Батор: однострочники

«Жили у бабуси Два весёлых гуся, Один — серый, другой — белый, Два весёлых гуся…»

      В классной комнате батора, совмещённой с библиотекой, стояла пришибленная тишина. Через грязные пыльные окна помещение заливал свет, от которого троица предусмотрительно отсела подальше — ближе к месту, где начинались высокие стеллажи пыльных и старых, куда более старых чем здание, книг. Марго солнце вредило, а обыкновенно унылый пригород сегодня пребывал в удивительно «солнечном настроении». Оттого в комнате стояла жара, против которой, естественно, оказалось бессильным открытое настежь старое деревянное окно.       Олег, напевая в голове строки детской песенки, поглядывал на сидевших напротив. Притихших. И притихших понятно почему: стоило ему слечь с сезонной весенней простудой, которая ещё и развилась по причине нежелания Волкова лежать в гадко пахнущем блоке медицинской помощи, где соседями становились не такие же больные, а тараканы, как Марго и Сергей умудрились подраться, схлопотать проблем от старших в потоке, да и ещё попасть в чернушные списки иерархии воспитанников. Хотя куда, казалось, чернее?..       Теперь оба старательно делали вид, что у одной не было синяка под глазом, а у другого — рассечённой губы и брови, да и в принципе это генетические особенности, и нечего тут пялиться. Олег покосился на Марго, следом на Сергея: оба корпели над рабочей тетрадкой по Истории за седьмой класс, а точнее за заполнением таблицы. Затем Волков медленно выдохнул и также обратился вниманием к истории, продолжая напевать про себя песенку про гусей. Благо вот и тема совпала: сословный быт и картина мира русского человека семнадцатого века.       «Жили у бабуси…»       — Горька работа, урожая не даст? — тихо предположила Марго, нахмурившись.       — Скорее да сладок хлеб, — в тон ей поправил Сергей.       «…два весёлых гуся…»       — А-а-а… — Марго нацелилась резинкой на неверно написанные значения да помедлила. — Не. — Она помрачнела сильней. — А с правдой тогда что?       Сергей отвлёкся от задания — он ушёл дальше распределения пословиц, вернее вернулся обратно к первому, где был представлен текст об усадьбе Голицына и где нужно было охарактеризовать привезённые европейские вещи и то, как с ними их культурный быт проникал в русские традиции. Оба переглянулись: рыжий и белая.       «Один — Серый, другой — Белый…»       Сергею потребовалось несколько секунд, чтобы переключиться с Голицына на пословицы, но опередил его Олег:       — А правда крепко стоит, да и повинную голову меч не сечёт.       — Нет тут ничего про повинную, — фыркнула Марго. Она посмотрела на Олега и изрекла короткое «а».       Дождавшись, пока оба посмотрят на него, он кивнул на руки Марго. На белых ладошках явственно проступали гематомы и ушибы, да и проглядывались белые волдыри, вокруг которых кожа краснела. Такое же нашлось и на ладошках Сергея, только тот их пытался скрыть растянутыми рукавами свитера.       «… Два весёлых гуся»       — Рассказывайте, во что вляпались, гуси, — потребовал Олег, вскидывая брови.       Марго сжала рукой крепче карандаш, а в другой — резинку, переглянулась с Сергеем и упрямо, как и все предыдущие разы, смолчала. Сергей отвёл взгляд в тетрадь и продолжил писать очевидно про убранство поместья.       «Вот уж точно гуси», — угрюмо поразмыслил Волков, прикидывая, что делать с молчаливыми гусями. К счастью, один из них всё же решился заговорить.       — Какие мы тебе гуси, Олежа? — обидчиво просипела Марго, привычно пытаясь увести тему с истории появления синяков и волдырей на причины подобного обзывательства. Ведь гусями Олег начал их звать уже как три месяца назад.       — Как, какие? Один — Серый…       Сергей перестал писать, но головы не поднял, продолжая вслушиваться в их разговор. Только прокрутил немного карандаш в руках. Скользнув по нему взглядом, Олег прямо посмотрел на Марго, которая решила придержаться выбранной тактики и стойко попыталась выдержать его взгляд.       — Другая — Белая.       Внимание Олег переключил на тетрадь и ткнул пальцем в задание под номером три…       — Да и это ответ на вторую загадку.       — О, — Марго, вскинув брови, уткнулась в тетрадь, где спешно вписала пресловутое «гуси» напротив загадки. — А я всё думала, кто на лопатах ходит. Да и как на них ходить-то. Это же ло-па-ты! Странное дело!       Олег уже давно понял — если Марго начинает говорить короткие фразы, да притом быстро, значит, она врала, пытаясь банально заболтать. Девчонка ещё что-то говорила про гусей и лопаты, когда остановил её Сергей:       — Ладно, Марго, хватит.       Она притихла. Олег внимательно глянул на Сергея, который с таким же вниманием смотрел на него в ответ. Последний начал прокручивать руками карандаш, да пытаться ни то прикусить, ни то поджать нижнюю губу. За год знакомства Олег и этот жест разгадал — нервничал товарищ да не знал, как точно сказать о произошедшем. А значит, возможно, дело пахло дурнее, чем просто последствия из волдырей.       Оглянув пространство классной, Сергей убедился, что воспитательница была далеко и другие дети не пришли за время присутствия трио в классной, следом прошептал:       — Они Биму уши пытались отрезать… Вернее, хотели. Заметили, что он часто к изгороди подходил. Там, где мы ему обычно еду оставляли. Приучили. — Он вздохнул и помедлил, поджав нижнюю губу.       Инициативу перехватила Марго, привлекая к себе внимание Олега.       — Прошлая неделя вся дождливая была, да и ты болел, — также тихо продолжила она. — Я услышала их разговор случайно, когда они уже за ножницами портнихи пошли.       — Той, что одежду ремонтирует? — нахмурился Олег.       — Угу. — Сергей кивнул. — Ну вот мы и… поплелись наперерез. Думали, успеем отыскать его и спрятать на берегу в доках. А там переждать.       — Но был дождь. Видимость плохая, — припоминая ливни прошлой недели, предположил Олег.       — Да, — подтвердил Сергей. Марго молчала, пялясь в тетрадь, однако краем глаза Олег заметил, как плечи её были чуть приподняты, словно она пыталась так втянуть в них голову. Сергей спешно дополнил, отвечая на незаданный вопрос Олега:       — Мы успели, с Бимом всё в порядке.       Марго вдруг вдохнула и подалась вперёд.       — Вообще думали, что из-за дождя они не сунутся, но видимо это было сильнее ливня. Они нашли его первым, а там пришлось вступить в драку. Бим ещё подсобил. Прогнал их.       — Вот и потому… — Сергей помолчал, указывая на своё лицо немного дёргано.       — Так всё и было.       «Гуси» вздохнули. Несколько минут трио просидело молча, причём Олег осматривал двоих, которые упрямо пялились в рабочие тетради. В конце концов, первой «отмерла» Марго — она вернулась к решению задачек с пословицами, а за ней и Сергей — к Голицыну. Олег стиснул зубы, следом покривил губы и, наконец, выдохнул с коротким:       — Понятно.       Сергей и Марго покосились на него осторожно, будто пытаясь угадать и понять, как реагировать на это сухое олежено «понятно».       — Где сейчас Бим?       — Спрятали. В доках, — ответила Марго.       — Но это не значит, что он оттуда не выберется, — парировал задумчиво Олег, вчитываясь в следующую загадку про домашнюю скотину крестьян.       «По горам, по долам ходит шуба да кафтан», — стояло следующее за гусями с лопатами. Волков принялся прикидывать, что из животин могло подходить под определение, следом сверился с перечнем предложенных животных и, озарённый, вскинул брови. Напротив загадки он коряво выписал «овца», после вычеркнул её из перечислений.       — Сейчас их явно будет не это беспокоить, — раздалось сбоку.       Олег и Марго посмотрели на Сергея, чей голос из-за спустившейся тишины раздался будто бы грубее и злее. Марго медленно перебрала пальцами зажатый карандаш и уткнулась в тетрадь, когда её взгляд и взгляд Олега столкнулись. Последний изучил волдыри на руках девчонки и с прежним спокойствием уточнил, вспомнив выписку из медицинского блока:       — И чья идея была крапивой их куртки и одежду набить?       Молчание.       «Гуси» вернулись к прежней тактике взаимного горделивого утаивания истины. Не признавались.       — Вы, небось, и их одежду не поняли, где. — Олег хмыкнул. — Потому теперь весь восьмой в волдырях ходит.       Марго коротко улыбнулась, следом поджала губы, пытаясь так сбавить с них улыбку. Олег заметил. «Ага, понятно», — фыркнул он, решая мысленную очередную загадку да припоминая щедро ободранные кусты той самой крапивы, которую забыли вывести с участка. Зато уж точно выведут перед приездом кого с администрации, а тут и ученики помогли. Подсобили.       Сергей закончил с Голицыным и перевернул исписанный даже больше требуемого лист с заданием и включился также в решение загадок про животных. Оба так и не признались, чья была инициатива с крапивой, но чего уж толку?       — Выношу на обсуждение, — проговорила Марго, откладывая внезапно карандаш.       Оба друга уставились на третью. Парой месяцев назад они условились, что некоторые инициативы будут решать совместно со слов «выношу на обсуждение». Кажется, тогда был период прохождения режимов у власти по обществознанию, вот и прижилось у них что-то из демократического.       — Надо перепрятать Бима и изменить место кормления.       — Дальше? — предположил Сергей.       — Угу. Быть может, за территорию батора, — предположила она.       — Тогда будем ходить и не втроём, — поддержал инициативу Олег. — Один незаметнее группы. Только для этого придётся вас обороне научить, — Сергей и Марго метнули взгляды на него, — или на крайний бегать, чтобы не догнали.       Если их что-то задело, то виду друзья не подали. Марго так и вовсе, решив, что обсуждение закрыто, вернулась к задачкам, но перед этим принялась стирать все написанные буквы под пословицами и решать заново. С некоторыми им помог Сергей, а Олег потом списал часть у Марго.       На задании, где нужно было описать быт российских царей, все трое конкретно призадумались. Первым, как и всегда, опомнился Сергей и принялся копаться в учебнике, выискивая нужный параграф. А Олег затянул привычное въедливое:       — Жили у бабуси-и-и, два весёлых хгу-у-уся…       Сергей хмыкнул, улыбнулся, на что Олег замолчал и посмотрел на него. Сергей и Марго переглянулись, затем не отвлекаясь от параграфа Сергей протянул:       — Если мы гуси, Олег, то ты — бабуся.       Олег стушевался на пару секунд, но тут же нашёл что ответить. Однако перед этим он провёл пятернёй по растрёпанным чёрным волосам, на которых осела меловая пыль, сделав их седыми — последствия утренней стычки с тем, кто назвал его чахоточным.       — Бабуся, — подтвердил он, приковывая внимание. — Вот уж и поседел с вами, хгуси мои хгуси.       Троица тихо рассмеялась и, опомнившись, вернулась к задачкам по истории в рабочей тетради. Солнце продолжало заливать классную комнату батора, а через открытое окно проникал еле-еле свежий ветерок да приносились с ними шумы выведенного на прогулку по расписанию класса.

«…Один — Серый, другой — белый, Два весёлых гуся!»