Часть 14
11 мая 2021 г., 22:19
— А вот и вы, — улыбается Лу, открывая дверь, — проходите скорее.
Ибо уступает войти старшему первым и заходит за ним, закрывая за собой дверь.
— Сяо Ян, знакомься, это Сюань Лу, мы с ней учились вместе.
— Очень приятно, — легонько кланяется Ибо.
— Ну, а это Сяо Ян, — показывает Чжань на младшего, а дальше молчит.
— Ну, и на том спасибо, — негромко, с упреком выдыхает Ибо.
У девушки вырывается смешок. Посмотрев на тонущего Чжаня, она решает бросить ему спасательный круг.
— Он мне о тебе очень много рассказывал, поэтому мы, считай, уже заочно знакомы, — подмигивает она и проводит гостей в комнату.
Из кухни выходит высокий, крепкий мужчина в фартуке, муж Лу — Цзин Божань.
— Так это ты тот самый Сяо Чжань, о котором моя жена мне все уши прожужжала? — он ставит на стол большое блюдо с запеченной уткой и протягивает руку Сяо Чжаню.
— Да, — улыбается тот и подает руку в ответ.
— А вы, молодой человек, мне кажетесь уже знакомым, я вас где-то видел раньше?
Чжань и Лу улыбаются, глядя на покрасневшего Сяо Яна.
— Возможно, — кратко отвечает Ибо, прочистив горло.
— Он модель, — говорит Сяо Чжань и кладет младшему руки на плечи, тем самым только умножая смущение у парня, — много где снимается.
Ибо нервно сглатывает.
— Вот оно как, — задумчиво тянет мужчина, — вот так знакомство, — улыбается, протягивая руку Яну. — Очень приятно.
— И мне, — кивает Ибо.
— Что ж мы стоим, — неожиданно для всех ахнула Лу, — садитесь.
Ибо старается выдохнуть, но ощущения всё равно неприятные. Факт его нахождения здесь облегчает только то, что они уже познакомились, и теперь ему можно просто сидеть и слушать разговоры этих троих, отдавая всю инициативу Сяо Чжаню. Но Ибо не учел того факта, что это он новенький в этой компании, а значит отдуваться придется именно ему.
Ибо лишь дежурно улыбается и иногда кивает, когда Сяо Чжань и Сюань Лу вспоминают истории из прошлого. Стоит признать, ему действительно интересно слушать о прошлом старшего. Так он узнает его еще лучше.
Ибо вздрагивает, когда все за столом замолкают и все внимание шести глаз перемещается на него.
— А ты еще чем-то занимаешься кроме моделинга? — подперев рукой подбородок, спрашивает Лу.
— Танцами, — кивает он.
— Ого, Чжань об этом не рассказывал, — она обижено дует губы, посмотрев на своего младшего, который, не чувствуя вины, жмет плечами.
Ибо думает над тем, что лучше бы рассказал, тогда не пришлось бы сейчас отвечать. В тот же момент, Ибо понимает, что всё равно пришлось бы, ведь за этот час пока они тут сидят, он, путем наблюдения и анализа, успел выяснить, что Сюань Лу может придумать тему для разговора на лету.
— Да он и не видел, — жмет плечами Ибо, взглянув на старшего.
— Как это? Видел! — возражает Чжань. — Видели бы вы эти движения, — продолжает он, как завороженный, — я в этом не разбираюсь, да и сравнить мне не с чем, но то, что я увидел, меня просто восхитило, — закончив, он нежно смотрит на младшего.
В этот момент между ними пробегает такая искра, что ее бы только слепой не заметил. Кончики ушей Ибо краснеют, и видно, что он смущен. Чжань видел его таким только с собой наедине, а на людях он всегда холоден и малоэмоционален, но сейчас он выглядит другим.
По прошествии еще одного часа, Ибо становится менее напряжённым. Он не привык общаться с людьми, в его окружении до появления Чжаня было лишь два человека — Юки и Хан. Но сейчас, когда он встретил Чжаня, все поменялось.
— У тебя большая семья, Ян? — спрашивает Божань, когда разговор заходит про родителей.
— Семья? — растерянно смотрит Ибо на присутствующих. — Нет.
— Ты один ребенок?
— Один, — кивает Ибо отстраненно. Он не знает, что рассказывать, ведь ничего не помнит.
Из так называемой «семьи» у него только Хан, который его воспитывал, но Ван Ибо не думает, что об этом стоит рассказывать.
Он больше не слышит голосов рядом, будто попадая в вакуум. Голова начинает кружиться, и он, не показывая виду, опускает ее, прикрыв глаза. Заметив это, Чжань касается его колена под столом, и Ибо слегка вздрагивает.
— Божань, пойдем, поможешь мне тарелки чистые принести, — пнув под столом своего мужа, Лу кивает Чжаню и они уходят.
— Ты чего? — тревожно спрашивает Чжань.
— Ничего, — Ибо медленно качает до боли звенящей головой и поднимает на него взгляд.
— Спросили то, о чем не следовало?
Ибо молчит и прикрывает глаза, когда свет, в его ощущении, становится невыносимо ярким.
— Поехали-ка домой, — кивает Чжань, сжав руку, которую так и не убрал с колена Яна.
— Нет, — Ибо резко поднимает голову, отчего перед глазами его замерцали звездочки, — будет некрасиво…
— Будет некрасиво, если я тебя тут заставлю сидеть, когда ты этого не хочешь, — мягко улыбается Чжань.
Они выходят из подъезда и проходят в машину в тишине. У Ибо голова все еще гудит, но уже не так сильно, свежий воздух делает свое дело.
— Извини, — шепчет он сквозь зубы.
— За что? — замерев с ремнем безопасности в руках, удивляется Чжань.
— Что вечер испортил.
— Перестань, таких вечеров будет еще очень много, — ласково отвечает Чжань, выезжая со двора, — тем более я сам уже умаялся. Я Лу очень сильно люблю, но порой её так много… — усмехается он.
Ибо с усмешкой кивает.
Когда они выезжают на освещенную трассу, Чжань смотрит на Сяо Яна, проверяя не уснул ли.
— Что случилось с твоей семьей? — аккуратно спрашивает он.
— С чего ты взял, что с ней что-то случилось? — Ибо открывает один глаз, посмотрев на профиль ведущего машину Сяо Чжаня и тут же закрывает обратно.
— Ну… — Чжань не знает, что сказать дальше.
И правда, с чего он это взял? Сейчас он чувствует себя полным дураком, и карит себя за то, что вообще полез в то, во что очевидно лезть был не должен, но тут он слышит тихое:
— Я не помню. — Чжань вопросительно смотрит на Яна, но тот продолжает, не открывая глаз: — Не помню своей семьи и себя не помню.
Чжань, замечая, как Ян проваливается в сон, решает оставить вопросы на потом. Он не спрашивает, куда, он просто едет к себе домой, зная, что младший возражать не станет, к тому же выглядит он не очень, и Чжаню не хочется оставлять его одного.
Все по-старому, Чжань подъезжает к подъезду, они поднимаются в квартиру, но, старший уже не расстилает диван, незачем, он сразу ведет младшего в спальню, дает ему сменную одежду и отправляет принять душ.
Оперившись рукой о кафель, чтобы не свалиться, Ибо чувствует, как горячее струи воды стекают по напряженной спине. В голове пульсирует и это неприятное ощущение распространяется не только на область головы, но и на все тело. Голосов в голове нет, но его грызет ужасное чувство, будто он что-то забыл, что-то очень-очень важное.
Чжань меняет постель и уже заканчивает с надеванием наволочек, как вдруг слышит грохот, доносящийся из ванны. Бросив все, он бежит на звук и распахнув дверь, видит сидящего возле стены Сяо Яна, а рядом с ним — упавшее, разбившееся в дребезги зеркало. Чжань перешагивает, пытаясь не наступить, выключает кран и присаживается рядом с Яном, осматривает и понимает, что тот не ранен. Чжань с облегчением выдыхает.
— Ян-Ян, — похлопав того по лицу, шепчет Чжань.
Ибо что-то невнятно мычит и приходит в себя.
— Давай, помоги мне, малыш, — кряхтит Чжань поднимая его, Ибо послушно напрягается всем телом, собирая все силы что есть, Чжань придерживает со спины и помогает дойти до спальни.
Уложив Яна в постель, Чжань снова, не отрываясь, долго смотрит на даже во сне неспокойное лицо, обрамленное еще непривычными черными волосами. Накрывая младшего одеялом, Чжань снова, непроизвольно, цепляется взглядом за большой рубец на его бедре.
«Странное совпадение», — нахмуривается Чжань и, выключив свет, уходит в другую комнату.
Он включает светильник, который тут же освещает бардак на столе и садится на стул, выпрямив длинные ноги. Чжань смотрит на стену с фотографиями и материалами по делу и задумчиво трет переносицу.
«Чушь какая-то» — сам себя убеждает Чжань и тянется к телефону.
— Привет, не разбудил? — полушёпотом говорит Чжань, найдя ручку и постукивая ей по столу.
— Нет, что-то случилось? — голос Мянь-Мянь сонный, и Чжань виновато поджимает губы, посмотрев на время. Но ждать он не может.
— Мне нужна твоя помощь.
— Конечно, говорите.
— Сяо Ян… — до этого нервно отбивая ручкой, Чжань замирает, произнеся его имя, — можешь мне пробить все по нему? Детство, юношество, семья, увлечения, где учился, с кем общался, в общем все, что сможешь найти, и пришли мне.
— Хорошо. Какой срок?
— Как можно быстрее.
— Будет сделано.
Чжань откладывает телефон в сторону и обхватив ладонями затылок, откидывается на спинку стула. Из головы не выходит одна мысль, как бы он не пытался ее подавить.
«Что, если…»
Эта мысль уже три дня сводит его с ума.
«Почему он так внезапно появился в моей жизни? Случайность? Не бывает таких случайностей».
«Почему, узнав мое имя, изначально сбежал, а потом сам «случайно» снова попался мне на глаза?»
«Почему не рассказывает ничего о себе и отводит глаза каждый раз, как я спрашиваю?»
«Почему Сяо Ян, известный человек, который у всех на виду, имеющий множество поклонников, начинает общаться с человеком совершенно из другой сферы?»
«Почему…»
Голова готова взорваться от всех этих выдумок, и Чжань, легонько похлопав себя по щекам, направляется в спальню. Ибо лежит возле самого края, того гляди упадет, поэтому Чжань прижимается к нему в плотную, крепко обнимая и кутая нос между лопатками.
— Что же мне делать, если это окажется правдой? — Чжань не замечает, что это вырывается вслух и не слышит так же тихо прозвучавшее в ответ:
— Попытаться понять.
Ибо не спал всю ночь после того, как Чжань, прижав его к себе, произнес те слова.
«Он начинает догадываться, а раз так, пора рассказать ему. И будь что будет».
Он медленно снимает руку старшего со своей талии и поворачивается к нему лицом. Он не собирается уходить, сбегать больше незачем, он хочет наслаждаться моментом, пока не настанет роковой час, который заберет у него Чжаня.
Чувствуя на себе дыхание младшего, Чжань, тоже не очень спокойно спавший этой ночью, открывает глаза. Они лежат молча и просто смотрят друг на друга. В одних глазах множество вопросов, на которые не было ответов, а в других пустота.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает наконец Чжань, глядя на запавшие глаза Сяо Яна.
— Рядом с тобой — отлично, — улыбается младший в ответ, не отводя взгляда от черных глубоких глаз.
Чжань улыбается и легко касается пальцами щеки Яна, нежным поглаживанием пройдясь по ней.
— Это же ты? — вырывается у Чжаня вопрос, но услышать ответ он еще не готов, поэтому быстро поднимает взгляд на Яна и, когда тот попытается что-то ответить, прикладывает к его губам указательный палец.
Ибо снова видит смешанные чувства на лице Чжаня, тот улыбается, но не искренне, а сквозь боль, кажется, пытаясь сдержать истерику, нараставшую внутри.
Он резко поднимается с постели и сухо произносит:
— Сегодня я весь день работаю. Меня дома не будет. Могу оставить тебе ключи на всякий случай.
— Нет, — отвечает Ибо, вставая следом, — мне незачем оставаться здесь без тебя.
— Тогда одевайся, мне нужно ехать. — Голос у Чжаня бесцветный, без привычной нежности, а на Яна он и вовсе больше не смотрит, просто выходит из комнаты.
Закрыв дверь ванной, Чжань буквально падает на плитку рядом с разбившемся зеркалом. Осколок зеркала впивается в ладонь, но он не чувствует этого, душевная боль сильнее, чем боль физическая, факт всем давно известный. Чжань поднимается к раковине, включает холодную воду и пытается убедить сам себя: «Еще ничего не известно! Не придумывай!» Чжань хватается за голову, сильно тянет за волосы, умышленно причиняя себе боль и открывает рот в немом крике.
Чжань слышит звук хлопнувшей входной двери и понимает, Ян ушёл. Чжань думает, что это к лучшему. Сейчас им лучше не видится, точнее ему его лучше не видеть. Чжань зажмуривает глаза и катится вниз по стене, грудь рвет изнутри, тело сводит неприятным спазмом, глаза щипают соленные слезы. Телефон, зажатый в сильной хватке, вибрирует от присланного сообщения. Чжань бессильно смотрит на вспыхнувший экран.
«Как будешь готов поговорить, напиши. Береги себя, Чжань-гэ».
Чжань сжимает телефон сильнее и не выдерживая истошно кричит, бросая гаджет в соседнюю стену.
***
Хан щелкает пальцами. Пациент на кушетке открывает глаза. — Ну вот и все, господин Лин, — отключая фонарик, говорит Хан. — Это был наш последний сеанс. — Хан встает с кресла, поправляя пиджак. — Мне кажется, мы с вами все уже проработали. Вам осталось лишь решить, готовы ли вы избавиться от боли, которая гложет вас на протяжении стольких лет, или же продолжите мириться с ней. — Хан проходит к столу, складывая какие-то листы. — Я позвоню еще раз вечером. — Он наконец-то поднимает взгляд на мужчину, что все еще лежит на кушетке и смотрит в окно. — И тогда вы мне точно ответите, договорились? Мужчина поворачивается в сторону Хана и кивает головой в согласии. — Ну вот и славно, — улыбается Хан, подходя снова к пациенту, — вы свободны. — Жмет руку и показывает на дверь. Пациент уходит, а Хан долго смотрит на закрывшуюся дверь. Он очень хочет сделать это сам, но понимает — это опасно, это помешает его делу. Никто не должен видеть его рядом с Чжанем даже близко, эту работу сделает другой. У Хана же есть дела поважнее. Сяо Чжань исчезнет - этот факт уже удовлетворит его с ног до головы, ведь к нему вернется его цепной пес. — Ты не выполнил мой приказ, Ван Ибо — шепчет Хан, прикрывая глаза, — пора напомнить твоем место.***
— Чжань, я пригласил всех по очереди с перерывом в полчаса, нормально? — заходя в допросную, Сичен ставит стаканчик с кофе рядом с головой Чжаня, которую тот бессильно уронил на стол. — Да, мне кажется, этого хватит, — бубнит Чжань в стол, а потом медленно поднимается, приглаживая неряшливо упавшие на глаза волосы назад. — Спрошу только основные моменты, приглашай. Чжань опрашивал родителей пропавших детей начиная с одного вопроса. «Ваш мальчик, какой он?» Спрашивать «каким он был?» было неуважением и причинило бы большую боль родителям, поэтому Чжань подошел к этому осторожно. Все, как один отвечали «необщительный», это Чжань и так знал по материалам допросов прошлых лет, но нужно было увидеть реакцию. Первые трое ничем не выделялись и были похожи на обычных, убитых горем родителей, а вот четвертые, мальчик которых пропал в этом году, ввели себя непонятно. Матери безусловно было жалко свое пропавшее чадо, но она и слова не проронила за то время, пока Чжань опрашивал их, говорил лишь отец, «глава» семейства. — Так вы говорите, он был необщительным? — листая данные ему Сиченом материалы дела, спрашивает Чжань мельком посмотрев на мужчину. — Да дурак он был! — кричит он, чем пугает сидевшую рядом жену, и привлекает внимание Сяо Чжаня, который сразу оставляет бумаги в покое и расстегнув пуговицу пиджака, откидывается на спинку сидения. — Друзей не было, всегда один, как отшельник. Не сын, а беда какая-то. Грубые отзывы отца о собственном сыне подвергают Чжаня в шок. Он изредка поглядывает на сгорбленную, уже окончательно поникшую женщину. Ему бы очень хотелось поговорить с ней наедине, но он понимает, что она не согласится, а если он настоит и оставит ее здесь руководствуясь законом, ей потом придется не сладко, учитывая её побои, которые как бы она не скрывала, Чжань заметил сразу же. Закончив, он просит Сичена сделать ему копии записи сегодняшнего допроса. Выйдя из отделения, Чжань звонит Сюань Лу. — Привет, не занята? — У меня сейчас пары, еще три, и я свободна. — Мне нужно, чтобы ты посмотрела кое-какие записи. Твой профайл мне сейчас как никогда помог бы. — Хорошо, я заеду к тебе сразу же после работы, окей? — Отлично, — кивает Чжань. Отключившись, телефон не убирает. Он смотрит в разбитый в дребезги экран и вспоминает о сегодняшнем утре. Он все-таки решается набрать Сяо Яна и извиниться за сегодняшнюю необоснованную резкость с его стороны, но вместо того, чтобы услышать голос младшего, Чжань слышит механическое: «аппарат абонента выключен». Чжань вспоминает, что хотел еще заехать в лабораторию. Он не хочет, чтобы, если вдруг, об этом узнали другие. Пока что он проверяет это для себя. Поэтому он созванивается со своим другом, который работает в лаборатории не относящийся к отделению и просит его о помощи, сказав что это очень конфиденциально, и все результаты должны быть переданы только ему, никому другому. Получив положительный ответ, Чжань сразу направляется туда. Всё необходимое у него с собой. Он еще утром взял из дома полотенце, которым пользовался Сяо Ян и забрал те палочки от конфет, найденные им на месте преступления, чтобы было с чем сравнивать. По дороге до лаборатории, он снова звонит Сяо Яну, но ответ всё тот же. Пока Сяо Чжань размышлял о том, на сколько сильно он мог задеть чувства Сяо Яна, ему позвонила Мянь-Мянь и сообщила что информация, которую просил найти сегодня ночью Сяо Чжань уже готова. Чжань разворачивает машину к дому своей помощницы. Он не стучит, просто открывает дверь, зная, что она открыта. Мянь-Мянь всегда открывает дверь, зная, что к не придут. На пороге его встречает хрупкая девушка очень низкого роста с растрепанными, забранными в высокий, небрежный пучок, черными волосами. Она смотрит выразительными большими глазами и на тонких губах появляется улыбка. — Быстро вы, хорошо, что заранее позвонили, — говорит встречающая Чжаня девушка, — у меня почти все готово. — Ты что-то готовишь? — спрашивает Чжань, вдыхая запах готовящихся куриных крылышек. — Не стоило… Но Мянь-Мянь его не слушает, она разворачивается и уходит на кухню. — Что ты там нарыла? — кричит ей в след Чжань. — Сначала поедим, а потом я вам всё расскажу, — приглашает его за стол девушка. Чжань отказать не в силах, тем более он и правда хочет есть. Уже день заканчивается, а у него ничего кроме кофе, во рту не было. За едой они молчат, Чжань смотрит на напряженную девушку, которая ковыряет палочками рис и всё никак не может начать. — Выкладывай, — отставив тарелку, Чжань скрещивает руки на груди. Мянь-Мянь никогда врать не умела, и когда она беспокоилась это всегда было написано на лице. Вот и сейчас, черным по белому. — Он весьма странный, — сразу же выдыхает девушка, так же отставив тарелку с едой в сторону, как будто только и ждала, когда Чжань начнет сам. — Ну, то есть, о нем ничего нет до 2014 года. С именем Сяо Ян я нашла только регистрацию о смене имени, с какого, не указано, видимо, было заплачено за неразглашение, но известно, что это было в 2004 году. Из родственников у него только старший брат, о других нет никакой информации, даже свидетельства о смерти. А вот далее, после 2014, информации навалом, в тот год он появляется на радарах, как начинающая модель. По началу это мелкие заказы в журналах, но с каждым годом он становится всё популярнее. И вроде бы ничего странного, но… — Не томи, — сердце пропускает удар, как только Мянь-Мянь делает паузу. — Он уезжал в тур ровно до 2020, и кульминация этой истории… все его города, в которых он был, совпадают с городами, где действовал киллер. Взгляд Чжаня тут же мрачнеет. — Я же говорил тебе не связывать это с делом… — Я и не связывала… — опускает виновато взгляд Мянь-Мянь. — Просто ниточки, о которых вы мне твердили, сами связываются в узел, когда такое узнаешь, — оправдываясь, отвечает она, не поднимая глаз, чтобы не видеть суровый взгляд учителя. — Мянь-Мянь… — выдыхает Чжань. — Об этом никто не должен знать, пока не должен. Ты меня понимаешь? — Вы что-то скрываете? — спрашивает она, а затем будто бы обругав себя, громко продолжает: — Нет! Если вы так сказали, значит, так надо. Я сделаю. Об этом никто не узнает, пока вы этого не пожелаете. — Спасибо, Мянь-Мянь, — Чжань встает, подходя к маленькой девочке и крепко её обнимает. — Тебе не о чем переживать. Он нежно целует девушку в макушку и перед тем, как уйти он просит Мянь-Мянь поискать информацию на Ван Ибо, и добавляет, что об этом также должен знать лишь он. Мянь-Мянь понятливо кивает и, проводив гостя, сразу садится за работу.***
Чжань поднимается по лестнице, устало перебирая ногами. Он пятый раз за день слышит о том, что абонент не доступен, и отключившись бросает телефон в карман. Подойдя к двери, Чжань замешкался, пытаясь найти ключ-карту. — Да где же… — шипит он, проверяя один карман за другим и не найдя, понимает, что оставил его в машине. Обернуться Чжань не успевает, он чувствует острую боль в правом боку и от неожиданности еще несколько секунд стоит не двигаясь. Однако, когда за плечо его хватает чья-то рука, а боль становится сильнее, Чжань резко оборачивается, хватая схватившую его руку. Ногой он толкает напавшего в живот, и они оба падают. Потеряв равновесие от резкой боли, Чжань с грохотом падает на пол, ударившись головой. Зажав рану рукой, Чжань пытается встать, но боль не дает ему сделать резких движений., а еще и в глазах начинает двоится. Пока он пытается достать находящийся в кобуре пистолет, нападавший подходит вплотную и замахивается, чтобы ударить еще раз, но Чжань, собрав все силы, поднимает руку. Перехватив запястье соперника, он сильно зажимает его и выворачивает, от чего нож выпадает. Пользуясь моментом, Чжань вытягивает ногу, оттолкнув нож, а затем быстро перехватывает шею мужчины двумя ногами и, повалив его рядом с собой, ударяет головой об пол, а затем еще раз, пока тот не теряет сознание. Убедившись, что тот без сознания, Чжань рвано выдыхает и ползет к стене. Оперевшись спиной, он смотрит на медленно растекающуюся под ним лужу крови. Зажмурив глаза, он сильнее прижимает рану, но силы начинают покидать его с каждой секундой. Голову заполняет вязкий туман, а в ушах звенит от удара. Чжань пытается достать дрожащей, свободной рукой телефон. — Чжань! Эй! — кричит знакомый голос, и рука с телефоном безвольно падает на пол. Лу присаживается рядом, зажимая снятым с себя платком рану и набирает номер скорой. — Все… в порядке, — хрипит Чжань, щурясь от того как сильно Лу давит в бок. — Я вижу, — кивает Лу, слушая, казалось, бесконечные гудки телефона. — Кто это? — Лу говорит спокойно, не повышая тона, Чжань за это ей благодарен. — Не… зна… — на выдохе отвечает Чжань. — Сяо, мать твою, Чжань! Не спим! Чжань!
