Единственная реальность

...Теперь брат был виден ему целиком. Рассеянный взгляд Сичэня неспешно обнял белоснежный силуэт и замер на руках, что покоились на коленях. Те заметно дрожали, и Лань Сичэнь счёл разумным обозначить своё присутствие, позвав брата по имени: - Ванцзи. Тот резко распахнул глаза, посмотрев брату в лицо, и Лань Сичэнь от неожиданности сделал шаг назад: во взгляде младшего плескался незамутненный, дикий, в высшей степени беспросветный... ужас. В один короткий вздох Сичэнь оказался на коленях рядом с младшим братом, отчаянно вцепившись тому в плечи и тряся его в совершеннейшей панике. Его голос срывался то на шёпот, то на хрип, и он не уставал в безумном волнении повторять: - Ванцзи! Ванцзи! Что случилось? Что случилось? Взгляд Второго молодого господина Лань прояснился, и он порывисто обнял брата, прижав лицо к его плечу так, словно хотел спрятаться от всего мира. Сичэнь принял Ванцзи в объятия так просто, как мать принимает плачущее дитя. Сердце того бешено колотилось, и было очевидно, что медитация была пустым упражнением на стойкость. Ощупав тело брата и убедившись, что тот не ранен, но находится в состоянии наивысшей степени душевного потрясения, Лань Сичэнь с некоторым облегчением вздохнул: что до лечения душевных переживаний Ванцзи, у него уже имелся существенный опыт. Какое-то время, довольно продолжительное, они так и сидели, пока сердцебиение Второго Нефрита не замедлилось до обычного. - Ванцзи, - слегка отстранив брата от себя и заглянув тому в глаза, снова позвал Сичэнь. Лань Ванцзи выровнял дыхание и сел ровно, аккуратно высвободившись из братских рук. - Сюнджан, - его голос звучал хрипло и неуверенно, что свидетельствовало о том, что Сичэнь правильно определил его состояние, - меня можно считать чудовищем? Лань Сичэнь прикрыл глаза и ласково улыбнулся, устраиваясь рядом так, чтобы невзначай касаться плеча брата в неявной поддержке. Похоже, что несмотря на необычное начало, им предстояла очередная философская беседа, которых у них уже было множество. - Что навело тебя на подобную мысль? Ванцзи опустил взгляд и стал медленно проговаривать каждое слово: - Прошу брата рассказать, что сюнджан чувствует, когда делит ложе с молодым господином Мэн Яо. Щеки Лань Сичэня покрылись румянцем, но, тем не менее, он ответил: - Подозреваю, что для Ванцзи не секрет, как я отношусь к молодому господину Мэн. Мы с ним спутники на стезе совершенствования, и хотя мы не совершали трёх поклонов, моё отношение к нему можно сравнить с отношением к супругу. Лань Сичэнь внимательно оглядел брата, но тот не изменил ни позы, ни заинтересованного выражения лица. Только подрагивавшие руки выдавали его душевное смятение. - Предполагаю, что для Ванцзи не секрет, что происходит между супругами во внутренних покоях. - Едва заметный кивок. - Думаю, что нас можно назвать тем исключением, когда парными практиками занимаются двое мужчин. - Нет реакции. - Но, в целом, смею предположить, что недостатка в теории у тебя не должно было возникнуть. Опять едва заметный кивок. Лань Сичэнь задумался на мгновение и с удивлением посмотрел на брата, продолжавшего смотреть с ожиданием ответа на свою просьбу. - Что я чувствую? - Сосредоточенное ожидание. - Когда делю с ним ложе? - Опять едва заметный кивок. Лань Сичэнь решил двигаться с объяснениями медленно, чтобы брат успевал сравнить свои ощущения с его: было очевидно, что именно собственные чувства настолько испугали Ванцзи. Однако подобное предположение следовало проверть. - Хм... Начать с того, что мне чрезвычайно приятно обнимать молодого господина Мэн. Мне нравится проводить ладонями по его коже, и распутывать его волосы из причёски. - Едва заметный кивок. - Мне приятно высвобождать его тело из одежды. Опять едва заметный кивок. Лань Сичэнь улыбнулся, подумав, что избрал правильный путь объяснений. По крайней мере, этот этап постельных игр прошёл у Ванцзи без потрясений. - Мне приятно проводить ладонями по его обнаженному животу... и груди. - Опять едва заметный неуверенный кивок. - Для меня очень приятно проводить ладонями по его животу и ниже. - Кивок с некоторым сомнением. - Мне доставляет радость смотреть, как краснеет его лицо в ответ на мои ласки. - Нет реакции. Брови Сичэня удивлённо взлетели, но он мгновенно справился с собой, подумав, что, очевидно, дело было наверняка не в девушке или её реакциях. - Мне доставляет удовольствие сильно сжимать в руках его ягодицы. - Опять кивок. На этот раз довольно уверенный. - Мне доставляет в высшей степени удовольствие проникать "корнем жизни в сокровенную впадину" и совершать "девять глубоких и один мелкий", заставляя его "пролить дождь и разогнать тучи"... Лань Сичэнь прикрыл глаза, погрузившись в приятные воспоминания о прошедшей ночи. - А ещё мне доставляет истинное наслаждение сплетаться с ним языками и целовать его в губы...- мечтательно добавил он. Когда Сичэнь открыл глаза, то увидел на лице Ванцзи... напряжение. Он кивнул, поощряя брата задать вопрос. - Сюнджан хочет сказать, что ему приятно этим заниматься именно с молодым господином Мэн. Сичэнь кивнул и в свою очередь поинтересовался: - Ванцзи, а разве у тебя возникли какие-то трудности? Ты говорил, что находишь будущую супругу привлекательной... Разве тебе было неприятно? Ты не получил удовольствие? На лице Второго молодого господина Лань мгновенно пронеслась целая гамма эмоций. Он вскинул глаза на брата, и сомнение стало ведущим. Но с губ вопрос так и не слетел, они были плотно сжаты, а возле углов рта залегли две глубокие упрямые складки, словно Ванцзи с силой сжимал зубы. Лань Сичэнь внимательно вгляделся в его лицо. - Так вот в чём причина... - тихо произнес он. - Дело не в теории и не в техниках. Дело в партнёре... Лицо Ванцзи заледенело. - Брату не понравилось не потому, что происходило, а потому, что человек, с кем это происходило отличался от того, с кем брату хотелось бы, чтобы это происходило? Лань Ванцзи опустил голову, а мочки его ушей покраснели. - Ванцзи представлял другого человека... Лань Сичэнь тяжело вздохнул и медленно произнёс: - Да, конечно, подобное может быть некоторым неудобством... - Некоторым неудобством? - резко вскинул голову Ванцзи. Лань Сичэнь кивнул. - Некоторым неудобством в том плане, что в этом случае брату придется делить свое время и оказывать внимание сразу двум девушкам. - Двум девушкам? - недоуменно спросил Ванцзи, и на его лице отразилось замешательство. - Если брат испытывает чувства к другой девушке, то можно взять ее второй женой или наложницей, - задумчиво глядя в сторону, произнес Сичэнь. Лицо Ванцзи осталось бесстрастным. - Конечно, в клане Лань подобного раньше не случалось, но... Всё когда-нибудь случается в первый раз... Например, мы с молодым господином Мэн... Ванцзи резко вскочил на ноги. На его лице отразился гнев и отчаяние. - Она его сестра! - тихо прошипел он, сжав ладони в кулаки. Лань Сичэнь испытал настоящее потрясение и мысленно отвесил себе пощечину: как он мог быть так слеп?! Он поднялся на ноги и положил руки брату на плечи, сжав те ладонями. - Его? Лань Ванцзи отвёл взгляд в сторону, а потом медленно проговорил: - Ванцзи помнит свой долг перед кланом, и помнит, что должен обеспечить клан наследником. Но как только благая весть придёт, я более не войду в покои супруги и хочу отправиться в Гусу для уединенной медитации. Духовный брак. Лань Сичэнь медленно выпустил плечи брата. На его лице отразилось понимание и печаль. - Ванцзи, - тихо спросил он, вглядываясь в лицо брата, - а ты уверен...? Молодой господин Вэй не испытывает похожие чувства? Лицо Второго Нефрита клана Лань потемнело, и он едва заметно качнул головой, обозначая отрицание. - Наверняка, нет. Я ведом низменными инстинктами плоти и хочу предаваться с ним любовным утехам. Каждый день. По многу раз в день. Когда я был с супругой, то представлял его. Лань Сичэнь пребывал в состоянии сильнейшего потрясения. Ванцзи продолжал говорить, глядя перед собой. Для Сичэня каждая фраза была подобна удару в линчи*. - Я искренне желаю причинить ему боль своими объятиями. Оставить синяки. Искусать его тело, все его части, без исключения. Пометить его. Снаружи и изнутри. Присвоить себе. Даже против его воли. Чтобы он знал, что только мой. Чтобы он больше не принадлежал своему клану или своей семье. Чтобы принадлежал только мне. Одному мне. У Лань Сичэня подогнулись колени, и он медленно опустился на пол беседки. Ему отчаянно хотелось поднять руки и плотно заткнуть уши ладонями, чтобы перестать слышать эту чудовищную боль в словах брата. Ванцзи сел рядом, и какое-то время они сидели в окружении тишины. Лань Сичэнь напряжённо вспоминал события обучения в Гусу. Существует ли вероятность того, что он ошибся? Возможно ли, чтобы молодой господин Вэй разделял интерес к Ванцзи не из-за притворства? - Возможно, вам с молодым господином Вэй стоит поговорить? Лань Ванцзи внимательно посмотрел на брата. - Вэй Ин в Цинхэ. Его увёл младший Не. Глаза Второго Нефрита опасно блеснули. Лань Сичэнь опомнился от своих чувств и вцепился в брата. - Клану Цинхэ Не нельзя причинять вреда! - У Сичэня в уме прокрутились все сценарии наиболее вероятных событий, и он похолодел: он уже хорошо знал, каким жестоким может быть Ванцзи. Слова вылетали из его рта с небывалой для Первого Нефрита скоростью. - Ванцзи, послушай! Клан Цинхэ Не очень важен для Поднебесной. Я не могу тебе рассказать всего, но нельзя причинять им вред! Скептически приподнятая бровь Ванцзи была тем единственным, что он получил в ответ. Сичэнь попытался ещё раз. - Их и так осталось всего двое, клан Не хранит нечто весьма ценное! Лань Сичэнь увидел, как губы Ванцзи искривились в мрачной улыбке. Первый Нефрит ещё никогда не видел у брата такого зловещего выражения лица в этой реальности. Лань Сичэнь словно перенёсся назад, во все те времена, когда его младший брат был куда как далёк от теперешнего идеала, и у Первого Нефрита закололо сердце. Кивок Ванцзи был медленным, и Лань Сичэнь внутренне содрогнулся. - Верно. Нечто весьма ценное... Тревога Сичэня увеличивалась. Ему казалось, что он говорит совершенно невпопад и никак не может донести до брата всю сложность ситуации. - Нет, не молодого господина Вэй! - Ванцзи резко развернул голову к брату и впился взглядом в его лицо. Сичэнь внутренне вздохнул с облегчением: похоже, ему удалось нащупать чувствительную точку и привлечь внимание брата к своим словам. - Нет! - Он подкрепил свои слова отрицательным качанием головы. - Это определенно не Вэй Усянь! Плечи Ванцзи слегка опустились, сбрасывая напряжение, и ладони, до этого плотно сжатые в кулаки, расслабленно легли на колени. - Хорошо. Потому что я намерен вернуть его в Облачные Глубины. К Ванцзи полностью вернулось его самообладание. Второй молодой господин Лань, знаменитый Второй Нефрит клана Лань, Ханьгуан-дзюнь, поднялся на ноги и сложил руки перед собой в почтительном поклоне. - Ванцзи благодарит брата за наставления. Юноша развернулся на пятках и с достоинством зашагал прочь из беседки. Какое-то время Лань Сичэнь смотрел, как тот удаляется, а потом закрыл лицо руками. - Великие предки! Что же мы снова наделали! *** Погода вокруг Цинхэ установилась на редкость приятная: за ночь с гор спускался лёгкий туман, который приносил влагу растениям, а к утренней трапезе рассеивался, открывая солнце, которое устраивалось на безоблачном небе и, казалось, не думало ускользать за горизонт до самого вечера. Ветер баловал горы и крепость своими порывами, принося прохладу, и во внутренних помещениях Нечистой Юдоли было на редкость приятно находиться. Вэй Ин гостил в клане Цинхэ Не уже почти луну, но время летело так стремительно, что он едва замечал его бег. Каждый его день был заполнен разнообразными делами: они с Не-сюном рисовали, склеивали и просушивали бумагу, растирали тушь, собирали готовые веера из заготовок, читали, играли в шахматы, сочиняли стихи... По вечерам они забирались на один из пиков, что был расположен недалеко от крепости, откуда наблюдали за звёздами. Каждый вечер, перед сном, они пили чай вместе с Не Минцзюэ, и Хуайсан учил его игре на флейте. Вэй Ин открыл в себе необычайный талант к дицзы и прекрасную память: стоило ему единожды услышать мелодию, он запоминал её влёт, а когда научился играть, то мог и воспроизвести. Хуайсан не уставал им восторгаться под одобрительные кивки старшего брата. Глава клана Не нашел в молодом господине Вэй достойного соперника для тренировок с саблей. И хотя в силе удара юноша сравниться с ним не мог, зато обоим доставляло удовлетворение сражаться на скорость и на блокирование разных приёмов фехтования, боевые искусства они тоже не забывали. Несколько раз они с Не-сюном ходили на ночные охоты. Оба хозяина Нечистой Юдоли прониклись к Вэй Усяню благосклонностью и, наверное, впервые в жизни он не слышал ни слова порицания. Вопреки его опасениям, ему было всё интересно, и Вэй Ин много читал. Как оказалось, комната младшего Не хранила в себе довольно внушительную коллекцию книг... необычного содержания. Они повествовали о различных отношениях между мужчинами, и Вэй Ин захотел прочесть их все. Не Хуайсан был настолько деликатен, что не спрашивал его о причинах подобного интереса, молча указав пальцем на внушительных размеров стопку и оставив Вэй Ина с книгами наедине. На следующий день, пока они были заняты тренировками с мечом и саблей, Хуайсан распорядился, и книги вместе со стеллажом перенесли в комнату Вэй Ина. Так пролетела ещё луна, веера были склеены, все стихи прочитаны, шахматы заброшены, и Вэй Усянь заскучал. Тренировки, ночные охоты и игра на дицзы стали приятным разнообразием, и только. Хуайсан, видя, что творится с деятельной натурой друга, наконец, решился и в одно прекрасное утро, когда трапеза закончилась, и они с Вэй Ином прогуливались, растрясая съеденное, сказал: - Вэй-сюн, хочешь ли ты сходить и посмотреть то, что я тебе обещал? Вэй Ин с интересом взглянул на друга и утвердительно кивнул, а потом одними губами показал "библиотека", а вслух произнес: - Много книг. Хуайсан кивнул и с лисьей улыбкой стал обмахиваться веером, который не выпускал из рук, но тщательно прятал от брата. Вэй Ин давно заметил за другом подобную странность, но вопросов не задавал, проявляя ответную деликатность. *** На следующий день, захватив с собой некоторое количество припасов, юноши отправились к подземному ходу, который вел в библиотеку клана Цинхэ Не. Пока они двигались, их сопровождала охрана из пяти адептов Ордена: трое шли спереди, а двое прикрывали тыл. Вэй Ину не хотелось обижать Не-сюна, но внутри он посмеивался над всеми этими предосторожностями. До входа в библиотеку они шли по каменному туннелю, адепты освещали им путь факелами, и Вэй Ин спокойно шагал рядом с Хуайсаном. Шли они довольно долго, и это показалось юноше скучным, поскольку вокруг не было ничего, кроме сухого безжизненного камня и невысоких стен. Когда они остановились перед очередной каменной стеной, адепты отошли им за спины, и Хуайсан развернулся к нему. - Вэй-сюн, если ты помнишь, я обязан наложить на тебя заклинание. Ты будешь помнить всё то, что ты здесь прочитал, но никогда не сможешь рассказать об этом месте. Вэй Ин внутренне усмехнулся, предполагая, что Не-сюн переигрывает. В конце концов, Вэй Ин видел знаменитую библиотеку клана Гусу Лань, что ещё могло его удивить?! Поэтому он склонил голову и произнес: - Действуй. Хуайсан подошёл ближе, и его прохладные небольшие ладони плавно закрыли ему глаза и рот. Дальше младший Не читал что-то нараспев на каком-то древнем наречии, надавливая то на глаза, то на рот, а затем резко отнял руки, прокусил себе большой палец, и кровью мазнул по векам юноши, проведя горизонтальную черту, и губам, завершив печать чертой вертикальной. /Должно получиться.../ Вэй Ин только хотел открыть глаза, как строгий голос Хуайсана предостерёг: - Погоди, должно впитаться. Поэтому какое-то время он стоял с закрытыми глазами, словно, в полном одиночестве: тишина, что его окружала, была такой плотной, что, казалось, давила на уши. Наконец, послышался довольный вздох младшего Не, и Хуайсан сказал: - Ну, вот и всё. Получилось. Вэй Ин весело расхохотался и с интересом посмотрел на друга, протирая то один глаз, то второй. - А что, могло не получиться? Хуайсан пожал плечами. - Трудно сказать. Ты первый, на ком получилось подобное заклинание. Вэй Ин нахмурился. - А что случилось с остальными, что были ему подвергнуты? Хуайсан отряхнул рукава своего цзяньсю** и хитро улыбнулся. - Ты первый, кому позволено будет войти. Кроме прямых потомков Главы клана Цинхэ Не. Других не было. Вэй Ин внимательно посмотрел другу в лицо и впервые подумал о том, что, возможно, он явно недооценивал тайны ордена Не. Хуайсан кивнул адептам, и те встали на страже, а юноши отправились вперед, когда Не-сюн приложил ладонь к специально предназначенной выемке, и дверь с небольшим скрипом поднялась вверх. Ещё один короткий проход они преодолели быстро. Дальше перед ним предстала огромная дверь. Вэй Ин окинул ее взглядом от потолка до пола - та была поистине огромной, и вся ее поверхность была покрыта различными барельефами, выполненными довольно искусно. Вэй Ин вытаращил глаза: в свете талисмана, что зажёг Хуайсан, причудливые тени сложились в Сы Лин. Четыре мифологических животных были настолько искусно вырезаны, что казались живыми. Дав некоторое время Вэй Ину полюбоваться барельефом, Хуайсан сказал: - Вэй-сюн, прошу тебя опять закрыть глаза. Не то, чтобы я тебе не доверял, но предосторожность не помешает. Вэй Ин кивнул, послушно закрыл глаза ладонью и развернулся к двери спиной, чтобы избежать соблазна подсмотреть. Последовала серия тихих щелчков, а за ней протяжный скрип. - Лазурный Дракон, Красная Птица, Белый Тигр и Чёрная Черепаха... - проговорил в задумчивости юноша, опять разворачиваясь к Не Хуайсану. Тот прикусил губу и сделал пригласительный жест. /Читал или догадался?/ Им в лицо повеяло прохладным воздухом, немного застоявшимся, но не затхлым. Юноши прошли внутрь пещеры и остановились на пороге, поскольку Хуайсан схватил друга за рукав, молча приказывая оставаться на месте. - Вэй-сюн же не думал, что это все приготовленные ловушки? Вэй Ин опустил глаза: прямо перед ним тусклым красным светом горело защитное поле. Хуайсан посмотрел в ошарашенное лицо друга и ехидно захихикал. - Вэй-сюн! В самом деле! Видел бы ты себя сейчас! Младший Не присел, прокусил палец и мазнул по каменным знакам, а затем положил ладонь на светящуюся поверхность и громко произнес своё полное имя. Тусклое свечение ярко вспыхнуло и исчезло: проход открылся. Когда Вэй Ин сделал ещё несколько шагов, Хуайсан снова зажёг талисман огня, и перед глазами открылись несколько рядов высоких полок, которые терялись в темноте пещеры, уходя далеко вглубь. Между рядами пространство оставалось свободным и освещалось лучом света, падающим с высокого потолка. Там, в рассеянном свете, стоял огромный массивный постамент, по периметру усеянный древними знаками и надписями. - "Многие знания умножают печали мира", - прочитал вслух Хуайсан и с гордостью посмотрел на друга, вполне довольный тем, какое впечатление произвела на того их библиотека. Тот стоял, слегка приоткрыв рот, обозревая многочисленные стопки книг, бамбуковых свёртков, каменных табличек и разнообразных вещей, что были аккуратно сложены и покоились на полках. - Лань убили бы за возможность хотя бы посмотреть на всё это богатство... - против воли вырвалось у Вэй Ина. Хуайсан хихикнул. - Хотел тебе показать раздел про талисманы, - проговорил Хуайсан, углубляясь вдоль рядов и жестом призывая Вэй Ина шагать за собой. - У нас много древних и редких книг, так что, уверен, что Вэй-сюн посчитает их интересными. Вэй Ин, словно под заклятием замедления, двигался вслед за Хуайсаном, поворачивая голову то направо, то налево, едва веря в то, что ему позволено читать то, что тут спрятали. - Только хочу тебя предостеречь, не читай раздел, который называется "Тёмный Путь". - Хуайсан небрежно махнул рукой вправо. - Там много чего непонятного валяется... Вэй Ин остановился и с упрёком посмотрел младшему Не в лицо. - Хуайсан, я такой человек, что если меня заставлять, то нарочно делать не буду. А если предостерегать, то нарочно попробую. Он тут же двинулся к невысокому стеллажу, на котором лежали невзрачные книги, и взял верхнюю, раскрыл ее, приблизил к глазам, чтобы лучше видеть и тихо прочитал: "Записи о Тёмном Пути скромного заклинателея Сюэ Чунхая"&&. Юноша пролистал книгу от начала и до конца, затем взглянул на подошедшего Хуайсана. Тот безразлично пожал плечами. - Как хочешь. Если тебе нравится тратить время на бесполезную ерунду, то, Вэй-сюн, конечно, вправе прочитать... Вэй Ин внимательно на него посмотрел и положил книгу обратно. - Там действительно непонятно написано, так что оставлю на потом. Где там лежат про талисманы? Хуайсан хихикнул и повел друга вглубь, к полке с обозначением на Чжуаньшу, означавшим "Талисманы". *** Хуайсан понял ровно через день, что Вэй Ин пропал. Не в смысле "потерялся" или "его похитили", а в смысле "закопался в книги" и настолько увлекся, что "позабыл о насущных потребностях". Свет, падавший с потолка на середину зала, сменился темнотой и опять появился, юноши почти доели все взятые с собой припасы, а Вэй Ин все никак не мог оторваться. По правде говоря, тот стеллаж с книгами про талисманы был довольно длинным, что означало, что книг по данной теме клан Цинхэ Не набрал существенное количество. Что, в свою очередь означало, что Вэй Ин пока не перечитает их все, не успокоится. Подобное чувство было хорошо знакомо Второму молодому господину Не, и бесспорно вызывало у него уважение. Однако, следовало пополнить запасы и позаботиться об удобных подстилках: спать на циновках, которые прихватил с собой Хуайсан, предполагая, что они с Вэй-сюном задержатся всего на пару дней, было жёстко. Когда они сидели на этих самых циновках и пили чай, вскипяченный на талисмане огня, который зажёг Вэй Ин, Хуайсан поинтересовался: - Вэй-сюн планирует здесь остаться на некоторое время? Тот оторвался от разглядывания иллюстрации в книге и ответил: - Если Не-сюн позволит, то я хотел бы прочитать и сделать для себя некоторые пометки. Едва Хуайсан раскрыл рот, чтобы возразить, как Вэй Ин замахал руками и со смехом продолжил: - Совершенно безобидные вещи, клянусь! И, разумеется, я покажу их Не-сюну. И если они и впрямь не будут таковыми, то мы с Не-сюном сожжём их, не вынося за пределы этих стен! С такой постановкой вопроса Хуайсан не мог не согласиться. Поэтому он решил прояснить некоторые другие вопросы: - Если Вэй-сюн не планирует выходить, то кто-то должен позаботиться о еде. Вэй Ин кивнул и отхлебнул глоток чаю. - Надеюсь, что Не-сюн окажет мне подобную любезность? - Юноша сложил руки перед собой и поклонился. - Хуайсан, ты пустил тигра в горы***, - со смехом воскликнул он, - и теперь сам пеняй на себя! Хуайсан тяжело вздохнул. *** Когда он опять появился в крепости, то первым делом помчался в купальню: спали они с Вэй-сюном пусть и на циновках, но те лежали на земле. И одежду он не менял несколько дней... Насладившись омовением, младший Хозяин Нечистой Юдоли отправился к брату. Глава клана Не восседал за своим огромным столом в Главном зале и писал письмо. Хуайсан приблизился и поклонился. - Приветствую брата. Минцзюэ поднял голову от письма и поинтересовался: - Хуайсан, ты вернулся один? А где молодой господин Вэй? Младший Не помялся и ответил: - Большой брат, я оставил его там, он по уши зарылся в книги, так что пока выдворить его оттуда довольно тяжело. Я планирую набрать припасов и вернуться. - В таком случае передай ему мои поздравления в связи с рождением племянницы. - О! А когда клан Цзян будет праздновать первую луну малышки? - Пока не знаю, Второй брат пока не сообщил. В той реальности, согласно полученному прогнозу, Лань Ванцзи не должен был дожить до заключения брака, в этой - прогноз не изменился. Хуайсан задумался: пока его прогнозы не сбывались, Лань Ванцзи успешно пережил свадьбу и даже обзавелся потомком, к чему бы подобное... /Похоже, обошлось... Или нет?/ - И что, всё у нас хорошо? - слегка обеспокоено поинтересовался Хуайсан, теребя свою подвеску с кистью. Не Минцзюэ нахмурился. - Вчера в крепость прибыл Второй молодой господин Лань, который настаивал на скорейшей встрече с молодым господином Вэй. Хуайсан пожал плечами и безразлично проговорил: - Искренне сожалею, но Второму молодому господину Лань придется подождать. Не думаю, что это так важно. Не Минцзюэ смерил брата внимательным взглядом. - Похоже, что это важно. Лань Ванцзи ещё никогда не бросался обвинениями, что клан Цинхэ Не насильно удерживает своих гостей и, похоже, был готов прорываться с мечом. Хуайсан насторожился. - А что говорит поэтому поводу Второй брат? - Сичэнь-сюн приехал вслед за Лань Ванцзи, и сейчас они оба наши гости. Им предоставлены комнаты в южном крыле. - В таком случае, я, с позволения Первого брата, поговорю с Вторым братом. Не Минцзюэ кивнул и опять погрузился в свои дела. *** - Приветствую Второго брата! Большой брат уже поделился радостной вестью, так что искренне поздравляю клан Лань! Если при виде Хуайсана выражение лица Лань Сичэня просветлело, то по мере произнесения им слов, последовавших за приветствием, оно становилось все более мрачным. /Что происходит? Я же сделал всё, что следовало! Увел Вэй Ина подальше! Какого шаньсяо****!/ - Как назвали маленькую красотку? - Хуайсан изобразил вежливую улыбку. /И чего Сичэнь-гэ такой мрачный?/ - Приветствую Третьего брата! Цзян Яньли дала ей имя "Нежный Аромат". Выражение лица Сичэня чуть посветлело. У Хуайсана зачесалось место у основания спины, его так и подмывало съязвить. - А разве Второй молодой господин Лань не рад прибавлению в семействе? Лань Сичэнь снова помрачнел. - Ванцзи совершенно равнодушен к младенцу. - Предвидя волну ехидства и неуместных вопросов со стороны младшего Не, Сичэнь жестом ладони дал понять, что "достаточно", и укоризненно посмотрел на Хуайсана. - Третий брат... Хуайсан хмыкнул и вежливо поклонился, обозначая, что подчиняется молчаливой просьбе старшего. Сичэнь обеспокоенно оглянулся и тихо произнес: - Третий брат укажет нам место для неспешной и личной беседы? Прошу тебя. Хуайсан в некотором недоумении кивнул и сопроводил Сичэня в свои комнаты. Едва они вошли, короткий взмах рукой Первого Нефрита клана Лань, и на них опустился купол тишины. - Второй брат, - покосившись на купол, осведомился Хуайсан, - это действительно необходимо? Сичэнь с мрачным лицом кивнул. - Более чем. Ванцзи не в себе. Хуайсан инстинктивно вытащил веер, и тот запорхал перед его лицом, словно его хозяин искренне желал отогнать от себя грядущие неприятные новости. /Опять? Только не это! Нам готовиться к осаде?!/ Лань Сичэнь, словно прочитав его мысли, мягко улыбнулся и отрицательно покачал головой. - Осады не будет, точнее, кровопролития, я надеюсь, не будет. Пока Ванцзи проявляет разумное терпение и готов подождать. Веер замер, а Хуайсан вопросительно поднял брови. - Кого? Вэй Усяня? - Так Второй брат уже в курсе наших проблем? - с тяжёлым вздохом проговорил Сичэнь. - Боюсь, что не стоит недооценивать серьезность ситуации. Ванцзи одержим молодым господином Вэй. Хуайсан открыл рот и издал короткое "О!". Веер опять запорхал. Сичэнь потёр лоб и снова издал тяжкий вздох. - Как оказалось, его интерес к молодому господину Вэй, возникший во время учёбы последнего в Гусу, не прекратился, а только усугубился. - Первый Нефрит опять тяжело вздохнул. - Хуайсан знает, каким Ванцзи может быть упрямым и жестоким. Он настаивает на присвоении себе молодого господина Вэй. Хуайсан закрыл веер, поднялся и стал прохаживаться внутри поля. /Скверно, скверно, скверно, скверно.../ Лань Сичэнь следил за ним с неослабевающим вниманием и настороженностью. Внезапно Хуайсан развернулся к собеседнику и спросил: - И чем это нам грозит? Ну... если они встретятся? Сичэнь нахмурился. - Невозможно представить. Ванцзи непредсказуем, когда дело касается молодого господина Вэй. - Сичэнь опять потёр лоб, пытаясь унять застарелую головную боль. - Похоже, идея со свадьбой была крайне опреметчивым решением. Хуайсан подошёл и уселся за стол. Разлил им по чашке чаю. - Второй брат. В любом случае сейчас мы ничего не придумаем. Кроме того, Вэй Ин пока недоступен. Он занят. Страстно. Младший Не с трудом подавил тихий смешок. Выражение лица Лань Сичэня опять прошло метаморфозу от светлого к мрачному. - Чем он занят, если Третий брат готов поделиться? Хуайсан не удержался и ехидно захихикал. - На ближайшие несколько лун... Хуайсан вдохнул аромат чая и сделал глоток. Лань Сичэнь последовал его примеру. - Так что Второму брату лучше увезти Второго молодого господина Лань в Юньмэн или Юньшэнь и убедить его подождать. - И всё же, чем таким важным занят молодой господин Вэй? Хуайсан в удивлении приподнял брови и поинтересовался: - А разве я не сказал Второму брату? Лань Сичэнь с мягкой улыбкой отрицательно покачал головой. Хуайсан хихикнул и ответил: - Чтением. Примечание 1: *Линчи - 凌遲 переводится, как медленный процесс, затяжная смерть или медленное разрезание и также известная, как смерть от тысячи порезов, была формой пытки и казни , которая применялась в Китае примерно с 900 г. н.э. до тех пор, пока не была запрещена в 1905 году. В этой форме казни использовался нож, чтобы методично удалять части тела в течение длительного периода времени, что в конечном итоге приводило к смерти. Линчи использовался для преступлений, которые считались особо ужасными, таких как измена. **Цзяньсю — костюм с узкими рукавами, в древности считался платьем лучника. ***Пустить тигра в горы - чэнъюй, аналогичный по смыслу "Пустили козла в огород". Разумеется, здесь Вэй Ин иронизирует над собой. ****Шаньсяо - аналог "чёрта", кит. : 山魈; пиньинь : шаньсяо - «озорный одноногий горный дух». Википедия site:hrwiki.ru