Don't Threaten Me with a Good Time

Время как и раньше тянется медленно, бесконечно — особенно для человека, который не выдержав толком и года в колледже теперь имел целую гору этого времени прозапас. Ему все казалось, что он тратит там свое вермя напрасно, казалось, стены того места сжимали его прочнее, чем собственные ребра во время очередного приступа. Казалось, жить и правда станет проще, стоит ему только освободится от гнета ответственности и… И стало только хуже. Был ли в этом всем хоть какой-то смысл? Как же глупо. Потому что вместо учебы он теперь еще более бесмысленно тратит свое время - целыми днями сидел в четырех стенах, бесцельно бродил по саду, да ходил за продуктами в соседний магазин раза два неделю, если повезет. Иногда, конечно, правда становилось легче и Сяо садился за учебу, прилежно повторял все то, что только успел выучить — чтобы не забыть окончательно. Порою и вовсе изучал что-то наперед, что-то новое, Но надолго его все равно не хватало. Это было странно и абсурдно — с назойливым желанием он все равно что-то пытался делать для будущего, которого у него и не было. И пускай время тянулось медленно, но едким и горьким привкусом все равно оседала быстротечность дней — у Сяо, к счастью или сожалению, был им счет — наступила очередная пятница и второй уже по счету сеанс. В этот раз Чжун ли был ужасно занят на работе, а потому подвезти его не смог — Сяо пришлось идти пешком и уже сидя в приемной он успел устать от людей и окружающего мира настолько, что сигарету хотелось достать прямо здесь, но он упорно держался и оставался сидеть на месте, хотя времени было полно и для того, чтобы уйти почти никем незамеченным. Но он сидел смирно и ждал своей участи — за это, вообще-то, можно было и похвалить. Он прикрывает глаза и пытается расслабиться, досчитать до десяти или представить себя где-то в другом месте и с другой головой на плечах, с другими мыслями — но у него не получается: пластмассовый стул приемной рядом противно скрипит об кафельный пол, а в нос вновь ударяет этот приторный цветочный запах. Сегодня он не кажется таким противным как тогда но Сяо все равно раздражается. Еще немного и это станет рефлексом. — Ого, а чего это ты так рано? — вместо приветствия спрашивает его эта ходячая клумба — имя его Сяо не слышал, прослушал, да и было это не так уж и важно, чтобы переспрашивать. Сяо ему ничего не отвечает, лишь передергивает плечом, и утыкается взглядом в картины гор на стене. Падать с них было высоко. — А, точно, совсем забыл, ты же у нас молчун, — продолжает разговаривать сам с собой брюнет, ни капельки не смущаясь чужой грубости. — Здесь таким туго приходится. Это замечание вызывает слабый интерес: Сяо поворачивает голову, смотрит с прищуром на парня в зеленом, но все так же молчит. Тот продолжает, сидя на этом тупом скрипучем стуле, вытянув ноги и рассматривая носки своих грязных кроссовок. — Мой тебе совет, мистер молчун, — беззаботным тоном начинает он. — Если хочешь поскорее отсюда свинтить — начни говорить. А то иначе они тебя еще долго мариновать будут. Тебе оно надо, а? Ох, ну… Это было вполне логично. Он, в принципе, и сам догадывался, поэтому Сяо только мысленно благодарит его, а сам отворачивается, пытаясь игнорировать это зеленое пятно. Ненадолго оно замолкает и они сидят в тишине приемной — запах антисептика, звуки шагов и приглушенных разговоров в кабинетах. Но буквально через минуты две, а может быть три, Сяо честно не считал, вновь раздается голос: — Ну так, может хочешь дунуть в туалете? Сяо в этот раз не стесняясь, смотрит на него совсем как на дурного, не веря своим ушам. — Серьезно? Ты уже второй, кто мне это предлагает. — впервые отвечает ему Сяо. — Ответ нет. Он показывает ему язык — как ребенок, честное слово. — Ну а я что, виноват? У тебя прям на лбу написано, что ты любишь курить дурь, — услужливо объясняет ему парень, скрещивая руки на груди. Выглядит при этом почему-то довольно. Пускай и не улыбается — по нему все равно было видно. Сяо же почему-то думает, что не курил уже долгое, по личным рекордам, время, и от него не должно пахнуть никакой травой, а на лбу у него написано разве что «отъебитесь» и потому совершенно не понимает, с чего ради тот решил ему такое предложить. Конечно, в прошлый раз Сяо говорил о том, что у него есть зависимость, но какая — не уточнял. Сяо даже не удивится, если этот парень потом с кем-то другим пойдет курить в туалет сразу же после сеанса. Да уж, они бы с тем странным человеком с первого дня определенно бы поладили. Больше они не разговаривают, но Сяо был уверен, что еще бы немного и этот болтливый незнакомец предложил бы ему что-то еще такое же странное. Слава богу его от этой участи спасают новоприбывшие и сам психотерапевт. И все начинается вновь. Стулья, расставленные кружочком, кабинет в котором невыносимо пахнет лавандой, стрелки часов, которые тянутся друг за другом, словно дохлые улитки, и голоса-голоса-голоса. Сяо кажется, что он здесь сойдет с ума быстрее, чем наедине в собственной комнате. О чем они разговаривают в этот раз он опять не слушает — скорее всего продолжают то, на чем остановились в прошлый раз. В голове же у парня крутится чужие слова о том, что нужно говорить говорить говорить говорить На этом он и спотыкается — во рту сухо и язык совсем не двигается. Да и мысли тут же начинают путаться, превращаясь в огромный неприятный ком. В целом, говорить совсем уж не хочется, а уж и думать, придумать о чем или над чем — так тем более. Разве не должно все это быть добровольно? Какой в этом смысл если делает он это по приказу без своего личного желания — ждет ли его в таком случае исцеление. Как сильно бы он не старался, без желания дело не сдвинется. Но о чем он правда мечтал? Была ли то правда смерть или просто освобождение? Возможно, он правда себя постоянно обманывает. В итоге, большую часть времени он так и сидит — отбивает ритм пальцами по подлокотнику, вяло смотрит в стенку и пытается не следить за временем — так оно хоть идет быстрее обычного. — А ты что думаешь, Сяо? — вырывает его вдруг из мыслей терапевт. В ответ парень переводит на него взгляд, совершенно не зная что и сказать. Думал он много чего, но конкретно ситуации происходящей в голове только одно слово было — пиздец. Но вслух говорить это ему не очень-то и хотелось. В конце концов он никогда не был этим буйным подростком с едким и раздражающим максимализмом. Да и все это и без него прекрасно понимали. — Ничего, — отвечает он по итогу и пожимает плечами небрежно. Звучит немного грубо. — Совсем ничего. Сяо чувствует на себе чужие взгляды, но упорно их игнорирует, а сам пытается смотреть куда-то чуть выше плеча терапевта — устанавливать контакт не хотелось от слова совсем. И как бы он не пытался, как сильно не старался вслушиваться в разговор — у него ничерта не получалось. Было скучно, нудно и неинтересно. Эти люди не вызывали у него никакого доверия — обыкновенные куряги и алкоголики — и никакого сочувствия. С каждой минутой все и правда казалось все более бессмысленным. В итоге ничего он больше и не говорит. Медленно но верно, сеанс заканчивается — они все вяло прощаются до следующей недели и Сяо уже собирается уходить, но терапевт — он даже его имени запомнить не удосужился — просит его задержаться. Как в школе, честное слово. — Я думаю нам нужно немного поговорить, — начинает он неспешно, когда дверь в кабинет закрывается и они остаются одни. — Хотя бы так. Сяо покорно в ответ кивает, но обратно на стул не садится, все так и стоит, сжимая в руках лямку сумки, чувствуя себя словно школьник, которого сейчас будут отчитывать. Это вызывает в нем одно сплошное раздражение. — Тебе необходимо начинать принимать участие в беседах, — говорит он усталым тоном, стягивая с себя очки и протирая их краешком своей рубашки. — Иначе прогресса не будет. — Да, я понимаю. — отвечает Сяо безэмоционально. — Мне нужно больше времени… Чтобы привыкнуть. Это была наглая ложь. Но он пытается звучать убедительно и возможно этого хватает — терапевт улыбается ему, вымученно немного — у Сяо не получается это игнорировать — и затем говорит: — Хорошо, хорошо. — кивает он удовлетворенный таким ответом. — Надеюсь услышать тебя как можно скорее. Сяо в ответ дергает плечом, поправляет вновь ремень сумки и уходит, в этот раз попрощавшись — для приличия или же для создания какой-то иллюзии что он правда пытается. Когда дверь за его спиной закрывается, он чувствует себя паршиво — чувство зря потраченного времени гложет его изнутри и он правда не перестает думать о том, что он вообще здесь забыл. Порадовать Чжун ли? Да, наверное на этом все причины заканчивались. — Ну и как тебе? — спрашивает вдруг голос, и буквально из ниоткуда рядом с ним появляется этот странный парень. — Отчитали как маленького ребенка и обещали пока не жаловаться родителям? Сяо кидает на него злой взгляд, но не останавливается, идет дальше. — Знаешь, возможно тебе правда стоит завязывать, — продолжает беспечно щебетать тот. — А то сложно наверное жить без единой мысли в голове. Совсем ничего не думаешь — правда что ли? — Чего ты ко мне привязался, придурок? — шипит на него Сяо, не выдерживая уже чужой болтовни. Он резко останавливается — парень в зеленом тормозит прямо перед его носом и они стоят, как дураки, посреди пустого белого коридора и смотрят друг на друга. У незнакомца в глазах пляшут чертики — возможно, уже успел что-то принять. — У меня, вообще-то, имя есть. — упрямо заявляет парень, игнорируя вопрос и чужое раздражение, которое буквально можно было пощупать. — Но ты его, наверное, не помнишь, раз в голове у тебя ни одной мысли. Зло выдыхая, Сяо чувствует поражение, потому что да, так оно и было — он никого здесь все еще не знал по имени, а внешне и то помнил только двоих: этого дурного и терапевта. А потому и не смог найти что сказать, растерялся, и времени на ответ у него не было — парень в зеленом вздернул нос и пальцем ткнул Сяо куда-то в солнечное сплетение. Больно так, с умыслом. — То-то же! — говорит он, показывая свое превосходство. Сяо думает что это глупо, ужасно инфантильно и тупо. Порывается уйти, но почему-то не двигается, так и стоит дальше и ждет, что этот придурок еще выкинет. Тем временем чудак в зеленом вновь переводит свой взгляд на Сяо, улыбается как-то странно и говорит: — Меня, между прочим, зовут Венти и я — алкоголик! — говорит он слишком радостно для человека, которому каждую неделю приходится посещать групповую психотерапию и протягивает свою руку. Сяо понять не может, шутит тот или нет. — Приятно познакомиться. Сяо недолго и немного растерянно смотрит на чужую руку — это было глупо, потому что расстояние между ними было совсем небольшое для полноценного рукопожатия — колеблется немного, но все-таки пожимает ее в ответ. — Теперь твоя очередь представляться, — напоминает ему Венти, крепко держа его за руку, не давая возможности освободиться. — Ты серьезно? — смотрит на него Сяо все еще пораженный чужим надоедливым упрямством и нежеланием отступать. Венти смотрит ему прямо в глаза, улыбаясь краешком губ. — Абсолютно. Сяо тяжело вздыхает. — Ты знаешь как меня зовут, — устало говорит он, — И я люблю курить траву. — Нет, тебе нужно сказать свое имя — зудит Венти, все еще не отпуская руку. Господи, только подумать, Сяо уже и не помнит, когда в последний раз кто-то вторгался в его личное пространство так мучительно долго. А чужая рука как назло приятно-теплая, совсем не грубая и это его почему-то раздражает. — Я Сяо и люблю курить траву. — он смотрит на парня в зеленом мертвым взглядом. — Теперь доволен? — Теперь да. — Венти наконец отступает и Сяо облегченно выдыхает, тут же засовывая руки в карманы кофты, нащупывая там пачку сигарет. Это его немного успокаивает. Венти, тем временем, беспечно продолжает: — Ну вот, первый гештальт групповой психотерапии закрыт! — хлопает он в ладоши и улыбается ярко-ярко, словно ебаное солнце. Сяо пытается не кривится. — Здорово? Наверное. — его энтузиазма Сяо ну никак разделить не может. Пожимает плечами и собирается уже уходить. Злости на этого парня у Сяо, почему-то, совсем не остается: где-то внутри все еще зудит неприятно раздражение, но это что-то более обыденное, к чему он уже сто раз успел привыкнуть, а потому внимание почти и не обращал. Лишь молча развернулся — двинулся дальше по коридору, намереваясь наконец выбраться из этого стерильного помещения и оказаться как можно дальше от запаха цветов и антисептика. Венти не отстает, следует за ним и Сяо хотелось бы на него наехать, спросить, какого блять все-таки черта ему нужно, но вовремя себя отдергивает — в конце концов выход здесь был только один, а этот чудик явно не планировал задерживаться здесь просто так. Он уже понял, что цель у Венти была одна — это заебать Сяо окончательно своими разговорами и советами, которые, были в принципе очень даже в тему, а от того бесили просто ужасно. Венти, тем временем, продолжает: — Отвечая на твой первый вопрос — я не знаю, — честно признается он, шагая под боком так легко и беспечно, будто бы и не было никакой земной гравитации. — Захотелось — вот и пристаю. Возможно, это мой синдром спасателя, а может быть ты мне просто понравился или вообще все вместе — какая в принципе разница? Сяо почему-то чувствует себя уязвлено, он глубже запихивает руки в карманы и не отвечает — все еще лелеет надежду на то, что этому придурку все-таки надоест разговаривать со стеной и он от него отстанет. — Сидишь уже второй прием подряд весь такой неприступный, молчаливый — ну самая настоящая загадка, — Венти, увлекшись, не останавливается, много жестикулирует и все еще игриво улыбается. Сяо невольно считает шаги до выхода, потому что слушать такое про себя ему почему-то совсем не хотелось. — В общем, устоять я не смог. — Рад за тебя, — выплевывает Сяо, раздраженно толкая дверь клиники. В лицо ударяет свежий воздух и он наконец чувствует себя не так тошнотворно. И как же ему хотелось, чтобы Венти, как и этот противный больничный воздух, остались в этой клинике и не беспокоили его больше за ее пределами. — Но мне это все не нравится. Отвали. Кажется, это его ни капли не задело. — Ну вот тогда тебе еще один повод начать говорить, — сообщает ему Венти, пока они идут по узкой тропинке в сторону главной дороги. — Быстрее разгребешь свои проблемы здесь, быстрее тебя отправят гулять на все четыре стороны, тем самым быстрее избавишься от меня. Сяо поворачивается, щурится и смотрит на Венти внимательно. — Звучит несложно, правда? — придурок в зеленом ему улыбается беззлобно, дружелюбно, тепло. Будто бы уже знал что-то такое, до чего Сяо еще не скоро дойдет самостоятельно. — Ну, или в конце-концов ты просто ко мне привыкнешь. Сяо не хотелось ни к кому привыкать, впускать в свою жизнь и запоминать чужие имена — он ничего Венти не ответил, тот лишь пожелал ему удачи, помахал на прощание и ушел в противоположную сторону. Сяо же постарался поскорее обо всем забыть и не думать о том, что рука в кармане до сих пор как-то странно неприятно горела. Курить хотелось просто невероятно.