Коммуникатор

Глава Вторая. Развилки судеб Вода, кругом вода Десятый месяц 26 года Новоземельского летоисчисления. Территория Евросоюза, Река Рейн. Уровень воды в Рейне угрожающе падал, стоящая который месяц сухая безоблачная погода выжимала последние запасы из водостоков, питающих эту длинную реку. Если бы не изобилующий карстовыми полостями хребет Кхам и не островерхие вершины Меридианного с его многочисленными притоками, то навигация в сухой период была здесь невозможна. Так или иначе, но грузопассажирский паром, идущий от Штутгарта, был забит сейчас под завязку. Это был его, как говорят моряки, крайний рейс. Кто-то из людей спешил вернуться домой после долгой вахтовой работы в верховьях реки, а кто-то попросту сваливал на "перезимовку" в более цивилизованные края, например, в Порто-Франко. Чтобы там с толком и расстановкой потратить заработанные тяжким трудом деньги. Ну а кто-то вроде меня, спешил уладить перед зимой свои насущные проблемы. Всего-то двести пятьдесят экю оплаты, и я со всеми удобствами и автомобилем иду до Нойесхафена, завтра после обеда буду уже там. Такой способ передвижения куда удобней, чем пыльная и жаркая трасса. По топливу еще и выгодней. Я вот все никак не мог понять, почему все эти дорогостоящие конвои еще не вылетели в трубу. Возможно, только оттого, что еще не было кучи налогов прочих невнятных поборов. Люди работали на себя и свое маленькое сообщество. Ну это ненадолго. Чем сложнее цивилизация, тем мудрёней его экономические составляющие. Свежий ветерок поддувал в лицо, приятный слуху плеск рассекаемой носом волны, мерный звук двигателя, исходящий из чрева плоскодонного судна. Все эти хорошо знакомые с далекого детства звуки навевали грустные воспоминания о потерянном навсегда и безвозвратно. Обычно лишь через многие годы ты с сожалением понимаешь, что был счастлив только в некоторые моменты своей жизни, но тогда этого совершенно не понимал. Тебе было очень некогда, ты упивался полнотой бытия и юношеского максимализма. Эти мгновения мимолетного счастья приходят потом к нам во снах и воспоминаниях, грея озябшую на морозе действительности душу. Растянутый в длину речной сухогруз был разделен на три зоны. На носовой надстройке судна одиноко торчала стрела крана, не все пристани на этих территориях были оборудованы всем необходимым. Полубак отводился для груза, который находился прямо на палубе в виде стандартных морских контейнеров что, в свою очередь, сильно облегчало их перевалку. Посадил такой контейнер на автомобильный прицеп и повез себе дальше до места назначения. Ну а для сыпучих и навалочных грузов на реке существовали свои, специализированные баржи. Пока уровень воды был судоходным, по водной глади безостановочно шло движение. Десятки катеров, барж, пассажирских судов и паромов сновали туда-сюда. Река в эти месяцы выглядела весьма оживленной, воочию показывая возросшую населенность нового мира. Это на Северной трассе или между регионами ты временами чувствовал себя в отрыве от цивилизации. Здесь она процветала. Рейн уже был оборудован навигационными средствами, а суда вооружены радарами. Но конец сухого сезона существенно снизил судоходность по Рейну, фарватер стремительно мельчал, и двигаться вперед надо было предельно осторожно. Корма парома отводилась под автотранспорт, сейчас в начале отсека стояли две фуры Вольво, водители которых осмотрели крепление машин и ушли в надстройку, где располагались пассажирские кабины. Большая часть людей уже находились или там, в каютах, или в общей столовой-баре в передней части надстройки. Я же не спеша достал сигариллу и решил насладиться красотами местного заката. А то все вечно, куда-то спешишь, спешишь и в итоге никуда не успеваешь. Блин, что-то у меня настроение сегодня минорное. Хотя какое еще оно может быть, если позавчера в тебя стреляли и хотели по-настоящему убить, а твоя девушка лежит в клинике, пришпиленная пулей из бесшумного оружия. Я бросил взгляд в сторону автомобильного отсека. Рядом с моим Петролом ковырялись двое, по виду истинные французы - небольшого роста, носатые и наглые брюнеты. Один из потомков гордых галлов домкратил колесо, а второй рылся в багажнике. Они не очень удачно припарковались передо мною и, видимо, что-то задели. Я же закатывал свой Ниссан последним и, чертыхаясь матом на матроса, следящего за погрузкой, кое-как втиснулся между автомобилями. Надменные и холеные лица французов после моего довольно гневного спича на традиционном русском как-то резко скисли. Побаиваются на этой Земле русских, да и поделом. Они, суки, нам еще за сожженный Кремль не ответили! Ну а пока я с любопытством озирал берега широкой реки, так напоминающей в этих местах воды Двины или Волги. Те также привольно раскинулись на бескрайних русских просторах. Рейн шел по долине мягкими изгибами, то расходясь широко в стороны, то сужаясь в протоки между появляющихся по курсу островов. Вот и сейчас песчаным боком блеснул впереди один из них, мелкий и низкорослый. Около самого среза воды бегали местные зубастые чайки, еще одно недоразумение новоземельской эволюции. Вот чуть дальше по течению за узкой протокой, бугрился холмами остров побольше, весь заросший деревьями и кустарником. Кто-то достаточно крупный ломанулся от берега прямо по кустам, круша и ломая все на своем пути. В этих местах обитали достаточно крупные земноводные твари. Слава богу, хоть гигантских крокодилов, как на Амазонке не водилось. Видел я чучело такого монстра в музее в городе Береговом. Очень, знаете, так впечатляет. Я вообще человек не особо водный, а после этого желание сходить в сторону речных джунглей как-то резко поубавилось. Через двадцать минут мы опять двигались на вольном просторе. На правом берегу, на возвышении блеснул огоньками небольшой поселок. Их на этой стороне Рейна, чем дальше к устью, тем будет все больше и больше, расселяется народ понемногу. Тут не только немцы, но и еще бельгийцы, швейцарцы, венгры. Возле Нойехафена достаточно много полностью интернациональных поселков. Европа и на Старой Земле жила довольно тесно, а в новоземельных реалиях начала перемешиваться окончательно, прислоняясь к сильному плечу. На Рейне им получились немцы. За приречной растительностью возвышались высушенные солнцем холмы, окаймляющие речную долину. Там то и дело темнели обработанной почвой поля, которые в этом климате требовали регулярного полива. Поля перемежались аккуратно высаженными рядами кустарников и фруктовых деревьев. Десятки ветряков вносили последние мазки в открывающуюся взору пасторальную идиллию. Царство фруктов, овощей и корнеплодов. Противоположный, более низинный берег, напротив, выглядел увлажненным, группки растущих невысоких деревьев частенько смыкались в островки настоящего леса. Да это и понятно, за тысячелетия Рейн не раз менял русло, оставив после себя заболоченные заливные поля и весьма плодородную землю. Единственно, что на таких местах лучше было не ставить жилье, их каждый год в дождливый период затапливало. Далеко к северу синели горы хребта Кхам. На той стороне еще не существовало дорог, поэтому и людские поселения были относительно редки. Да и за самой речкой уже так безопасно, иногда с хребта к берегу спускались местные бандиты. Но люди все равно понемногу переселялись на тот берег. Например, западней Франфуркта на две сотни километров выросли Гарц, целый анклав горнопромышленного производства и рядом с ним на Рейне небольшая агломерация Штутгарт. В тех краях я еще не бывал, и голова как-то сами собой начала продумывать маршрут в верховья огромной реки. После окончания дождей Рейн становился судоходным достаточно далеко, самое время по нему путешествовать. Сколько там всего нового и неизведанного? Сердце привычно заныло, а руки начали суетливо мять сигариллу. - Как дела, мистер? - послышался рядом глухой, будто простуженный голос. Я оглянулся, с верхней палубы на меня с интересом взирал здешний шкипер, немолодой мужик с выжженным солнцем лицом и совершенно лысой головой. Странный у него акцент, кстати. - Спасибо, отлично. - Поднимайтесь ко мне, - махнул рукой моряк, и я быстро взлетел по трапу, оказавшись на уровне ходовой рубки. - Мартин, - тут же представился я, пожав крепкую, мозолистую руку. - А вы капитан? - И капитан, и владелец этой калоши, - усмехнулся тот в ответ, - Сальваторе Сиригу. - Выглядите бывалым морским волком. - Ха, - Сальваторе улыбнулся и достал самую настоящую курительную трубку, - я и есть волк. Двадцать лет проходил в средиземноморском каботаже, а потом, когда появились проблемы со здоровьем, водил баржи по Германии. Так что это уже второй для меня Рейн. - Значит, вы сейчас в своей стихии. У меня дед был моряком. - Ты, парень вроде русский? Услышал на погрузке пару знакомых словечек из моряцкого лексикона, - Сальваторе смотрел с легкой насмешкой. - Я частенько встречался в портах с русскими моряками. Хорошие люди, простые и открытые. Нас тогда еще пичкали пропагандой о "красной угрозе", но я никогда ни на грош не верил политикам. Я считаю так: везде есть порядочные люди, а есть и откровенные негодяи. И я достаточно много выпил с вашими парнями водки, рома и вина, и ни разу не усомнился в их честности, и почти всех из них хотел бы видеть своими друзьями. Это настоящее морское братство, парень! Может, и с твоим дедом, когда пересекался? - Вряд ли, он ходил по Северному Морскому Пути, работал на ледоколе механиком. - О! - капитан уважительно поднял трубку. - Арктика, очень суровое место для жизни и работы! Он у тебя, парень, был настоящий крутой бродяга! Я ходил как-то в Гренландию, но боже мой, как там холодно, и эти льды ... Они поистине устрашают и завораживают одновременно. Знаешь что, я заканчиваю сейчас вахту, самые опасные мели мы уже прошли, мой помощник дальше и без меня справится. Не выпьешь со мной кофе, внук моряка? - С большим удовольствием, кэп! Каюта капитана была небольшой, но весьма уютной. Она находилась в той же надстройке на уровень ниже ходовой рубки. Вытянутая вдоль переборки койка с бельевым ящиком, небольшой угловой шкафчик, столик и потертое удобное кресло. В округлые окна можно было наблюдать за окрашенными в розовый цвет речными волнами, а впереди одиноко светил навигационный бакен. Умиротворяющая картина вечера на Рейне. Как объяснил капитан Сальваторе, лоция по нему составлена весьма подробно, перемены в судоходной обстановке случаются в основном после дождливого сезона. Вот тогда можно легко сесть на мель или поймать на винт чьи-то снесенные потоком сети, или вовсе пропороть дно шальным бревном. Вдобавок в верховьях Рейна иногда шалили местные Буконьеры, да и просто обычные бандиты, поэтому на приподнятом носу и на крыше надстройки торчали защищенные бронелистами крупнокалиберные пулеметы. Экипаж также имел собственное стрелковое оружие, да и пассажиры в этом мире меньше всего напоминали мальчиков для битья. - Еще лет десять назад мы жили почти как в старинные времена, когда в Вест-Индии свирепствовали пираты, - засмеялся капитан и налил в стаканы ром "Барселео", настоящего заленточного, с Доминиканы. Мы разговаривали на испанском, оба его лучше знали, чем английский. - Вот тогда всякое бывало. Помню, как-то раз меня на мостик вызвал молодой рулевой, он кричал в панике: - "Прямо по ходу запруда!" А это оказалось стадо носарей, знаешь таких то ли быков, то ли антилоп с выгнутым носом? Они раз год мигрируют в горы, а потом, по весне обратно. Прям так целыми стадами и пересекают реку. Многие из них, самые слабые тонут. Местные хищники ниже по течению в это время ждут желанную добычу. Занятная была сцена, хотя для слишком впечатлительных чересчур жестокая. - Наш катер был потом больше похож на плавучую коптильню, - Сальваторе снова засмеялся, - наловили сетями уносимых волками носарей. И да, вот еще несколько лет назад занятный с нами случай произошел, - кэп указал длинной курительной трубкой в угол каюты. - Видишь вон те законопаченные отметины от пуль? Их еще немало осталось на моем корабле. Мы взялись в тот рейс весьма опасный подряд от Банка Содружества. Ну, ты наверняка знаешь этих английских прощелыг, - повернулся шкипер ко мне, а я молча кивнул головой. Кто же не знает этих банкиров! Они и на Новой Земле вовсю занимались финансовыми махинациями. Отмыть криминальные деньги, спрятать краденый капитал, все из возможных спекулятивных и не самых честных операций проворачивали банкиры из этого банка. Нью-Рино без него и дня прожить бы не смог. Да я и сам не раз пользовался их услугами для оплаты работы людей, которые не хотели светиться. Те еще жулики эти англичане! - Банк тогда решил открыть свое отделение в Штутгарте, новом промышленном городке выше по течению. Они хотели завезти туда сразу все оборудование и кучу наличности. И как раз на полпути от Франфуркта нас ждала хорошо организованная засада. На рассвете мою баржу пытались взять на абордаж. - А сколько у вас было охраны? - От банка несколько охранников, всю дорогу контейнер с деньгами стерегли, болваны. Да и мои ребята бойцы не промах, другие здесь моряками не становятся. Именно после той драки у меня и стоит все это вооружение, - показал он в сторону носового возвышения. - Хотя больше всех, конечно, мне помогла команда частных контракторов. Кстати, твои земляки. - Русские? Из Москвы? - встрепенулся я. - Нет, в смысле, что тоже русские, а базируются где-то у американцев. Наемники, - кивнул сам себе Сальваторе. - Но парни свое дело знают. Бандиты ушли ни с чем, да и ушло их не так много. Я же задумался. Не в первый раз мне приходилось слышать о суперпрофессиональной команде, которую держал какой-то русский парень. И да, жил он где-то в Техасе. Слухи о нем были один другого замысловатей. Меня же больше всего в этой истории смущали связи той конторы с Русской армией, вернее, с её разведотделом. Откуда я это знаю? Да вот напели на ухо. Пришлось консультировать в Нью-Рино одного человечка, тот и поделился информацией. Хотел я поначалу навести мосты с конторой наемников, наверняка у нас и общие знакомые бы нашлись. Но отчего-то остановился. Не люблю иметь дело с душегубами. Скажете, что очень много подобных профессионалов работают на той стороне ленточки во благо нашей Родины. У каждого государства есть враги, их не может не быть. Ну что ж, это личное дело каждого на какой стороне зла участвовать. Да и Родина у нас тогда, как бы чужеродная получается. Суровая правда в том, что эти ребятки с холодными глазами и тебя безо всяческих сомнений отправят к праотцам, если ты их руководству дорогу перейдешь. И все будет сделано под клюквенным соусом – «Для блага Отечества». Фигня все это и лживый патриотизм, я на такую чушь уже давно не ведусь. Насмотрелся еще на Старой Земле, кто больше всего кричит о любви к родине, а потом кидаем своих же соотечественников и делает большие и малые гешефты. На их век наивных дурачков хватит! Только вот давайте в этой вшивой игре без меня. Сильно сомневаюсь, что человечеству станет сильно лучше после новых убийств даже очень виновных. Ну, не было такого еще за короткую историю цивилизации. - Так вот, - Сальваторе поднял свой стакан. - Твои земляки правильно предположили, что кто-нибудь особенно ушлый из Банка Содружества захочет откусить большой куш и сольет информацию на сторону. Они даже предсказали место засады и отлупили тех пиратов, как слепых щенков. Вот только я после того боя остался без целых стекол и с вот такими отметинами на борту, зато потом сделал неплохой апгрейд посудины за счет банка, - капитан засмеялся. - Эти болваны не удосужились ознакомиться со всеми условиями контракта. Так спешили! Принадлежащий Сальваторе речной сухогруз построили уже здесь, на Новой Земле. Если быть точнее, то в Нойехафене, там это дело было уже поставлено на поток. Несколько верфей клепали одну за другой небольшие, простейшей конструкции посудины, в основном для речных перевозок. Кондовые и надежные изделия судостроения в этом мире ценились намного выше инновационных вывертов гениев в детских штанишках. Часть железных конструкций производили тут же на металлургическом комбинате, что-то доставляли из других мест морем. Двигатели и большая часть электронного оборудования приходили пока с того мира. Ну а дерево для обивки палубы и помещений пилили на самом Рейне. Здесь же, на небольших фабриках начали производить фанеру и всевозможные клееные конструкции. Дерево возвращалось в человеческую жизнь, привнося в нее свое тепло и мягкость. Это было уже второе судно шкипера на Новой Земле. За ворота Сальваторе прошел с достаточной суммой денег, чтобы начать здесь собственный бизнес. Надоело ему мотаться по морям и рекам, обслуживая чужой интерес. Он и рванул сюда только потому, что хотел реализовать старые амбиции. Судя по его высказываниям желал человек больших приключений в жизни, вот и нашел под старость лет. Ведь у каждого в душе есть далеко зарытая мечта или фантазия. Так что новый мир как раз для них, больших и уже выросших детей. Но детишек, не забывших прихватить сюда все свои игрушки. Я на этой стороне Ворот сразу отметил то обстоятельство, что откровенно бедных европейцев встречал довольно редко. Ну, если только кому-то пришлось рвать когти по срочному. На этот кусок планеты переселялись людишки преимущественно серьезные и основательные, какой-никакой, но капитал у большинства имелся. В местном Евросоюзе, надо отметить, наблюдались странные для меня тенденции. Люди судя по весомым накладным затратам должны были жить намного проще и беднее, чем они жили на самом деле. И дело скорей всего было в изначально вложенном большом капитале и постоянной подпитке евроземель новыми поселенцами и финансами. Этакая финансово-промышленная пирамида, рассчитанная на безостановочный рост и экспансию. Ну и такому состоянию плюс к обильным финансовым влияниям из-за ленточки дел способствовал минимум непроизводственных социальных затрат и отчаянная дешевизна местных ресурсов. Не существовало искусственной безработицы, приезжих с Востока бездельников, бессмысленной "культурной надстройки". Да и бюрократический аппарат пока был крайне минимален, армия, зачастую кормилась "подножно" и состояла в большинстве своем из резервистов. Неужели здесь наступала заря очередного человеческого Золотого века? Пока не знаю, но с интересом хочу познать. - Отчего вы не в море? - Отходил я свое, сынок. Всему свое время. Ну а море любит сильных, особенно такое свирепое, как здешний Восточный океан. Много хороших парней ушло на дно, прежде чем моряки научились правильно ходить в новоземельских водах. Сильные течения, неизвестные рифы, в этом океане иногда даже во время штиля приходит буквально ниоткуда очень сильная волна, и надо быть постоянно начеку. Мы здесь пока больше похожи на неуклюжих мореплавателей времен каравелл Васко да Гама. Опять же, навигация затруднена, небо толком не изучено, по звездам ходить сложно, хорошо хоть радиомаяки на побережье понаставили. Так что большая часть здешних моряков — это простые каботажники, второй сорт, так сказать, по нашим, земным меркам. - Кто-нибудь ходил достаточно далеко от населенных земель? - Интересный вопрос, парень, - Сальваторе задумчиво поднял стакан с ромом. - Есть такие люди. Всегда найдутся отчаянные парни, кому скучно умирать в домашней постели. Не все из них вернулись обратно, я бы даже так сказал - вернулись немногие. Но тебе об этом лучше расспросить ребят с Нойехафена. Там, на Птичьем острове находится местный яхт-клуб. Да не смотри так, большая часть тех парней вовсе не любители выйти с девочками на день, а вполне серьезные мореплаватели. Они, пользуясь летним попутным ветром, ходят далеко на север, возят туда ученых, искателей, да кто заплатит, того и везут. Как раз сейчас они возвращаются назад на зимовку и готовы к разговору. - Спасибо, - я озадачился посещением оного места, но вот сейчас не успевал точно. - Когда они уходят из клуба в океан? - Приблизительно через месяц после окончания дождей. В море еще неспокойно, налетают неожиданные шторма и погода вообще неустойчива. Потом начинает дуть постоянный южный ветер, и все торопятся уйти на Север, экономя с помощью него горючее. - Сами вы под парусом ходите? - Спрашиваешь, - старый морской волк ощерился зубастой улыбкой, - я же вырос на Сардинии! У нас ребенок начинает парусом управлять раньше, чем обучается письму и чтению. Я и тут не упускаю случая выйти на рыбалку. - Я слышал, что она в здешних водах опасна. - Что да, то да. Лодка нужна большая и крепкая, да и снаряжение по уму. Но самое главное - не соваться на большие глубины. Морские чудища не любят мелководье, а напротив устья Рейна как раз полно рыбных банок. Но самый лов чуть дальше, два часа пути на норд-ост. Если захочешь попробовать настоящую рыбалку, то на рыбной пристани спроси людей, кто ловит на Макрелевой банке. Сходи туда, точно не пожалеешь! В общем, этот приятный старик оказался для меня самым настоящим кладезем информации. В мой профессии так - разговори человека, произведи на него приятное впечатление и получишь столько новостей, что разгребать их будешь еще несколько недель. Только не забывайте, что интересные люди и сами любят достойных собеседников. Сальваторе много чего расспрашивал у меня, особенно когда узнал, что я прошел насквозь две самые длинные трассы этого мира. Даже как-то уважать больше стал, на свой, конечно, манер - налил рома до самых краев, по-морскому. Долго мы с ним беседовали и разошлись довольные друг другом. Хорошо хоть тут сутки длинные, и я успел выспаться. Китайский Китай Десятый месяц 26 года Новоземельского летоисчисления. Территория Евросоюза, порт Нойехафен. Приезд в Нойехафен начался для меня с приключений. Уровень воды в реке к концу сухого сезона существенно снизился, поэтому раздвижной пандус для выезда автомобилей оказался выше положенной отметки. Рейн в гавани постоянно "дышит", приливы-отливы, поэтому местные портовики обычно готовы к подобным ситуациям. Но именно сейчас криворукие работнички умудрились поставить дополнительные сходни на паром без упора. И когда мой Ниссан начал потихоньку забираться наверх, сходни внезапно покатились назад, на палубу. И я рисковал так и зависнуть посередине, между пристанью и бортом судна, что грозило вполне серьезной поломкой машины. Хорошо, что у меня на "Пэтроле" в подобных ситуациях всегда включен полный привод. Передние колеса успели зацепиться за ребристые выступы раздвижного пандуса, а я, почувствовав это, тут же втопил педаль газа в пол, и Ниссан стрелой выскочил наверх. Автомобиль даже немного подпрыгнул в воздухе, оказавшись на свободе, а мне оставалось только затормозить и остановиться. Отдышавшись и оглядевшись, я взмыленный и злой выскочил наружу, припечатывая нерадивых портовиков весьма крепким русским словцом. Работяги явно растерялись и ожидали от меня вполне заслуженных пиндюлин, тем более что с борта сухогруза в их адрес также понеслись увесистые факинги. Самые известные слова в международном общении! Замять происшествие удалось подкатившему к разгрузочному пирсу представителю порта. Он вручил мне талон на бесплатную переправу на их пароме, и я решил не обострять ситуацию. Видно же, что сейчас у парней полная запарка. Я еще раз обошел родной пепелац, попинал колеса, заглянул вниз, осмотрел, так сказать, машину перед дорогой. Такой внедорожник, как "Ниссан-Патрол" в здешних краях - это мощь, это сила! Дизель на 160 лошадок, кузов и прочее подверглась оф-роуд тюнингу и приспособлено для поездок по местным едреням. То есть все как у людей: гребастые колеса, усиленные бамперы, спереди установлен неслабый такой кенгурятник, стоит лебедка, дополнительная защита снизу, имеются поворотные фары наверху, и там же экспедиционный багажник с запасными колесами и канистрами. На здешних дорогах подобных автомобилей самых известных марок великое множество. Городские кроссоверы и прочие низкотазики обычно остаются в Порто-Франко или уезжают на судах в приморские города. Не построены еще на планете дли них дороги и даже не знаю, когда это произойдет. Железки вон вовсю тянут, они пока экономически выгодней. В принципе промышленная мощь Соединенных Штатов росла пропорционально постройке континентальных железнодорожных трасс, потом уже подтягивается все остальное. В принципе допускаю мысль, что через несколько лет для новичков этого мира будет выгодней ставить свой автомобиль на платформе и ехать себе в купейном вагоне. Если ты не авантюрист и не ищешь новых знакомств, то путешествие по Северной трассе довольно-таки тяжелое испытание. Много ли из нас часто ездят по несколько сот километров в день? Ну а тут больше недели пути, зачастую посреди ненаселенных пейзажей, в клубах пыли и по адской жаре. Я не раз встречал на этой суровой дороге растерянных и даже полностью потерянных людей. Они привыкли к жизни в больших цивилизованных городах, основная их часть и в Африке-то никогда не была. Тут же сразу: дикое зверье, да масштабами посолидней, опасные насекомые и змеи, ночевки в относительно спартанских условиях, и главное – постоянный страх за свою шкуру. Конвойщики и вербовщики бывает перебарщивают записными ужасами местного бандитизма, вроде и с благой целью. Но в итоге у многих переселенце не выдерживают нервы. Частенько в среде городских можно наблюдать семейные или межличностные конфликты. Народ пьет, отстает от своих конвоев, попадает в неприятности. Некоторые зря хватаются за оружие. Здесь ведь вас не будут долго уговаривать штатные полицейские переговорщики, а попросту грохнут и закопают. Суровый мир становится еще безжалостней от глупости и жадности людской. Надеюсь, что в новом, более подробном буклете я написал кучу дельных советов и это кому-то здорово поможет. Даже одна сохраненная с помощью моей писанины жизнь уже будет что-то значить. Так что решайте сами – есть ли от меня пользы на Новой Земле. А надыбал я этого своего фирменного красавца случайно, в официальном, кстати, автосалоне "Ниссана". Как раз в город ехал после продажи дачи и заскочил на мойку при этом автосалоне. Ибо мой Сузуки больше напоминал танк прошедший полностью весь полигон. Все-таки на улице стояла поздняя осень, а в Средней полосе это в первую очередь грязь, грязь и грязь. Пока её мыли, я зашел в салон выпить кофейку из автомата. Хороший кофе в нем был поначалу, пока подарочным фирменным пакетом зерен пользовались. Побродил среди выставленных на продажу машинок и узрел сие чудо-юдо оф-роуда. Остановился подробно все осмотреть. Однако ценник на выставленный "Патруль" был заряжен также весьма отменный, около пятидесяти тыр нерусских денег. По этой ли причине, или из-за моего непрезентабельного выездного прикида, но ни одна продажная сволочь ко мне так и не подскочила и по ушам ездить ни начала. Я уже самолично полез внутрь авто, когда позади меня раздался чей-то удивленный восклик: - "Мартын, какими судьбами!" Обернулся, ё мае - Юрасик Победин собственной персоной! Эх, пошалили мы с ним в лихие 90-е. Было такое дело, не отмажешься! Ну, значит, поручкались, обнялись, похлопали друг друга по плечам. Вообще, замечали такое странное дело: в юные годы мы с лицами мужеского пола разве что ладонями стукаемся; став постарше, начинаем всем мужчинам степенно жать руки, а вот с дальнейшим увеличением возраста постепенно переходим к тесным объятиям. С женщинами же все как раз наоборот: поначалу ловим любые типы обжималок, чтобы прочувствовать все наружное естество противоположного пола, а в итоге приходим к банальным ручкопоцелуям. Где, спрашивается, справедливость? Юрасик еще больше расплылся в фигуре, лицо также стало несколько круглее от наетых щечек и частичной потери шевелюры. - А ты бодрячком, в форме, - протянул старый знакомый, оглядывая меня с ног до головы. - Никак нашу телегу для загородных говен прикупить решил? Разбогател или ... - Уезжаю, брат, в дикие степи, машинка нужна соответствующая, - неопределенно протянул я, а в голове как-то сам собой начал складываться план дальнейших действий. Тут главное – не суетиться как неопытная колхозница под бригадиром. - Маладца, уважуха! Слышал, что ты типа мутил что-то с америкосами. Поднялся, значит? Давай, ко мне заглянем, перетрем это дело, - Юрасик кивнул в сторону лестницы. Под крышей салона виднелся этакий стеклянный скворечник с затонированными окнами. В среде нашего начальства такие кабинеты тогда как раз вошли в моду: можно и за персоналом наблюдать, и самому не светится. Победин кивнул в сторону свободного кресла и тут же полез в бар, достав оттуда нечто коньячное в вычурной бутылке. - Ну, за встречу! Не бойся, вещь коллекционная. Коньяк, и в самом деле, был хорош. Французы знают толк и в еде и напитках, та еще нация сибаритов. - Эх, везет тебе, Мартын! - Юрасик по-дружески нагнулся ко мне ближе. - Приключения, новые земли, новые телки! А я сижу тут, как привязанный, пашу, как ишак Ходжи Насреддина! Сам понимаешь, столько людей на все это дело завязано! Эх, как сложно все стало ... А может, ну его к черту, в самом разе, бросить все и с тобой махнуть? Я ничего не ответил, только поднял налитую до краев рюмку. Знаю я такой тип мужчин, погрязших в жизненном болоте по самую макушку. Не хватит им силы воли отказаться от всего и сразу. Не дано от Бога, от природы, да хрен его знает даже отчего. Так они и будут до конца дней своих ходить каждый день на постылую работу, вести донельзя мутный бизнес, лысеть и дряхлеть. Любовницы будут все моложе, а животы пузатее. Даже грустно стало как-то на душе, но разлили еще по одной. Как водится, повспоминали минувшее, слава кому-то, есть нам, что вспомянуть из времен молодости. Победин не всегда был таким лысым и круглым. По девкам был первый ходок! Юрасик поднял заблестевшие глазки и перешел, наконец, к делу. - Машинка зачетная, бери, не пожалеешь. Знакомого одного тачка, пробег всего чуть за двадцатку. Тюнинг хорошие люди в Москве пилили, так что, брателла, все в ней конкретно! За базар отвечаю! - А чего продают тогда? - Жена избавляется, - старый приятель потянулся, было за бутылкой, но внезапно остановился. - Представляешь, молодой мужик и сердце! Вот так живешь, живешь..., - Юрасик задумчиво умолк, глаза влажно замутились. Мужчины за сорок достаточно остро переживают известие о собственной смертности. - Я тебе, кстати, скидочку сделаю. Ты в кредит или как? - Или как. - Ого! Богатенький Буратино! Честно, рад, что дела у тебя в гору пошли, братан. Я же сильно так задумался и осторожно спросил: - У меня Сузуки Витара, можно ее частично зачетом? - Да без проблем! Сейчас человечка пошлю, оценит по чеснаку. Тогда сразу и обмоем сделку? - А давай! - в моей голове уже полностью развернулась схема по не очень честному заему денег, и наступило знакомое многим мужчинам блаженное облегчение. "Гулять так гулять". "Платки брошены, господа!" Пока оценивали мою старенькую "Витару" я сделал звонок в отдел кредитов одного широко неизвестного в массах банка, который на самом деле крутил весьма не хилыми московскими деньгами. Каждый человек, завязанный в Эрефии на бизнесе, знает о подобных провинциальных "прачечных". Они не светятся в рекламе, не предлагают свои карты и услуги, и вообще непонятно чем занимаются и на какие шиши существуют. Но они есть, и очень нужны определенному кругу высокопоставленных людей. Стран у нас такая – не для людей, а именно вот для подобных персон. Очень хитропопые люди уже много лет выстраивают государство так, чтобы в нем было хорошо именно им и их деткам. Этакая современнейшая разновидность феодализма. Благо, в России большой опыт постоянного возвращения к «истокам». Затем последовал заезд в винный бутик за выбором коллекционного Бордо. После фирменная аптека, все-таки я уже не мальчик, нам сейчас случайные осечки не нужны. Фармацевты нынче понаделали всякого разного допинга для амурных подвигов, только успевай выбирать. Если здоровья не жалко. Но один разок, думаю, можно. После дневного делового марафона состоялось ночное рандеву, в квартире очень хорошо и давно знакомой блондинки. Начальника как раз того самого кредитного отдела. Вот как так получается? Почему-то я с детства люблю именно блондинок, самые бурные романы у меня в жизни случились с брюнетками, а бывшая жена и вовсе была рыжей. Парадокс, однако. То ли стресс от задуманного, то ли патентованное средство, но выложился я по-мужски на все сто процентов с гаком, попутно начав выполнять свой весьма коварный план. Конечно, скажете, не самое честное для мужика дело так подленько использовать бывшую любовницу. Но поверьте, она и сама далеко не ангел, у меня лично на нее имеется весьма дурно-пахнущее досье. Нельзя пробиться на верхнюю ступеньку подобного "бизнеса", не замаравшись в откровенно дерьмовых делишках, к тому же зачастую отдающих реальной кровью. Поэтому мук совести я почти не испытывал. Хотя по-человечески было жаль эту красивую в прошлом, молодящуюся бабу, подходящую к роковому для женщин рубежу сороковника. Есть, знаете, такой тип "самостоятельных бизнесвумен". Они вместо семьи вполне осознанно выбирают карьеру, но никак и никуда не могут спрятать свою женскую сущность. Она все равно напоминает о себе по ночам, в свободные выходные, на детских площадках и даже на фешенебельных курортах. Природу ведь не обманешь, как ни плети красивые словеса. У каждой женщины должен быть свой мужчина. Все остальное от лукавого! Не хочется сейчас вспоминать, что я там ей плел и обещал, бабы, честно говоря, любят обманываться и мечтать о несбываемом. В конце концов я никого не кинул, а просто значительно ускорил решение собственной проблемы. В обмен на залог двухкомнатной квартиры буквально на следующий день, после обеда я уже получал в ее банке девяносто тысяч зеленью. Меня даже их охранники любезно подвезли до самого автосалона. Деньги, как говорится, в кассу. Прям баксам и приняли по хорошему курсу. Нормалеёк! Ну а остальное - дело техники. Юрасик человек по жизни не простой, но для меня все устроил в наилучшем виде. Даже у таких людей есть определенный круг знакомых, которых они выносят за рамки своего не самого человечного бизнеса. Этот круг существует для души, как некий талисман, который позволяет считать себя еще человеком. Парадокс? Но в России все возможно! "Широк человек..." Эх! Короче, оформили документы, немного доработали машину под требуемые задачи. Выехав за город, я мысленно с ним попрощался навсегда. Городок моего детства и юности, по тебе я буду точно скучать. Ну а по остальному вряд ли! Впереди меня ждала Москва и Ворота. Суета в гараже, выгодный, как потом оказалось, обмен валюты на золотишко. Восхищенное цоканье автомехаников, облизывавшихся на мой пепелац. Дельные советы напоследок, как жаль, что их не дали раньше. Хотя кто мог в добром здравии подумать, что такое, вообще, возможно? Только увидев впереди мерцающую зеркальную стену, я смог полноценно выдохнуть. Червячок сомнения всех "переходящих" гложет до ворот. Ну а сам момент перехода люди переживают по-разному. У меня лично было ощущение, что мое тело превращается в некую газировку с бурлящими в ней пузыриками. Очень, знаете, такое необычное состояние души и тела. Я даже не сразу расслышал голос работника на той стороне Ворот, уже начинавшего всерьез материться. Только выехав во двор и ощутив вместо промозглой московской осени навалившуюся сразу жару, осознал, что у меня, и в самом деле, началась новая жизнь. Охренеть! Далеко не каждому выпадает такой классный шанс. Вот и пользуюсь им напропалую, потому и иду на риск, авантюры. Иначе на фига я так далеко во Вселенной забрался? Думаю, она не простит нам потерянных возможностей. Дальнейшая часть пути до местного Китая прошла, слава те хоспади, без происшествий. Мне и так их хватило у немчуры. Вот где уж никак не ожидал бандитской стрельбы! Чуть не продырявленная на днях собственная шкурка, и состояние здоровье не чужой уже мне женщины хорошего настроения никак не добавили. Ко всему этому злосчастному коктейлю состояние присовокупилось чувство легкого похмелья, оставшееся после ночных посиделок с капитаном. А ром был хорош! Надо бы прикупить такой на долгую зимовку. На выезде из порта мне опечатали оружейный ящик, с этим у немцев строго, лучше не нарываться. На северном КПП Нойесхафена я пристроился к небольшому самодеятельному конвою, получив предварительно согласие у остальных его участников. Это обычная практика для более-менее безопасных трасс. Лучше ехать с кем-то, чем полностью одному. Обозначив волну для общей связи, построив некое подобие походного порядка, мы дружно ломанулись на север. Всем хотелось попасть в новоземельский Китай еще затемно. В колонне не оказалось грузовых машин, поэтому мы вполне спокойно давали по восемьдесят километров в час. Временами на неровностях дорожного полотна машину потряхивало, но вполне терпимо. Иногда дорога приближалась к берегу, с его холмистым и изрезанным оврагами рельефом. Тогда на востоке открывалась бирюзовая ширь океанского простора. Но по всей видимости, трасса в Китай уже начала пользоваться популярностью, поэтому самые откровенные бугры были аккуратно срезаны дорожной техникой, а рытвины и овраги закопаны. На самых опасных участках висели предупреждающие дорожные знаки, а некоторые прямые участки оказались неплохо укатаны. "А ведь дорога-то относительно новая", - пришла ко мне в голову очередная светлая мысль. - "Кто-то не хило сюда вкладывается, в расчете на будущую прибыль". Промелькнуло пара-тройка маленьких поселений, таких, которые создаются в основном для обслуживания дороги. Заправка, несколько магазинов, мотели. Основное жилье в здешних краях располагалось на побережье, люди жили морем. Ко многим из них даже не существовало никаких сухопутных подъездов. На одном из таких промежуточных пунктов мы по общему согласованию остановились на перекур. Полезно каждую пару часиков немного передохнуть, дороги сложные необходимо постоянное внимание. В таком уютном местечке сам бог велел тормознуть! Люди выходили из машин, большей частью внедорожников или пикапов, разминали ноги, заливали топливо, покупали воду и продукты. Я также забежал сначала в будку с буквой М, затем в небольшой магазинчик, купил в нем холодный гранатовый сок и упакованный в бумагу сэндвич, а затем вышел наружу. Неожиданно на меня повеяло давно забытым запахом. Офигеть! Между двух лавчонок натянуты ряды веревочек, а на них висела всевозможная рыбешка на выбор, большая и маленькая. Часть из нее была закопчена, а часть завялена. Мне сразу вспомнилась квартира деда. Ко дню, когда мы семьей приезжали к нему, он увешивал все форточки дома похожими же веревочками, на которых вялился настоящий морской ерш. Очень опасная рыба для любителей пива. Лучшей закуски к нему в мире еще не придумано! Тем ерш и был опасен, что купить его можно было только в портах Белого моря, да в Мурманске. Подсевшие на сию рыбину любители заказывали ерша железнодорожным проводникам, но не все брались за его доставку. Ох, вонюч же он в стадии вяления! Зато на вкус .... Сочное нежное мясо янтарного цвета так и тает во рту! И никакого традиционного для воблы отбивания об стол, ерш попросту резался на тонкие кусочки и с огромным удовольствием поедался под пенный ячменный напиток. Мне его в детстве давали под отварную картошечку. Особенно нравилось, когда попадался кусок ерша с икрой. Лучшее лакомство на свете! Вот и сейчас я ни разу не растерялся и, внимательно осмотрев всю рыбу, купил с десяток киперсов холодного копчения и вдобавок к этому связку вяленой рыбки, чуть пахнущей тухлятинкой. Пахнет - значит, натуральная! Хоть мне всю рыбу и завернули в два слоя вощеной бумаги, но чувствую, через пару дней запашок в машине будет специфический. Да мне не привыкать, я и семгу квашеную по мезенскому рецепту лопал, совершенно не давясь. Ее солили прямо в бочках, добиваясь характерной для народов севера стадии тухлятинки. За мелкий опт продавец вдобавок вручил какую-то баночку консервов и рекламный проспект. Я пока в местной океанской рыбе не разбираюсь, и поэтому сунул этот листок в папку с текущей информацией. Потом, на досуге разберусь, кто и где здесь рыбку ловит и как ее обрабатывает. Да и в какой раздел моего толстого справочника все это поместить. Я же всегда на работе, все вокруг замечаю и все примечаю. И здесь не забыл сделать пару кадров на прощание. Колонна уже была готова выдвинуться дальше, и как только я встроился в ее хвост, все рванули вперед. Впереди нас ждал трехкилометровый перевал через горный хребет Кам. Дорога сначала пошла по ущелью, затем стала извилистой, превратившись в настоящий горный серпантин, ограниченный со стороны пропасти только узким навалом сгребённого вбок гравия. Хорошо хоть в нашей колонне не было грузовиков, и этот самый сложный участок перевала мы преодолели достаточно быстро и без проблем. Дизель на "Ниссане" натужно подвывал, но усердно тащил машину в гору. Шел постоянно на второй передаче, изредка переключаясь на третью. Идя вниз, стоило беречь тормоза. Вообще, занимательное явление эти перевалы - давишь газ буквально тапком в пол, а машина еле тащится. Пару раз мы сделали остановку на специальных площадках. Дать двигателям остыть, да и самим перевести дыхание. Пусть горы и не самые высокие, но все равно это настоящие горы. Некоторые из водителей выглядели неважно, к ним подходили и спрашивали, смогут ли они двигаться дальше. Вот что мне на Новой Земле нравится – взаимопомощь здесь развита необычайно. По-другому ведь нельзя, эта традиция со временем стала железным законом, пусть и неписаным. И как все неписаное соблюдалось неукоснительно. Но вроде как водили оклемались, двигаем дальше. Дорога пошла вниз, впереди забрезжили зеленые поля и желтые степи. После мрачноватых каменных вершин выглядят завораживающе. Китайцы и на Новой Земле смогли отличиться, построив сразу после перевала, прямо на трассе самый настоящий пограничный пункт и таможню. Два китайских погранца в светлом обмундировании на ломаном английском спросили цель моего приезда и осмотрели все имеющееся у меня в наличии оружие. Даже, кажется, его серийные номера переписали. Вот урюки узкоглазые! Беспардонность и наглость этой нации меня всегда поражали! Но ничего, потеряли, конечно, с полчаса, но проехали дальше практически без потерь. К обычному багажу таможенники оказались равнодушны, а то я уже начал бояться, что начнут общий шмон на счет наркотиков. Еще только двадцать часов времени, до Шанхая доехать вполне успеваю. Тем более что за горами можно двигаться уже безо всякого конвоя. У китаезов особо не забалуешь бандитствовать: сразу покатишь в подгорные леса зверье кормить или камень ломать. С обычной преступностью они борются предельно жестко. Приблизительно через час пути вдоль трассы начались небольшие промышленные поселки и самые настоящие деревушки. Дорога по качеству не уступала лучшим Евросоюзовским в этом мире, и я даже несколько расслабился, поддав скорости, и чуть не поплатился за это. Дорожное полотно перегородило переходящее через него стадо каких-то рогатых животных. Пришлось переждать пока все эти милые создания с огромного буйвола ростом и скошенными назад рогами не перейдут на другую сторону. Странно, но пастуха я так и не заметил. Они, наверное, как те бурятские коровы, которых я видел на Байкале. Утром сами уходят на пастбища, а вечером возвращаются обратно. Благо на близлежащих холмах еще хватало пусть и побуревшей от жаркого солнца, но все-таки зелени. Интересно, их на мясо выращивают, или они еще молоко дают. Я как-то не в курсе использования местных животных в здешнем домашнем хозяйство. И, похоже, что зря. Надо поинтересоваться на досуге. В самом Шанхае пришлось немного проблуждать, никакого КПП на въезде города, где бы я смог спросить дорогу, ни оказалось. Пограничники еще на границе потребовали убрать автоматическое оружие в ящик и им на территории Народного Китая не отсвечивать. Пистолет носить разрешалось везде, кроме правительственного квартала. Так бы я и мотался по узким улочкам недавно построенного китайского городишки, но помог парень на бензоколонке. Он немного понимал по-английски и объяснил, как проехать в отель "Золотой дракон". Названия знаковым местам в Шанхае почему-то давали именно на английском. То есть, получается. думали о будущем? "Золотой дракон" выглядел вполне солидно, кирпичное здание в три этажа, спереди огромная, разрисованная иероглифами реклама, а сверху установлен барельеф с этим самым драконом. Заселившись и заплатив тридцать экю за ночь, я тут же сделал пару звонков, ополоснулся в душе и спустился в большой холл. Меня там уже с нетерпением ждали! Возле стойки вытянулся в приветствии Коля Янг, то есть Николас Янг, американец китайского происхождения. Что-то новоземельские штаты ему не очень пришлись по душе, здешние белые американцы толерантностью особо не отличались. И поэтому он, потусовавшись с год в Порто-Франко, свалил в тутошний Китай. Англоговорящие и знакомые с американскими реалиями сотрудники были здесь в цене и почете. Опять думаем о будущем? Шанхай на Новой Земле - это что-то вроде старого доброго Гонконга, то есть азиатского подобия библейского Вавилона. В нем решались всевозможные деловые вопросы, заключались сделки, да и сам город славился относительной для новой планеты безопасностью. Если все-таки проведут досюда железную дорогу от Нойехафена, то получится региональный логистический хаб и деловой центр. Ну а пока весь крупногабаритный груз везли только морем. Еще совсем недавно дороги-то через хребет Кхам толком не было. - Хай, привет, - Коля радостно лыбился во все тридцать три, видимо, заждался меня. - И тебе не хворать! - приветствовал я его на русском. Наш язык он также неплохо знает, и мы могли разговаривать, не особо опасаясь чужих ушей. - Где здесь можно спокойно переговорить? - Тут через квартал неплохой ресторанчик. Ты любишь китайскую кухню? - Ну, если это настоящая, то да, - почему-то у нас, в России к китайской кухне относят и суши, и бесчисленное множество видов лапши в пакетах, изобретение, в общем-то, американского фастфуда . Мы перешли дорогу с довольно интенсивным велосипедным движением, был вечер, и люди после тяжелого трудового дня спешили по домам. Я с неподдельным интересом оглядывался вокруг, среди моих знакомых практически никто хоть разок не бывал в местном Китае. Он пока оставался в туманной области слухов и сплетен. Первые этажи малоэтажной застройки были отданы, как водится, под магазины, едальные забегаловки и мастерские по почину всего на свете. Хотя, если честно признаться, особого восточного колорита я здесь как-то увидел. Новая Земля, вообще, национальные особенности нивелирует сильно. Материал для домов однотипен, климат в большей части обитаемого мира также, да уже и чисто земная глобализация сказывается. Только иногда в глуби шанхайских кварталов виднелись характерные здания с гнутыми крышами, и все вокруг было расписано иероглифами. Ресторан был явно не из дешевых: красивая вывеска, зазывала около входа, высокий и дородный охранник у дверей. Николас сразу после входа повернул налево, и мы оказались в подобие небольшого кабинета, где нас уже ждали две милых официантки в национальных костюмах. Я заказал легкий салат и традиционное горячее. Чай на столе уже стоял. Как и положено в небольшом заварочном чайничке, кружки прогреты и завернуты в мягкие салфетки. Отдельно в вазочке лежали кусочки желтого колотого сахара. - Зеленый! - радостно констатировал я. Хороший зеленый чай с легкими молочными нотками, слишком яркие оттенки, типа жасмина я терпеть не могу. После двух неспешно выпитых кружек чая можно и делами заняться. - Как наше ничего, Коля? - Хорошо, Мартьин. - Это то, о чем я думаю? - через стол ко мне скользнула небольшая флешка, хитрым образом втиснутая в плод местного ореха. С первого взгляда даже и не поймешь, что это такое. - Да. - Отлично! Завтра получишь вексель, - за бесплатно в нашем мире ничего не бывает, а хорошая информация стоит неплохих денег. - Ты привез чего-нибудь? - Заходи сразу после завтрака в гостиницу, у меня все в багажнике. - Договорились. Все были довольны друг другом, и сие обстоятельство требовалось отметить. Мне как раз принесли овощной салат с новоземельским видом креветок. Очень неплохо на первый взгляд! Я даже изменил себе и выпил с Николасом местного пива, мягкого и водянистого на вкус. Я так спешил доехать до Шанхая, что после рыбного базара ни разу не останавливался по пути перекусить и выпить, и теперь ощущал острую жажду. Вскоре принесли горячее, я выбрал из меню тонко нарезанную свинину слайс с кисло-сладким соусом и овощами. Для меня китайская кухня — это в первую очередь - соусы, в ней жители Поднебесной поистине бесподобны! Навязываемая нам фастфудом лапша - это пища для бедняков. Лапша утром, лапша в обед, лапша на ужин, только добавки меняются, и чаще всего это тушеные овощи. Она и получила популярность в мире фастфуда из-за своей простоты и возможности конструировать различные наборы Воки. Николас же заказал себе традиционный жареный рис Тяхан с какой-то зеленью. Он, как ни странно, был веганом. - Можно не очень скромный вопрос, Коля? - Говори, - парень в пиве себе не отказывал, и я дожидался момента, когда он немного размякнет от алкоголя. - Ходят упорные слухи, что китайские власти выторговали себе право иметь собственные Ворота. - Откуда взялись такие интересные слухи, Мартьин? - Достаточно подсчитать количество материала и товаров, перевозимых от вас по морю. - Ха, пусть считают! - сделал показушный жест китаец. - А если подумать? - Тебе это лично надо, Мартьин, или попросил кто? - глаза у Николаса холодно сузились и совершенно не выглядели пьяными. - Для меня, как у нас говорят, для осознания текущей политической обстановки. - Другому бы не сказал, дружище. "Так, так, а с этого момента поподробней, пожалуйста. Вербуете меня, что ли, господа китайские товарищи?" Я с самого нашего знакомства иллюзий на счет Коли не питал, больно много этот чувак знает для обычного служащего. Но крыша у него хорошая, тут ничего не скажешь - классическая. Ведущий специалист отдела внешних сношений, что может быть лучше для шпиона? . - А мне, почему можно? - Мартьин, - "ы" Николас выговаривать так не научился, - согласись, нас, Коммуникаторов в этом мире немного. Мы можем между собой обмениваться теми слухами, которые на самом деле вовсе не слухи. - Понял тебя. Что ты хочешь? "Ага. Что вы там желаете в вашем теневом правительстве?" - Человека из русской разведки с кем можно смело переговорить..., скажем так, обо всем. - В принципе решаемо, но, сам понимаешь, только через четыре месяца. "Вышли ребятки из тени! То-то, меня здесь так усиленно ждали. Телеграмма за телеграммой! Нормальные бизнесмены себя так не ведут." - Мы не торопимся, - кивнул китаец. "Обезьяна, сидящая у реки, всегда не торопится. Ждет, когда мимо проплывет труп её врага". - Хорошо. Ну а что у нас по моему вопросу? Николас перегнулся через стол, и хитро улыбаясь, проговорил по слогам: - Больше, чем слух. Коротко так, блин, и ни фига непонятно. Но уже хоть что-то! "Мастерская мира" может себе позволить потратить и целый лярд на закупку Ворот. Орден, как ни крути, контора хозрасчетная, во всяком случае, так они о себе заявляют. Значит, начали китайцы свою безудержную экспансию, поэтому и зашевелились. Ага, пока на Новой земле все лучшие земли не разобрали. Русским, вон, и металлы, и золото, и нефть достались. И нохчи сразу через речку, чтобы жизнь медом не казалась. Изрядные, блин, шутники в Ордене, нечего сказать. Зачем здесь все эти урюки и ниггеры ни фига непонятно. Каждой твари по паре? Не катит, без них лучше. Или это на будущее? Вдруг что-то с интернациональной европейского типа цивилизацией не прокатит. Тогда наверх вылезут зверьки и будут строить свое. Ну, как вариант идея прокатит! Сразу после раннего завтрака отзвонился знакомый номер, и я вышел на парковку, находящуюся во дворе отеля. Здесь так принято, у каждого большого дома или заведения имеется собственный закрытый двор. Я перегрузил в пикап Николаса пять упаковок с дисками. Он был моим дистрибьютором по Китаю и распространял электронные справочники напрямую, обходя тем знаменитых местных пиратов. Кстати, в этот раз его заказ был увеличен в два раза. Еще один плюс версии того, что китайцы начали шевелиться. Заодно я передал Коле флешку с обновленными данными по "решающим" людям, самая ценная информация о реальном мире и раскладах, существующих на его территориях. Только одна она дала мне заработать десятку тысяч орденских экю, плюс двадцатка за уже ушедшие диски. За вычетом того, что я передал в расписке Банка Содружества, где лежала оплата услуг Николаса, а также накладных расходов, то поездка в Шанхай принесла несчастному сироте Коммуникатору двадцать две тысячи чистого дохода. Вполне хватит, чтобы комфортно прожить три тоскливых месяца здешней мокрой "зимы". Это здесь сто двадцать дней. Мы, взаимно удовлетворенные удачным сотрудничеством, хлопнули по рукам, и каждый поехал по своим делам. Я еще собирался провести небольшой шоппинг, в Шанхае было полно вещей "из-за ленточки". Надо ведь и Кристине подарки привести, да и себе на дождливый период кое-что прикупить. Хм, кстати, что у нас тут со знаменитой китайской медициной? Отель "Золотой дракон" подарил мне городскую карту, где были аккуратно отмечены все значимые магазины и прочие, интересные для приезжих заведения. Я прошел в отельный ресторан и спокойно, за чашкой чая, вернее, за тремя чашками чая продумал маршрут по городу. Есть у меня такой пунктик, продумывать все заранее. Понятно, что далеко не всегда получается действовать по плану, но на такие случаи имеется план номер два, а то и три. Хобби у меня такое! Ездить на автомобиле по любому китайскому городу то еще "удовольствие". Китайское врожденное самодовольство и наглость не особо помогают правильному дорожному движению. Только крепким словом, на этот раз без пистолета, я прокладывал себе дорогу вперед, расталкивая маленькие автомобильчики местных, массу суетливых и беспардонных велосипедистов, и чуть не проезжая по ногам пешеходов. Ну честное слово, могли хотя бы на новой планете избавиться от некоторых дурных привычек. Типа постоянно плеваться и сморкаться на людях, громко рыгать, когда ешь и водить машину, как баран! В аптеке традиционной медицины я с пару минут ошеломленно вглядывался в хитросплетения иероглифов, пока, наконец, вышедший из подсобки молодой человек не помог мне на ломаном английском подобрать то, что следует. В итоге ко мне в сумку перекочевал большой бумажный пакет с чудодейственными травами и мазями. Как их принимать я расписал сразу на отдельном листке. Где мы зимой в Цоссене найдем переводчика с китайского? Его, наверное, и в Порто-Франко сложно отыскать. Хотя…этот вальный городок тот еще Вавилон в натуре. Как-нибудь опишу его в очередном приключенческом романе. Но это уже когда на пенсию выйду! Двигаем дальше по плану. Вот он, расчерчен на карте. Если в центре город еще был хоть как-то упорядочен, по-европейски прямоугольно расчерчен, то ближе к пригороду начинался самый настоящий "Шанхай". Узкие кривоватые улочки, в некоторые просто невозможно было пролезть на автомобиле, полное отсутствие указателей, большое количество велосипедистов и пешеходов, которые двигались прямо по проезжей части. Многие из них с интересом оборачивались мне вслед, видимо, в этих кварталах европейцы нечасто появляются. Да они и в том Китае белого человека скорей всего никогда не видели. По моему мнению китайцы пересылают сюда кроме явных спецов толпы никому не нужных людей. Менталитет у них такой, в их цивилизации нет места понятию, как гуманизм. На большом открытом пустыре, совмещенном с перекрестком дорог, в нескольких ангарах развернулась основная Шанхайская торговля. Здесь торговали оптом, мелким оптом и в розницу. На больших вещевых развалах я быстренько затарился теплым бельем, флисовыми куртками, и армированными х-б рубашками. У меня в машине постоянно спина преет, рубашки мокрые и быстро изнашиваются. Здесь же мне попались на глаза различного вида разгрузки уже местной, новоземельской работы. Именно такие я заметил на егерях Русской Армии. Я придирчиво помял их в руках, просмотрел несколько моделей и прикупил сразу две. Одну облегченную, для ношения на груди пистолета, здесь же было несколько карманов для всяческой мелочевки, а вторая для зимнего сезона, непромокаемая, одевалась поверх теплой одежды и имела весьма удобную систему для подгонки. О всяческих носках, майках, взятых пачками, я промолчу. В быту человека, оказывается, достаточно полным-полно мелочей, без которых ему жить неуютно. Не забыл и про оружие, пополнил запасы патронов к АКСУ, закинув, пять пачек Демидовского образца в оружейный ящик. Продавец помог мне также выбрать на Ксюху удобный ремень, старый сносился. Запасные аккумуляторы к различным гаджетам, фонарикам, все это здесь стоило дешевле и было прикуплено с запасом. Интересно, что около самих оружейных лавок постоянно торчали несколько важничающих не по рангу полицейских. Так как на меня они внимания не обратили, то скорей всего наблюдали за тем, чтобы не имеющие права на оружие китайцы лишний раз здесь не отсвечивали. Порядки, однако, в Народном Китае что-то драконовские. "Нет, такой хоккей нам не нужен". Сразу вспомнились старые советские фразы про муравьиный социализм. В чем-то наши партийные лидеры были правы – нельзя так зажимать индивидуальность человека. Не по-коммунистически это как-то. Да, и я нашел на этом рынке чайную лавку. Слава всем богам, у них был в наличии обычный земной черный чай! Мне даже дали попробовать на вкус несколько его сортов, и каждого было загружено в багажник по целой коробке. Мне же надо что-то пить длинными зимними вечерами! У словоохотливого продавца я также выяснил, что его фирма имеет возможность делать доставку через местную почту. Цены, конечно, конские, зато чай у меня будет всегда. Походив по рядам, где были разложены «целебные» корни и средство ото всего типа «мумиё», я вспомнил слова знакомого доктора биологических наук. В начале девяностых в моде была всяческая эзотерика и «народные средства». Сколько они в итоге человек угробили, никому не известно. Так доктор сказал так – «Если сильно веришь, то покупай. Эффект плацебо во врачебной практике еще никто не отменял.» Так что прикупил я несколько пакетиков чисто в подарок. Вдруг кому-то от презента из самого Китая станет действительно хорошо? Но больше всего времени я потратил в маленьком, но весьма уютном магазинчике изысканной дамской одежды. Вебер в целом предпочитает спортивный стиль, но я так подумал, что любой женщине понравится изящный пеньюарчик или уютный банный халат. Халат вот я выбрал быстро, рост и любимый цвет Кристины мне был известен, но конкретно завис на подборе чашечек для груди у пеньюара. В этом виде интимной женской одежды их надо подбирать как можно точнее. Маленькая смешливая китаянка на ломаном английском пыталась узнать у меня точный размер и форму бюста Кристины. Я пыхтел и краснел, но ничего толком показать не мог. Ну не знал я такие параметры моей немочки! Если хотя бы здесь были выставлены манекены. В итоге продавщица попросила показать прямо на ней. Я сжал кисти в примерный размер бюста Кристи и прикоснулся к груди девушки, у которой к моему смущению под блузкой не оказалось ровным счетом ничего. Продавщица шаловливо засмеялась, а я огорченно показал, что ее размер меньше необходимого. Да она уже и так сама догадалась. Так похохатывая и делая мне глазки, чертовски хорошие глазки, китаянка вызвала из подсобки вторую девушку. Вот у той размер бюста оказался самым подходящим, ее грудки точнехонько вошли в мои чуть расставленные клешней пальцы. Под ее легкой блузкой также не было надето никакого белья, да и сам бюст, собственно, и не нуждался в каком-либо искусственном поддерживании. Я даже застыл на месте, смакуя тактильные впечатления. В организме тут же сработал мотор, запустив помпу кровоподачи. Черт, оказывается вот каким макаром ролевые игры заводят! Не пробовал, не знал, многое в жизни упустил. Черт, еще этого не хватало! Вот бы Кристина сейчас увидела меня, облапал девичьи титьки как будто, так и надо! Китаянки, они если красивые, то вообще на куколок похожи, а эти вдобавок еще и были хохотушками. В другое время я бы никак не упустил подвернувшегося случая. Им и самим, наверное, было бы интересно совокупиться с европейцем. Но к сожалению, мои мысли сейчас были совсем, совсем далеко. Китаянки, видать, также что-то почувствовали, смеяться перестали, вещи быстро упаковали и даже подарили мне в дорогу красивую корзинку для пикника. Хорошие, блин, девчонки в Китае! С таким вот непростым настроем я и покинул славный город Шанхай. Солнце уже поднялось далеко на небесную кручу, но свежий воздух, поддувающий с востока, помогал пережить полуденный зной. На границе два служивых из пограничной стражи быстро отсканировали мой АйДи, внимательно осмотрели оружейный ящик. Это они проверяют, значит, не продал ли я оружие кому из ихних? Порядочки в здешнем Китае совсем не Евросоюзовские, пожестче будут. Мне-то этот мир как раз и понравился чувством невиданной для личности свободы. В начале девяностых у нас в России волюшки вольной наружу не меньше выплеснулось, в некоторых аспектах даже явно излишней. Так что хлебнули мы матушки свободы по самое не балуй! Так что есть с чем сравнивать. Бывают у нас в государстве разок другой столетие такие мимолетные годы, когда «вольно дышит человек». Правда, оплата за волюшку вольную соответствующая – предоставлены сами себе со всеми вытекающими. Многим тогда пришлось парковаться около былинного камешка – «Направо пойдешь - злата огребешь, налево пойдешь – голову сложишь, прямо двинешь – душу загубишь». Слова разные, только зачастую тропинка одна и весьма извилистая. Есть конечно, и на Новой Земле некоторые ограничения, но больше в рамках логики и нормальной людской порядочности. Отступления от свобод случались достаточно редко и принимались людьми чаще всего добровольно. Как, например, всеобщая служба на территории Протектората Русской Армии, или религиозные ограничения в некоторых городах Конфедератов. Вот тоже мне рассадник всевозможных сект. Но опять же - туда ведь насильно людей никто не тянет? Каждый сам себе злобный Буратино, а "счастье для всех" это у Стругацких осталось, в золотые советские годы. Не нравилось вам жить во вполне веганские "застойные годы", так получите настоящий капитализм во всей его звериной кровожадной красе! Пора домой! Десятый месяц 26 года Новоземельского летоисчисления. Территория Евросоюза, порт Нойехафен. К Нойехафену я подкатил ближе к вечеру. Колонна в обратную сторону мне попалась больно медленная, а одному ехать все-таки страшновато. Иногда по пути попадались патрули местного Ландвера, и на всех рациях самостоятельных путешественников в обязательном порядке имеются настройки на их частоту. Но береженого, как говорится, Бог бережет, поэтому буду передвигаться обязательно в колонне. Приключений на свою задницу мне и так с лихвой хватит. Не только о себе нынче надо думать! Все-таки немцы молодцы, уже протянули вокруг города объездную дорогу, и я сразу повернул в сторону порта. Как все-таки приятно лететь по гладкому асфальту! Такими темпами здесь скоро настоящие автобаны-бетонки появятся. Лес портовых кранов остался по левую сторону, а я подкатил к диспетчерской узнать расписание паромов. За окошком восседала чернобровая дамочка с характерным акцентом, и я перешел на русский язык. Женщина тут же ответила на невероятном западенском суржике, с интересом на меня поглядывая. Пусть галичане и считают себя самыми ширыми украинцами, но язык у них ни разу неправильный украинский. Понимал я не все, через раз, хотя раньше таких проблем с родственниками жены из-под Полтавы никогда не возникало. Особенно после второй откупоренной бутылки. Даже песни горланил, совершенно точно попадая в слова. "Ты ж мени пидманула, ты ж миня повела ..." В каждом настоящем русаке сидит немножко украинца, и наоборот. Так вот, поначалу меня ждал полный облом, рейсов до Франкфурта в графике "не було", сезон окончен. Селя ви, называется, пардон, мусье! Я уже было отошел от окошка, прикидывая все возможные варианты отъезда, как услышал: - Почикай, хлопче, так що можна на другим. Оказывается, дама поначалу глянула обычный график грузопассажирских судов, а сейчас сподобилась подывиться на общий и нашла мне место на отходящем сегодня вне графика маленьком пароме. - Когда? - только успел спросить я. - Через полторы годины отходе. Пристань на Среднем острове, возле главной верфи. - Ё моё! Я тут же поскакал к запыленному донельзя "Ниссану", даже не поблагодарив женщину-диспетчера, и тут же рванул к речному парому. Тот уже отходил от берега, но мои отчаянные гудки заставили шкипера дать реверс и пристать обратно. Я быстренько загнал машину на свободное место и весь счастливый из себя вышел наружу. Вот как раз пригодился талон на перевозку, выданный представителем порта, все-таки двадцать пять экю на дороге не валяются. Заметив кислую мину на лице матроса-кондуктора, я на радостях протянул ему банку китайского пива, потом добавил вторую для шкипера. Матрос сразу повеселел и отвалил, а я начал оглядываться. Большая часть производств в Нойехафене сосредоточена за жилыми кварталами города, есть работающие предприятия и в самой дельте Рейна. На острове Среднем горделиво возвышались корпуса многочисленных верфей и Металлургического. Именно там коптили небо две огромные трубы, и именно оттуда доносились стуки и скрежет металла. Обычный трудовой ритм рабочего городка. Туда же скорей всего отправлялись и группы стоящих на палубе людей, сильно смахивающих своим видом на обычных работяг. Наверное, на вторую или третью смену спешат, а сами живут в городе. Это правильно, в общем-то: проживать в комфортных домиках поодаль от производства, не глотая заводскую пыль и дым. Я присмотрелся к пожилому мужику с длинными, вислыми усами. Акцент у него уж больно характерный. - Дзень добрый, як ши маш? Тот удивленно обернулся и ответил мне также по-польски. Я извинился и сказал, что вряд ли еще найду в запасе польские слова и предложил перейти на немецкий. Но поляк ответил мне на неплохом русском, только иногда вставляя в речь польские словечки. Я ни разу не удивился, восточноевропейцы такого возраста обычно поголовно знали русский язык — наследие великой Советской империи. - Вы на верфь? По делу к нам? - Нет, спешу на речной сухогруз. Отходит со Среднего. - Зрозумяле. Был один паром на ремонте после аварии, на него скорей всего. Русские здесь достаточно редкие гости. Я само працую сборщиком корпусов, по специализации. - А вы, вообще, откуда? - Гданьск, - улыбнулся в усы поляк. - Ха! Наверное, вы еще времена самого Валенсы застали? - Лех то? - он поднял правую кисть. - Даже здоровался с ним вот этой рукой, - его лицо погрустнело. - Мы жили тогда будущим, надеялись на лучшее. Затем пали Советы, пришли новые паны, нашу Гданьскую сточню закрыли, работы нич не стало, и я уехал в Немцы, а уже оттуда сюда. Дети выросли, жена умерла, а корабли для меня, что новые дети. Я задумчиво смотрел на много чего повидавшего на этом и на том свете поляка и молча пожал ему руку. Житейская мудрость, она выше старых склок и предрассудков, жаль, что люди это редко понимают. Мы еще немного поболтали, и я с некоторым удивлением узнал, что работа на верфях не прекращается ни на день и в дождливый период. Наоборот, ее становится даже больше. Почти все морские и речные суда из Прирейнского Евросоюза встают на ремонт, да и новые в это время строятся. Единственно, что рабочим не всегда удается попасть домой. Уровень воды временами очень сильно поднимается, а Рейн в некоторые дни по-настоящему штормит, и совершенно невозможно пристать в берегу. Тогда работяги живут в специальных общежитиях, а многие из женатых даже определенно рады сему обстоятельству. Ведь тогда после работы можно спокойно выпить пивка или расписать пулю с друзьями. И также нашелся ответ на вопрос, что делают в эти месяцы многочисленные рыбаки и любители яхт. Оказывается, многие из них ударно работают именно здесь же, на верфи. Да и, правда, надо же где-то зарабатывать деньги на летние поездки по океану? На вопрос о своей зарплате поляк скромно пожал плечами, только сказал, что ему на все хватает. Мы достаточно тепло попрощались, паром уже швартовался к высокой стенке пристани. Уровень самого острова предусмотрительные немцы подняли сразу же, чтобы не топило зимой, а берега еще и дополнительно укрепили. Когда купленная на деньги Ордена землечерпалка начала углублять фарватер в устье Рейна, то грунт сгружали поначалу именно на острова дельты. Вроде и небольшая хитрость, но сразу говорит о дальновидном немецком уме. В моей голове еще раз щелкнуло и появилось множество затейливых идей. Хотя пара всплывших мыслей жутко поначалу не понравилась. Пришлось оставить раздумья на потом, паромщики уже опустили аппарель. Паром-сухогруз нашелся быстро, я даже не успел толком и оглядеться на Среднем. Шкипер молча указал мне место у борта на очень маленькой площадке для автомобилей. Сейчас на ней притулилась только одна машина, армейского вида Гелендваген. Стоило все удовольствие перегона по воде с кормежкой всего сто семьдесят экю. На грузовой палубе было пыльно, видимо, в Нойехафен они возили мешки с цементом и известью. Я глянул на порт приписки. Так и есть – Штутгарт. Промышленный анклав на левом берегу Рейна. Именно в тех местах у меня почти нет информации, так что, пожалуй, стоит побеседовать со шкипером. Тем более что китайское пиво у меня еще есть. Как только я закрепил машину, сухогруз отдал швартовы и начал разворачиваться против течения. Это было специализированное грузовое судно, нечаянно застрявшее в Нойехафене из-за ремонта двигателя, потому все ее случайные пассажиры помещались в большой кают-компании. Под рундуками, которые шли вдоль бортов, находились постельные принадлежности, а длинный стол был намертво закреплен к палубе. Я закинул вещи и вышел наружу, с интересом наблюдая за акваторией порта. Перед грузовой пристанью острова рабочие устраивали самую настоящую запань, в дно были вбиты сваи, натягивались сетки, стояли ограждения в облике бонов. Видимо, здесь будут отлавливать весь мусор, принесенный водами реки в дождливый период, чтобы стоящие дальше по течению суда не пострадали. А их в гавани накопилось немало, скоро в море находиться будет опасно, да и сам Рейн достаточно обмелел, большие сухогрузы и буксиры уже встали на стоянку и ремонт. Если бы не постоянно работающая в знойные месяцы землечерпалка, то грузовое судоходство по реке шло только в первые пять месяцев после окончания дождей. В это же время судоходно французское верховье Рейна, Луары и некоторые их притоки. Именно тогда сплавляется плотами весь заготовленный лес, завозятся нефтепродукты и прочее тяжелое оборудование. Ситуация чем-то смахивает на наш русский "Северный завоз". Но самое большое потрясение ждало меня тогда, когда я поднял глаза на появившийся из-за острова Средний южный берег. Там явно развернулась какая-то большая стройка, и совершенно четко угадывалась предмостная насыпь сооружаемой опоры. Ни фига себе, они все-таки начали строить мост? Дело — это очень хлопотное и затратное, но, видимо, местные рассчитывают на будущий большой трафик. Пока же железка от Порто-Франко идет до южного берега Рейна, там же остаются основные склады и промзона. Но на севере потихоньку оживает Новый Китай ... Много, однако, в последние дни интересных вопросов поднимается. Есть, о чем подумать долгими дождливыми вечерами. Так что решено, остаюсь я зимовать у милой немочки. Архивы заодно обработаю, хвосты подчищу. В этой запарке с вечной беготней даже не успеваю весь материал обработать. Вон, Майку когда еще свежие статьи в номер обещал? Телеграф и в дожди работает, недолго отослать текст, с фотографиями пока сложнее. С такими мыслями я отправился обратно в салон. На реке уже стало заметно свежее, надо достать из сумки флисовку. Пассажиров на сухогрузе оказалось немного, сезон заканчивался. Выделялась группа веселых франкоязычных канадцев. Они-то как раз двигались в верховья Луары на работу, готовить плоты к весеннему сплаву. В самом конце дождливого сезона эти отчаянные ребята отправятся в путь, перегоняя лес по бурным горным рекам. Узнав, что я русский, мне, естественно, сразу предложили выпить. Почему-то многие думают, что русские с самого утра заряжают по стакану водки, потом поят водкой своего личного медведя и идут чистить спиртом автомат Калашникова. От рюмочки я, конечно, не отказался, но затем объяснил, что тороплюсь к любимой, которая лежит сейчас в клинике. Мужики сочувственно покачали головой, и настаивать на продолжении банкета не стали, затем, вообще, удалились на палубу, и я совершенно спокойно выспался. Итак, что-то уж больно суматошные дни выдались. Ближе к двадцати часам следующего дня сухогруз пришвартовался в небольшом порту около Гюстрова, города, что стоял в пятидесяти километрах от Франкфурта-на-Рейне. На его причале к погрузке готовили какие-то трубы, похоже, что этот небольшой паром оказался крайним в сезоне. Городок этот был промышленным центром Бранденбурга: здесь находился небольшой механический завод и сборочный цех строительной техники. Так называемое "отверточное производство". Я наскоро попрощался с озабоченным шкипером, вчера так и не удалось с ним толком поболтать, и аккуратно съехал на деревянный причал. Рядом с ним копошились рабочие, видимо, после выгрузки труб его будут поднимать наверх, на высокий берег. Здесь так многие делают, чтобы половодьем не унесло. "Так, что теперь? Связь появилась, надо звонить в клинику, узнать, как там Кристина?". Километр за километром нитка пыльного, иссохшего за лето грейдера оставалась позади. Дизель "Ниссана" могучим рыком отзывался на нажатие педали газа, неся меня к женщине, которая была мне дорога. Надо же, только почти потеряв, понимаешь, что тебе в жизни не хватало. Но в этот раз мне повезло, так что не стоит разбрасываться удачей на своем жизненном пути. Итак, слишком многое похерено за плечами. Наверное, поэтому я так энергичен в новом мире. Хочется успеть все, побывать везде. И я искренне удивляюсь людям, переехавшим сюда, чтобы просто строить свое бюргерское счастье. Хотя кто я такой, чтобы их судить? Вообще, на нашем жизненной колее как будто невзначай встречаются весьма странные заковыки, нередко становящиеся судьбоносными. Некие решающие перекрестки, на которых ты выбираешь дальнейший путь по дороге под названием "Жизнь". Вот бывает ведь такое - на человека вдруг ни с того ни с сего накатывает нечаянная тоска. Так хреново на душе, что хоть волком вой. Это просто тебя начинают одолевать сомнения в сделанном некогда тобой же выборе. Туда ли ты тогда свернул, и как бы сложилась твоя жизнь, если в этот день и этой девушке ты вовремя улыбнулся, а тому уроду в морду дал? Время, оно, как мелкий песок утекает сквозь пальцы у тебя же на глазах, и ты ничегохоньки не можешь с этим поделать. В юности у тебя впереди целая жизнь, потом вроде как есть на что оглянуться, но уже совершенно некогда, копошишься в бытовой суете. Затем и вовсе - впереди осталась только тьма и неизвестность. Ну а что там, за чертой небытия никто тебе никогда не скажет. Тьфу! Ну и мысли в голову лезут. Газу, давай, газу! Вот уже показались фруктовые сады Франкфурта, большая их часть состоит из местных плодоносящих деревьев. Хотя здешние аграрии вовсю экспериментируют и с земными растениями. Ну, так флаг им в руки, будем только рады! Чистые асфальтовые дорожки, аккуратные палисадники, пряничные домики благовоспитанных бюргеров. О боже, неужели скоро и сюда докатится стандартный европейский обывательский рай! Вот и широкий проезд к местной клинике. Одно из самых значимых достижений цивилизации - это все-таки медицина. Можно быть бесшабашным авантюристом ровно до той поры пока у тебя не заноет зуб, или не начнет колбасить от банальной пневмонии. Та еще дилемма, считать наш нынешний новоземельский уровень благом или злом. Тут прямо сюжет целой книги! Кстати, а почему бы и нет? Наконец мы и подкатили к дому. Вернее, это на специально заказанном медицинском транспорте Вебер довезли до ее домика. Светлая и просторная комната-студия встретила нас чистыми полами, солнечными бликами, уютом и покоем. Я помог Кристине пройти до кушетки, ее тело было до сих пор забинтовано, пуля прошла навылет. Хвала богам, что легкое не задето! Судя по нападению на меня с Эноксеном, бандиты оказались не завзятыми профи, нам хоть с этим свезло. Кристина села, оперлась о спинку кушетки и неожиданно разрыдалась. Я поначалу даже несколько растерялся, затем тихонько подошел к ней сзади и нежно обнял. Она зарылась в моей рубашке, быстро пропитывающейся ее слезами. - Ну, все, Кристи, все, успокойся, а то швы разойдутся. Она подняла заплаканные глаза на меня и тихонько прошептала: - Как хорошо, что ты есть. Я молча проглотил комок в горле, не хватало еще самому разрыдаться. Вот была бы веселая картина. А что она ... баба и есть баба. Что им ведь надо на самом деле? Чувствовать рядом с собой опору, крепкое плечо, слышать по утрам доброе слово и каждодневно ощущать в доме ауру мужской силы. Мужеского, плодотворного начала. Древние Инь и Янь, всегда рядом, вместе, и нет ничего в этом мире иного. Все остальное от лукавого! Толерантные гейские россказни про некий процент, будто бы установленный самой природой, оголтелый и предельно агрессивный феминизм. Это не от человеческой сущности, это придумано самими же людьми для самооправдания. Потому что только от мужской любви и от женской сущности берет истоки новая жизнь, самое великое таинство Вселенной. Могут ли два педика или две бабы народить малыша? Нет, вот то-то, и оно! На этом разговор окончен, и все страждущие валят в сад, ну или в ад. Ну а нам с Вебер надо о слишком многом переговорить. Раз другим делом она по причине ранения заняться пока не может. В прошлый раз недоговорили, оказывается, только мучили друг друга на расстоянии. Хмурое печальное утро, когда небо затянули серые тучи, а на улице подул свежий ветер, грустно раскачивая верхушки деревьев, можно разогреть только горячим утренним чаем. Вот и мы с Кристиной устроились в удобных креслах около журнального столика и "гоняли чаи", то есть пили чай по-нашему, по-деревенски. За отсутствием самовара на столе важно восседал большой заварочный чайник, привезенный из Шанхая и укутанный в теплый платок. Немке непривычно было держать на пальцах глубокое фарфоровое блюдце, и она то и дело подсматривала за мной. Для меня традиции русского чаепития привычны, искусством поддерживать на пальчиках блюдечко владею безупречно. Хорошая у меня в детстве была школа, поморская. В тех местах без чаю зимой и жизнь не жизнь, а так - существование. Бабушка моя, которая была замужем за дедом, это который моряк, происходила родом из настоящих поморов, приехала в город из деревни Мезенского уезда, самой близкого в Поморском крае к Ледовитому океану. Именно отсюда отважные русские мореплаватели уходили на бескрайние просторы Сибири, открывая её цивилизованному миру. Они так разогнались, что дотопали аж до самой Аляски. Сам атаман Ермак был из поморов, людей вольных и отважных. Хотя вру, на Аляску таки поморы перемахнули, это уже цари её продали и пропили. Непрактичные люди, эти государи русские. Вот именно бабушка поморочка и приучила меня пить чай из блюдечек. На столе у нее завсегда стоял самый настоящий самовар с медалями. Дед тогда жил в деревянном доме постройки еще начала двадцатого века, обитого потемневшим тесом, с изразцовыми печками и большими комнатами, и ни в какую не желал переезжать в хрущебную панельку. Вот, значит, разведем мы с дедом во дворе самовар, поднимем его наверх, сядем у распахнутого окошка и глядим поверх одноэтажных домиков на честной мир вокруг. Лепота! Эх... Когда уже в достаточно зрелом возрасте я посетил свою дальнюю поморскую родню, то был безмерно удивлен красотой и простотой самой северной Руси. А люди... Видели вы чудесные мультфильмы по сказкам Писахова и Шергина "Смех и горе у Белого моря"? Какие там яркие женские образы выписаны, нос картошкой, рыжеватые кудри, веснушки! Вот женская половина той мезенской деревни и были таковыми, как будто из одного полена выструганы. Я поначалу даже путал всех родственников. Ну а остатня половина селян сплошь статные высокие блондины и блондиночки. Красота и сила всегда ценились на земле поморской, суровой к людям, но щедро воздающей работягам и пахарям. Ну а пахали поморы в море Студеном, или на Гандвике - Белом, или за Мурманом, доходя до самого Груманта, названного нынче отчего-то не по-русски Шпицбергеном. Острове посконно русском, как и северная часть нынешней Норвегии, отданной чужакам царями за понюшку табака. А ведь на этих суровых землях везде белеют косточки поморские, ими да трудами всего русского народа те земли освоены. Вот такие вот поморы обычные, бесхитростные русские люди, осколки ушедшего навсегда мира. Поэтому, когда шибко умные московские интеллихенты начинают болтать о природной лености и пьянстве русских, то просто хочется дать им в морду! Сука, а кто тогда до Тихого океана и Кушки дошел? Кто самую длинную в мире железку построил? Где еще на свете есть столько большущих и вполне себе живых городов в приполярных и заполярных землях? Это что, китайцы все построили? Кстати, интересно, а что на здешнем Севере творится, на Новой планете? Есть тут белые ночи, как у нас? Когда солнце только чуток ныряет за горизонт, и непонятно, это закат перекатывает в восход, или это зорька ни на минуту не прекращается. Ты с непосредственной по-детски радостью окунаешься в настоящую белую сказку, уходя на ночную ловлю, и в предвкушении приключений. По реке сквозь тонкий туман скользит призраком узкая плоскодонка, а ты легким взмахом короткого весла только подправляешь ее разбег, чтобы не пропустить поставленную на ночь морду. Кто ж тут из взрослых мужиков рыбу на удочку ловит? Токма ловушками-мордами. Ведро уже полно рыбин, тетке на жарёху и в пирог из настоящего ржаника. Солнце мало по малу выныривает из-за деревьев, бросая изкосые лучики на обрывистый рыжий берег, над водой начинают бесноваться овода-пауты, а ночные комарики прячутся в заросли до вечера. Поморское лето идет себе навеки установленным чередом. - Ой! На верхней ступеньке лестницы неожиданно нарисовалась соседка Марта. Так и застала нас за чаем, тепленьких, в домашних халатах. Я в одной руке оттопыренными пальцами держу блюдце, а в другой кусок коричневого сахара. Мне больше нравится пить чай вприкуску, чувствуешь одновременно вкус и того и другого. Соседка выпучила глаза и выдохнула: - Извините, я думала, никого еще нет, - Марта, пока Вебер лежала в больнице, присматривала за домом, а я с вечера машины в гараж загнал, потому что с утра обещали дождь. Кристина сонно зашевелилась: - Да ничего, проходи. Чай будешь? Соседка с любопытством уставилась на нас обоих и скромно присела на табурет. Я сбегал на кухонный уголок и принес третью чашку с блюдцем. - Пей, чай с самого Китая. Здесь его не продают. Марта еще раз с интересом оглядела меня такого манерного с блюдцем на пальцах, но пить стала все-таки из чашки. Они с Кристиной, вообще-то, близкие подружки, поэтому моя суженая-ряженая решила сразу расставить все по своим местам. - Мартин остается у меня. - Пока дожди идут? – толстый такой намек на обстоятельства просматривается очень уж явно. - Как получится. Опять этот вздох! Но я молчу, как партизан. Долил себе еще чаю, сижу, сёрпаю и отфыркиваюсь, смакуя сахар, вспотевший лоб промакивая полотенцем. - Понятно, - Марта бросает своими карими глазенками в сторону меня ехидные взгляды, а затем переходит к обсуждению городских сплетен. Оказывается, покушение на Вебер и наша с датчанином перестрелка во Франкфурте обросли поистине невероятными слухами. Где сплелись вместе и мое внезапное явление через год после отъезда, прикатившие вслед за мной колоритные латинские бандиты, таинственная засада на Кристину, а затем заполошная стрельба возле складов промзоны. Для местных скучающих бюргеров это все было похоже на самый настоящий приключенческий роман. По слухам, количество застреленных лично мной бандитов уже перевалило за целый десяток. Ого, да я ж Крутой Цоссенский Йокер! Вернулся с дальних краев, чтобы спасти свою лепшую принцессу! Кристина так и замерла с блюдцем на пальцах, я же еле допил блюдце и упал на диван в полном изнеможении. Так долго я давно не хохотал. Марта обиженно насупилась и даже отложила в сторону свое любимое сахарное печенье. - Ой! - это опять Марта. Кристи, чтобы несколько разрядить обстановку, включила местное ТВ, на нем всего три канала, один из них общепознавательный. - Там же наш Мартин! Мы уже вместе уставились на экран большого телевизора "Loewe". И в самом деле, идет цикл передач от Клифа Ричардса, и я там собственной персоной вышагиваю вдоль убитого большого ящера, измеряя его длину. Ну а камеру, видать, в это время на штатив поставил, у нас людей в экспедиции вечно не хватало. - Мартин, а это что - настоящий динозавр? - Конечно же! - я с затаенной ухмылкой следил за выражением лица нашей соседки - В тех диких местах и не такие водятся! Вечно у фермеров скот воруют. Видишь, какие они большие, им наша земная корова на один зуб. Но Марта, не будь дурой, сразу засомневалась, а может, по глазам моим увидела, что шуткую. - Да нет, это долинный варан, достигает десяти метров в длину, охотится из засады. О его повадках, кстати, Клиф сейчас и рассказывает! - Ты работал с Клифом? - это уже в свою очередь удивилась Вебер. Гм, а ведь за год со мной многое чего произошло, будет, о чем в зимние месяцы поговорить. - А ты не знала? Три месяца этой весной, или как у нас время после дождей называется? После зимнего сезона саванна как раз расцветает, у животных появляется потомство, ну и на Техасском плато становится достаточно интересно. Ну еще и летом мы с ним по мелочи пересекались, на короткие контракты. Теперь на меня с обожанием смотрели обе женщины, блин, так можно и всерьез загордиться! Но мысли сами собой унеслись на половину новоземельского года назад. - Мартин, чего там возишься! - Клиф как всегда торопился, ему хотелось поскорее встать горделиво возле убитого варана и начать рассказывать, а оператор у нас один, то бишь я. Как и фотограф, и повар в придачу. Участники саванной экспедиции на все руки мастера, иначе просто не выжить, места для поиска выбираем уж больно опасные. Сейчас же мы находимся в самом центре так называемого Техасского плато, плоскогорья между Рио-Гранде, Мормонской рекой и Меридианным хребтом. Почти не заселенные земли, не считая нескольких фортов на дорогах и малолюдных скотоводческих поселков. Я заканчиваю обмеры и фотографирование убитой зверюги, а затем прыгаю за поставленную заранее на штатив камеру. Клиф, тщательно выговаривая слова, у него сильный австралийский акцент, рассказывает о варане. Я поднимаю руку, останавливаю съемку, меняю общий план на более крупный. Клиф повторяет текст, затем снимаю крупные планы ящера, и за процесс принимается наш биолог Мэт Донахью. Его дело - вскрытие ящера, взвешивание органов и прочие научные наблюдения. Ну а я пока сворачиваю технику, упаковываю все в герметичные чемоданы и собираю штатив, при всем этом не забывая крутить вокруг головой. Мы сейчас в самом логове всевозможного новоземельского зверья. На небольшой возвышенности застыли двое крепких парней, это Мэни Ван Зил и Баккис Бота. Оба из южной Африки, потомки буров. Здесь, вообще, много людей оттуда, климат схожий, да и на родине проблемы, приходится расхлебывать политику собственных предков. Парни стоят по бокам машины, похожей на раскормленное багги. Большие шипастые колеса, открытая кабина, дуги безопасности сверху, решетки по бокам, выгнутые пластиковые сиденья на двоих. Это чудо местного автопрома в нашей экспедиции бегает за разведчика, а сами потомки буров работают за следопытов. Начинали они свою новоземельскую карьеру с туристских маршрутов для охотников-любителей, а также для прочего любопытствующего люда. К ним сейчас как раз поднялся Петер Крюгер, легенда техасских охотников и новоземельский старожил, распекает молодежь за косяк с вараном. Все-таки подловила эта зверюга нас, вон как сильно правое крыло на джипе помято. Варан даром что на вид неуклюж, а несется вперед из засады, как бешеный локомотив! Бота вон аж покраснел, но крыть ему в ответ нечего, проморгали ребята предсмертный рывок ящера, проморгали. Ну впредь будут осторожней, или не будут вообще. Живность тут вокруг такая, что не забалуешь. Временами жуть как страшно, но делать нечего, польстился на мирскую славу, вот и отрабатывай. С Ричардсом мечтают работать многие, а выбирает он наилучших. Мне, еще по новоземельским меркам совершенному новичку, можно сказать, сильно повезло. Трехмесячный контракт — это вам не хухры-мухры! Вторая машина нашей экспедиции по-техасски же и стандартна, это местная переделка известного американского пикапа "Ram". Она достаточно серьезно укреплена спереди и сзади, поверх открытого кузова поставлено несколько дуг безопасности, по бортам установлена крупноячеистая сетка, без нее в этих краях никуда. Звери в саванне проживают не только бегучие, но и весьма прыгучие, грызучие и зубачие. Сверху кузова прикручена вертлюга для ротного пулемета, у нас в его качестве выступает ПКМ. Ричардс в этом плане крайне практичен, сразу отвергает пусть патриотические, но невыгодные ему самому нюансы технологий. Поэтому оружие в экспедиции приведено к единому стандарту: на наш патрон 7,62×39 мм, у большинства на вооружении АК-103, автомат, пользующийся здесь заслуженной популярностью. Оружие простое, но надежное, патроны также местные, из Демидовска. Только южноафриканцы, как им и положено по статусу, выделываются и ходят с каким-то апргейдом под этот патрон американской М4. А мне чего? Я с Калашом с армии на ты, а свой АКМ оставил на хранение в Нью-Рино. У следопытов и Крюгера вдобавок к автоматическому оружию имеются охотничьи ружья. Ричардс, вообще, запасся самым настоящим слонобоем 14.5 мм калибра, да и патроны специальные к этой дуре у него в запасе имеются. В здешних местах зверюшки разного формата бегают, есть и еще неизвестные науке. Новоземельский люд в последнее время природой своей начал активно интересоваться, поэтому телемагнаты из Нью-Рино за фильмы о ней неплохо платят. Они потом их по всей планете распродают, сейчас же в любом мало-мальском городке собственное телевидение имеется. Дело-то нынче при современных технологиях не хитрое, а по выхлопу выгодное. Чего народу в дождливый период еще делать? Есть, конечно, еще одно занятие нехитрое, так опять же - возможности человеческого организма не безграничны. Кстати, интересный вопрос – почему в лидерах новоземельского телевидения оказался именно Нью-Рино, городок достаточно неоднозначный и прославившийся больше тем, как место сборища всевозможных бандитских притонов. Ответ довольно-таки прост – мафия до жути любит деньги и всегда была сильна именно в шоу-бизнесе. Вспомните хотя бы фееричный Лас-Вегас! Вот и здесь местные дельцы быстро смекнули, что реальные пацаны кроме выпивки и женщин шибко падки на зрелища. Бои без правил, родео, гонки по саванне на автомобилях. Без федерального законодательства с его дебильными ограничениями тут было где развернуться! Само собой, в город начали сманивать лучших режиссеров, операторов и прочих телевизионщиков. Дело дошло до того, что те стали в городе людьми неприкосновенными. Обидеть хорошего звукооператора, значит обидеть босса мафии. Со всеми вытекающими. Бандитов-то на Новой Земле много, а специалистов один, два и обчелся. Ну вот, все вроде собрано, а ящер порезан тупо на мясо. Крюгер отрубил себе хороший кусок хвоста и мудрит что-то в пластиковом бочонке с маринадом. Пару дней потухнет на жаре, и мясо будет нежным и мягкая. А я пока полез в наш броневик за холодным квасом, солнце палило по-техасски безжалостно. даром что местная весна! Главная машина нашей экспедиции, вообще, вещь примечательная. За основу взят мощный тягач модели M1070 фирмы "Oshkosh". Он обшит снаружи броневыми листами и превращен в самый настоящий передвижной дом. Изнутри вдоль стенок в качестве дополнительной защиты расположены плоские канистры с водой, позади кузова в отдельном отсеке стоят армированные баки с солярой, электрогенераторы, имеется и центральная система накачки шин, что обеспечивает нам дополнительную выживаемость. На плоской крыше закреплены запасные колеса и прочий походный хлам. Туда изнутри и снаружи ведут лестницы, а также имеются два люка. Над одним устроено что-то вроде бронеколпака и на стоянке постоянно находится дежурный пулеметчик. Вот и сейчас там виднеется напряженная физиономия Джона Каведо, бывалого вояки из корпуса морской пехоты. Он отвечает у нас за общую безопасность. Со стороны мы, вообще, больше похожи на некий диверсионный отряд, а уж никак не на научную экспедицию. Но что поделать – таковы правила игры! Холодильник в фургоне расположен спереди, у прохода в кабину, здесь же стоит привинченный к полу столик и складывающие стулья, ближе к правой стенке находится кухонный уголок. Вдоль стен прикреплены откидные лежаки, в два этажа, внизу и в самом верху кабины закрытые полки для оборудования и инструментов. Мы ведь уходим в поля на недели, и все свое тащим с собой. Еда, питьевая и техническая вода, топливо для автомобилей и электрогенератора, одежда, всяческая мелочевка, да те же салфетки для личной гигиены. Колючками ведь задницу подтирать не будешь? Большую часть из запасов составляет обыкновенная вода. С ней в саванне напряженка. Хоть после дождей та и полна зелени, но открытых источников воды очень мало. Ручьи и родники бывают ближе к горам или текут под землей, но мы научились добывать техническую воду очень оригинальным способом. Солнце ведь испаряет в Заливе огромные массы воды, которые затем морским бризом переносятся вглубь континента. Ну а на территории Техасского плато эта водная взвесь по ночам оседает росой, такие здесь суточные перепады температуры. По этой то причине плато и наполнено всевозможными животными, трава на нем растет постоянно и не высыхает даже в самый засушливый период. Многие местные растения научились впитывать влагу прямо из воздуха, имеют толстые и мясистые листья, вымахивают на несколько метров вверх, некоторые смахивают своим видом на огромные кактусы или агавы. Иногда ряды таких "кактусов" превращаются в самые настоящие непроходимые заросли. Если с вечера развесить между машинами легкий тент, то утром мы можем поиметь пару литров жидкости, вполне годного для мытья или других надобностей. В принципе, если пропустить её через фильтры, то эту воду вполне можно пить. Тут главное, чтобы какая-нибудь дикая животина не порушила нашу самодельную гидросистему во время своих ночных скачек. Зверь на плато непуганый, гуляет где хочет. В таких поистине диких местах вообще работает золотое правило - никогда не лезь на рожон и останешься целым. Увидел идущее по своим делам стадо антилоп или буйволов - остановись и пропусти его, никто на тебя запросто так не нападет. Увидел стаю местных "свинок", которые и не свинки вовсе и занимают тут нишу степных волков, стой спокойно, не проявляй агрессию. Мы для них явление неизвестное и поэтому потенциально опасное, и если сами не нападем, то разойдемся мирно, так как на добычу не тянем, а связываться не пойми с кем дураков в дикой природе нет. Эволюция — штука жесткая, балбесов и неумех утилизирует моментально. Отстал, подвернул ногу - сожрут; заболел, потерял бдительность - сожрут; побежал наобум, без разведки - сожрут. Все, блин, просто и наглядно! Косточки тех, кто эту несложную науку не понял, белеют по всей саванне. Так что на Новой Земле мы отчасти возвратились к собственным истокам. Не всегда же человек был таким цивилизованным. Ну понятно, что даже во времена так называемой первобытности люди все-таки были именно людьми. Видели настенные рисунки в пещерах или петроглифы? Уже тогда у диких человеков проглядывалась та самая человечность, присущая сапиенсу, то есть способность анализировать, повторять и учиться. Пришлось как-то мне посетить Беломорск, что на Белом море, там полно древних петроглифов. Многие из них изображают сцены охоты. Люди в те времена на лодках за белухами по морю носились, или оленей загоняли в ловушки. Так вот – некоторые рисунки напоминают своеобразный Устав Охотничьей службы или подробный инструктаж для подрастающего поколения. Ведь ученые предполагают, что именно в этом месте жили только мужчины. Вот так вот – обычный такой первобытный учебный лагерь. Ох, как здорово в неимоверно жаркий день достать из холодильника заледеневшую бадью с квасом и с неимоверным удовольствием выпить кружку другую! Я с огромным сожалением поставил пятилитровую канистру обратно. Что-то маловато в ней осталось напитка. Это поначалу я квас пил в гордом одиночестве, а затем русский хлебный напиток распробовали и остальные. Я его сам делаю из концентрата, который продается почти во всех здешних крупных магазинах. Не мог местный люд пройти мимо такого популярного прохладительного напитка. У меня лично в самую жару в рот ничего, кроме окрошки и не полезет. Кухня же на Новой Земле быстро становится интернациональной. В питьевой квас я дополнительно добавляю местные ягоды, их привозят с гор. Эта канистра, например, "брусничная", так похожа по вкусу на ее земной аналог. Ну что ж, передохнули, пора и за обед браться. Сегодня у нас по плану венгерский гуляш. Мясо "безрогой" антилопы еще со вчерашнего дня маринуется в баке. В этом климате без маринада вообще никак, моментально протухнет. Расшурыровываю бензиновую горелку. В большой казан бросаю куски сала, пусть немного потомятся. Сладчайший конфедератский лук режем крупно и туда же, пока не подрумянится, затем наступает черед мяса, вот и оно зашкворчало, кидаем до кучи сушеную морковь, растертую в порошок паприку, убавляем огонь и закрываем казан крышкой. Теперь только следить и помешивать, через час добавить соль и много, много, много паприки. Жаль самого сладкого перца в экспедицию не взять, да и не выращивают его пока в Техасе. Из башни высовывается голова Джона: - Мартин, тут сидеть совершенно невозможно! Так вкусно мясным духом тянет! - Аrbeiten, Los! - отвечаю ему на немецком, языке строгости и дисциплины, а сам на маленьком столике пытаюсь раскатать размороженное заранее тесто. Я вообще с выпечкой не очень, мы вместо хлеба едим то, что французы раньше называли Галетте - сухие лепешки, такие моряки с собой в рейсы брали. Ставишь эти лепешки на решетку над паром и Вуаля! Фу, вроде раскатал. Что у нас там в казане? Доливаем водички, еще паприки и сушеных листьев местной пряной травы. Теперь достаем машинку для лапши и пропускаем через нее тесто. Раз гуляш венгерский, то и лапша пусть домашняя будет. Ну ладно, почти домашняя. - Hier is die geur, - в машину заскочил Бота, он у нас весьма крупный парень и потому пожрать далеко не дурак. Я, вообще, этих буров хреново понимаю, сам по-английски не самым лучшим образом говорю, а у них еще и акцент адский. С Клифом я общаюсь на испанском, с Крюгером так же. Ни оба его отлично знают. А что, язык относительно простой, надо было лучше его международным делать. - Еще полчаса, - машу рукой следопыту и опускаю лапшу в кипящую подсоленную воду. По вечерам из саванной травы вылезают сонмы кусающих и жалящих тварей, поэтому почти все члены экспедиции спят в грузовике. Только ночная смена бдит наверху, один у пулемета, второй рядом сидит, с тепловизором и ночными окулярами. Они всю ночь окуривают себя дымом, который отпугивает кровососов. Я же по причине постоянной дневной занятости никогда не дежурю, поэтому вполне нормально высыпаюсь. Ну кто уж на что подписался! Снова утро, пора готовить кашу. Чаще всего это псевдоменю английских аристократов - то есть овсянка, омлет из порошка и копченый бекон. С другой стороны удобно, долго возиться не надо. Кто хочет берет добавку из сушеных фруктов. Я лично люблю инжир и изюм. Первый отлично заходи под кофе, второй под чай. Все быстро завтракают и разбегаются по своим автомобилям. Пора в путь-дорогу пока солнце не поднялось высоко не начало плавить землю. Ричардс маршрут экспедиции прорабатывает тщательно, нам нет резона часто возвращаться в обжитые места. По этой причине на заранее определенных им точках подрядчиками заложены запасы воды, продовольствия и горючки. Для этого Клиф нанял пару фирм, обеспечивающих дальние охотничьи выезды. Вот и сейчас мы подъезжаем к одной из таких точек. Еще издали заметен высокий каменистый обрыв-борт, здесь, видимо, когда-то произошло сильное землетрясение, и часть плоскогорья опустилась вниз, образуя высокий естественный барьер в виде этой самой природной стены. Водитель грузовика поворачивает к темнеющему в каменистом обрыве проему. Я сижу наверху во втором люке и все это дело снимаю. Вернее, пытаюсь снимать, машину нещадно потряхивает, под колеса то и дело попадает валуны. Я чертыхаюсь, стараясь удержать камеру, специального стаба у меня в наличии нет. Да много чего нет, если честно сказать. Обычное дело для Новой Земли - снимать фильм "на коленке". Ха-ха, а у нас, похоже, серьезные проблемы. Кто-то большой и сильный основательно разорил очередную закладку. Часть продуктов съедена, часть раскидана по песку. Крюгер неспешно слез с машины и внимательно осмотрел бочонки с водой. - Цел только один! - Что с топливом? - из двери показался Ричардс. Крюгер прошел дальше, не опуская Калашников, затем замахал рукой: - Бота, иди сюда! Вдвоем они приподняли двухсотлитровую бочку с бензином, и в ней стала заметна дырка, скорей всего от гигантского когтя. Крюгер постучал по бочке и крикнул: - Около половины! - Уф, значит, нам хватит, - Клиф перевел дух. Обычно мы доходили до очередной закладки хоть с каким-то запасом. - Мартин, посмотри, может, что еще пригодится. Я кивнул головой и соскочил на песок, перекинув АК-103 поудобней, сделав это движение уже чисто автоматически. Некоторые привычки в целях сохранения собственной задницы в целости бывают чрезвычайно полезны. С правого бока висит сумка с фотокамерой, без нее так же ни шагу. Внимательно огляделся, достал "Никон" и сделал несколько кадров, и особенно крупно снимок с дыркой от когтя. Спасти удалось только мешок с пшеничной крупой, несколько банок с кофе и сладостями, а также кукурузные хлопья. Вот только с чем их теперь есть? Бочонок с концентрированным молоком безжалостно раздавлен чей-то мощной лапой. Заночевали мы здесь, у естественного полуцирка, центром, которого была вымоина, напоминающая маленький грот. Позади лагеря высилась каменистая стена борта, спереди скопление огромных валунов, в итоге получалась почти закрытая площадка. По случаю потери части продуктов Крюгер принес банку с мясом варана и поставил походную барбекюшницу. Возле промоины валялось множество принесенного сюда зимними дождями сухостоя. Сам Ричардс с одним из водителей по имени Дон Джонсон устанавливали тент для воды. Крюгер нарубил с хвоста варана стейков и начал священнодействовать у огня. С остатками варанины, вот ведь слово какое, возился уже я. Не люблю я все эти стейки, уж лучше сделаю кебаб, или по-нашему по-простому шашлыки. Нарезав мясо, я полил его самолично приготовленным острым соусом и начал нанизывать на шпажки из дерева. Ужинали на закате, чтобы не жечь лишний раз аккумуляторы. Большая часть отряда вскоре переключилась на "саслик-кебаб", так они прозвали мою стряпню. Крюгер обиделся и отвернулся в сторону. Его проблемы! Пользуясь наличием дров, я живенько поставил кофейник и чайник на открытый огонь. Кофе в термосы для дежурных, чай для себя. Члены экспедиции вообще удивлялись моему пристрастию к чаю, а мне же остро не хватало лимонов. Что может быть лучше с утра, чем крепкий чай с лимоном и куском настоящего сахара! Клиф даже всерьез подозревал, что я в душе скрытый англичанин. Откуда ему было знать, что Россия в плане культуры потреблений чая далеко обскакала страну "лаймов". Поэтому к черту пакетики с соломой и сраный сахарин! Заварочки с избытком, я с крепкого чая лучше засыпаю. Парням, кстати, моя "натуральная" кухня больше понравилась, чем та, которой потчуют в местных фастфудах. Крюгер в шутку говаривал, что когда не пенсии откроет собственный клуб, то шефом туда позовет именно меня. Шутки шутками, но о пенсии здесь как-то разговаривать не принято. Жизнь на планете еще толком не устроена и надеяться можно только на себя или верных друзей. А как уж там все...Посмотрим, короче. В крайнем случае пойду в повара или буду развлекать в баре посетителей старыми байками. Но вот следующую ночь я запомнил на всю жизнь. Наша команда проснулась в фургоне от ужасающего звериного рыка. Что-то явно огромное проламывалось сквозь установленный нами охранный периметр прямиком к лагерю. Сверху заорали: - "Die vloek" "Проклятье!", - и тут же началась заполошная пальба из пулемета. В дверь успели выскочить только Крюгер и сам Ричардс. Я и Каведо лишь смогли слезть с лежанок, как раздался мощный удар, и наш тяжелый грузовик аж подскочил на месте. Я тут же покатился кубарем по полу и ударился обо что-то головой, в глазах засверкали "звездочки", а тело покрылось ледяной испариной. Это что же за зверюга такая, что может сдвинуть с места нашу автомахину? Еще один мощный удар, замолкший, было на секунду пулемет все-таки выдал длинную очередь, а затем перешел на короткие. Из кабины еле-еле вылез Джонсон, вся голова в крови, и упал на пол. К нему немедленно подскочил Каведо, он в экспедиции заодно и медиком был. Меня же в очередной раз захлестнул пожарный дух авантюризма, и я, подхватив сумку с маленькой "репортажной" Сонькой, полез наверх, во второй люк. Во всей этой катавасии даже висящий над койкой автомат прихватить забыл. На ходу включив "ночной режим" я тут же начал снимать происходящее вокруг, пригнувшись ближе к крыше, чтобы не попасть под шальные пули обезумившего от страха пулеметчика. Было очень темно, местная луна находилась за стеной каменистого борта, только малость отсвечивали вспышки от выстрелов и на джипе, наконец, загорелись фары. И в этой беспросветной тьме носилось что-то поистине огромное, время от времени изрыгающее леденящие душу звуки. Еще бы нам софиты и камеры на кранах – вышла отличная площадка для съемки голливудского фильма. Странно, какие в определенные моменты глупые мысли в башку лезут. Потом эта самая безумная серия нашего Техасского цикла стала необычайно популярной. Мечущаяся в руках оператора камера, здоровенная зверюга, прыгающая по камням. Затем в кадре самым крупным планом появляется звериный оскал с огромными, чуть кривоватыми зубами, грохочут громкие выстрелы, за кадром слышны зверский рык и грязные ругательства сразу на нескольких языка. Думаю, что и на Старой Земле кинокритики наше пустынное "выступление" бы приветствовали стоя. Крюгер и Ричардс вовсю палят из своих "взрослых" винтовок. Патронов дорогих не жалеют, тут бы самим выжить! Зверюге, судя по всему, именно они и не пришлись по нраву. Она, яростно ревя на своем языке, ускакала обратно в саванну, оставляя за собой сгустки крови. Хрен знает, что её сюда и привело. Скорей всего это место было любимой берлогой, поэтому она нам и базу разорила, изгоняя прочь чужаков, а затем сама нагрянула с инспекцией. Ну теперь будет знать, не фиг лезть куда попало! Мы же так и просидели до самого утра в полной боевой готовности, и уже на рассвете осмотрели повреждения. В этот раз наша экспедиция лишилась разведчика-багги. Африканеры отчаянно ругались на своем заковыристом языке, но поделать уже ничего не могли. Мощные лапы Пещерной гиены, а именно так назвал это животное Ричардс, поломали нашу шуструю машинку напрочь. Пикап совсем не пострадал, а вот наш передвижной домик в районе свирепого второго удара треснул. Напарник Джонсона Смит только покачал головой, когда осматривал выгнутый бронелист. Проломить сам кузов у зверя не получилось, его держали дополнительно стальные дуги, но шов между листами разошелся сантиметров на пять. - Это мы только в городе починить сможем, - Смит был мрачен. Его напарник ранен, а машина получила повреждения, и их еще не всех видно. - Залейте герметиком, кар в целом вроде не пострадал, - резонно ответил Ричардс, он еще не доехал до своей цели. - Меридианного хребта и выглядел чертовски недовольным, упрямо выставив вперед подбородок. - После завтрака выдвигаемся дальше по маршруту. Мартин, начинай работать! Джонсону перебинтовали голову и дали таблеток, пострадал еще только Ван Зил, это он сидел у пулемета и обжегся, меняя перекаленный ствол. Я же, сготовив наскоро завтрак, битый час ползал с фото и видеокамерами и снимал следы неведомого зверя. Мы были первыми из людей кто, с ним столкнулся, оставшись целыми, остальные скорей всего живыми от него не ушли. Да и немудрено, пожалуй. Пещерная Гиена крупнейшее хищное животное в этой части планеты. После этого случая мы стали еще более осторожными и старались ставить лагерь в защищенных местах. Один раз мимо нас целый час передвигалось огромное стадо Техасских бизонов. Хотя, на мой взгляд, они больше на овцебыков похожи, только шерсти меньше. Похожие горбы позади головы и согнутые к земле головы, округлые рога. Но американцы в целом народ не начитанный и потому простой, как веник. Бизон, так бизон, антилопа так антилопа. Чего тут мудрить? Вот ученым потом будем задача все это как-то переименовывать. Дело ведь доходило до того, что некоторые животные в разных частях огромной саванны получили различные названия. Или наоборот, схожие виды имели одно название, что по науке было неправильно. Мне, кстати, лично уже будучи в Порто-Франко, пришлось помогать биологам разбираться в хитросплетении местного животного мира. Я еще в экспедиции начал составлять таблицу с именами животных, прикрепляя к ним номера кадров или файлы с видеохроникой. Зато сейчас по саванне бегает антилопа Нестерова. Есть чем гордиться! Да много чего еще в этой экспедиции было интересного, а временами и жутко опасного, у меня даже не все фотоархивы до сих пор разобраны. Клиф и на следующий год зовет в новый поиск. Только пока непонятно, в каком районе они будут проходить. Ведь направления частенько зависят не от Ричардса, а от прихоти его спонсоров. Люди они, честно сказать, не жадные, но своеобразные. По мне так и ладно. Зато продвигают настоящую науку в новом мире не хуже того же Ордена! Намного меньше бюрократии, им важен не отчет, а снятый материал. Тогда мы чохом привезли в Нью-Рино огромное количество классных видеороликов. Боссы пищали от восторга и от щедрот своих каждому участнику отвалили премию в две тысячи экю. Такие деньги, знаете ли, на дороге не валяются. Работяге надо за них пару месяцев горбатиться на заводе. - Ой, я бы умерла от страха! - Марта была здорово впечатлена коротким рассказом очевидца событий. - Ты мой герой! – приблизила, в свою очередь, голову для поцелуя Кристи, а затем совершенно серьезно добавила. - Тебе надо об этом написать книгу, сто процентов будет пользоваться спросом. - Думаешь? Блин, до чего же прагматичны эти европейцы! Бизнес и ничего личного. Хотя идея, пожалуй, здравая. Все равно впереди дождливый сезон и надо чем-то заняться. Нам все-таки не по двадцать лет, чтобы в постели днями напролет кувыркаться, иногда требуется и мозги занять. Да прочие мускулы. Я огляделся, думается, место для самодельного тренажера здесь найдется. С некоторых пор стал уделять время для поддержания формы. Не мальчик уже, лишний жирок сам собой не рассосется. - Я, пожалуй, пойду, - соседка вежливо попрощалась и ужу около лестницы раз бросила на нас заинтересованный взгляд. Ну, все, к вечеру в Цоссене будут циркулировать новые слухи! А мне, честно говоря, плевать! Я привлек Кристину к себе поближе, чувствуя рядом уже ставшее таким родным тело. Женщина молчала, а что еще говорить? Мы попали на этот перекресток судеб вместе, на нем и пересеклись наши жизненные пути-дорожки. А больше ничего и не надо. Судьба подарила нам друг друга, остальное - пустое.