Единственная реальность

*** Хуайсан не хотел подглядывать. И подслушивать тоже не имел намерения. Но всё получилось как-то само по себе. Плохим слухом он никогда не страдал, а в том коридоре оказался случайно, когда отправился на поиски Вэй Ина. Всего-то и надо было слегка задержаться. Мэн Яо явно поджидал Лань Сичэня. После того, как друзья разошлись по комнатам, Хуайсан нашел помощника Не Минцзюэ, Мэн Яо, и сказал, что тот вполне может оставить Второго молодого господина Не в Гусу, без опасений о его благополучии. Возвращаться в Цинхэ намекнул завтра с утречка... /Как хорошо, что я не стал говорить, что вполне могу позаботиться о себе.../ Поэтому Мэн Яо надлежало отправиться в Цинхэ Не завтрашним утром. Хуайсану было очевидно, что Мэн Яо очень неровно дышит в сторону Второго брата, поэтому дал им возможность поговорить. Мэн Яо казался взволнованным, но изо всех сил старался не показать этого. Лань Сичэнь вышел из павильона с мелодичным названием "Ветер в соснах и Луна в воде" после разговора с дядей о представителях клана Вэнь. Ему предстояло пройти коридор, где его поджидал Мэн Яо. Хуайсан развернулся спиной и прислонился к колонне в параллельном коридоре, сделав вид, что он кого-то ждёт, и вообще его там нет. /Разумеется, они шпионы, эти Вэни. И ясно, как день, за чем они тут. Вот только кусок Темного талисмана забрать у Ланей им не светит!/ Мимо прошло двое учеников, Мэн Яо резко отошёл назад, освобождая проход, и почтительно поклонился. Юноши ответили небрежными кивками. Лань Сичэнь приближался мерным широким шагом. Мэн Яо улыбнулся и поспешил на встречу, явно сдерживая себя. Его взгляд загорелся тихой радостью. Склонился в приветствии. - Цзэу-цзюнь! - Господин Мэн! Они стояли довольно близко, насколько позволяли приличия. Их рукава касались друг друга. - Господин Мэн, обряд закончен, отправляйтесь отдыхать, - голос Лань Сичэня был мягок и полон надежды. Мэн Яо остался склоненным в поклоне. - Я пришёл заранее проститься с вами. Лицо Лань Сичэня накрыло пеленой беспокойства. Он слегка нахмурился. - Проститься? Может, останетесь ещё на несколько дней? Молодой мужчина медленно выпрямился. Его глаза были опущены долу. - Я здесь от имени клана Цинхэ Не. - Он произносил слова медленно и весомо, словно пересиливая себя. - И должен вернуться раньше. Лань Сичэнь уже овладел собой, и на его лице опять играла мягкая улыбка. - В таком случае, мне пора отправляться (чтобы не мешать вам). Лань Сичэнь сделал шаг вперёд, ещё больше приблизившись, вопреки собственным словам. - Господин Мэн, господин Не очень благородный и справедливый человек. Он не причинит вред отличившемуся человеку. - Хорошо, я понял. - Мэн Яо, наконец, выпрямился, и Сичэнь смог увидеть его глаза. В его собственных мелькнула радость. - Спасибо, что уладили всё во время недавнего обряда! - молодой человек сделал широкий шаг назад и, сложив руки перед собой, склонился в почтительном поклоне. Его глаза опять стали недоступными для взгляда Цзэу-цзюня. Лань Сичэнь подхватил его руки, приблизившись и останавливая поклон. - Что вы, мы же ровесники! К чему эти манеры? Хуайсан закусил губу. /В прошлой реальности они были близки. Второй брат не может этого не помнить! В этой - вопреки происхождению Мэн Яо, Второй брат продолжает считать его ро́вней. Воистину благородный мужчина! Первый Нефрит клана Лань, чистый и возвышенный.../ Мэн Яо поднял взгляд и улыбнулся вежливой прохладной улыбкой, выскальзывая из рук Лань Сичэня коротким отработанным движением. - Разрешите откланяться. Ладони Лань Сичэня за короткое мгновение остались пустыми и повисли в воздухе. Взгляд был устремлён на уходящего человека. Через коридор, наперерез движению молодого мужчины, прошло две девушки, весело обсуждавшие занятия, и Мэн Яо опять склонился в почтительном поклоне. На него не обратили внимания. Когда он выпрямился, Хуайсан отметил сложное выражение лица Мэн Яо в этот момент, но не смог его для себя определить. Было это раздражение? Недовольство тем, что его в очередной раз посчитали пустым местом? Разочарование своим происхождением? Осознание пропасти между тем, кто нравился и им самим? Или в этот момент молодой господин Мэн поклялся себе в том, что займет приличествующее ему место на вершине? Руки Сичэня медленно опустились. А взгляд провожал уходившего молодого мужчину. /Второй брат... Даже не могу описать, как мне жаль.../ Лань Сичэнь продолжал вглядываться в спину Мэн Яо, слегка хмурясь. Затем его губы сжались в тонкую линию, и печальная улыбка снова осветила его лицо. На его лице явственно промелькнуло сожаление. Хуайсан подавил тихий вздох. /Все таки отказал... и ушел. Значит, приязнь Второго брата безответна.../ Но его ждал Вэй Ин у ручья, поэтому ему следовало поторопиться. Всё, что мог, он уже увидел. *** Ручей оказался довольно широким оттоком от быстрой горной реки, спускавшейся с вершин. Там, где они были, он представлял собой более-менее пологий участок с крохотной запрудой, где и водилась форель. Среди огромных валунов, вода запруды была прозрачной и имела относительно спокойное течение. Рыбины были явно непуганые и висели в воде, плавно покачивая своими тёмно-серыми плавниками. От резких движений они шарахались в стороны, но вскоре снова зависали, словно в медитации. Вэй Ин и Не Хуайсан закатали рукава, чтобы те не мешались, и подвернули полы ученических ханьфу. Смех висел над поверхностью воды, внося хаос в умиротворённую атмосферу этого тихого места. Вэй Ин полностью сосредоточился на рыбине, что мирно плавала прямо у его ног. Он медленно наклонился, выставляя руки вперёд, погружая их в воду, и приготовился поймать добычу. - Хэх... Сейчас я тебя... - Вэй-сюн! - внезапно взвизгнул Хуайсан, оступившийся на камнях и чуть не полетевший в воду. Рыбина мотнула хвостом и унеслась прочь. На лице Вэй Ина промелькнула досада. - Рыбу спугнешь! Хуайсан ничуть не смущаясь, хихикнул и весело крикнул: - Прости, продолжай! /Щ-щ-щ, не вовремя я... Ну да что поделать... Болваном себя выставлять не так уж просто.../ Молниеносный бросок, и в руках Вэй Ина затрепыхалась пленница. Упитанная и жирная! Хуайсан затанцевал на месте от восторга, размахивая руками и крича: - Дай мне! Вэй-сюн! Дай мне! Бросай! Бросай! Мне-мне-мне-мне! Рыба полетела ему в руки и... смачно шлёпнула хвостом по лицу. Он хотел прижать ее к груди, но та неловко вывернулась и шлёпнулась в воду, подняв тучи брызг! - Э...эээ... ээээ! Хуайсан от неожиданности переступил с ноги на ногу и чуть не ухнул в воду. Вэй Ин, поправляя рукава и закатывая их выше, попенял другу: - Не-сюн! Не помогаешь - не надо! Я с трудом её поймал, а ты взял и выпустил! Хуайсан продолжал переминаться с ноги на ногу и с виноватым выражением лица стал канючить: - Ну Вэй-сюн! У нас, в Цинхэ, одни горы, не то что в Юньмэн Цзян! У вас там одни реки да озёра... - Тут он протер ладонями лицо, снимая брызги воды. - К тому же мы владеем магией, поэтому нам не надо самим лезть за рыбой в воду! Вэй Ин скептически на него посмотрел. Он упер руки в боки и воззрился на друга. - Вы пользуетесь магией, чтобы ловить рыбу? Какая скучища! Хуайсан помрачнел, а Вэй Ин тоном учителя продолжил: - Мы же с тобой - в Гусу Лань! - Юноша поднял вверх указательный палец. - А тут - то горы, то реки... Забыл? М? Хуайсан повторил его позу, а потом, после секундного раздумия, кивнул и улыбнулся: - Вообще-то ты прав! Давай продолжим! Но Вэй Ин уже приготовился к новой атаке. - Тихо! Тс-с-с! Но, к его досаде, концентрация была безвозвратно потеряна. Тогда он перевел взгляд на младшего Не, который встал на изготовку и уже высматривал в воде добычу, довольно примечательно согнувшись вперёд и выпятив назад попу. Вэй Ин почесал нос и как бы между делом позвал: - Эй-оу-ээээй! Не-сюн! Здесь так много рыбы! Он подкрался к Хуайсану сзади и пнул того в самое приметное место - по заднице! Хуайсан смешно взмахнул руками и повалился в воду, отчаянно вопя: - Спасите! Помогите! Вэй-сюн! На помощь! Спасите! Отчаянно барахтаясь и крича, Хуайсан пытался бить руками по воде и плыть, но его ноги постоянно упирались в песчаное дно, и ему пришлось на них встать: вода едва доходила ему до середины бедра. К слову сказать, уровень был слегка выше колена, утонуть на подобной глубине было невозможно! /Чего не сделаешь ради образа.../ Тем не менее, мокрый и злой, он скорчил зверскую рожу и ринулся к хохотавшему другу. - Ну, Вэй Усянь! Сейчас я тебе....! Тот хихикнул и вдруг показал пальцем за спину Хуайсана. - Там рыба! Смотри! Сзади! Вон там, сзади! Хуайсан обернулся, там и вправду плавала крупная рыбина. - Рядом! Слева! - настаивал Вэй Ин указывая пальцем. - Тс-с-с! - зашипел Хуайсан, мгновенно переключившись и сосредоточившись на ловле. /Пусть думает, что у меня внимание, как у канарейки.../ Он развернулся, нагнулся и опустил ладони с растопыренными пальцами в воду. Всё, как учил его Вэй-сюн! Резкий звук нарушенного барьера он пропустил мимо ушей. Он и так знал, что это девица Вэнь экспериментирует с медицинскими иглами. Вэй Ин обернулся на звук и ринулся в ту сторону. Хуайсан искоса проводил его взглядом, делая вид, что так захвачен ловлей рыбы, что ничего вокруг не замечает. /Любопытно, сможет ли Вэй Ин расколоть эту Вэнь Цин? И что она ему скажет в своё оправдание?/ На всякий случай он резко обернулся и стал звать: - Вэй-сюн! Вэй-сюн! Ты где? *** Вскоре Вэй Ин вернулся. Хуайсан окинул того недовольным взглядом, выпятил нижнюю губу и обиженно сказал - Ну вот, Вэй-сюн! Позвал рыбачить, а сам оставил меня одного! И куда ты умчался? Вэй Ин, как ни в чем ни бывало, снова принялся закатывать рукава и полы ханьфу. - Встретил неподалеку деву Вэнь. Хуайсан продолжал дуться. - Куда ты убежал? Неужели на свидание с девушкой? Бросил меня тут одного... Вэй Ин подмигнул и опять приготовился согнуться. - Представляешь, Не-сюн, она разыграла из себя недотрогу, но я отшутился. Думала, ей удастся скрыть то, что она что-то ищет, постоянно шарясь возле защитного барьера... - Что? Правда? - Хуайсан захлопал глазами, разыгрывая полное недоумение. - И зачем ей это надо? - Понятия не имею, - пожал плечами Вэй Ин, - мне так и не удалось её разговорить. /Невозможно, твоё обаяние действует не на всех девушек?! Надо будет предупредить Второго брата про слежку... Или не вмешиваться?/ Тут его отвлёк Вэй Ин, показывая очередную пойманную рыбу. - Знаешь, Не-сюн! Пожалуй от тебя больше пользы будет на берегу! Иди, разжигай костер, сейчас мы её зажарим! - Он с некоторым сомнением посмотрел на друга. - Постой-ка! А хоть это-то ты умеешь делать сам? Конец фразы утонул в громких криках Хуайсана, полных безграничного возмущения. *** На следующий день занятия шли своим чередом, но Хуайсан то и дело клевал носом: вчера они с Вэй Ином веселились на ручье дотемна. Но одного он отрицать никак не мог - рыба, что наловил Вэй Ин, и они нажарили вместе, была вкусной. Когда он пришел в свои комнаты, ему приспичило посмотреть на звёзды, и он просидел у окна почти до середины ночи. Ночное небо его успокаивало. В Ланьши все ученики, как обычно, сидели на своих местах, читая книги, а Хуайсан, прикрывшись веером, немного дремал. Вэй Ин положил голову на ладонь так, чтобы со стороны выглядело так, что он читает, а сам тихо и мирно проспал все занятия. Поэтому вечером они снова плескались в ручье, только теперь рыбу ловили оба. *** На этот раз занятие началось с того, что старик-Лань продолжил зачитывать им домашние правила клана Лань. - Сколько же у них ещё этих демоновых правил? - пробормотал Вэй Ин недовольным тоном, поскольку голос Учителя и его манера чтения насылали на него сон и с успехом усыпляли так, что противиться было крайне сложно. - ...уважать старших и заботиться о младших. Не причинять вреда живым существам. Не нужно сочувствовать чужому горю и радоваться чужому счастью... Хуайсан подавил зевок, прикрыв веером рот. Он потёр глаза и тяжело вздохнул - размеренный голос Лань Цижэня действовал на него усыпляюще. Вчера с Вэй Ином они не ходили на ручей, а остались в комнате, рассматривали книги с весенними картинками и хихикали. Хуайсан показал несколько сборников для странников южного ветра*. Удивление у Вэй Ина вызвал сборник, где вместо девушек и мужчин, были изображены двое юношей, и они проспорили до позднего вечера о том, могут ли двое юношей испытывать друг к другу весенние чувства. - ...относиться к находке другого, как к своей... Внезапно ему на стол упал бумажный комок. Младший Не встрепенулся, сонливость как рукой сняло. Он развернул бумажку и увидел нарисованного кролика. Он стрельнул глазами туда, откуда она прилетела - там сидел Вэй Ин и подмигивал ему. А потом проговорил одними губами: - Нарисуй и ты мне что-нибудь, Не-сюн! Хуайсан кивнул, урок и в самом деле был скучным, так почему бы не развлечься, и нарисовал лошадь. Та получилась такая кривая, что Вэй Ин прыстнул со смеху и поинтересовался шепотом: - Это что, измученный дракон? Он питался в Гусу? Тем временем Лань Цижэнь, очевидно устав сидеть, стал прохаживаться по комнате. - Это лошадь, - зашипел в ответ Хуайсан обиженно. - Просто не получилась. Вэй Ин показал ему язык и изобразил черепаху. - ...не указывать на недостатки других, не хвалиться своими достоинствами... Не злиться, опозорившись, и скромно принимать благодарность... Вэй Ин откусил кусочек бумаги и стал жевать. Хуайсан захихикал в предвкушении очередной шалости. Вэй Ин прикрепил прожеванную бумагу на свой рисунок черепахи и заклинанием прикрепил к спине Учителя. Вышло смешно, и ученики тихонько захихикали, давясь смешками. - ...ни о чем не жалеть, ибо сказано, что благородного человека все уважают... Лань Ванцзи поднял голову от книги и увидел на спине дяди черепаху. Резко развернув голову в сторону Вэй Ина, он гневно сверкнул глазами и жестом руки призвал к себе рисунок, смял его и ещё раз гневно посмотрел на Вэй Усяня, прожигая того взглядом насквозь. Этот момент старик-Лань выбрал для того, чтобы развернуться к смеющимся ученикам. - Почему ты смеёшься? Смеяться нельзя! Дальше занятие перешло к разделу "История нечисти". Учитель продолжал бубнить, а Вэй Ин вытащил из-за пазухи талисман, бумажного человечка, сложил пальцы в мудру и направил на него поток своей духовной ци. Человечек вспорхнул в воздух и полетел прямиком к Лань Ванцзи. Хуайсан прикрылся веером до самых глаз, неверящим взглядом рассматривая эту картину. /Это весенние картинки на него так повлияли? Или сборник Лунъяна? Судя по активным действиям, он явно претендует на роль "нападающей" стороны**.../ Тем временем, бумажный человечек достиг рукава Лань Ванцзи, взобрался по нему на плечо и раскинутыми руками обнял того за щеку. Хуайсан хихикнул. /Великие предки! Вэй Ин целует Лань Ванцзи в щеку своим талисманом! Это явное приглашение поиграть в дождик и тучку***!/ Взгляд Лань Ванцзи стал бешеным, он протянул руку, отодрал бумажного человечка, самозабвенно обнимающего его щеку, и с силой смял его в кулаке. Хуайсан подавился воздухом за своим разложенным веером. /Великие предки! Лань Ванцзи понял намек?! Или его разозлил "бумажный" поцелуй?/ Вэй Ин скорчил обиженно-досадливую физиономию и отвернулся. Его взгляд облетел комнату. Лица всех учеников постепенно скучнели. Вэй Усянь изводился скукой, и его глаза бесцельно скользили по комнате, пока вновь не наткнулись на профиль Лань Ванцзи. Хуайсан молча наблюдал за другом. У того на лице появилось удивлённое выражение, словно он недоумевал и поражался, каким серьёзным и сосредоточенным был Второй Нефрит клана Лань, причём явно без тени притворства. На лице Вэй Ина явственно читалось: «И как только он может с таким вниманием слушать эту скукотищу?» Тогда юноша нарисовал на куске бумаги кролика, смял тот в комок и бросил на стол Лань Ванцзи. Это заметил Учитель и повысил голос: - Вэй Усянь! Вэй Ин мгновенно отозвался: - Здесь! - Если у тебя нет желания слушать меня, то я послушаю тебя, - Учитель положил на стол свиток, что он читал, и опустил ладони на стол. - Ответь мне на один вопрос. Оборотни, демоны, призраки и монстры — это одни и те же твари? Вэй Ин улыбнулся ответил: - Разумеется, нет. Хуайсан тихо вздохнул: эту часть он видел уже несколько раз в разных вариантах реальности и порядком устал быть ей свидетелем. Тем не менее, отыграть следовало, и он распахнул глаза, заинтересованно захлопал ресницами, удерживая на лице выражение крайнего изумления. - Почему? В чём их различие? - строгим голосом спросил старик-Лань. - Оборотни получаются из живых нечеловекоподобных созданий; демоны - из живых людей; призраки - из мертвых людей; монстры - из мёртвых нечеловекоподобных созданий, - Вэй Ин ответил быстро и обменялся с Хуайсаном самодовольной улыбкой. Лань Цижэнь погладил бородку и задал следующий вопрос: - Оборотней и монстров часто путают. Приведи пример, как их можно отличить. - Запросто, — Вэй Усянь продолжил отвечать, как ни в чем ни бывало, и указал пальцем на голубовато-зеленое дерево за окном Ланьши. - За все годы, что это дерево стоит здесь, оно предположительно впитало в себя ци здешних книг и стало сознательным существом, которое способно причинять вред людям - в таком случае его можно считать «оборотнем». Но если я возьму топор и срублю его, так что от него останется только пенёк, и дерево превратится в сознательное существо уже после этого, - то это будет «монстр». Учитель нахмурился. Хуайсан сложил веер и бесшумно соединил ладони пару раз, аплодируя. Вопросы продолжились, а их темп увеличился. - Кто был по профессии родоначальник Ордена Цинхэ Не? - Мясник. /Ну, это проще простого! Мы с Вэй Ином только вчера это обсуждали!/ - Клановый узор Ордена Ланьлин Цзинь — белый пион. Какой именно сорт? /Кто же не знает?! Такие лёгкие вопросы!/ - Сияние средь снегов. - Кто впервые в истории сконцентрировался на прославлении и возвышении своего клана, а не ордена? - Родоначальник Ордена Цишань Вэнь, Вэнь Мао. /Все это знают, Вэни кричат про это на каждом углу!/ Тем временем старик-Лань продолжил: - Ты - ученик Ордена Юньмэн Цзян, так что ты и обязан был знать наизусть все ответы на предыдущие вопросы, поэтому у тебе нет причин гордиться собой. Вот другая задача: жил на свете один палач, и у него были родители, жена и дети. За свою жизнь он обезглавил больше сотни человек, а сам внезапно скончался прямо посреди городской площади. Горожане, в наказание за его деяния, выставили его труп на солнце и продержали его таким образом семь дней. Вскоре затаённая злоба сделала своё дело - палач восстал и начал убивать. Как следует поступить? /О! Такого точно не было ни в одной из реальностей! Что это он задумал, этот старик Лань?/ На этот раз Вэй Ин не торопился с ответом. Все подумали, что он его не знает, поэтому заёрзали от волнения, а Хуайсан стал быстро листать страницы учебника, чтобы подсказать другу ответ. Лань Цижэнь разозлился и закричал: - Не заглядывать в учебники! Я задал вопрос всем! Думайте! Ученики были в замешательстве: безвременная кончина в толпе народа и непогребение в течение семи дней точно означало либо ожесточённого призрака, либо лютого мертвеца. Решение не было простым. Каждый надеялся, что старик-Лань спросит не его. Вэй Усянь по-прежнему молчал, пребывая в раздумьях, поэтому Учитель решил ускорить процесс: - Ванцзи, поясни ему, как следует поступить. Лань Ванцзи мгновенно поднялся. Хуайсан перевел взгляд на него. - Слушаюсь! - Лань Ванцзи слегка кивнул в знак уважения к Учителю и бесцветным голосом отчеканил: - В данном случае применительно Правило трёх «У»: Упокоение, Усмирение, Уничтожение. Сначала следует обратиться к его родственникам и исполнить его последнюю волю, а именно, дать мёртвому возможность отпустить свои земные заботы и упокоиться с миром. Если это не сработает, следует усмирить. Если же палач зашёл слишком далеко, а преступления его столь существенны, что тёмная ци не рассеивается, то следует полностью его уничтожить. Все заклинатели обязаны строго придерживаться этого правила. Никакие отклонения недопустимы. Все остальные ученики с облегчением выдохнули. /Лучший Ученик, что и требовалось доказать... Неужели он и вправду уже читал сборник Лунъяна?!/ Веер в руках молодого господина Не затрепетал. Лань Цижэнь удовлетворённо кивнул: - Безупречный ответ. - Он поднялся на ноги и добавил, - Вы всегда должны быть основательными и убедительными. Не имеет значения, как заклинатель или как обычный человек. Если кто-то убил нескольких мелких оборотней у себя дома в горах и заработал себе пустую славу, и теперь самодовольно гордится собой, то он рано или поздно навлечёт на себя позор. Хуайсан был уверен, что этот экзамен Лань Цижэнь устроил Вэй Ину специально, чтобы поставить ему в пример своего лучшего ученика. Он тихо фыркнул. Тем временем Вэй Ин поднял руку и воскликнул: - Учитель, у меня вопрос! Вот вы говорите, упокоить. Это легко сказать, а в жизни тяжело сделать. Хорошо, если мертвец при жизни хотел новую одежду, это легко будет уладить. А что если он хотел перебить множество других людей? В таком случае упокоение не сработает! Ванцзи не удостоил его и взглядом, а прямо глядя перед собой произнес: - Поэтому после упокоения идёт усмирение. Если усмирение не сработает, то следует уничтожить. Хуайсан с интересом наблюдал за их перепалкой. - Какая расточительность! - невольно вырвалось у Вэй Ина. - Ци она и есть ли, темная или светлая. Это похоже на воду, которую великий Юй останавливал, создавая плотины, когда боролся с наводнениями. Тут вода и есть энергия! От возбуждения юноша начал жестикулировать. - Так почему нельзя использовать темную энергию по ее прямому назначению? Можно разрыть могилы этих двух сотен людей и натравить их на палача. Так можно сэкономить кучу солдат! - А как ты будешь управлять этой армией мертвецов? - взревел Учитель. - Я ещё не придумал, - повинился Вэй Ин. - Никакой этики! - взревел Лань Цижэнь, запуская в него свитком. - Темный Путь - это кривая дорожка, и все благородные семьи не спустят тебе такого промаха! Праведному заклинателю следует ступать только по Праведному Пути Меча! Вэй Ин что-то хотел сказать, но старик-Лань швырнул в него ещё одним свитком. Только молниеносная реакция спасла юношу от удара по лбу. - Убирайся! Никакой этики! Убожество! Великие кланы не простят тебе подобного бесстыдства! Перепишешь Раздел "О Благонравии" десять раз! Отправляйся в библиотеку! Хуайсан в это время смотрел на Лань Ванцзи. В глазах Второго Нефрита мелькнуло крайне довольное выражение и тут же исчезло. - Ванцзи! Проследишь за ним! Выражение глаз Лань Ванцзи на мгновение опять стало довольным. - Слушаюсь! Хуайсан не спускал с него внимательного взгляда. /Что он задумал? Доволен, что останется с Вэй Ином наедине на несколько дней? Или уверен, что теперь Вэй Ин в его личном распоряжении, под надзором, и больше никому не достанется это сокровище? Которому будет позволено флиртовать только с Вторым молодым господином Лань?/ Второй молодой господин Не проводил глазами сначала Вэй Ина, покинувшего зал Просвещения, Ланьши, а потом и Лань Ванцзи, мерным шагом вышедшего через двери. /Лань Ванцзи, похоже, собственник.../ Он тихо вздохнул, закрыл веер и приготовился делать вид, что слушает Учителя. /Больше ничего интересного в Ланьши сегодня не будет.../ Примечания: *Странник южного ветра - иносказательное название в Древнем Китае для мужчин, интересующихся своим полом. **Нападающая сторона - в Древнем Китае половой акт рассматривался, как битва полов, где мужчина нападает, а женщина защищается. То же самое подразумевалось и в однополых отношениях. ***Игры тучки и дождя - иносказательное название полового акта либо приглашения к нему.