Новая привязанность

      Леви долго и упорно собирал всё, что перечислила ему Ханджи. Тазик он нашёл сразу, только тот оказался наполненным мутной водой: видимо в нём командор умывала руки после лабораторных опытов. Стараясь не затронуть эту ужасную вонючую жижу, какой она была для капрала, он взял таз и вылил его содержимое в землю на улице, брезгливо протерев посудину насухо тканевой салфеткой. Мужчина искренне надеялся, что из этого места чудесным образом не вырастут огромные растения-людоеды.       С полотенцем Леви было проще - его он нашёл у себя в шкафу. Оно было совершенно новым и чистым, припасено на случай внезапной уборки или для использования в таких ситуациях, как сейчас.       Найти чай у мужчины также не составило труда, ведь и он сам чаёвничает по вечерам. В специальном шкафчике своей комнаты, отделённом под заварку и различные сервизы, Леви нашёл шиповниковый чай, как и рекомендовала Зоэ. Самым, пожалуй, сложным оказался процесс поиска тех самых "Витаминов" в пакетике, которые должны были находиться в столе у женщины. "Они должны быть тут, я уже сто раз просмотрел все ящики, какого хера?!" - раздражённо проматерился про себя Аккерман.       Он яростно перебирал множество ненужных предметов в каждом отделе, стараясь найти интересовавшую его вещь. Так прошли минута, пять, десять, и, наконец, спустя 20 минут долгих поисков, Леви находит заветный пакетик. Его бешенству нет предела, когда он понимает, что "Витамины" всё это время просто лежали на столе, а не в нём. Мужчине необыкновенно повезло, что он от злости стукнул кулаком по дереву и обратил внимание на подпрыгнувший пакетик. Не будь он таким злым, то, возможно, продолжал бы ещё час искать эту проклятую вещь. Наконец, собрав все нужное, капрал начинает приготовления, чтобы в скором времени посетить Микасу.

***

      Дверь отворилась, и в комнату зашёл Леви, сопровождаемый громкими звуками. В его руках был стол-поднос на колёсиках, сухой стук которых и был причиной шума.       Микаса ждала капрала не много не мало час, и за это время успела поспать, проснуться и снова поспать - ничего другого девушка и не могла сделать. Время мучительно долго тянулось для неё, а температура давала о себе знать: вся постель была влажной от пота больного и разгорячённого тела. Увидев Леви, девушка предприняла ничтожную попытку встать на локти, но ослабленные руки не слушались её, поэтому она так и продолжила лежать. -Где Ханджи? - еле слышно выдавила Микаса осипшим голосом. -Тебя сейчас только это интересует? - оскорблённо спросил мужчина, и, не дожидаясь ответа, спокойно продолжил, - она сейчас занята своими безумными экспериментами, так что её временно буду заменять я, пока командор не освободится.       Девушке, по большей части, было без разницы, кто будет лечить её. Главным сейчас был именно процесс, а не его исполнитель. Капрал, договорив, подошёл к кровати Микасы, подкатывая за собой стол-поднос со всеми нужными для лечения вещами. Только сейчас больная услышала насыщенный травяной запах чая, который приятно наполнил всю комнату. Она обернулась в сторону, откуда исходил запах, и увидела небольшую белую чайную чашку с тоненькой изогнутой ручкой. Рядом с ним стоял такой же белый заварничек с маленьким носиком и крышкой, разукрашенной золотым орнаментом. Очевидно, это был один из сервизов капрала, которые он хранил у себя в комнате. Девушка мысленно удивилась и задалась вопросом, почему мужчина не побрезговал и принёс свою посуду для неё, но Аккерман тут же отбросила внезапные размышления. Сейчас это было последним, что волновало её дурную голову.       Леви передвинул стул, который одиноко стоял в углу комнаты. Он поставил его прямо возле кровати, чтобы самому не стоять всё то время, пока занимается лечением Микасы. "И мне с ней возиться весь день", - раздражённо подумал капрал, понимая, что сегодняшние опыты Ханджи продлятся до самого вечера, - "как же это всё бесит, у меня есть дела поважнее".       В действительности же у Леви не было дел, сейчас он только вредничал и вспыхивал внутри себя, каждую секунду возмущаясь тому, что он стал неназванной нянькой для девушки. Свою язвительность капрал не скрывал, специально показывая больной пренебрежение ситуацией. Мужчина по-обыкновенному присел на край стула и взялся за лечение.       Таз с холодной водой стоял на столе-подносе, а на его боку было перекинуто голубое хлопковое полотенце, сложенное для удобства в несколько раз. Микаса лениво наблюдала за каждым действием Леви: мужчина закатал рукава белой рубашки, оголяя локти и предплечья. Руки у него были бледные и изящные, словно аристократические. Несмотря на это, мускулистость конечностей была заметна и красиво выделялась на фоне общей картины наружности Леви.       Капрал приподнял руки, избавляясь от натяжения ткани на мышцах, а затем опустил их, взял полотенце и осторожно положил его в таз, чтобы то хорошо пропиталось холодной водой. Пальцами он промакнул отяжелевший хлопок, а затем вытащил его, убедившись, что он достаточно влажный. С полотенца прозрачными плотными дорожкам стекала вода и громкими каплями ударялась о содержимое таза. Мужчина принялся выжимать ткань, чтобы избавиться от лишней жидкости. Его руки напряглись,вены слегка вздулись, а морщинка между бровей проявилась чуть больше обычного. Леви потянулся к Микасе, чтобы сделать компресс, но внезапно чужая ладонь остановила его: -Что вы собираетесь делать? - тяжело держа руку сказала девушка, смотря на капрала. -У тебя ещё есть силы двигаться? - язвительно спросил Леви, - вообще-то я собираюсь сделать тебе компресс на лоб, а ты сопротивляешься, успокойся, - безразлично приказал мужчина и обхватил девушку за запястье, кладя её руку обратно.       Микаса смирилась, потому что сил на противодействия не было, как и их смысла: она просто должна принять помощь со стороны человека, лечащего её.       Девушка лежала ровно на спине, а голова была направлена вбок, в сторону капрала. Это положение было неудобным для мужчины, поэтому он начал говорить: -Сейчас поверни голову прямо, мне нужно приложить полотенце, - спокойно сказал Леви.       Микаса послушалась и сделала так, как велел мужчина. Впервые за всё время пребывания капрала в комнате девушка отвела от него свой взгляд.       Аккерман уже собрался прикладывать ткань, как заметил, что на лбу девушки беспорядочно расположились тёмные пряди чёлки. Они перекрывали большую часть лица, но, казалось, Микасу это вовсе не смущало. Леви же они очень сильно отвлекали и мешались, поэтому он свободной рукой аккуратно откинул прилипшие волосы со лба больной.       Немой щелчёк в голове. Оба не поняли, что только произошло. Микаса снова посмотрела на капрала, жест которого вызвал у неё внутренне смятение. Тот слегка приоткрыл свои глаза и тут же нахмурился, делая вид, будто бы ничего не было.       Девушка уже лежала с холодным полотенцем на лбу, которое ей любезно положил Леви. Запах чая приятно слышался со стороны, но Микаса не могла сейчас испробовать его на вкус. Она боковым зрением посмотрела на капрала, сидящего на табурете возле стола. Он, подперевшись одной согнутой рукой, разваленно облокотился на деревянную столешницу. Другая его рука держала какие-то бумаги, вероятно касающиеся его должности. Правая нога в необычной позе лежала щиколоткой на коленке левой. Казалось, Леви сейчас был полностью расслаблен, уже несколько минут сидя возле больной.       Проходит ещё немного времени и Аккерман встаёт, чтобы убрать компресс со лба Микасы. Тыльной стороной ладони он трогает виски девушки, чтобы убедиться в том, что холод всё же смог сбить горячку. -Капрал, я хочу чай, - уверенно сказала девушка, смотря, как трогают её лоб. -Я только что собирался тебе его дать. Он лечебный, поэтому должен понизить жар, - проговорил мужчина, после чего убрал свои руки от головы Микасы. Он взялся за чашечку в своей привычной манере, давая её больной, и внезапно осознал, что девушке будет сложно самостоятельно выпить чая. Капрал обратно поставил чашку на стол, обращаясь к курсантке: -Попробуй встать, я поддержу твою спину.       Микаса кивнула, собралась с силами и начала подниматься. Как и сказал Леви, он придерживал её за плечо, не позволяя ослабленному телу упасть. Другой рукой он подал девушке напиток и та с осторожностью приняла его.       Впервые спустя долгое время Микаса пила чай. Он показался ей невероятно вкусным и насыщенным. Пар, исходивший от жидкости, приятно грел лицо и попадал в красный нос девушки. Не удивительно, что брюнетка практически сразу выпила крепкий напиток, дрожащими руками держа пустую кружечку. На дне ёмкости виделись коричневые чаинки и несколько ягод шиповника, от которых и был такой восхитительный вкус. Довольная Микаса отдала чашку капралу, и тот помог ей обратно лечь в кровать.       Разморенная тёплым чаем, девушка ещё некоторое время молча лежала. Почувствов усталость и изнурение, она прикрыла глаза и незаметно для себя провалилась в долгожданный сон.       Капрал уже час сидел в комнате больной с того момента, как она заснула. Всё это время Леви был занят проверкой отчётов по боеприпасам, поэтому совсем на заметил, как на улице начало темнеть. Он убрал бумаги в сторону от своих глаз и посмотрел на девушку рядом с ним.       Лицо Микасы сейчас выглядело крайне безмятежно, будто ей снился очень-очень хороший сон, или же не снилось ничего, поэтому её голова была пуста от ненужных переживаний. Скорее всего, в этом была заслуга "Витаминов", добавленных в шиповниковый чай. Веки с чёрными длинными ресницами были неподвижны и лишь изредка подрагивали от шума на улице. Нос и лоб слегка блестели от пота и солнечного света, который последними отголосками прорезал окно комнаты перед тем, как уйти за горизонт. Короткие волосы девушки беспорядочно распластались по белоснежной подушке, ярко выделяясь на её фоне тёмными прядями. Обе руки, тонкие и белые, аккуратно лежали поверх одеяла.       Только сейчас, смотря на спящую девушку, Леви заметил, что на ней была надета его кофта. Та самая кофта, которую он вчера кинул курсантке, чтобы она не заболела, хоть его старания и оказались напрасными. "Она так её и не сняла, " - подметил капрал, - "ладно, пусть оставит себе", - добавил мысленно мужчина.       Леви чувствовал удивительные лёгкость и спокойствие без видимой на то причины. Долгие года он не позволял себе расслабляться и проявлять разного рода нежности. Чаще всего мужчина был груб и прямолинеен : так он огорождал себя от других людей воображаемой каменной крепостью. Но сегодня всё было совсем иначе. Он привстал, нагнулся над девушкой и едва ощутимо коснулся губами её лба, оставляя на нём неуловимый след поцелуя. Лицо Микасы слегка поморщилось, а затем вернулось в такое же безмятежное выражение. -Спи спокойно, - искренне улыбаясь, шёпотом сказал Леви.