Восьмое чудо света

Чимин, Чонгук, Юнги, Тэхён и Туан сидели в гостиной, занимаясь своими делами. Мин смотрел телевизор вместе с Паком, на его коленях умостилась голова Чона, зависающего в телефоне. Ли сидел в кресле, читая какую-то книгу, а на его бёдрах удобно уселся Ким, который тоже читал мангу, периодически хихикая. Все парни почти одновременно томно вздохнули, переглядываясь. — Может поиграем во что-нибудь? — спросил макнэ, слегка потягиваясь. — Во что? — лениво поинтересовался Тэ, выпрямляясь и целуя своего парня. — В «Камень-ножницы-бумага», — ответил самый старший, выключая телевизор и откидывая пульт в сторону. — Проигравший получает 4 шлепка по заду, а победителю достаётся Тэхён. Все округлили глаза на правила игры, созданные мужчиной, но больше всего они не понравились ТуТу, которому не нравилось последнее условие. — Получается, я не участвую? — уточнил Тэхён, слегка прищуриваясь и улыбаясь, получая положительный кивок от старшего. — Ну и отличненько. Подождите, я за шоколадным молоком сгоняю! Юноша убежал в сторону кухни под громкий смех остальных мемберов, быстренько возвращаясь обратно с коробкой любимого напитка в руках. Он удобненько уселся на диване, с высока рассматривая парней, сидящих на полу в кружочке. — Первые ножницы! Начинайте, — скомандовал вокалист, отпивая немного молока. *** — Нееееет! Ну нееееет! Я лоооох! — выл Чима, потирая лицо ладонями. Он снова проиграл, зарабатывая наименьшее количество очков. — Готовь свою задницу, Пак Чимин, бить будем! — усмехнулся Туан, кладя руку на плечо друга. Чимин встал, слегка выгибаясь назад в пояснице, чтобы размяться. Он подошёл к комоду, который стоял у стены в комнате, робко опираясь о его край ладошками и отставляя попку назад. Первым к нему подошёл Юнги. Рэпер без малейшего зазрения совести приподнял чиминову футболку и без капли стеснения оглаживал крепкие и упругие ягодицы, обтянутые лишь тканью спортивных штанов. — Хватит трогать задницу моего парня! — послышался разозлённый голос макнэ, старшие лишь посмеялись с его высказывания. — Каждый ударит тебя по разу, в итоге получится четыре, если ты, конечно, научился считать в младшей школе, — подколол вокалиста старший. Он выпрямился и резко ударил юношу по правой половинке, от чего тот громко шикнул. Было неприятно, место удара покалывало, словно маленькие иголочки впивались в его кожу. Следующий на его задницу посягнулся Ли, он также сильно шлёпнул Пака, от чего тот ойкнул. Ким был более мягок, его шлепок оказался самый слабый, хоть и самым громким. Раскованной походкой к своему возлюбленному подошёл Чонгук: — Папочка, тебе больно? — пролепетал он, нежно оглаживая талию и ягодицы наказуемого. — Нет, просто неприятно, — ответил ему старший. — Да, ну, хорошо, — улыбнулся Чон, быстро и сильно шлёпая своего хёна по попке и убегая в другую комнату со скоростью электровеника. — Вот же, блять, засранец! — крикнул Чима, срывая с места за ним, несмотря на жгучую пульсирующую боль в ягодицах. — Иди сюда, маленький пиздюк! Привет, Хоби-хён. — Денёк, Мин-ни, вы чего носитесь? — спросил Хосок, с которым ЧимЧим столкнулся в коридоре и на плечах которого сидел Гук. — Ничего, просто так, Гук-и, иди сюда, — мило попросил Чимин, хитро улыбаясь, он явно задумал что-то нехорошее, чтобы проучить младшего. — Неть. Хоби-хён, он убьёт меня, — заверил старшего макнэ, ближе ластясь к хёну. — Никто тебя убивать не собирается, наверное. — Хоби, иди сюда! — послышался из гостиной голос Юнги. Парни все втроём вошли в просторную комнату. — Привет всем, ты что-то хотел, сладкий? — проворковал Чон-старший, спуская свою ношу на пол. — Хотел, пошли, на едине поговорим, — серьёзно сказал ему Мин, хватая своего парня за галстук и уводя его в свою комнату, закрывая дверь. — А теперь ты идёшь со мной! — рыкнул Пак, хватая Чона за руку и ведя к себе. Он прижал вокалиста к стене, руками закрывая пути к побегу. — Что это за поведение сегодня было? — А что с ним не так? — спросил ГуГу, стараясь держать голос ровным, но он предательски дрогнул от волнения. — Что это за похабные словечки, маты? — грозно поинтересовался Чима, ему не нравилось, когда его парень использовал ненормативную лексику в выражениях. — Ну ты же выражаешься, я тоже хочу, — с некой обидкой высказался Гук, надувая нижнюю губку и хмуря бровки. — Я старше, это раз. Два, ещё раз услышу мат — отшлёпаю и в угол поставлю, как ребёнка маленького, понял? — пригрозил ЧимЧим, видя, как юноша сжался, но явно не от испуга. — Понял, блять, — усмехнулся Чонгук, закусывая губу в ожидании каких-либо действий. — Не понял, раз «блять». Будем исправлять, — Чимин резко толкнул юношу к кровати, тот упал лицом в мягкое одеяло, пытаясь привстать, но тут же без сил свалился обратно, начиная громко истерически смеяться. Возлюбленный начал щекотать его, предварительно обездвижив. — Аааа, прошу, х-хв… аххаха, хват-тит, — прорыдал он от смеха, пытаясь вырваться из крепкой хватки. — Это воспитательный процесс, не думай, что я так просто оставлю тебя, — усмехнулся Пак, продолжая щекотать чувствительные места в районе стоп и под коленками. Эта экзекуция длилась около 5 минут. Старший резко слез с Чона, сильно шлёпая его три раза, от чего тот громко вскрикивал. — В следующий раз я не буду делать тебе скидку, — прошептал Чима над самым ушком младшего, оглаживая его ягодицы. — Буду долго-долго шлёпать тебя, пока твоя сладкая попка не будет красного оттенка. Затем поиграю с твоей тугой дырочкой, а потом грубо трахну тебя, ты будешь громко и сладко стонать подо мной и наслаждаться процессом, но кончить сможешь лишь по моему приказу. ГуГу залился бурной краской на слова своего любимого, в голове замелькали картинки этой сцены, а член начал наливаться кровью в предвкушении такого сладкого наказания. Юноша решил, что обязательно нарвётся на него в ближайшие дни, когда дома никого не будет. — Пошли, я кушать хочу, — сказал Чима, поднимая своего малыша с кровати и подхватывая на ручки. Они вместе пошли на кухню, чтобы раздобыть что-нибудь съестное, но пришлось готовить всё самим. Парни весело провели вместе за разговорами, пока их будущий ужин задорно жарился на сковороде.