ты понимающе киваешь.       Ты подаёшь Хорнет руку, и она радостно берёт её, позволяя тебе вывести девочку из комнаты. Бледный Король кивает одному из каролингов, и тот неслышно следует за тобой.       — Какая твоя любимая игра? — спрашиваешь ты свою новую подопечную.       — Рыцарь и принцесса!       — Да? Тебе нравится быть рыцарем или принцессой?       Хорнет усмехается:       — Рыцарем! Быть принцессой скучно.       Херра наблюдает, как ваша небольшая группа скрывается за углом, ожидая, пока твоя болтовня не перестанет слышаться в тронном зале, затем снова поворачивается к Бледному Королю:       — Она слуга, которая наблюдает за Сосудом? — спрашивает она.       Бледный Король кивает:       — Да. Почему ты спрашиваешь?       — Я хочу, чтобы у Хорнет был кто-то, с кем она сможет путешествовать между королевствами. Кто-то близкий, кто сможет обеспечить ей стабильность и защиту. Поскольку слуге твоего Сосуда скоро потребуется новая работа, к тому же, глядя, как неплохо они поладили, я считаю её идеальным кандидатом, — сухо объясняет Херра. Она уже давно смирилась со своей судьбой, поэтому мысли о будущем её дочери в основном сводились к практическим вещам.       — Ты думаешь, _________ подходит? — с любопытством спрашивает Белая Леди. — Почему ты не рассматриваешь в этой роли одного из твоих Ткачей? Так будет удобнее для всех.       Херра пожимает плечами, скрещивая руки на груди:       — Мой народ не так уж и хорошо жалуют за пределами Глубинного гнезда. Твоя слуга сможет сопровождать её с гораздо меньшими трудностями.       Бледный король кивает:       — Я рассмотрю это предложение. Мы можем обсудить его позже, после того как мы решим насущные вопросы. А сейчас прошу за мной, для нас уже подготовлен конференц-зал.       ***       После небольшого перекуса обещанным пирогом на кухне ты и Хорнет забегаете в учебные классы, чтобы взять оттуда вещи для игры. Ты не берёшь слишком много; несколько детских книг, бумагу и цветные восковые мелки. Всё то, что, по твоему мнению, сможет занять маленькую принцессу, пока ты заканчиваешь с тренировкой Пьюра.       Когда ты возвращаешься в тренировочный зал, видишь, что Зе'мэр уже начала своё занятие.       — Ехъ? Кто тут у нас, Ле'мэр? — спрашивает она, стоит тебе перешагнуть через порог вместе с Хорнет. Она выходит из защитной стойки, жестом указывая Сосуду сделать то же самое. Каролинг, сопровождающий вас, замирает у входа.       — Ай, это же Херры Зверь дочь? Мо'встречала её однажды, но помнила гораздо меньше мо'была, — продолжает она, пока ты подходишь к ней для приветствия. Хорнет прячется за твоими ногами и Зе'мэр приходится наклониться, чтобы рассмотреть её поближе. — Не нужно быть напуганной, Ле'мэр. Мо'просто любуюсь тем, как ты выросла.       — Хорнет, это леди Зе'мэр, — с улыбкой объясняешь ты, ободряюще сжимая руку Хорнет. — Она одна из Пяти Великих Рыцарей.       Она широко распахивает глаза и поднимает голову, стараясь получше разглядеть Зе'мэр:       — Ты рыцарь? — с благоговением спрашивает она.       — Да, — с улыбкой отвечает Зе'мэр. — Одна из лучших в королевстве.       — Он тоже рыцарь? — спрашивает Хорнет, почувствовав взгляд Пьюра, который молчаливо стоит поодаль, выпрямившись во весь рост.       — Да. Мо'я тренирую его, чтобы он стал лучше.       — Ты можешь научить и меня быть рыцарем? — взволнованно спрашивает Хорнет, подпрыгивая на месте.       Зе'мэр смеется:       — Может однажды и научу, Ле'мэр. Когда ты станешь больше и старше. А сейчас ты можешь только смотреть. Ты можешь познать много вещей просто лицезрея.       И Хорнет принимается сосредоточенно следить за движениями Зе'мэр. Она даже не прикасается к книгам и мелкам, которые ты принесла; вместо этого она сидит на краю скамейки и впитывает всё происходящее своими большими тёмными глазами. Ты усмехаешься, видя её воодушевление. Это напоминает твой восторг в день, когда Король позволил тебе наблюдать за рыцарями в битве много лет назад.       Твои глаза скользят с Хорнет на причину, благодаря которой ты и получила эту возможность, и усмешка превращается в улыбку. Он сам вырос в прекрасного Рыцаря; и с каждой тренировкой он становится только лучше.       Вскоре тренировка заканчивается. После дружественных прощаний и рекомендаций на будущие занятия Зе'мэр уходит, оставляя тебя с прыгающей Хорнет и неподвижным Пьюром.       — Это было невероятно! — выкрикивает Хорнет, дёргая тебя за коготь. — Ты видела, как она машет своим гвоздём?! И как она вжух! И фьють! И... — она продолжает, подражая движениям Зе'мэр, по-детски размахивая руками. Ты улыбаешься, глядя на неё.       — И его движения были такие быстрые! — продолжает она, показывая на Пьюра, который, к счастью, продолжает неподвижно стоять, ожидая приказов. Дети невероятно плохо хранят секреты. — Я даже не всегда видела, как он двигается!       — Это было потрясающе, — соглашаешься ты. Идея зарождается в твоей голове, пока ты рассматриваешь дверь, ведущую в кладовую. Тебе нужно придумать, как помочь Хорнет выплеснуть энергию, которая у неё накопилась. Пьюр не был ранен во время тренировки, поэтому ваш ритуал в горячих источниках можно отложить.       — Как ты думаешь, когда-нибудь я стану рыцарем? — спрашивает Хорнет, снова дёргая тебя за коготь.       — Я уверена, ты станешь, милая, — отвечаешь ты, с улыбкой глядя на неё. — Не хочешь попробовать сейчас? Я думаю, в кладовой есть несколько деревянных гвоздей, с которыми мы сможем поиграть.       Её глаза загораются так ярко, что даже самая яркая лампа во дворце могла бы обзавидоваться:       — Можно? Можноможноможноможноможноможно?       Ты смеёшься, ласково подталкивая её к кладовой:       — Да, милая, можно.       Очень скоро в груде инструментов ты находишь старые гвозди из ракушечного дерева. Ты берёшь два небольших для Хорнет и для себя. Хорнет, не теряя времени, начинает нетерпеливо рубить воздух вокруг себя, пытаясь воссоздать движения, которые исполняла Зе'мэр.       — Ты говорила, что твоя любимая игра — это рыцарь и принцесса, верно? — спрашиваешь ты, закрывая дверь в кладовую.       Хорнет останавливается ровно на столько, чтобы быстро кивнуть:       — Да! Можно я буду рыцарем? Ты будешь принцессой, а он пусть будет плохим парнем, — говорит она, указывая на Пьюра.       — Ну… — начинаешь ты, глядя на своего подопечного. Ты уверена, что раньше он никогда не играл с детьми. Может, тебе стоит показать пример? — Давай лучше я буду плохим парнем, а он будет принцессой.       — Только не сердись на меня, когда я тебя побью! — говорит она, направляя остриё гвоздя на тебя.       — Клянусь, — с усмешкой обещаешь ты, рисуя на груди букву «Х», и встаёшь напротив Пьюра. — Сосуд, сядь, пожалуйста, — приказываешь ты, вскидывая свой деревянный гвоздь. Он подчиняется и садится в позу лотоса на холодный мраморный пол, ткань накидки красиво струится по его плечам. Ты коротко улыбаешься ему и поворачиваешься к энергичной Хорнет.       — Героиня! — ты пытаешься изобразить «злодейский» голос. — Ты проиграешь!       Хорнет бросается на тебя со всей свирепостью, на которую способен маленький, но очень увлечённый шестилетний ребёнок, что впечатляет тебя, ведь ты ожидала немного другого. Она размахивает гвоздём с удивительной для её размера скоростью и грацией, тебе приходится защищаться гораздо чаще, чем нападать. Ты блокируешь бόльшую часть ударов, от которых не получается увернуться, но несколько скользящих уколов, которые ей удается нанести тебе, практически не чувствуются. Ты усмехаешься, кружась с ней по тренировочной комнате:       — Это всё, на что ты способна, героиня? — напеваешь ты, блокируя очередной удар её гвоздя. — Если так, твоей принцессе придётся остаться со мной!       — Шаааа, — кричит она и взмахивает гвоздём, выбивая оружие из твоей намеренно ослабленной хватки. Оно падает на пол и отлетает в другую половину зала. Она направляет гвоздь тебе в грудь. — Сдаёшься?       Ты поднимаешь руки ладонями вперед:       — Я сдаюсь, сдаюсь! Я не ровня великой Хорнет!       Она надувается от гордости и марширует к Пьюру, который всё ещё неподвижно сидит на полу.       — Сейчас ты должен поблагодарить меня за то, что я спасла тебя! — громко шепчет она, раскрывая свои крошечные когти, чтобы помочь ему подняться. Пьюр осторожно берёт её за руку, притворяясь, что так ему действительно легче встать.       — Я сказала, что сейчас ты должен поблагодарить меня за то, что я спасла тебя! — Хорнет говорит чуть громче, не получая ответа.       — Он не умеет говорить, милая, — объясняешь ты, поднимая свой гвоздь.       Хорнет с удивлением поворачивается к тебе:       — Но почему?       Ты пожимаешь плечами:       — Он таким родился.       — Но… но… тогда как он общается?       Ты ласково улыбаешься и садишься на корточки, чтобы ваши лица находились на одном уровне:       — Ему не то чтобы есть что рассказать нам, милая, — лжёшь ты. — И такие жуки, как он, общаются по-другому. Он может использовать когти, чтобы говорить на языке жестов, или просто написать что-нибудь.       Она непонимающе смотрит на тебя:       — Он говорит руками?       — Он не говорит, — ты выделяешь слово, незаметно кивая Пьюру. — Он не говорит совсем. Но другие жуки, которые не могут разговаривать голосом, используют язык жестов. Так ты можешь когтями показать фигуру, которая обозначает какое-то слово.       — Ах… — вздыхает она, понимая чуть лучше.       — Ну что ж, ты готова спасти принцессу ещё раз?       — Да! Но сейчас я хочу, чтобы он был плохим парнем! — восклицает она, подпрыгивая на месте и снова указывая на Пьюра.       Ты вздыхаешь, понимая, что она не собирается отказываться от своей изначальной идеи. Это хотя бы будет безопасно…       — Хорошо. Сосуд!       Пьюр выходит из «сна», наклоняясь, чтобы встретиться с тобой глазами.       — Тебе нужно притвориться, что ты сражаешься с ней, хорошо? — объясняешь ты, передавая ему свой гвоздь из ракушкового дерева. Он выглядит смехотворно маленьким в его когтях, но ты не хочешь лишний раз рисковать с гвоздём большего размера. Ты понижаешь голос, так, чтобы тебя слышал только он. — Полегче с ней. Ты видел, как я играла с ней?       Пьюр низко, даже чересчур, кивает. Ты улыбаешься.       — Хорошо, героиня! — восклицаешь ты, разворачиваясь и падая на пол, картинно прижимая коготь ко лбу. — Спаси меня от этого большого плохого жука!       ***       Прошло несколько часов. Вы трое менялись ролями, каждый из вас побыл на месте каждого персонажа минимум по разу. Тебе даже удалось уговорить Хорнет побыть принцессой. Конечно, ближе к концу, когда она уже вымоталась, но всё же. Ты посчитала лишним то, что Пьюр посадил её себе на плечи после очередного «спасения», но её счастливый смех того стоил.       К счастью, Пьюр играл роль принцессы в тот момент, когда ещё один слуга просунул голову в дверной проём.       — Вот вы где! Их высочество закончили встречу. Тебе нужно привести принцессу в тронный зал.       — Мы скоро будем, — с поклоном отвечаешь ты.       — Но мы ещё не закончили играть! — надувает губы Хорнет, направляя гвоздь в твою сторону.       — Боюсь, что закончили, милая, — ласково говоришь ты, подбирая накидку Пьюра со скамьи и убирая гвозди обратно в кладовую. — Твоя мама ждёт тебя.       Её лицо светлеет, и она опускает гвоздь:       — Я могу оставить гвоздь? Пожалуйста?       Ты отвечаешь, застегивая накидку на шее Пьюра:       — Это вопрос для Бледного Короля, милая. Это не мой гвоздь, — у тебя на сердце слегка покалывает, когда ты видишь её опущенные плечи и удручённое лицо. — Но я уверена, он позволит его оставить. Не забудь вежливо попросить, хорошо?       Хорнет немного оживляется и кивает.       Коридоры настолько оживлены, что вам приходится протискиваться через толпу жуков, спешащих закончить рабочий день. Хорнет всю дорогу прижимается к тебе, стискивая своими крохотными коготками твои. Ты ободряюще сжимаешь их. Ты не понаслышке знаешь, как коридоры Белого Дворца отличаются от таковых в Глубинном гнезде.       Она ослабляет хватку, только когда вы входите в тронный зал.       — Мама! — радостно кричит она, отпуская тебя, и бежит к Херре, чтобы обнять её за ногу.       — Здравствуй, сладкая — тепло отвечает Херра, хлопая её по месту между рогами. — Тебе понравилось здесь во дворце?       — Да! Я смотрела, как два рыцаря сражаются друг с другом!       — Да?       — Да, да! Я потом я тоже стала рыцарем, видишь, видишь? У меня даже есть гвоздь! — Восторженно говорит она, показывая свой гвоздь из ракушечного дерева. Ты едва подавляешь улыбку. Она слишком милая.       — Вижу. Но разве тебе разрешили оставить его, сладкая? — спрашивает Херра, глядя на Бледного Короля, который стоит чуть поодаль. Хорнет поворачивается в ту же сторону, чуть съеживаясь, когда её взгляд попадает на монарха.       Король медленно кивает, в его глазах появляется улыбка:       — Конечно, она может оставить его. Я уверен, что ей он принесёт гораздо больше пользы, чем кладовой, где он лежал.       Херра смотрит обратно на свою дочь:       — Что нужно сказать, Хорнет?       — Спасибо!       — Не стоит благодарностей.       Херра поворачивается к тебе:       — Спасибо, что присматривала за моей дочерью. Я знаю, она бывает…неугомонной.       Ты усмехаешься и киваешь:       — С удовольствием, Ваше Высочество. Но она совсем не доставила неудобств. Я буду рада снова помочь Вам во время следующего визита.       Херра кивает тебе и снова наклоняется к Хорнет:       — Попрощайся, моя хорошая. Пора возвращаться домой.       Хорнет бросается к тебе, крепко обнимая тебя за ногу:       — Пока! Я надеюсь, скоро мы сможем поиграть ещё!       Твоё сердце тает и стекает вниз лужей материнских слёз. Ты протягиваешь руку и треплешь её между рожек:       — Я тоже, милая.       Херра уходит. Тёмные фигуры её свиты бесшумно следуют за ней по бледным коридорам. Тебе действительно грустно от их ухода.       — Ты хорошо показала себя сегодня, ________. Я знал, что ты будешь идеальным кандидатом для этого задания, — хвалит Бледный Король.       Ты улыбаешься и наклоняешь голову в поклоне. Гордость наполняет твою грудь:       — Благодарю, Ваше высочество.       — Вам нужно ещё что-то сделать до вечерней тренировки Сосуда? — спрашивает он, скользя глазами по высокой и тихой фигуре, возвышающейся за тобой.       — Сосуд ещё не был на горячих источниках, Ваше Высочество, — отвечаешь ты. — Его гвоздь также нуждается в уходе. Я не смогла проследить за этим, потому что была занята с принцессой.       Король кивает:       — Это вполне объяснимо. Очень хорошо. Сделай это, затем приведи Сосуд ко мне на вечернюю тренировку.       — Хорошо, Ваше высочество.       Вы играете свои роли до самих горячих источников. Однако за закрытой дверью вы скидываете маски.       — Мне правда нужно почистить твой гвоздь, — наигранно жалуешься ты, чувствуя его когти на своих бёдрах. Ты поворачиваешься к нему лицом, улыбаясь. Он кладёт подбородок тебе на макушку и резко опускает плечи, что, как ты догадываешься, является аналогом обиды.       — Ну же, Пьюр, не будь таким. Обещаю, я быстро.       Он дрожит, что, должно быть, означает страдальческий вздох. Но через мгновение он выпрямляется, снимает накидку и погружается в горячую воду. Ты поднимаешь его гвоздь и садишься на скамейку, тщательно протирая его.       — Ты был таким хорошим сегодня, Пьюр, — закончив, произносишь ты, прислоняя гвоздь к стене позади тебя. Пустые тёмные глаза пристально наблюдают, как ты расстёгиваешь свою накидку и кладёшь рядом с его, ёрзая от нетерпения. Ты удовлетворённо прикрываешь глаза и вздыхаешь, погружаясь в воду напротив него. — Ты был так хорош с Хорнет. Моё сердце растаяло, стоило мне взглянуть на вас.       Ты медленно подходишь к нему, дразня. Он терпеливо ждёт, его тёмный взгляд скользит от твоего лица к твоим бёдрам. Сидя на такой глубине, он оказывается почти на одном уровне с тобой; прекрасная возможность обхватить руками его шею. В ответ он нежно проводит когтями по твоей талии.       — Ты будешь хорошим родителем, — продолжаешь ты, опускаясь на его колени. Пьюр наклоняет голову, пытаясь остаться на одном уровне с тобой, и внимательно смотрит тебе в глаза. — Если честно, это заводит меня.       Пьюр дрожит, его когти скользят по твоим ногам и обхватывают бёдра. Он опускает голову и прикасается лбом к твоему.       — Я знаю, мы не сможем иметь наших детей, — нежно шепчешь ты, прикрывая глаза. — Но всегда можно усыновить. Может, мы сможем задуматься об этом серьёзнее, после того как ты закончишь служить Королю…       Пьюр вздрагивает под тобой, резко отстраняясь. Ты поднимаешь взгляд на него и хмуришься:       — Что случилось? Я… я поторопилась? О Черв, я действительно?.. Прости, Пьюр. Я просто задумалась и снова начала говорить ерунду. Я не хотела, чтобы тебе было некомфортно.       Он сидел абсолютно неподвижно, глядя будто бы сквозь тебя.       — Если ты не хочешь, мы не будем делать этого, — тараторишь ты, пытаясь снова взять ситуацию под контроль. — Это просто мои глупые мысли. Давай лучше сосредоточимся на нас? У нас всё ещё есть время в этих горячих источниках… — отчаянно намекаешь ты, прикасаясь когтями к его груди.       К счастью, это выводит его из этого странного состояния, и он снова опускает голову, чтобы посмотреть на тебя.       — Всё хорошо? Я не испортила ничего… верно?       Пьюр медленно качает головой. Он наклоняется вперёд, ещё раз прижимая свой лоб к твоему и дрожит – вздыхает. Ты позволяешь себе с облегчением расслабиться.       В этот раз всё медленно и нежно; мягкие, осторожные касания как знак внимания и извинений. После насыщения вы продолжаете какое-то время сидеть в горячей воде, наслаждаясь спокойствием и нежными объятиями друг друга.       Даже если ты и замечаешь, что Пьюр обнимает тебя чуть крепче обычного, ты ничего не говоришь.