Аскад

— Снег пошёл, — за окном гораздо светлее обычного. Пар медленно вздымается над кружкой свежезаваренного кофе. Аромат застелил уже всю кухню и постепенно распространялся по квартире. У гор гораздо холоднее, когда наступает зима. Почти каждый день валит снег, он нескончаем. На улицах стало тише, лишь ветер мог прерывать это спокойствие. — Пора поработать Чимин-и. Прошло пару дней с поездки. Парни успели как следует отдохнуть, и Тэхён собрал уже почти все вещи для отъезда. — Давай сегодня после обеда съездим на конюшню, думаю, это подходящее время. Снега не так много да и пока я не уехал. Тэ пора заменить своего дядю на время. Он должен проследить за продуктивностью магазинчика. Его дядя увлекается разного рода растениями, не сказать, что это цветочный, но и других слов не подобрать для описания того места. Он уезжает почти каждый год за границу, чтобы найти что-нибудь новое для своей коллекции. — Хорошо, — отозвался Чимин. Тэхён думает, что его друг будет в одиночестве тосковать по нему, но Пак считает совсем иначе. Он, конечно, пообещал Киму, что будет часто звонить и также не пропускать ни единого его звонка, но, возможно, он будет часто пропадать вне дома. Новая заинтересованность преобладает над Чимином. — Ты не видел мои новые брюки? Я их прибрал, но не могу вспомнить, куда, а, и ещё можешь одолжить мне свои наушники, раз ты все равно тут один будешь? А то мои сломались, — Тэхён закончил собирать вещи и уже перенёс их в коридор. Три месяца по прибытии в новое место обещали быть незабываемыми и одновременно ужасно скучными без любимого Чимина. — Кстати, Чим, ты знал, что в квартире напротив живёт Юнги-хён? Я тебе не рассказывал, но у него очень противная сестра, — вновь начал разговор Тэхён. — Юнги-щи? Серьёзно? Откуда ты знаешь? — с удивлением резко отрезает Чимин. — Ну, я заметил это, когда мы возвращались с конюшни дня два назад. Ты раньше меня зашёл, а я ещё в продуктовый ходил. Когда шёл обратно, увидел, как он заходил, я прямо за ним был. Он не заметил, наверное, из-за наушников. Потом он просто зашёл в квартиру и всё. Но его сестрёнку я больше не видел, и славно, — с лёгким раздражением закончил свой монолог брюнет. В этот момент Чимин пытался осмыслить, что только что протараторил младший.

***

Юнги вернулся в свою родную квартиру, в которой разрешил пожить сестре, пока его не было. Она вернулась в родительский дом, но перед этим высказала то, о чём давно хотела осведомить своего старшего братца. Сколько же ненависти было в её глазах. Юнги, конечно, слышал гораздо больше и хуже слов сестры, но в глубине души, прямо на самом дне, её слова отразились лёгким напряжением. Как только он заехал, был немного удивлен, что глупый мальчишка, который заставил Мина тащить себя из-за невнимательности и на редкость ужасной приставучести, жил прямо напротив. После их первой встречи они натыкались друг на друга ещё кучу раз. Поход в магазин, возвращение домой, даже просто прогулка. В особенности их встречи участились, когда уехал Тэхён. Чимин помнит тот момент, когда Ким повис на нём и твердил, чтобы тот не скучал, звонил почаще и вообще он мог приехать к нему в любой момент. Юнги всё так же ходил во всем чёрном. При встречах они не разговаривали, только лишь обменивались взглядами в те редкие моменты, когда Мин был без излюбленной им панамы или не был полностью укутан в свой огромный шарф. Иногда после таких моментов Чимин обдумывал, что же всё-таки Юнги за человек, и параллельно с этим, когда проходили недели их встреч, он метался в поисках новой работы. Конюшня была их последним заданием, а дальше кто куда.

***

— Заперто, блин, — одинаковые, шедшие подряд дни утомили Пака. Он вечно сидел дома в поисках заработка и единственное, куда он выходил, это продуктовый магазин, чтобы не умереть от голода. Одно и то же на протяжении почти месяца. Сегодня довольно тепло, несмотря на приближающуюся середину зимы. — Зря пришёл. — Чимин, это ты? — за тяжёлыми воротами прозвучал знакомый голос. Пак откликнулся согласием, и вот он уже на конюшне, а перед ним с удивлёнными глазами стоит Намджун, уже готовый задать вопрос, но Чимин отвечает на него раньше. — Прости, что побеспокоил тебя, просто Тэхён уехал, а мне больше нечем заняться, как искать работу и гулять, где только возможно. — Ты не помешал мне, я наоборот даже рад, что ты пришёл, мы обычно не работаем зимой из-за большого количества снега, это тяжело, — говорил Намджун. — Да и я устал тут торчать с Юнги днями напролёт, — и вот то, что хотел услышать Чимин. Почему его так интересовал этот молчаливый парень? Возможно, ему просто было любопытно, где он пропадал всё время или же это что-то другое. — Юнги-щи… — повторил Чимин. — Да, он. Вечно в манеже с жеребятами возится да и своей тоже немало времени уделяет. С самого утра до ночи, с ума сойти с ним можно, — уходя, продолжал Намджун. Чимин уже и не слышал толком, что тот говорил. Но от предложения остаться он не отказался да и вообще, почему бы не приходить сюда почаще.

***

Как и ожидалось, по словам Намджуна, Юнги оказался в манеже. Он держал на корде одного из жеребят, пока второй лип к вороной лошадке, убегающей от него. Она пряталась за Юнги, но это было бесполезно, кобыла только мешалась. Это выглядело очень забавно. Когда Чимин стоял в проходе, он сам не заметил, как на его лице появилась широкая улыбка, прикрывающая глаза. Когда он слышал вечный бурный топот лошади, убегающей от жеребенка, следом беспокойный малыша на корде и возможную привычку Юнги вечно что-то бормотать себе под нос, но так, чтобы это слышали не только окружающие его лошади. На душе сразу становилось спокойно.

***

Ещё, как только Чимин пришёл на конюшню, там оказалось невозможно тихо. Словно чего-то не хватало. — А, да, здесь и правда стало тише, — Намджун сразу погрустнел, как только Чимин задал вопрос, но ответил с улыбкой. — Чонгук ещё студент, к нам он приезжал, только потому что у него были свободные дни, а сейчас ему осталось буквально полтора года и всё, поэтому он, скорее всего, уже не приедет, пока не выпустится, по крайней мере, — Чонгук и правда молодо выглядел в глазах Чимина, но, как оказалось, он не намного младше его самого. Это было неожиданно. — А Хосок просто уехал, сказал, что решил проблему и хочет отдохнуть, — продолжал Намджун. Его голос незаметно подрагивал. — Он сказал ‘до встречи’, но когда это произойдет… — тут старший поднял взгляд полный одиночества и отчаяния. Он отдавал эти эмоции Чимину, словно хотел показать, как сам всё ощущал, разделял свои чувства. И Чимин его понимал, он правда ощутил всё, что отражалось лишь во взгляде хёна.

***

— Это там, мы почти пришли. Я хочу показать тебе кое-что очень интересное. Вот тот редкий шанс, когда можно увидеть самую искреннюю улыбку на лице постоянно хмурого Мин Юнги. Эта та улыбка, от которой ноги становились ватными, а в животе порхала целая свора надоедливых бабочек. Улыбка, из-за которой кровь приливала к щекам. Заблудшая, она ошиблась. Как стыдно. Они всё шли и шли, лишь один горизонт знал, когда закончится это пастбище, за которым скрывается причина улыбки Юнги. Один горизонт, одно солнце и один чудак. — Ты такой красивый, — шёпотом, на одном дыхании прозвучала фраза. Чимину, кажется, ещё никогда так сильно не хотелось бежать за человеком, лишь для секундного любования им. Для взгляда, который скажет больше, чем обычные слова. Он никогда не ощущал трепет при упоминании чьего либо имени, и то, что он испытывает сейчас, просто ново. Как томно и влюблённо Пак смотрел своему хёну в след, пока они добирались до нужного места. Удивительно, как Чимин всё ещё держится на своих двоих. — Так, мы на месте, — Чимин не понимал, как они так быстро пересекли большую часть этого бескрайнего поля, ограждённого хлипким забором. — Ты уверен, что мы пришли? Что ты вообще хотел показать мне? — недоумевал Пак. — Это не настолько важно, как ты думаешь, но много значит для меня. Вот, — он указал на камень рядом с заросшей тропой. — Это… камень, — нахмурился младший. — Какой ты проницательный, Чимин-а. Это место, где я нашел Аскад, когда сначала посчитал, что это просто грязь, но потом она пошевелилась. Здесь началась наша с ней история, — Юнги с всё той же нежной улыбкой, с которой звал Чимина сюда, смотрел на то место. — Вау, Юнги-хён, я удивлен, что ты такой чувствительный, — пытаясь разбавить свою неловкость, высказался Чим. — То, что ты меня видишь всё время без эмоций на лице, не значит, что у меня их нет. Ты, между прочим, первый, кому я показал это место, — смущённо продолжил Юнги. — Прояви хоть каплю уважения, Пак Чимин. — Ты такой милый, — нечаянно вырвалось у Пака. Они оба мгновенно покраснели, но продолжали смотреть друг другу в глаза. После стольких неловкостей за несколько минут, дорога обратно была в тишине. Парни, молча, оба с горящими ушами, а также и щеками, хоть и посмеивались от своей глупости и нелепых попыток высказать то, что они думают, просто шагали бок о бок. И вновь такая же неописуемая лёгкость, что и при первой встрече. Они просто шли рядом, слегка касаясь руками, а краснели так, будто увидели друг друга раздетыми. Для Чимина это не первый раз наедине с хёном, но каждый ощущается по-новому, всё одно и то же, все те же черты минова лица, а отношение, новые привычки и мелочи Пак будто видел впервые. — Знаешь, Юнги-хён, объятия – такая же неотъемлемая единица жизни, как и потребление воды, — резко выпалил Пак. На его лице медленно начала появляться улыбка. — Что ты имеешь в виду, Пак Чимин? Даже не думай что-то учудить здесь. Они оба остановились, и Чимин направился в сторону хёна, пока тот пытался сбежать от объятий преследующего его Пака. Это разгар весны и вечер, в котором по-прежнему сохранялось тепло уходящего дня. Нежно розовое небо, облака, обволакивающие горы вдалеке, ветер, утихающий с каждой секундой и двое бегущих сквозь выросшую траву парней, уже настолько сильно полюбивших друг друга, но всё ещё не желающих признавать это. «История с забытым началом, не забудется и с её концом, но будет ли у этой истории конец, надо ещё понять»

***

— Так и будешь просто смотреть? — грубый голос эхом раздался по всему манежу. Чимин вздрогнул от неожиданности, он уже и забыл, о чём думал, пока в открытую пялился на Юнги. — Подойди, — повторил брюнет. — Зачем это мне к тебе идти, Юнги-щи? — Чимин с опаской отступил назад, за порог манежа, но любопытство преобладало над ним. — Ну, ты же зачем то пялишься на меня каждый день, да и ещё сюда для чего-то приперся. Да, Чимину стыдно за то, что он чуть ли не следит за Юнги, кажется, он и сам понятия не имеет, что им движет в такие моменты. — Я хотел с тобой поговорить, но, когда видел, всё желание спадало на нет. Со стороны ты выглядишь пугающе, — начал Чимин. Сквозь топот всё ещё скачущих лошадей Чимин смог расслышать безнадёжный вздох старшего. Ему стало отчасти стыдно, но больше всего это смущало. — Думаешь, я задушить тебя хочу, раз зову ближе? — в голосе Юнги слышалось раздражение, скорее от таких глупых ответов Чимина, чем от взбесившихся лошадей, скачущих вокруг. Чимин сдался и с опаской направился в сторону парня. Было страшнее не от его слов, а от каждого движения жеребят. Они всё никак не успокаивались, в отличие от вороной. Та просто валялась в песке. В манеже было довольно тепло, что удивительно для таких размеров помещения. Для разговора Юнги снял корду с одного из малышей, и тот сразу же побежал в атаку на взрослую. Оба парня сели на скамью, стоящую внутри, и какое-то время наблюдали за происходящим. Чимин, глядя на всё это, начал слегка улыбаться, а когда увидел, как жеребята повалили вороную кобылу, не сдержал смех, который также эхом раздался по манежу. Чимин наклонил голову вниз, чтобы хоть чуть-чуть успокоить себя.

***

Юнги так неожиданно наблюдал не за тем, чтобы лошади не разгромили весь манеж, а за смеющимся Чимином. В какой-то момент он для себя выделил, что смех Чимина очень нежный и ужасно завораживающий.

***

— Так о чём ты хотел меня спросить, раз уж я пришёл, как ты считаешь, только ради тебя? У меня есть вопрос, но я хочу его задать после твоего допроса, Юнги-щи, — Чимин хорошо умеет поддерживать или начинать разговор, хоть это и посложнее, чем раньше. До отношений. Тогда он был открыт со всеми, никогда ничего не скрывал в своем маленьком и уютном кругу друзей. — Мне сказали, что моя лошадь тебя никак не покалечила. Меня интересовало только это. Как ты смог коснуться её и остаться целым и невредимым, — Юнги смотрел прямо, ни разу не оторвав от кобылы взгляда после Чимина. Хорошо, что он ничего не заметил. — Ну, она просто подалась вперёд к моим рукам, — одновременно со словами Пак протянул руку, показывая пример, и кажется, что происходит невозможное. Кобыла, заприметив этот знакомый жест, начала смотреть на Чимина, пока он яростно что-то продолжал рассказывать Юнги, и спустя минуту направилась к нему. Пока она приближалась, они резко замолчали и начали просто наблюдать за этим. — Не убирай, — касаясь локтя Чимина, сказал Юнги. Она постепенно вышагивала и вот уже вплотную подобралась, но просто смотрела на него. — Аскад… — тихо произнёс Мин, и та, не обращая внимания, просто вновь приложилась своим носом к маленькой ладошке Пака. Тот ахнул от удивления, но не испугался, прямо как в начале. Блондин поднял вторую руку и начал с обеих сторон поглаживать её угольно-чёрную мягкую шерсть. Чимин просто нежно улыбался, иногда что-то говорил, пока гладил её, она от удовольствия чуть прикрыла глаза и расслабленно опустила голову пониже. — Осторожно, — это странное волнение Юнги. — Как-то так и было, — смущённо произнёс Чимин. Через долгие пятнадцать минут, которые забирала у Чимина лошадь Юнги, самому Юнги хотелось налететь с вопросами и разными предостережениями на этого чуть ли не безмозглого парнишу. — Так, что ты хотел спросить? — спросил Мин, когда изнеженная кобыла отошла. — А, да, я просто хотел узнать её имя, когда был шанс, никто так и не ответил, сказали, что не знают, потому что ты не говорил, либо постоянно где-то пропадал, — высказал Чимин, отряхивая руки от прилипшего песка и шерсти. Юнги долго сверлил его недовольным взглядом. Он ожидал чего-то большего, но точно не простого имени лошади. Этот парень сначала казался довольно простым в глазах Юнги, но, как оказалось, пусть он и говорит такие простые вещи, но в его душе, в его сознании могут бушевать океаны и топить любопытство от вопросов, которые он хотел бы задать, но посчитал, что не следует этого делать. — Аскад, — отрезал Юнги. Чимин то ли радостно, то ли удивлённо начал смотреть на неё. — Спасибо, Юнги-щи, — резко подскакивая с места, протараторил Чим.

***

Вот Чимин, уже радостный, еле сдерживает свою улыбку, направляясь к выходу, но его тут же останавливает всё ещё удивлённый Намджун, находящийся в ещё большем недоумении от такого Чимина. — Ты чего такой радостный, что-то хорошее произошло, или Юнги с тобой что-то сделал? Скажи, и он получит всё обратно, — уже обеспокоено спрашивал Джун. — Нет, Намджун-хён, Юнги-щи сказал, как зовут его лошадь. Ты представляешь, такое красивое имя, — этот разговор обеспечил ему настроение на целый день. — Ладно, ещё увидимся, хён, я обещаю заглядывать чаще, — уходя, проговаривал блондин. Как только Пак скрылся за воротами, Намджун тут же помчался в манеж и застал Юнги, ласкающего Аскад точно так же, как ранее это делал Чимин. — Отвечай, что ты сделал с этим ребёнком, неужто подкупил его или, может, хуже, — Намджун находился в недоумении от этих двух: один ушёл счастливый, а от второго веет раздражением. — Я думаю, что ошибался, когда подумал, что Чимин самый обычный человек. Я видел его всего пару раз, а ощущение, словно полжизни с ним знаком. — Ох, боже, если он тебе так интересен, просто попробуй прогуляться с ним, проводи больше времени рядом, это не было вашей первой встречей, но вы вообще, как я знаю, не общаетесь. — Джун-а, это не то, что я имел в виду, он… подозрительный. Юнги трудно смириться с мыслью о том, что его кобылу могли вновь украсть, он не сможет пережить этого снова, слишком сильно переплетены их души. — Боже, хён, ты серьёзно думаешь, что он может относиться к тем выкупщикам? Мы его впервые видим, такого точно не повториться, не подозревай всех подряд. — У тебя есть его номер? — перебивает Мин. — Конечно, только не наделай глупостей, ты его совсем не знаешь. Для начала сблизься с ним, а потом уже делай выводы: убьёт он Аскад или заменит тебя для неё. — Намджун-а! — воскликнул брюнет, возвращаясь к жеребятам, чтобы отвести их в денники и выпустить Аскад в леваду. Его правда так сильно заинтересовал Чимин, что всё казалось странным и непонятным. Незнакомый номер: — Привет, Чимин, это Юнги, ты… придёшь завтра на конюшню? Чимин-а: — Юнги-щи? Привет. Думаю, да. Юнги-щи: Тогда… до встречи. Чимин-а: — А, да, до встречи. Погоди… а откуда у тебя мой номер?