Единственная реальность

*** Согласно слухам, от которых было трудно спрятать уши, Цзян Чен совершил свою месть клану Цишань Вэнь, убив второго сына Главы клана и Верховного Заклинателя, Вэнь Чао. Таким образом, Вэнь Жохань лишился обеих своих рук и наследников Ордена. Также было доподлинно известно, что Цзян Чен отомстил за смерть своих родителей - повесив Вэнь Чжулю, знаменитого Сжигающего Ядра. Судачили, что смерть обоих была далека от благородной смерти с мечом в бою... Цзян Чен ненадолго вернулся в Юньмэн, посетить могилы предков и отдать дань памяти, принеся им весть о свершившейся мести. Теперь духи клана Цзян могли упокоиться с миром. Поговаривали, что перед семейным алтарем на коленях они стояли оба: уже новоиспеченный Глава Ордена Юньмэн Цзян и его чудесным образом найденный старший брат, Вэй Усянь. Про последнего слухи ходили разные. Например, что его сбросили на Гору Мертвецов... И что он вернулся оттуда с вновь обретенными таинственными магическими способностями... Но мало ли, что болтали люди.... *** Хуайсан возвратился в Цинхэ Не. В Нечистой Юдоли был организован Штаб компании против Цишань Вэнь. Туда же, к Чифэн-цзуню, сходились все сведения о перемещении войск с обеих сторон. Хуайсану сказали о том, что в Будзинши прибыл Глава Ордена Цзян с братом, за своей сестрой, Цзян Яньли. Младшему господину Не не терпелось увидеть дорогого друга. /Каким же он стал? Сильно ли поменялся по характеру?/ Однако, второй господин Не понимал, что встреча с родней для того куда важнее. Ему хотелось ворваться и заключить друга в объятия, похлопать по плечу, посмеяться вместе над его возвращением и над тем, как он провел проклятых Вэней, вернувшись оттуда, откуда ещё никто не возвращался... Но, знание о том, что пережил Вэй Ин и где он пробыл все это время, а также то, что он видел на дороге к почтовой станции Пристани Лотоса - все это не давало ему действовать опрометчиво. Внутри него родилось опасение, что Гора Мертвецов могла в корне изменить характер друга... Безвозвратно... Поэтому, стоя перед комнатами Цзян Яньли, он невольно стал свидетелем их разговора. *** - Где ты был все это время, - спросила уже вытиравшая слезы радости Цзян Яньли. Вэй Усянь напряжённо молчал. Хуайсан даже затаил дыхание. /Цзян Чен, скорее всего в курсе, что Вэй Ина сбросили на Могильный Холм... Но кто поверит в то, что он смог там прожить целых три месяца и не только выжить, но и вернуться? Это чересчур напоминает сказку... Я тоже буду помалкивать..../ Хуайсан поймал себя на мысли, что прошлый Вэй Ин уже бы вовсю хохотал и рассказывал какую-нибудь нелепую смешную историю. Этот Вэй Ин молчал. Затем заключил свою дорогую шицзе в объятия, и у Хуайсана защемило сердце. Голос Вэй Ина, уже не звонкий, а тихий и хриплый, произнес: - Шицзе... Неважно, как далеко я был. Больше я не уйду. Яньли всхлипнула. - И ещё, - продолжил говорить своим новым голосом Вэй Ин, - я обещал, что ты, Цзян Чен и я всегда будем вместе. - Да, - продолжая всхлипывать, выдавила Цзян Яньли, - вместе навсегда. Поэтому больше никогда так внезапно не исчезай, хорошо? Хуайсан закусил губу. /Знали бы вы... / Вэй Ин мягко отстранился. Его голос звучал хрипло, но проникновенно. - Больше никогда. Хуайсан тихо всхлипнул и ринулся в комнату: тяжело было выдержать этот накал эмоций со стороны, казалось бы, незнакомых ему людей, чьи жизни только ненадолго соприкоснулись с его. За все это время Глава Ордена Цзян не проронил ни слова. - Вэй-сюн! Вэй-сюн! Он влетел и неловко закрутился на месте, не зная, куда бежать. Скрывая бурю эмоций за торопливостью. Цзян Яньли медленно убрала ладонь от щеки Вэй Ина. Оба были насторожены этим прикосновением. Хуайсан сделал вид, что увидел их, и бросился к свободному месту рядом с Вэй Ином. - Вэй-сюн! Услышал, что ты вернулся! - Хуайсан шутливо погрозил ему пальцем. - Это и вправду ты! - И как в старые времена, он решил хлопнуть друга по плечу. - Ну ты даешь... Вэй Ин отклонился инстинктивно, убрал плечо от прикосновения чужой ладони. На его лице промелькнуло недоумение, потом страх. Хуайсан удержал его руку на весу. Изобразил лёгкую растерянность. /Так вот ты теперь какой.../ Вэй Ин ухватил его ладонь. Опустил вниз. И неловко издал тихий хриплый смешок. /Вэй-сюну холодно?/ Его ладонь показалась Хуайсану черезчур бледной и прохладной. /Теперь из-за темной ци температура его тела стала меньше?!/ - Не-сюн. Давно не виделись. Хуайсан решил не создавать другу лишних трудностей, поэтому захихикал в своей обычной манере. - Знаешь, Вэй-сюн, эти три месяца, что ты исчез, все чуть с ума не сошли от волнения, пока тебя искали! Особенно второй молодой господин Лань и... Вэй Ин помрачнел лицом. /Что случилось за эти три месяца с ним и Лань Ванцзи?!/ Хуайсан решил, что ситуацию надо спасать и заговорил вдвое быстрее: - И, конечно, Цзян-сюн... Цзян Чен подхватился и, прихватив Хуайсана за плечо, потащил к выходу. - Все, что есть - рассказал. Теперь хватит, иди, иди уже... Хуайсан запричитал, размахивая веером и пытаясь остаться: - Ты чего? Я ещё не поговорил с Вэй-сюном! Цзян Чен потащил его на выход, подталкивая в спину. - Сегодня вечером я устраиваю пиршество... Приглашаю всех! - Иди, иди уже. Цзян Чен мягко, но настойчиво выпроводил его за дверь. В дверях Хуайсан расслышал мягкий голос Цзян Яньли: - А-сянь, я пойду приготовлю овощи для блюд, а ты пока отдохни. Ты только вернулся, не переутомляйся. Хуайсан тихо вздохнул. Ему было над чем подумать: после трёх месяцев на Луаньцзан, Вэй Ин изменился... безвозвратно ли? *** Пиршество проходило в Главном Зале Приемов Нечистой Юдоли. На своем обычном подиуме, возглавляя все собрание восседал Не Минцюэ. Внизу, рядами были выставлены столы, за которыми сидели приглашенный гости. Не Минцзюэ наполнил и поднял чашу. - Глава Ордена Цзян! Благополучное возвращение молодого господина Вэя - это воистину большая радость в нашей борьбе против Ордена Вэнь! Присутствующие господа, давайте все вместе выпьем за молодого господина Вэя! Все подняли чаши, и послышались тосты. - За Вэй-сюна! - За Вэй Усяня! - За молодого господина Вэй! По правую руку от Минцюэ, в ряду за спиной Цзян Чена, должен был сидеть Лань Ванцзи. Хуайсан до последнего надеялся, что тот почтит своим присутствием пиршество во имя благополучного возвращения Вэй Ина. Однако, не смотря на его надежды и просьбу к Ванцзи о присутствии, столик был пуст. Вэй Ин залип на нем взглядом и, казалось, был не в зале на пиршестве, а где-то далеко. Образовалась неловкая пауза. Все ждали, когда Вэй Усянь, чествуемый всеми присутствующими, в свою очередь поднимает свою чашу. - Вэй Усянь! - зашипел Цзян Чен, и Вэй Ин очнулся от своих раздумий. Наполнил и поднял тост. - Выпьем! Хуайсан решил загладить неловкость. Для Лань Ванцзи поставили чайник с чаем вместо вина, зная о его предпочтениях и правилах Гусу Лань. - Вэй-сюн, раз ты пьешь, то и я выпью до дня! Вокруг послышалось: - До дна! - До дна! Вино лилось легко, послышались довольные вздохи. Не Минцзюэ опустил свою пустую чашу и обратился к Вэй Ину: - Молодой господин Вэй, вижу, сегодня вы без меча? Вэй Ин ответил не сразу. За поясом у него была заткнута флейта, он бережно погладил ее конец, словно теперь она была... его духовным оружием? Хуайсан не мог не заметить этот жест. /Что это значит? Флейта вместо меча? Хотя... у меня самого веер вместо сабли... Это ничего не меняет по своей сути.../ Позади Хуайсана сидело два главы мелких орденов. Глава Яо хмыкнул и сказал: - Для адепта клана заклинателей, носить меч - особая честь. Мне известно, - надменно продолжил мужчина, - что господин Вэй всегда был человеком, вольно трактующим этикет. Однако, подобная бесцеремонность - не слишком ли надменно и легкомысленно? Вэй Ин помрачнел лицом, но смолчал. Хуайсан не находил себе места, что они себе позволяли? Что понимали вообще эти люди? И словно этого было мало, рот раскрыл нахальный кузен Цзинь Цзысюаня, Цзинь Цзысюй: - Давно наслышан о выдающемся искусстве фехтования, которым владеет молодой господин Вэй. В этот момент Хуайсан подумал, что Лань Ванцзи прекрасно продумал свое отсутствие: сидеть и пить в такой компании было сомнительным удовольствием. Тем не менее наглец продолжил: - Сегодня я хотел воспользоваться шансом состязаться с вами. Вот уж не думал, что вы не захватите меч. Что, даже честь не окажете? Внутри Хуайсан весь кипел, а снаружи приходилось сдерживаться. Цзинь Цзысюй славился своим резким характером и ещё более несдержанным языком. У него было много врагов, своим надменным поведением он отворачивал от себя людей. Прежний Вэй Ин уже бы спорил с жаром и доказывал свою правоту. Этот - усмехнулся и молча наполнил свою чашку. Хуайсан замялся: тему нужно было срочно сменить. - Вэй-сюн, а расскажи всем, как ты убил Вэнь Чао! Медленным, скупым движением Вэй Ин выпил и поставил чашу на стол. В тишине зала его голос прозвучал весомо и жёстко. - Творящий зло - обречён на гибель. Услышав ответ, Хуайсан усмехнулся. /Вэй-сюн стал сдержаннее, но характером ничуть не поменялся. Все также остёр на язык, и все также умеет поставить на место зарвавшихся наглецов./ За спиной зашушукались. Второй глава едва слышно прошептал Цзинь Цзысюю: - Я слышал, перед смертью Вэнь Чао был замучен так, что ни на демона, ни на человека не походил... Даже родной отец бы не узнал... - Да, я тоже слышал... Судя по всему, слух у Вэй Ина тоже остался отменным: в ответ на это тихое перешептывание, у него на лице появилась кривая ухмылка. Хуайсан вспомнил, каким он увидел друга на Луаньцзан: бледным, исхудавшим и мрачным. Перед его мысленным взором пронеслось то, как сам он ел не каждый день и как не каждый день ему удавалось послать Вэй Ину голубя. Меж тем, шепотки продолжались. - Я слышал, что господин Вэй применяет какую-то необычную магию, даже талисманы весьма чудно́ переделал... Хуайсан вяло улыбался и продолжал следить за Вэй Ином. /Твоя улыбка не касается глаз. Холодная, вежливая и мрачная. Ты изменился, Вэй-сюн./ За спиной Хуайсана глава Яо проговорил своему соседу: - Неизвестно, что за низкие методы он применяет. Вэй Ин снова наполнил чашку и выпил, только хмыкнув в ответ. Казалось, что он опять углубился в свои раздумья. /Да, Вэй-сюн, ты изменился. Перестал спорить и доказывать свою правоту./ Цзян Яньли склонилась к нему и тихонько спросила: - А-сянь, а где второй молодой господин Лань? Казалось, Вэй Ин ответил с прохладцей: - Не знаю. Чуткая Яньли неуверенно поинтересовалась: - Вы ведь всегда были хорошими друзьями? Смешок в ответ на эти слова сестры показался Хуайсану горьким. - Разве? Улыбка Вэй Ина была такой же безжизненной, как и выражение его глаз. Хуайсан поймал себя на мысли, что друга окружает пронзительно холодная меланхолия. Медленные движения в противовес давней яркой жестикуляции. Мрачное хмыканье против звонкого веселого смеха, что теплой аурой обнимал вокруг друга раньше. Вместо веселого болтуна и повесы, что флиртовал с каждой молодой госпожой, теперь перед Хуайсаном сидел незнакомец с пустым немигающим взглядом и железным самообладанием. /Ты изменился, Вэй-сюн.../ Чашка за чашкой, Вэй Ин пил вино, как воду: выпивка на нем не работала. - Уважаемые господа, - глава Яо встал со своего места и пролез поближе к подиуму, где сидел Не Минзюэ. Хуайсан внутренне напрягся. - Сейчас Четыре Великих Ордена объединились, и рано или поздно мы уничтожим орден Вэнь! Нанесем им сокрушительное поражение! Со всех сторон послышалось "Да!" и "Верно!". Вэй Ин и Цзян Яньли молчали. - Выпьем до дна! Уничтожим орден Вэнь! Цзян Яньли деликатно прикрыла рот и выпила свою чашку. Вэй Ин, казалось, потерял интерес к пиршеству. Пить он мог и в одиночку, вот только вино на него не действовало, да и досужие сплетники не прибавили и без того хмурого настроения. Хуайсан отметил, как вместо чашки он обхватил горлышко сосуда для вина рукой. Затем, все так же молча, Вэй Ин поднял сосуд и медленно покинул зал. Хуайсан помрачнел и проследил за ним глазами. Глава Яо недовольно махнул рукой. Не Минцзюэ растерянно посмотрел на младшего брата. Губы Хуайсана были сжаты в тонкую линию. *** Когда пиршество завершилось, Не Хуайсан решил увидеть Вэй Ина. Шепотки за спиной он не воспринял, как нечто серьезное. Брату он уже намекнул, что двум главам, что сидели за его спиной стоило бы быть намного сдержаннее. Хуайсан перекинулся парой слов и с Цзян Ченом, но и тот был мрачен: сплетники явно потоптались и по его настроению. В ответ на вопрос, наследник клана Цзян только буркнул: - Отговорился тем, что повзрослел. А сам даже правила не соблюдает. Краснеть за него приходится... Хуайсан в ответ только хихикнул: - Цзян-сюн, ты ведь знаешь Вэй-сюна. Он и раньше таким был: не любил разные правила. Что с него взять? Пойду к нему, хочу поболтать... Они разошлись. Хуайсан заметил, как в комнаты Вэй Ина зашла Цзян Яньли с переноской для еды, и отметил про себя, что привычки друга не поменялись: его по-прежнему не брала выпивка, и он предпочитал больше пить, чем есть. Хуайсан поймал себя на мысли, что на пиршестве Вэй Ин почти не притронулся к еде, поэтому он подумал, что уж точно не помешает тому, что Цзян Яньли решила накормить брата: в прежние времена Вэй Ин никогда не отказывался от хорошей компании. Хуайсан прихватил с собой пару сосудов с вином, так что свою компанию он считал изначально хорошей. Подойдя к комнатам друга, он застал продолжение разговора между братом и сестрой. /Видимо, это моя карма - подслушивать.../ - ...Эта бамбуковая флейта... Никогда раньше у тебя ее не видела. Послышался грустный смешок Вэй Ина, а потом испуганный вскрик Яньли. Хуайсан навострил уши, она, что, дотронулась до флейты? Дальнейшее только подтвердило его подозрения. Взволнованный голос Вэй Ира, казалось, вернул себе звонкие ноты: - Шицзе! Ты в порядке? Она не ранила тебя? Голос сестры слегка дрожал. Но по мере того, как она говорила, восстанавливал внутри тепло и заботу. - Все хорошо. Значит, лишь тебя эта флейта признала своим хозяином? Хуайсан воочию представил, как неловко замялся Вэй Ин. Его голос опять стал хриплым. - Мхм... Случайно подобрал. - Значит, это она теперь твое сильнейшее духовное оружие? Хуайсан чуть не ударил себя по лбу: ну, конечно! - Совсем как фиолетовая плеть мамы... Хуайсан подумал, что Цзян Яньли можно причислять к лику небожителей, ее любовь к брату была безусловной, искренней, без капли осуждения... Пауза в разговоре затягивалась, и Хуайсан хотел, было, войти, но Яньли внезапно спросила: - А-Сянь, какое у нее имя? - Ещё не придумал... - Она - духовное оружие высшего ранга, единственная из многих, нельзя отсноситься к флейте с пренебрежением. Почему бы не дать ей такое же имя, как и у твоего меча? Хуайсан быстро заткнул рот обеими ладонями, иначе вскрик огласил бы пространство и выдал его присутствие. Прерывать разговор ему не хотелось: судя по всему, происходило нечто важное. - Назови ее Суйбянь. В голосе Цзян Яньли послушались смешливый нотки. /На что она намекает? Назвать духовное оружие именем меча? Или она хотела сказать, своим именем? Как Ванцзи? Как у Лань Ванцзи?/ Хуайсан отрицательно замотал головой, продолжая зажимать себе рот. /Не может быть, чтобы она знала... Вэй Ин и Лань Ванцзи испытывают друг к другу чувства? / Хуайсан весь сжался. Он вел безмолвный спор сам с собой. /О, только не снова! Только бы они не стали врагами! Вернуть все назад я уже не смогу! Нет!/ Вэй Ин молчал, Хуайсан затаил дыхание и вслушался. Казалось, голос Вэй Ина на мгновение потеплел. - Тогда... я назову её Чэньцин... Прежние чувства. В голосе Яньли послышалось удивление. - Прошлые чувства? Хуайсан опять заткнул себе рот, чтобы не застонать от разочарования. /Значит, у Вэй Ина все таки есть чувства к Ванцзи... Но что-то явно поменялось между ними с тех пор, как он вернулся с Горы Мертвецов. Это Призрак виноват?/ Голос Вэй Ина прозвучал печально, но твердо. - Да, "Прошлые чувства". Хуайсан посчитал необходимым убраться. Его компания Вэй Ину сейчас явно была ни к чему. /Пусть подольше побудет с сестрой... Рядом с ней он оттаивает.../ И на цыпочках Хуайсан неслышно отправился к себе. *** На следующее утро Вэй Ин разыскал Хуайсана сам. - Не-сюн, рад встрече. Вчерашний банкет был... просто нечто... Хриплый смешок Вэй Ина подтвердил, что вчера ему изрядно подпортили настроение. Хуайсан беспечно махнул рукой. - Не обращай внимания, Вэй-сюн! Эти недотепы и в боях-то толком не участвовали. Храбрятся, чтобы скрыть, что почти намочили штаны от страха... Вэй Ин в ответ только хмыкнул. Хуайсан подавил вздох. Проще было вернуться к лёгкой и беззаботной манере их давних бесед. - Вэй-сюн искал меня... зачем? Казалось, этот вопрос разрешил сомнения Вэй Ина, и тот, наконец, решился спросить: - Где клан Не правит свое оружие, Не-сюн? Мне бы переговорить с кузнецом... - О, Вэй-сюну нужна кузня! - Хуайсан взмахнул руками и хлопнул веером. - У нас их парочка в крепости. Если ближайшая, то во внутреннем дворе, у дальней стены. Если дальняя, то с другой стороны внешней стены, ты ее легко найдешь по звукам. Там мы обычно правим что-нибудь серьезное... Вэй Ин развернулся в ту сторону. Мыслями он был уже там. Его взгляд снова стал стал пустым, холодным и немигающим. Хуайсан заметил преображение друга и веером коснулся его плеча. /Похоже, он решил доделать свой талисман, что начал в Илине.../ - Если тебе надо, то иди. Вэй Ин, казалось, его не услышал. Хуайсан отметил, что пальцы друга как-то неуверенно прошлись по мешочку цянькунь на поясе. Оттуда слегка тянуло темной ци. *** Новость о том, что прибыл Цзэу-цзюнь, и теперь брат созывает Военный совет, застала Хуайсана на пути во внутренний двор. О том, чтобы в этот раз брат запретил ему присутствовать, и речи не стояло. Вернулся с тренировки Цзинь Цзысюнь, вслед за ним притащился его кузен, Цзинь Цзысюнь. Оба Нефрита клана Лань были сосредочены и тихи, как и всегда. Цзян Чен пришел один, без Вэй Усяня. /Наверное, он ещё не завершил свои дела в кузнице.../ Хуайсан окинул всех присутствующих взглядом и задумчиво постучал веером по губам. /Пожалуй, не стоит говорить им, где Вэй Ин.../ - Пусть сегодня Совет проходит не в полевом шатре Главнокомандующего, но этот Вэй Усянь ведёт себя слишком разнузданно, - начал возмущаться кузен Цзинь Цзысюаня. - Мы учитываем его вклад в убийство Вэнь Чао, и поэтому прождали его так долго. Наглец заложил руки за спину и продолжил вещать: - Чифэн-цзунь, он убил Вэнь Чао, но ведь и вы обезглавили Вэнь Сюя! Пусть у Вэй Усяня имеются заслуги, но нельзя же стольких людей заставлять ждать его одного, паршивца! Цзян Чен служил руки в церемонном жесте уважения. - Господа. Вэй Усянь только вернулся в Цинхэ. Его раны ещё не успели затянуться. - Раны? - насмешливо поинтересовался Цзясюнь. - Что то я не заметил у него никаких ран! Хуайсан увидел, что Цзян Чен поджал губы. Лань Ванцзи молчал все это время. Наглец Цзысюнь обошел стол и встал перед Цзян Ченом. - Глава Цзян Ваньинь, вы - теперь Глава целого ордена. А этот Вэй Ин, по логике, теперь ваш подчинённый. Братья Не молчали, только веер Хуайсана напряжённо работал, гоняя воздух крепости, и без того прохладный. Лань Сичэнь ждал, собранный и серьезный. - Вы велели ему явиться на Совет, разве у него могут быть разумные причины этого не сделать? Может, он снова решил выставить вас в дурном свете и отправился по своим делам? Веер Хуайсана ускорился. - Или снова оттачивает навыки невесть какого магического искусства? Хуайсану захотелось вбить эти слова наглецу в глотку. Похоже, Цзян Чен сдерживался до последнего. Он повернул голову в сторону мерзкого голоса и сдержанно ответил: - Это касается только Ордена Юньмэн Цзян. К ордену Ланьлин Цзинь это отношения не имеет. Хуайсан одобрительно кивнул: ответ был под стать Главе, а не наследнику клана. Похоже, вчерашний разговор с братом тоже сыграл свою роль: Минцзюэ рубанул воздух рукой и приказал: - Довольно. Хватит об этом. - Проследил взглядом, как наглец занял свое место возле Цзинь Цзысюаня. - На сегодня оба сына Вэнь Жоханя мертвы. Он, все равно что, лишился обеих рук. Нам представляется отличный шанс одним ударом нанести поражение Цишань. Эта битва определит исход войны. Нам необходимо действовать единодушно. Словно являя собой голос разума и здравого смысла, Цзэу-цзюнь добавил: - Чифэн-цзунь прав. - Лань Сичэнь развернулся всем корпусов к Цзян Чену. - Глава ордена Цзян, если сегодня молодой господин Вэй не может участвовать в Совете, прошу Главу Ордена сообщить ему обо всем, что будет обсуждаться на Совете. Цзян Чен с достоинством поклонился Цзэу-цзюню и Чифэн-цзуню. Не Минцзюэ покосился в сторону возмутителя спокойствия из клана Цзинь, и потом одобрительно кивнул Цзян Чену. Веер Хуайсана прикрыл его улыбку. Когда ставят наглецов на место - это приятно. - Ну, всё. Вернёмся к обсуждению, - скомандовал Минцзюэ. Цзэу-цзюнь покосился на Лань Ванцзи, который, казалось, пребывал глубоко в своих мыслях. Его взгляд был опущен, и Хуайсан сделал вывод, что мысли того были наполнены печалью. Обсуждение продолжалось. Минцзюэ указывал точки на карте. - Как мы и сказали, сыновья Вэнь Жоханя мертвы, некому повести войска и взять нас в клещи. У Цишань осталось только одной войско без поддержки. Я поведу наступление форсированным маршем вперёд. И мы наверняка разгромим гнездо ордена Вэнь! И снова раздался голос здравого смысла - Лань Сичэня. - Таков наш план, но не стоит подходить к этому вопросу небрежно. Главный козырь Вэнь Жоханя вовсе не его сыновья. А Печать Темного Железа и его марионетки. На удивление, его поддержал наследник клана Цзинь. - Цзэу-цзюнь прав. Вэнь Жохань решился на безудержное истребление кланов заклинателей лишь потому, что он владеет силой Иньской Печати. Он может управлять людьми и может приказать марионеткам сражаться за него. Не Минцзюэ кивнул в согласии. - Именно поэтому я и созвал сегодняшний совет. Мы все должны подумать, как нам противостоять силе Темного Железа в руках Вэнь Жоханя. *** Резкий порыв ветра распахнул двери в Зал Приемов. Вэй Ин вошёл, как природная стихия, которую никому не под силу удержать. Волосы Лань Ванцзи взметнулись вверх, поднятые этой мощной силой ветра. Хуайсан прикрыл лицо веером, ошеломлённый. /Значит, он завершил свой талисман. Тот, что состоял из двух половинок. Теперь, похоже, его мощь возросла в разы... Так вот зачем ему была кузня.../ Вэй Ин бросил настороженный, но самоуверенный взгляд в сторону Лань Ванцзи. /Словно говорит, "Смотри, я был прав".../ Все застыли от неожиданности, Не Минцзюэ прикрыл лицо от порыва. Хуайсан не сдержал удивленного возгласа. - Вэй-сюн? - Вэй Усянь, - раздосадованно произнес рядом Цзинь Цзысюнь. /Он и до этого был в четверке самых сильных... А теперь он стал ещё сильнее...?/ Цзян Чен подошёл к брату и вопросительно заглянул в глаза. Тот не подал вида, что понял. Отвесил вежливый поклон и поприветствовал присутствующих. - Глава клана Не. Не извольте беспокоиться о Темном Железе. - Как это понимать? - поинтересовался Цзинь Цзысюань, пока Не Минцзюэ окидывал новопришедшего внимательным взглядом. Вэй Ин горделиво вскинул голову: - Откуда вам знать, что нет ничего, способного ей противостоять? - Господин Вэй, не изволите ли пояснить поподробнее? - Лань Сичэнь улыбнулся своей приятной спокойной улыбкой, делая шаг навстречу Вэй Ину. Тот аккуратно сложил руки за спиной, позади него плеснула красной кисточкой флейта. И склонил голову в вежливом кивке: - Цзэу-цзюнь, дело не в том, что Вэй Ин что-то умышленно скрывает... Хуайсан обратил внимание на напряжённый жест: Вэй Ин коснулся мешочка цянькунь у себя за поясом. Все остальные тоже проследили его жест. Он глянул в сторону Лань Ванцзи несколько виноватым взглядом. /Значит, сделать талисман - это ещё полдела. Надо его ещё опробовать и научиться им владеть... Должно быть, это то, что ты принес с собой с Проклятой Горы, Вэй-сюн... Ни крупицы светлой силы в твоём даньтяне... Вот о чем говорил А-Мэй.../ Взгляд Вэй Ина был полон уверенности и сожаления одновременно. Хуайсан не знал, как его расшифровать. Вэй Ин отвел глаза от лица Лань Ванцзи и твердо посмотрел на присутствовавших: - Через месяц вы сами все узнаете. Тихое хмыканье последовало в сторону Лань Ванцзи, и Вэй Ин отвесил всем вежливый поклон, без слов сообщая, что разговор окончен. Хуайсан начал облегчённо выдыхать, но беда пришла, откуда не ждали: Лань Сичэнь, всегда все замечающий, поинтересовался: - Молодой господин Вэй, почему вы не носите при себе меч? Вэй Ин обернулся с порога. Он полностью владел собой и не собирался доказывать свою правоту. - Просто не хочу, - последовал его краткий ответ. И окинув всех спокойным взглядом, Вэй Ин кивнул главе своего ордена и вышел ровным тихим шагом. За его спиной повисла тишина. *** Цзинь Цзысюнь снова взвился: - Этот Вэй Усянь! Он намеренно явился посмеяться над нами? Как что-то может противостоять Темному Железу?! Ни у кого из присутствующих не имелось на это ответа. - Неужели она сама себя уничтожит? - продолжил возмутитель спокойствия. Лань Сичэнь и Не Минцзюэ переглянулись. Хуайсан счёл за мудрое промолчать. Как и Лань Ванцзи. На этом Военный Совет был завершён. *** - ...Все ли в этом мире подчиняется правилам и законам, сюнджан? - Когда-то я думал, что если прочитаю все книги библиотеки Гусу Лань, то познаю великие принципы этого мира. Но позже я осознал, что даже если прочесть все книги Поднебесной, в мире останется слишком много такого, чего мне не постичь никогда. Ничто в мире не определено законами. Правильное и неправильное не разделено по своей сути на чёрное и белое. - Но если нельзя отделить чёрное от белого, а плохое от хорошего, то как человеку делать свой выбор? - Человек потому и называется человеком, что его природа не определена ни черным, ни белым, ни правильным, ни неправильным. Человек делает свой выбор, не принимая во внимание ни черно, ни белое, а так, как велит ему сердце. /Да что ж я вечно не в том месте и не ко времени.../ Хуайсан затаился за колонной коридора, по которому прогуливались братья Лань. Краем глаза он заметил, что навстречу им им идут братья Цзян. Что Вэй Ин, что Лань Ванцзи, оба отвели глаза, словно не хотели встречаться даже взглядами. Повисла напряжённая тишина. Четверо обменялись вежливыми поклонами. Разошлись. Не было произнесено ни слова. Хуайсан закусил край веера, чтобы не ринуться туда или не закричать. В воздухе плотной пеленой висело напряжение и неприязнь. Однако, разговор братьев Лань продолжился. - Ванцзи, если ты беспокоишься за молодого господина Вэя... - Нет, - последовал черезчур быстрый ответ, и Ванцзи покинул брата одного, стоять в коридоре. Хуайсан решил им не мешать. Но Лань Сичэнь заметил край его одежд. - Третий брат... А-Сан, вижу, ты проходил мимо... Хуайсану ничего не ставилось, как подойти. - Второй брат... Что вы думаете обо всем об этом? - Хуайсан сделал неопределенный жест в пространство, куда ушел Лань Ванцзи. Цзэу-цзюнь тяжело вздохнул и опустил голову, словно на его плечах были все заботы мира. - Я не знаю.... /А я не знаю, кому ты отвечал, ему или... Себе. Что тебя гложет, Эргэ?/ *** С галереи крепости было отлично видно, как Вэй Ин окликнул Лань Ванцзи, что удалялся от него быстрыми нервными шагами. /Неужели опять повздорили? И когда успели.../ - Лань Чжань! Ванцзи остановился, но не торопился разворачиваться. Вэй Ин приблизился. - Лань Чжань, послушай меня. Тот резко развернулся, и начался кошмар наяву. Хуайсан затаил дыхание, сжал руки перед грудью и молча молился всем известным богам. /Духи Небес и Земли! Вездесущие духи! Великие предки! Спасите!/ Лань Ванцзи наносил удар за ударом. Бичэнь, извлечённый из ножен молниеносным движением, летал и рассекал воздух со свистом. В ответ Вэй Ин парировал эти выпады бамбуковой флейтой, что оказалась ничуть не мягче зачарованного металла. Выпад, и ещё один. Вэй Ин ушел от атаки, перекувыркнувшись в воздухе, но Лань Ванцзи был быстрее. /Или Вэй Ину наскучило обороняться?/ Он замер, зажмурив глаза. Лань Ванцзи остановил Бичэнь в цуне от горла Вэй Ина. /Похоже, не я один проверяю, насколько поменялся Вэй-сюн.../ Юноши обменялись долгими взглядами. Ванцзи так же быстро убрал меч в ножны. Руки Хуайсана расцепились сами собой, и он рухнул на пол галереи. /Неужели пронесло, и они не поубивали друг друга... снова...?/ Между тем, юноши решили продолжить словами вместо оружия. Вэй Ин с выражением немного капризного ребенка на лице проговорил: - Лань Чжань, мы с тобой не виделись несколько месяцев, а ты снова повысил свое мастерство в искусстве фехтования. Ответ Ванцзи был холоден: - Просто ты нисколько не занимался. Где Суйбянь? Вэй Ин молча смотрел на него и молчал. Он просто ничего не говорил. Пауза затянулась, а Лань Ванцзи все ждал ответа на свой вопрос. Вэй Ин вздохнул, отрицательно покачал головой и неловко улыбнулся. Его улыбка была грустной, но прежней. Хуайсан закусил край веера, чтобы не закричать от облегчения. Он решил не оставлять их одних на этот раз и вмешаться, если что. *** На Нечистую Юдоль опустилась темнота: в горах это было обычным делом. Воздух наполнился насыщенной прохладой, на небе появились звёзды. Двое юношей взлетели и уселись на крышу, а Хуайсан, наоборот, спустился с галереи. Сверху его было легко заметить, а вот снизу его прикрывала крыша другого павильона. Голос Вэй Ина снова звенел, он словно вернулся назад во времени, туда, где не было этих трёх месяцев на Могильном Холме. - Лань Чжань, тебе эта картина не кажется знакомой? Тогда, в Облачных Глубинах точно так же сидели друг напротив друга. Лань Ванцзи смотрел четко вперёд, а не на собеседника, но Хуайсан отметил про себя, что тот сидел в расслабленной позе с выпрямленной спиной. Его ответ был немногословен. - Мы сражались. Хуайсан припомнил ту самую сцену, все было верно: тогда они проверяли друг друга на крепость. /Любите же вы оба потрепать мне нервы.../ Вэй Ин фыркнул и рассмеялся: - А! Да-да-да! Помню. Я нарушил этот ваш комендантский час и был пойман тобой с поличным. - Вэй Ин легко вздохнул и откинулся на кровлю. - Как жаль, что сейчас с нами нет "Улыбки императора". - В мире все меняется. Разве может что-то повториться в точности, как прежде? Голос Лань Ванцзи был негромким, и Хуайсан был поражен его теплотой. Вэй Ин тихо усмехнулся, Хуайсан едва рассылал этот его грустный смешок. - Лань Чжань, спасибо тебе. Ванцзи повернул лицо к собеседнику. - За что спасибо? - За то, что не рассказал шицзе. Хуайсан затаил дыхание: Вэй Ин рассмеялся своим прежним, лёгким, как звонко перекатывающаяся волна на камешках, смехом. Лань Ванцзи развернулся к нему всем корпусом и проговорил: - Этот путь разрушает тело. Разрушает душу. Вэй Ин бросил на друга серьезный взгляд. - Я знаю. Хуайсан зажал себе рот ладонями, чтобы не расплакаться или не рассмеяться от счастья. /Они поняли друг друга.../ Между тем, Вэй Ин продолжил: - Но я совершенствую совсем не тот путь, которым шел Сюэ Чунхай. Лань Чжань, я иду другим, более лёгким путем, хотя и никем неизведанным. /Так Ванцзи уже знает про Луаньцзан.../ - Другим более лёгким путём? Вэй Ин прокрутил в руке бамбуковую флейту и кивнул. - Но, если честно, я должен поблагодарить за музыкальное искусство Ордена Лань. Техники моего, другого пути, основываются на мелодиях, а также на талисманах. Флейта сделала в руках хозяина два полных оборота. Хуайсан завороженно наблюдал, как мелькает в темноте кисточка. - При помощи бамбуковой флейты, я могу управлять всем на свете. Ванцзи внимательно выслушал, а после поинтересовался: - Твой иной путь, полагается на душу? Хуайсан молча смотрел, как Вэй Ин кивает в согласии. Лань Ванцзи потупился. - Управлять энергией при помощи души - все равно, что таскать каштаны из огня, - медленно проговорил он. - Одно неверное движение - и ты одержим. И невозможно представить себе последствия. Хуайсан увидел, как Вэй Ин подавил горький вздох, и с упрямством в голосе повторил: - Да знаю я. Лань Чжань, я понимаю твое беспокойство, но я, Вэй Ин, клянусь тебе, - Вэй Ин поднял три пальца к небу, - что ни за что не стану на путь порока! Ты мне веришь? И Хуайсан удостоился чести видеть, как взгляды обоих юношей схлестнулись и замерли, скованные совместным вниманием, теплотой и чувствами. Он тихонько грыз уголок веера, а из глаз его катились слезы. /Они помирились... И, кажется, по-настоящему поговорили... Слава богам!/ Вэй Ин поднялся, раскинул руки в стороны и легко слетел с крыши на землю. На крыше Лань Ванцзи поднялся в полный рост. Хуайсан затаил дыхание: было очевидно, что их разговор по душам ещё не окончен. Вацнзи окликнул друга: - Позволь тебе помочь. Хуайсан всмотрелся в напряжённое лицо Вэй Ина. Обречённость, смирение со своей судьбой и печаль сменили друг друга одно за другим. Но он развернулся к Ванцзи с теплой мягкой улыбкой и тихо подтвердил: - Ладно. И этой прежней, той самой улыбкой, Вэй Ин отправился прочь. А Лань Ванцзи продолжал стоять ещё какое-то время, провожая друга глазами и хмурясь. Хуайсан подождал, пока второй молодой господин Лань не спустится с крыши, и помчался к себе в комнаты. Следовало умыть лицо, посмотреть, насколько безвозвратно испорчен его зубами веер и запить весь этот разговор кувшином вина. Его нервы нуждались в успокоении.