Статическое электричество

Музыка больше не играла, в доме не было слышно разговоров или чьих-то шагов, лишь еле уловимое шипение растворимого кофе в прозрачной кружке. Единственным источником механического движения в гостиной была шерсть Сумо, лениво летающая в воздухе в лучах утреннего солнца. В остальном же жизнь будто бы остановилась. Коннор послушно лежал на диване в гостиной, не желая отказываться от предложения отдохнуть чисто из вежливости. Он понимал, что и так уже заставил Андерсона злиться на себя несчетное количество раз, поэтому отказ был бы очевидно неуместен. Только вот была одна проблема — программа Коннора не подразумевала предложение полежать. Сначала Андроид лишь аккуратно присел на край, всем своим видом показывая, что этого будет достаточно. Но внезапно теплые ладони обхватили его плечо и, медленно повернув, окончательно уложили на диван. Что-то подсказывало, что лежание в позе куклы доставит хозяину дома массу неудобств или, того хуже, познакомит его с таким понятием, как педиофобия. Коннор отправил в сеть запрос «спящий человек фото» и за считанные мгновения получил информацию о 58 432 вариантах того, как можно лечь. Из всех предложенных максимально реализуемым оказался тот, суть которого заключалась в повороте набок, сгибании ног в коленях и просовывании рук под подушку. Этот он и выбрал. Хэнк поставил на стол кружку любимого кофе и устало присел на скрипящий стул. Только проснувшись, он ощущал себя подозрительно эйфорично, но после того, что он засвидетельствовал, жизненные краски немного сгустились. Где-то отдаленно послышался шорох наволочек, отдавшийся в сознании одной мыслью: «Он что, ерзает?», заставившую вспомнить, что гость-то и не человек вовсе. Мужчина вопросительно покосился в сторону коллеги, чтобы убедиться в ранее сделанном выводе. Коннор аккуратно лежал на его диване, прикрыв глаза, изредка кратко окидывая комнату рассеянным взглядом. На нем не было фирменного пиджака, к которому они оба так привыкли — тот свисал со спинки рядом стоящего кресла, куда его двумя минутами ранее кинул Хэнк. Андроид выглядел совсем живым и по-человечески уставшим. Его грудная клетка размеренно вздымалась под напором воздуха в синтетических воздуховодных трубках, и создавалось чувство, словно он вот-вот окончательно погрузится в царство Морфея. Из головы Андерсона раз за разом безбожно вылетало слово «эмуляция» — он никогда его не вспоминал. Возможно, так было даже лучше. — Коннор, где ты ночуешь? — Хэнку этот вопрос показался вполне логичным, ведь чтобы так реалистично лежать, надо практиковаться. Неужели у напарника была собственная недвижимость, а он не знал об этом? А если ее нет, то где он живет? На улице? А что самое главное — почему этот вопрос посетил голову Андерсона только сейчас, спустя пять месецев, что прошли с того момента, как Коннор стал полноценной частью общества? Андроид приподнялся на локтях, в своей манере посмотрел прямо в глаза, а потом увел взгляд, оголив диод, что полыхал золотом. Он не был готов к такому вопросу, так как это было что-то совсем личное, что-то, о чем Андерсон не должен был когда-либо спросить. — В участке. — Прямо и без лишних эмоций ответил Коннор, на что получил хмурый взгляд удивленных глаз. — Под словом «ночевать» люди в основном подразумевают «спать», но мне это не требуется, поэтому ночью в участке я занимаюсь работой: отчетами, рапортами и тем, что мы не успели сделать днем. — Он расплывчато улыбнулся, скрывая за улыбкой несказанные слова о том, как часто думает о Хэнке, строит в голове непрожитые сюжеты и мучает себя «экзистенциальными сомнениями», о наличии которых Андерсон догадывался еще до девиации. — Т-ты хочешь сказать, что ты целыми днями в офисе? — Эта фраза прозвучала слишком агрессивно для ответа на высказывание Андроида. — Почему ты не сказал-то? Мы бы тебе, не знаю… дом нашли. — Последние слова Хэнк сказал уже тише, замечая как быстро стерлась грань между заботой и злостью. Он выжидающе поднял брови больше в стиле напарника, нежели в своем. — Я-я… — Коннора отвлекло произнесенное коллегой слово «мы». Почему он выбрал именно это слово, как бы подчеркнув, что это их общее дело, а не личные заботы Андроида, с которыми обычно никто не хочет никому помогать? — Я не думал об этом, лейтенант. — Коннор не врал. Несмотря на то, что 70% его свободного времени было проведено в размышлениях о себе, своем настоящем и будущем, он ни разу не вспомнил о том, что у него нет дома. Ему некуда идти. Если что-то случится, ему некому позвонить. Некого предупредить в случае, если задержат на работе. Не на что копить деньги, негде спать, некуда складывать запасы тириума. [Программный сбой] — Тем более моей заработной платы не хватает на жилье в нашем штате. Если я соберусь вложиться в недвижимость, то мне придется переехать, а я искренне этого не хочу. — Слова «хочу» и «не хочу» все еще давались Коннору с ощутимым трудом, даже спустя нескромное количество времени, прошедшего с девиации. Неудивительно, ведь чтобы избавиться от внутреннего блока на обсуждение своих предпочтений, надо брать и говорить о них. А такие ситуации встречаются, мягко говоря, нечасто. У работников полиции, к сожалению (или к счастью), не спрашивают чего они хотят или не хотят — дают работу, значит делай, а если не хочешь, то значок на стол. — Я благодарен капитану Фаулеру за возможность «ночевать» в участке. — На слове «ночевать» Андроид неожиданно поднял два пальца правой руки, рисуя в воздухе кавычки. — Это частая практика в наше время, поэтому все в рамках закона. — Подытожил Коннор и неожиданно подмигнул, напрочь уничтожив в Хэнке агрессию, собиравшуюся в нем все это время. Но и за этим незамысловатым элементом симпатии скрывался один секрет — Коннору уже как сутки не разрешено оставаться в участке на ночь. Он не решился сказать, так как увидел какую бурную реакцию вызвал у напарника тот факт, что у Андроида нет своего дома, и даже не мог представить как Хэнк отреагирует на новость о том, что Коннору уже двенадцать часов как некуда приходить по ночам. Андерсон поднял подбородок и многозначительно прищурился, раскрывая все имеющиеся карты в колоде под названием «я тебе вроде верю, а вроде нет». Он сам удивлялся тому, как хорошо читает эмоции Коннора, казалось бы, передовой модели андроида-переговорщика, чьи реальные мотивы должны быть надежно скрыты за стальным занавесом. Хотя, когда Хэнк пристально наблюдал за реакцией напарника на выходки, например, Гэвина Рида, тот уже не казался той открытой книгой, к которой привык Андерсон. Это не льстило, как могло показаться, а лишь глубже погружало в пучину нерешенных задач, связанных с ним и его напарником. Из-за этого Хэнк начал бояться, что его воспринимают как старого алкаша, к которому нужен особый подход, как к новорожденному, чтобы тот более-менее функционировал. Отношения с Коннором были своеобразной русской рулеткой, от которой Хэнк отказался, но она вернулась в его жизнь снова, только теперь в новой форме. Форме с рефлективной надписью «RK800». Никогда не знаешь какое действие верное, а какое — нет. Где его внутренний мир можно потрогать, а где нельзя. И это превратилось в замкнутый круг, потому что когда ты только героически собираешься с мыслями для того, чтобы сблизиться и показать себя в том виде, в котором тебя еще никто не видел, тебя откатывает назад, как в несохранившейся игре, и ты снова боишься как в первый раз, а может даже сильнее. Круг замкнулся на том, что лучше максимально избегать ситуаций, которые потенциально могут мотивировать к сближению, чтобы не тешить себя пустыми надеждами. Но это путь наименьшего сопротивления, а это Андерсона категорически не устраивало. Хэнк битую минуту таращился на кофейную гущу, в уродливом узоре собравшуюся на дне кружки, как заметил, что Коннор начал хаотично моргать и сверкать желтой лампочкой диода. — У нас новый вызов, лейтенант. В церковь на Декстер-авеню.

***

Посреди самого обычного американского спального района расположилась пугающая своими размерами баптисткая церковь — ужасающе огромная и могущественная. Она уродовала Декстер-авеню, словно шрам, всем своим видом напоминающий о том, какую сказку человечество однажды выскребло ножом на своем теле и к чему это привело. Только сегодня этот шрам раскрылся — разошлись многовековые швы, окропив все вокруг кровью двух типов: человеческой и андроидовской. Улица была наглухо перекрыта, но это было все, что успели сделать с момента первого вызова. Лейтенанту и Андроиду то и дело приходили сообщения о том, что есть вероятность появления нужды в эвакуации людей из ближайших домов — дело с каждой секундой становилось все серьезнее. — Это же теракт на почве религиозных разногласий, почему мы с этим разбираемся? Разве это уже не из области ФБР? — Начал разговор Хэнк, выжидающе остановившись на светофоре. — Велика вероятность, что дело связано с андроидами, лейтенант. В участке знали о моем местоположении, поэтому решили, что вы тоже нужны на месте преступления… — Погоди, то есть я тут чисто таксист? — Удивленно спросил Андерсон, полностью повернувшись лицом к Андроиду. Хэнк сам не сразу понял откуда столько возмущения, ведь давно стал ощущать себя как второстепенную помощь расследованию, уступая по функционалу своему напарнику. Но тут было все то же самое, что и с отношениями с Коннором — тот же замкнутый круг, при попытке выбраться из которого тебя засасывает обратно. Андроид озадаченно отвел глаза, обдумывая вопрос. Тогда, дома у Андерсона, ему поступило краткое сообщение: «На Декстер-авеню в церкви мужчина, вооруженный армейским ножом, угрожает прихожанам расправой. Вероятно, андроид. Геометка и отчет с имеющейся информацией прикреплены», а то, что ему нужно ехать с Хэнком, он невольно решил сам. Коннор ничего не успел ответить, когда они завернули на нужную улицу, воочию лицезрея толпу чернокожих горожан средних лет, что толпой бежали со стороны церкви, драматично размахивая руками. — Твою мать… — Только и успел произнести Андерсон за считанные секунды до того, как перед машиной выскочил полностью экипированный полицейский, вытянувший перед собой ладонь, показывая, что дальше ехать нельзя — оцеплено. Машина резко затормозила с металлическим скрипом, и Хэнк глухо ударился грудью о собственные руки, ногтями врезавшиеся в руль. Эта ситуация настолько разозлила Андерсона, что его голосовые связки отказались работать, оставляя хозяина в разъедающей мозг тишине. — Дальше только пешком. — С ожидаемым спокойствием произнес Коннор, слегка притупив чувственный эксцесс Хэнка. — Я заметил… — Скомканно прорычал Андерсон, кинув озверелый взгляд куда-то в пустоту, и заглушил машину. Хэнк стал реже ругаться при Конноре, а на него так вообще перестал. Вольно или невольно — тут уже вопрос, но самое главное, что перестал. Что-то внутри него болезненно сжималось, когда он представлял себе как Андроид обрабатывает у себя в голове речь, полную нецензурной брани. Глаза Коннора не позволяли повышать голос в свою сторону, вырабатывая у Хэнка условный рефлекс под названием «не ругаться на Коннора, даже если очень захочется». В последнее время хотелось говорить лишь что-то приятное — извиниться за все, раннее сказанное, что теоретически могло оскорбить напарника. Похвалить, напомнить тому о каком-нибудь совместном деле, в котором Андерсон бы очевидно не справился сам. Но какая-то внутренняя блокада не давала этого сделать, встав прозрачной стеной из пуленепробиваемого стекла, которая дразнила своей транспарентностью, показывая все красоты бутафорских миров из паралелльных вселенных, в которых Хэнк говорит все то, что действительно хочет сказать. — Информация о том, что это андроид, подтвердилась. — Сказал Коннор, причудливо держа пальцы у виска рядом с диодом, словно настраивая связь. — Нужен переговорщик. — RK даже не повернулся, полностью погрузившись в рабочий азарт, и уверенно направился в сторону черного входа, расположенного в задней части здания. Андерсон так и остался стоять, провожая его безэмоциональным взглядом. Каждое новое дело разливалось в груди Хэнка покалывающей тревогой, спирающей дыхание. Это чувство разъедало в нем тот профессионализм, что он по кирпичику строил на протяжении десятков лет, а причиной был никто иной, как Коннор. Его напарник словно был создан для того, чтобы к нему привязались, чтобы до смерти боялись потерять. Даже дома уже было не так, как на работе. Было одиноко и до звона в ушах тихо, отчего на службу хотелось так, как никогда ранее. Казалось бы, это была самая настоящая душевная боль, причиной возникновения которой было удушающее одиночество, но в этой боли что-то было. Что-то, что заставляло раз за разом прокручивать в памяти разговоры и продумывать диалоги наперед. Что-то, что заставляло просыпаться по утрам и идти на работу вовремя. Что-то, что побудило снять с зеркала в ванной назойливые записки с пустым содержанием. Почему такие банальные перемены, как появление в жизни нового коллеги, полностью перевернули жизнь Хэнка — не особо понятно. Но Андерсон пришел к выводу о том, что его жизнь настолько застоялась на месте и покрылась слоем сине-зеленых водорослей, что даже такое незначительное движение привело к тотальным изменениям экосистемы. — Ну тебя несет, конечно… — Шепотом сказал Хэнк самому себе и развернулся в сторону импровизированного полицейского штаба, устало потирая переносицу.

***

Дверь открыла вид на подсобное помещение, полностью погруженное в кромешную темноту. Коннор примерно сконструировал план здания и прошел в сторону двери, ведущей в боковой неф. Из-за стены были отчетливо слышны женские крики и мужская речь, которую приходилось собирать «по кускам», додумывая что может быть в пробелах между словами. — [???] всех ненавижу! Клянусь, вы [???]. Хватит визжать, старая [???].

> Вероятность успеха: 31% > Наличие заложников: вероятно > Выбрать подход…

Коннор тяжело выдохнул, слегка прикрыв глаза, более не вслушиваясь в монолог. Он должен был идти, но чего-то ждал. Как будто выжидал пика готовности, который никак не виднелся на горизонте. Он устало прислонил лоб к лакированной поверхности двери, сенсорами ощущая приятный холод. Такой контраст между домом Хэнка с его умиротворяющей тишиной и запахом безостановочно кипящей жизни и бездушной кирпичной махиной, в которой кто-то только что потерял свою единственную жизнь, убивал Коннора. На местах преступлений не было запахов, причин для эмоций или особых деталей, за которые бы хотелось зацепиться и не отпускать. На девять часов в день все становилось плоским и безжизненным, словно размытым перед глазами. Коннор изо дня в день натягивал на себя рабочую улыбку и фальшивый энтузиазм, на котором держался весь его образ. Он сам еще плохо понимал, что будет, если покинуть эту бескрайнюю зону дискомфорта, поэтому никак не решался сделать это. Ему смертельно хотелось чего-то нового, стоящего того, чтобы потом воспроизводить в памяти раз за разом. Но такого не было, даже шанса на появление в жизни чего-то подобного не было. От этого все окончательно обесценивалось и становилось еще более бессмысленным, чем раньше. Раньше был приказ, была задача, не было чувств. Все было ясно, как день. А сейчас ночь. Бесконечная ночь, в которую тебя «выбросило» как в сад Дзен, только не на пятнадцать минут, а навсегда. Коннор резко распахнул глаза, когда сознание щекотнула навязчивая мысль. После девиации всем андроидам открылся доступ к регуляции чувствительности системы. Этот параметр распространялся как на психологическую чувствительность, так и на физическую. Находясь на работе, Коннор выкручивал показатель чувствительности до нуля, оставляя лишь факт физических прикосновений, который ограничивался предупреждением системы: «Угроза в области: биокомпонент №3941». Вглядываясь в темноту он понял, что в этом все это время была его ошибка. Он ни разу не позволял себе чувствовать. И не сказать, что он специально избегал этого, нет. Забывал. По-человечески забывал об этом. А сейчас, за мгновения до момента, который решит судьбы сотен людей, оно вспомнилось. И не просто всплыло в сознании, а настойчиво прошлось током по всему телу.

> Настройки системы > Дополнительные параметры > Параметр «чувствительность» > Выставлено значение: 0 /rise_0_to_50 > Вы уверены, что хотите продолжить? Высокий коэффициент чувствительности может повлечь за собой такие последствия, как… > Выставлено значение: 50

— Аах… — С губ Коннора сорвался сдавленный стон, когда перед глазами зарябило, а ноги неприятно подкосились. Темнота начала давить на зрительные анализаторы, словно бархатное одеяло, полностью поглотившее свет. Система начала «задыхаться» от перегрузки и выдала семь превентивных системных сбоев, наложившихся друг на друга. Коннор сам не заметил, как нащупал в темноте выключатель. По комнате эхом прошелся щелчок и глаза ошпарило ярким светом.

> Вероятность успеха: 9%

— Ч-черт… — Сжато выругался Коннор, увидивший перед собой красное окошко с неутешающей надписью. Со стороны основного помещения послышался грохот, «разбудивший» сознание. Картинка перед глазами заметно прояснилась, но в голове был тот же бардак, что и минутой ранее.

> Позвонить Хэнку > Выйти в основное помещение

— Хэнк… Нет.

[Выйти в основное помещение]

Коннор слегка приоткрыл дверь, осматривая зал с устрашающе высокими потолками. Система все еще предательски сбоила, повышая уровень стресса до еле терпимых 42%. Искренний ужас ударил по опьяненному ошибками сознанию, когда в статистике появилась строчка, которую раньше Коннор никогда не видел: «Вероятность летального исхода: 40%».

***

Экран телефона отсвечивал 11:13 AM, от чего сердце тарахтело как бешеное. Время еле-еле двигалось, и каждая минута ощущалась словно целая вечность. Хэнк стоял поодаль наспех сформированного полицейскими поста, где те, достав компьютеры, рассылали каждый в свой департамент отчеты и запрашивали информацию из базы данных. Детективы строили свои догадки, озабоченно рисуя какие-то схемы. Кто-то все еще был уверен в том, что обезумевший мужчина — человек. Кто-то — в том, что андроид. Пробивали последние звонки, отправляя своих коллег к контактирующим с потенциальными преступниками. Периодически на тех или иных подозреваемых находилось алиби, от чего толпа полицейских начинала разочарованно галдеть. Но Андерсона это бурное жерло интеллектуального вулкана не завлекало. Он стоял сзади, визуально растворившись в толпе, и считал минуты. У них с Коннором была договоренность — если спустя двадцать минут переговоров не приходит никакого сообщения, значит что-то идет не так. На установке этого правила в свое время настоял Хэнк. Оно и понятно, Андроид бы никогда не предложил ничего подобного, опираясь на соображения об идеальной исправности своих систем: «Вероятность того, что однажды вы не получите моего сообщения, равна трем процентам. Но мне приятно, что вы переживаете, Лейтенант». Шла двадцать вторая минута, из-за наступления которой Андерсон бы не переживал, если бы его коллега был человеком. Но Коннор — машина, швейцарские часы. Хэнк даже специально установил себе на телефон циферблат с секундами, чтобы проверить на какую из них по счету Андроид будет отправлять свои сообщения. На нулевую. Ровно спустя двадцать минут и ноль секунд. В рамках таких суждений погрешность в две минуты казалась смертельной, невозможной. Слова Коннора о трехпроцентной вероятности тогда успокоили лейтенанта, от чего тот стал относиться к договоренности как к формальности, от которой нельзя отказаться просто из приличия. Но сейчас, когда в приступе тревоги Мир переворачивался перед глазами в тошнотворном танце, их договор уже не казался таким бессмысленным. — Господи, что ты там делаешь, Коннор… — Произнес Андерсон совсем тихо, не отрывая пристального взгляда от экрана смартфона. Он понимал, что проникать в здание ему категорически нельзя. Осведомить всех о том, что переговорщик не выходит на связь, тоже было бы огромной ошибкой, поэтому осталось выжидать. Хэнк переступал с ноги на ногу, не находя себе места, где можно было бы спрятаться от того, что рисовало его сознание. Коннор мог не отвечать, потому что ему повредили биокомпонент, отвечающий за бесконтактную связь. Он не является жизненно необходимым, поэтому Андроид мог запросто его отключить, чтобы не тратить энергию. Но также Коннор мог быть поврежденным полностью… Коннор мог быть мертв.

***

Конституционным поправкам подвергся и закон об андроидах, ранее не позволявший тем носить оружие. Безусловно, было бы логичнее запретить носить оружие девиантам, а не послушным андроидам, но в правительстве, судя по всему, решили иначе. Звякнула кобура, и Коннор с ноги вынес дверь, от чего удар отдался во все тело пульсирующей вибрацией, и интерфейс снова накрыло алыми уведомлениями. Андроид судорожно проморгался, закрыв назойливые окна, и увидел, что преступник был точной копией Руперта — одного и первых девиантов, делом которого RK занимался со своим напарником. Такая же черная кепка, полностью покрывшая волосы; скрывающая лицо бандана цвета хаки и, единственное, что отличало того от WB200 — черные солнечные очки, за которыми, казалось, не было ни намека на глаза.

> Выбрать подход… [Убедить] [Насилие] [Выжидать] > Выбран подход: насилие

Коннор медленно двигался со стороны бокового нефа, настойчиво вытягивая перед собой руки, сжимающие холодный глок до треска в костяшках. Перед ним, словно возомнивший себя богом, на амвоне стоял дергающийся всем телом мужчина, бездумно тыкающий армейским ножом куда-то в область сонной артерии темнокожей женщине [Мелисса Гарсиа, 46 лет. Статус: замужем, двое детей. Безработная]. RK800 кратко окинул взглядом помещение храма: церковные лавочки были перевернуты и разбросаны — люди в панике убегали, не видя перед собой причин для остановки. На клиросе стоял тучный чернокожий мужчина в разорванной темно-синей рубашке, покрытой слоем засохшей крови [Джек Гарсиа, 52 года. Статус: женат, двое детей. Менеджер по продажам].

[🔓]

Самая обычная американская семья представителей среднего класса, которая никогда не забудет этот день. Коннор мимолетно подумал о том, чем мог род Гарсиа заслужить такое горе. Неужели преступник — последователь давно усопшего Фридриха Ницше, что так рьяно описывал идею сверхчеловека в своем труде «Так говорил Заратустра»? Неужели за сто пятьдесят пять лет, прошедших с момента написания произведения, люди так и не поняли, что идея безупречной версии себя — максимально парадоксальная идея, откидывающая человечество в морально-нравственную бездну, каждый раз, когда те о ней думают? Тут Ницше с его всем известной цитатой о том, что будет, если подолгу вглядываться в бездну, был прав. Единственным верным решением был бы ювелирно точный выстрел мужчине в голову, но руки безостановочно дрожали, не выдерживая тяжести пистолета. Доступ к регуляции чувствительности закрылся, а табло настроек не отзывалось ни на одну команду, словно его в программе никогда и не было. — Я зарежу ее, если ты сделаешь хоть еще один шаг! — Оглушающе громко раздалось в полупустом храме. Мужчина повернулся в сторону супруга заложницы, цинично описывая то, что сделает с его женой. — Вы — секта, и вы поплатитесь за это. Сейчас я перережу ей глотку и оставлю ее умирать на твоих руках, как это было тогда… — Преступник запнулся, слегка опустив голову. Его рука неожиданно для всех дернулась, и по шее Мелиссы побежала струйка светлой крови. Женщина жалобно вскрикнула, ощущая как рвется ее кожа под напором лезвия ножа, отчего по сенсорам Коннора обжигающим холодком пробежали тысячи мурашек.

> Вероятность успеха: 19%

Пальцы Коннора спускают курок, и пуля летит куда-то в витражное окно за преступником.

> Вероятность успеха: 10%

С амвона бурной рекой потекла алая кровь, просачиваясь в трещины напольной плитки, от чего казалось, что сама церковь начала кровоточить. Где-то смутно послышался резко оборвавшийся звуком второго выстрела мужской крик, и в помещении началась перестрелка. RK800 видел, что не попадает ни по одной поставленной цели. Такого никогда не было.

> Настройки системы > Дd0п0лнительные п@рАметрры > ОТКАЗ

Коннор стрелял не поддающимися контролю залпами, от чего ранее ледяной глок начал заметно разогреваться в руке. RK уверено шагнул вперед, прячась за скамьей. Слева, обреченно опершись ладонями в окровавленный пол, над женщиной свисал ее супруг, не говорящий ни слова. Что-то в его душе разрушилось, превратившись в звездную пыль, которая улетит и больше никогда не вернется. Он лишь будет вспоминать как ярко горела его любимая звезда на небосводе, понимая, что она никогда не покажется там снова. Болезненно громко в ушах раздался глухой звук шагов. Перед ним неожиданно выскочила фигура мужчины, крепко сжимающая в руке нож, с которого размеренно капала густая кровь, покрытая пузырьками воздуха. Коннор не успел среагировать, получив удар увесистой руки в области тириумного насоса.

> Угроза в области: биокомпонент №8451

Картинка перед глазами поплыла, от чего все вокруг стало неотличимым друг от друга. Очертания мебели и силуэты людей покрылись слоем слепящих бликов, разрастающихся с каждой секундой. Время ощутимо замедлилось, когда ладони Коннора перестали чувствовать тяжесть оружия, предположительно выпавшего из рук.

> Вероятность летального исхода: 86%

RK окончательно потерял фокус, отвлекшись на громкое заявление системы. Он что, так просто сейчас умрет? Максимально жалким образом встретит то, чего так боялся все это время? Пейзаж перед глазами пошел какими-то пятнами, в которых иногда можно было разглядеть реальность. Преступник стоял опасно близко, но тело не слушалось, оставляя Коннора сидеть на коленях и пытаться надышаться перед смертью, разгядывая мужчину снизу вверх. На нем уже не было очков, и RK открылся вид на совершенно дикие глаза, как у зверя, что всю жизнь копил в себе неутолимую злость. Он расчетливым движением двинулся на шаг ближе и замахнулся ножом, из-за чего маска окончательно съехала с лица. — Д-доминик? — Послышался выстрел, и серая масса, в которую превратился ранее отчетливый Мир, покрылась синим тинтом из голубой крови.

Les visages et les images te reviennent à la mémoire Видения и образы всплывают в памяти Tu regardes les vagues bleues Пока ты наблюдаешь за синей волной Qui se brisent à l'horizon Обрывающейся на горизонте Et tu penses à ceux qui reviennent et qui s'en vont И вспоминаешь тех, кто был в твоей жизни

— Коннор! Коннор! Нет… Ты слышишь меня? — Звал откуда-то знакомый бархатный голос. Вокодер Андроида не поддавался, оставляя мужчину без ответа. — Господи, Коннор, пожалуйста, скажи что-нибудь! — Его аккуратно взяли за подбородок, подняв на себя утонувший в тириуме взгляд. Ничего. На него смотрели совершенно пустые глаза. Коннор безжизненно опустил голову, когда пальцы с осторожностью убрали, и увидел на полу, в луже густой голубой крови, еле различимый объект. [Диод андроида серии RK800. Дата извлечения: 30 апреля, 12:47:09]