Страшная сказка

4 августа. 10 лет назад. — Дилюк, а почему мы живем здесь? Два подростка лежали на пледе посреди поляны возле дома и смотрели в летнее ночное небо. Новолуние. Безоблачность. Захватывающий дух вид на млечный путь, а Кэйа предпочитал смотреть на Дилюка лежащего рядом. К своим шестнадцати годам он уже успел догнать Дилюка во многом, никто и подумать не мог, что этот парень связно говорить научился только к семи-восьми годам. — Папа не любит говорить об этом. — То есть, ты не знаешь? — Знаю, — парень выдохнул остатки воздуха и замолчал. Кэйа продолжал выжидательно смотреть на него, но вампир замер, изумительно притворяясь мертвым. — Дилюк? Ответа не было. Кэйа приподнялся и поцеловал холодные губы, заставляя Дилюка сразу распахнуть глаза. Тут же отстраняясь, оборотень смеялся, смотря на бледное лицо и преисполненный смущением взгляд. Они совсем недавно начали вести себя так друг с другом. Целуясь пока отца не было дома или сбегая от его взгляда. Точно так же как сейчас. — Я думал ты заснул, — лукавил парень, довольно улыбаясь. — Просто задумался над твоим вопросом. Дилюк снова переводил взгляд на усыпанное звездами небо, половину которого закрывал Кэйа, что лежал слишком близко, подпирая голову рукой. — Он такой сложный? — Нет, сложно рассказать, что сам знаешь плохо. — У нас вся ночь впереди. Они не глядя взялись за руки. — Мы сбежали сюда после смерти мамы. Пришлось поменять страну и поселиться в глуши. А все что я знаю о ее смерти… — парень замолчал ненадолго, смотря как Кэйа целует его руку, проявляя поддержку. — Ее убили охотники. Я много думал об этом. Возможно, это случилось, потому что кто-то рассказал о нас, или потому что мои родители осмелились завести ребенка, я не знаю. — Охотники? — Мгм. Они зовутся Фатуи. Отец предпочел мести за маму — мою жизнь. И сбежал. — А что бы выбрал ты? — Поступил бы как отец. Дилюк закрыл глаза, зная, что Кэйа снова поцелует его, обнимет, нависнет сверху, чтобы согреть. Лежать и целоваться под звездами в летнюю ночь им теперь нравилось больше всего. Дилюку особенно полюбились моменты, когда он мог укусить Кэйю и насладиться его кровью вот так, естественно, это было как запретный плод — особенно сладко. Крепус был против каких-либо укусов и не считал, что имеет право просить у своего воспитанника хотя бы пары капель его крови. Потому приучал двух юношей к охоте, совсем не подозревая, что им мало пригодятся эти навыки в будущем. В будущем без него. ——— 30 апреля. 8 лет назад. Когда простой выезд в город на день совершеннолетия сына обернулся катастрофой. — Крепус Рагнвиндр? Он давно не слышал своего полного имени и не спешил оборачиваться. Стоя в одиночестве на ночной парковке у торгового центра — было мало приятного, когда называют твоё имя. — Вы это мне? На парковке больше никого не было и приходилось делать вид, что пришелец ошибся. Молчание. Крепус обернулся. Перед ним стоял мужчина совершенно обыкновенной наружности. Но было в его взгляде что-то ужасающее. — Вы обронили, — мужчина подбросил в воздухе монетку. Рефлекторно поймав ее, вампир обжег руку и тут же выкинул проклятое серебро в сторону. Раздался оглушительный выстрел. Выходя из дверей ночного кинотеатра, они увидели, как Крепус падает на асфальт, лишенный жизни всего одной серебряной пулей. Кэйа успел закрыть Дилюку рот рукой и оттащить обратно, за двери, молясь, чтобы их не видели. Бежать. Держать Дилюка как можно крепче и бежать подальше отсюда. Он чуял запах серебра, чуял горький запах вампирской крови. Пуля была явно не одна и нужно было бежать, спасая собственную жизнь. Никто из них так и не вспомнил, как они за час оказались на другом конце города. Помнили лишь, как сидели на траве плохо освещенного парка и молча плакали, держась за руки. Кэйа особенно четко запомнил этот момент… именно тогда во взгляде Дилюка появилась жажда мести. Он перестал думать о чем-либо помимо мести. Это поглотило разум. Еда, сон, жизнь. Все стерлось. В памяти только звук выстрела и вид мертвого отца. ——— 4 ноября. 8 лет назад. Прошло полгода со смерти Крепуса, а его сын уже и забыл о ценности собственной жизни. Он собирал сторонников — таких же вампиров как он. Пропадал в ночных клубах, собирая все больше и больше желающих отомстить охотникам. В конце концов, заполняя одно из таких заведений под завязку разномастными представителями своего вида. Даже владелец и тот был вампиром. В большом городе, где они остались, собрать столько себе подобных, пусть даже не чистокровных как он сам, не оказалось проблемой. Впрочем, никто и не видел в этом проблему, кроме Кэйи, о котором Дилюк даже желал забыть. Кэйа раздражал. Находил его и снова втирал свои трусливые мысли. — Почему ты просто не можешь оставить меня в покое, Кэйа?! Глубокой ночью в подворотне у ночного клуба… наверное это было идеальное место для подобных разборок. — А ты сам не можешь ответить себе на этот вопрос?! Они оба скалились, желая растерзать друг друга. Никогда еще они не чувствовали столь сильной обиды и ненависти между собой. Обмениваясь ударами, они то и дело зажимали друг друга к стене. Падали на землю, поднимались и продолжали драться, снося все вокруг. Запах крови оборотня и вампира ни одного из них не успокаивал. — Что бы сказал твой отец, увидев тебя в таком виде?! — Мой отец мертв, Кэйа! Из-за этих ублюдков он мертв, слышишь! Кэйа на секунду потерял бдительность. Дилюк воспользовался этим и снова ударил его по лицу, схватил за ворот куртки и зажал к стене, стараясь причинить ударом как можно больше боли. Но оборотень не сопротивлялся. Он медленно поднял руки и ухватил Дилюка за куртку, крепко сжимая кулаки. — А из-за таких ублюдков как ты, мертв мой отец. И моя мать. Мои братья и сестры. Я больше никогда не увижу себе подобных из-за вас. — Кэйа смотрел прямо в глаза, наблюдал, как меняется лицо Дилюка. Пропадает оскал. — Это значит, мне нужно убить того, кого я люблю? Вампир ослабил хватку. Он никогда не думал об этом. Осознание приводило в чувства. Любое оправдание жестокой расправы над Фатуи не работало против Кэйи. Под речи Дилюка про месть шли многие молодые вампиры, так же как и он, лишившиеся близких. Но сейчас он просто смотрел на оборотня и не находил ни одного слова в оправдание себя и своего рода. Не знал, что сказать тому, кого он почти бросил. Тому, кто вопреки всему всегда был рядом. Кэйа крепко обнял Дилюка, который все еще не находил слов. — Я не пущу тебя туда одного умирать. Последние полгода, Дилюк ждал этих слов от Кэйи, но теперь, было не по себе. Единственное, что он нашел уместным — обнять в ответ. — Кэйа я… — Ого, — искренне удивился оборотень. — Твое сердце может биться не только когда мы… — Кэйа! — до глубины души смущенный вампир в секунду забыл о драке. — Я пойду за тобой, слышишь? Дилюк кивнул. Драка обернулась романтикой в темном переулке. Все это время, целых шесть месяцев, они лишь ссорились из-за всей этой карательной операции, а сейчас, со сбитыми костяшками на руках, разбитыми губами, кровью из носа, порванной одеждой, стояли здесь и целовались под первым ноябрьским снегом… пока дверь черного входа в клуб с лязгом не закрылась. Они тут же со стыдом оторвались друг от друга и делали вид, что ничего не было. Девушка с малиновыми волосами долго затягивалась сигаретой, смотря на эту парочку. — Все девчонки в клубе голову ломают, почему прекрасный Дилюк в их сторону и взгляда не бросит, а он… — Это не то, о чем ты думаешь, Розария, — оправдывался Дилюк. — То есть как это «не то»? — возмутился Кэйа. — Мы потом обсудим, ладно? — Да мне плевать с кем ты спишь, — усмехнулась девушка, подходя к двум парням. — Хотя… — Что, понравился? — ухмыльнулся Кэйа, ловя на себе колкий взгляд Дилюка. — Нет, удивлена, что Дилюк с едой играется. Кэйа лишь рассмеялся. Дилюк постарался выслать Кэйю подальше. Плохо, если почти сотня вампиров учует его кровь. — Иди домой, тебе опасно быть здесь в таком виде. «Дом», о котором для них Кэйа позаботился сам, пока Дилюк бегал за своей местью. Отбросив сигарету в сторону, Розария подошла к оборотню ближе, смахнула пальцем алую кровь с его губ и тут же попробовала на вкус. Кэйа проигнорировал этот жест. — Мне ждать тебя сегодня? — обратился он к Дилюку, не обращая внимания на взгляд Розарии. — … Да, я приду утром. Он даже не был уверен, что сдержит слово, но после долгих препираний, это было большим шагом навстречу. — Дилюк. — обратилась девушка, когда оборотень скрылся за углом. — Я взломала их сервер. Мне кажется, пора приступать к действиям. ——— 22 декабря. 8 лет назад. Десятки молодых вампиров облачились в черное. Пропитанная их горькой кровью одежда позволяла быть невидимым для камер и зеркал. Для всего, что могло отражать. Они ждали этой ночи — самой долгой ночи в году, чтобы напасть на одну из крупнейших точек организации Фатуи. Отомстить за весь свой род. В тот день, им казалось, что они застали пристанище охотников врасплох. Что ж… Так и было. Молодые вампиры с горящим взглядом убивали одним взмахом руки тех, кто был причастен к уничтожению их рода. Белые полы здания окрашивались человеческой кровью. Фатуи, что называли себя международной организацией по особым делам, в панике призывали всех охотников. Но смерти товарищей только ожесточали вампиров. Следуя плану, они загоняли всех в ловушку. Это был новый вид дикой охоты. Их разум захватывала эйфория. Они ликовали при каждом убийстве все больше, предвкушая, как каждый из оставшихся в живых вампиров, взглянет в глаза предвестникам. Как сомкнет челюсти на их горле. Выпьет досуха. Огласит этот праздник кровавой казни завершенным. Но приближаясь к своему триумфу, они не понимали, что через пару минут посмотрят в глаза тому, кого осмелятся сравнить… …с богом. Он вошел в здание с парадного входа. Ему не было дела до кусков человеческих тел, внутренностей, костей, вокруг себя. Не было дело до отвратительного приятного ему запаха смерти. Он лишь вступил в это море крови и досадно цыкнул. Неприятно было испачкать в крови новые туфли. Это все что его волновало. Он поднимался по лестницам, скользким от крови. Его прибытие заставило оцепенеть всех вампиров. Как по щелчку, будто услышав приказ, они остановились. Собравшись в одном из главных холлов 19 этажа, они чего-то ждали. Но не знали чего. Единственный оборотень не понимал, что происходит. Не чувствовал запаха за всем смрадом мертвых тел. Он звал Дилюка, утягивал в сторону, но тот продолжал стоять на месте и отмахиваться. Ждать чего-то, как и все другие. Кэйа с этим был не согласен. От страха волосы на голове шевелились. Оставалось только схватить Дилюка и бежать. Поскальзываться на крови, вставать и бежать дальше, затыкая вампиру рот. Подальше отсюда. Как можно дальше от звука этих размеренных и спокойных шагов по морю крови. Высокий мужчина в плаще остановился перед толпой выживших вампиров. Их было немногим меньше, чем пришло изначально. Но все стояли перед ним, даже не думая напасть. Все что они ощущали перед этим существом — страх. Где-то в толпе прозвучал тихий шепот, едва слышимый за кровавой капелью. Древний… Вампиры с каждым поколением забывали кто они есть. Что они могут, что из себя представляют. И если бы не их постоянная жажда — стали бы обычными людьми. Но перед ними был древний монстр, сила которого обрушилась на всех разом. Вампир, который видел, как строились и разрушались целые цивилизации, умирали народы, исчезали страны. Вампир, что мог одним движением руки повести за собой армию или уничтожить ее. Древнее существо, их кровный предок, что сейчас был на стороне врага. Вампиры не были в силах даже моргнуть. Они смотрели на него, словно на бога. Их мысли пропадали. Когда он смотрел на них, они становились не лучше чем скот — не имеющий личности. Мужчина медленно поднял руку и указал на окно. Словно гамельнский крысолов, он указал вторженцам на их смерть. Не хватало лишь звуков флейты, но… все, что было слышно — мертвенная тишина. Молодые вампиры, ведомые зовом крови и разумом, превосходящим их по силе во много тысяч раз — забыли кто они. Забыли, зачем пришли и чего хотели. Теперь они видели только цель, на которую указал их повелитель. И они пошли к ней. Оглушающий грохот разбивающегося стекла высотного здания. А затем… Они шагнули вперед. Вой сирен сигнализации автомобилей под окнами. Крики людей. Горький запах вампирской крови. То, что осталось от их тел, среди россыпи осколков стекла — покрывал медленно падающий декабрьский снег. Вампир поправил галстук, когда услышал, как к нему стремительно приближаются люди. — Чжунли, вы…! — мужчина, что носил имя предвестника, Дотторе, смотрел на стоящего перед собой вампира, пока его ассистенты падали в обморок от одного лишь запаха этой кровавой бани. — Просто исполнял свой контракт.