Виски в любом случае будет сладким

— До чого ж дівка моторна¹, — Леву́с застал еë на входе в номер. Рида хотела спрятаться за тяжелую вишневую портьеру. — А я уже думал не найду тебя никогда, — из-под бархатного чёрного пальто выскользнул чёрный хвост. Он напугал еë, но иного способа доказать что все «свои», — не было. — Не жмись ты, я не поверю в то, что ты не узнала меня, Рида Лин, — последним доказательством, которого ждала ведьма, были красные искорки в демоническом взгляде. — Лев, да чëрт тебя бери, ты решил меня напугать? Вот жулик, так легко менять внешность… — кричала Рида, вскидывая брови и хмурясь в ответ на нахальную улыбку и смех, который Леву́с не Умео остановливать даже своей магией. — Да, да. И чëрт, и демон. Но кто бы говорил про смену внешности, ты, как мне помнится, была блондинкой, — заметил мужчина. Он замахнулся рукой с оттопыренным пальцем, и дверь позади с грохотом захлопнулась, все три замка защëлкнулись следом. — Прошу, зови меня теперь Леву́с, и не приведи упоминать на людях мою фамилию, связывающую меня с тем местом, где тому ещё, старому Льву, были всю жизнь не рады. Пока не умерли… Я скитаюсь по Лондону как шавка с блохами, все эти замшелые корчмы уже так осточертели, — Леву́с махнул пальцем в сторону брокатных алых штор, и из-под них выпорхнул мягкий запыленный пуф. Чëрт поставил его позади себя, и блаженно выдыхая, на него сел. — Вижу Лондон тебя так уж «потрепал», сдаëтся мне бархатные пальто ты далеко не на свалках находишь. Рида была не из доверчивых, всегда готовая к подляне и ловушке, вынужденная со своей доверчивостью прятаться от подозрительных особ, таких как Леву́с сегодня — бежать и спотыкаться, туда куда не знаю сама. — Какое шикарное чувство, эта ваша тишина. Рида, спрáвді, детка, присядь рядом, что мы как в Петербургском порту, — И второй пуфик появился у ног рыжеволосой знакомой, шумно падая. Пылевая завеса заслонила глаза девушки, и она  закашлялась, чуть ли задыхаясь. — Какое ужасное место, Леву́с, я начинаю тебе верить, — Рыжая кривилась и зажимала пальцами нос, но сию секунду закатила глаза и послушно присела на пыльный пуф, зная не наверняка, как этот наглый чëрт любит добиваться своего, и шанса удрать ей от него не предвидится на ближайшие эдак лет пятьдесят. Лицо еë расслабилось, руки упали на колени, а рюшевую кабачную юбку, купленную за торги с применением гипноза на местном рынке, девушка задрала по икры. Как на удачу она была точь в точь той самой яркой юбкой певички из малого кабаре,позволившая Риде Лин не вызывать странных мыслей вокруг. Она ужасно не переносила пачканную о полы одежду, что косвенно касалось длинных юбок. А за юбкой и неудобные высокие туфли слетели на пыльный ковëр. Всë в этом месте будто пережило вековой застой. Открывшийся вид на сетчатые чулки пришëлся Леву́су по нраву. Он одарил новоиспечëнную подругу одобрительной улыбкой, и ликовал, получив такую же в ответ. Как долго ещë Леву́с надеялся скитаться в одиночестве? Перспектива быть в дуэте его не на шутку задорила. Эта встреча не должна сорваться в холостую.  К ним, сидящим без стола за его ненадобностью, спустя миг подлетели два граненых стакана и бутыль односолодового виски. Всë что было в этом мотеле полезного. Из-за пазухи чëрт достал позолоченный портсигар. — Да не смотри ты на меня так предвзято, я ведь не больной, чтобы тушить их о эти безвкусные шпалеры, — Леву́с говорил с зажатой в губах сигарой, чем вызывал у Риды приступы неконтролируемого хохота, — Ну хватит ржать, я сам знаю, что выгляжу смешно, — Он поднëс к обратному концу сигары свой палец, и маленькая вспышка света от соприкосновения зажгла еë. Леву́с выдохнул кольцо дыма в потолок. Ему наконец удалось задуматься о смысле своего нахождения в этом угрюмом городе. — Ты и впрямь смешной, чëртик, — Рида сделала большой глоток виски, пристально рассматривая клубы дыма, выходящие изо рта мужчины. Пара зелëных, как бы не так, изумрудных глаз, зыркнула на ведьму исподлобья. Леву́с мечтал прочитать сейчас все еë мысли, но чувство уважения настойчиво поступало в мозг бесщадной чередой. Не мог он так поступать с той, которая только дело что улыбается, и не причинила ему за время встречи ни горсти пакостей. Ну кроме ехидного «чëртик», разумеется. — Я готов стойко отрицать битый час подряд, что явился сюда не из-за тебя, но не буду. Будет нечестно. Я совсем забыл тот год, когда мы в последний раз виделись, и память моя совсем не та, может напомнишь что да как было… там, — С опаской перенаправляя шуточки в серьезное русло, чëрт ëжился сильнее, прятал глаза и плечи, готовясь услышать что-то нехорошее. — Твой брат, Гриша, готовил на меня донос, — Она выпила ещë виски, и заметно погрустнела. — Что там у нас с сигарами? Клянусь, без них не пойдëт рассказ. — Про это я вовсе не знал. Держи, — Молча метнул ей в пальцы сигару, Рида еë успешно поймала. — Донос, который Григорий планировал ещë за год до тех событий, полностью бы обезличил меня как колдунью, но и подверг суду. Самосуду. От его покровителей, авторитетов из кругов… охотников. Их дети и внуки пожалуй те самые, о которых ты  наверняка сейчас хотел поговорить, я права? — Рида продолжала невозмутимо курить. — Да, мой братец та ще падлю́ка був, — Не скрывая к своему родному брату презрения, Леву́с достал из портсигара вторую сигару, чтобы не лишать бедную Риду удовольствия. Раз это начало, им дальше расслабляться — как окунаться в лаву. — Знал бы я, что через семьдесят лет встречу тебя невредимой в кабаке Лондона, в таком-то прикиде и с полной невозмутимостью играющей в карты… то подумал бы, что мои видения уже за ум за разум заходят. — Как ты меня раскрыл? — Последовал прямой, и ожидаемый вопрос. Лин не сбрасывала со счетов факт своего раскрытия всеми возможными способами. — Ты впредь будь аккуратнее, когда с успехом вскрываешь сначала три туза, а затем даму пик и даму треф, или надо более пояснять, насколько это может быть опасно? — Чëрт подозвал жестом бутылку. Она налила ему вторую порцию виски, скрываясь под кроватью. Так Леву́с контролировал своë пьянство. — Между прочим, эти самые Кингстоны сидели в только что за моей спиной, в игральном зале. Повезло, что там была толпа, иначе… стоит ли вообще говорить, насколько тебе везëт, что именно я вычеслил ведьмовскую харизму? — Чëртик, неужели правда? — Глаза еë заслезились, то ли от дыма, то ли от осознания, — Подумать не могла. И что же они намерены делать спустя столько лет? — Не поверишь, но убивать. Да, они намерены нас убивать, Рида, и планы их далеко не сахар. Те планы по истреблению нечисти, достались им в наследство от друзей моего братца. Зовутся они: Организация «Кингстоны», и под прикрытием гангстерской группировки, ведут в своëм клановом поместье заговоры. — Глупее ничего не слышала… Чтобы скрыть охотнические планы на нечисть, чье существование они должны ещë как-то доказать, они прикрылись гангстерством. В каком измерении я нахожусь, Леву́с? — В измерении абсурда и планов, которые с рук этим гадам не сойдут, если ты понимаешь о чëм я, — Леву́с махнул пальцем на портьеру. Та скрыла любой дневной свет, попадавший в окна, и упала на пол. Наступил мрак, и теперь даже пыли в воздухе было не проглядеть. Погасший камин с копотью на кирпиче зажëгся и разошëлся высоким пламенем, осветившим комнату, где чëрт отбрасывал рогатую тень на стену. — Я взаправду вижу это? А как же... — А как же я живу в век керосиновых ламп? Очень просто. Такое только от огня, который сотворяю я лично, — С ухмылкой чëрт закинул ногу на ногу, и теперь сидели они  с Ридой друг напротив друга, идентично, подобно картине, отражавшейся в зеркале. Два сгустка энергии, которой достаточно для противостояния истинному злу, что кроется в особняке за колючими терниями. — У меня есть свиток. — Стоп, ты упрекаешь меня в демонстративной игре в карты, а сам пишешь средь зала чарами на пергаменте? — сщурилась ведьма, изучая каждое движение Леву́са, копошащегося в своëм пальто. Она потрясена, как чье-то самодурство в который раз еë чуть на крючок не подцепило. — Підлого сина робота², я забываю всë подряд, я же его скрыл! — И хлопнул он два раза по воротнику. Свиток зашуршал между жилетом и пальто. — Чую нам здесь не рады. Только чëрт хотел вынуть свëрток, из-за двери донеслись ни с чем несравнимые звуки. Самое первое пришло на ум — Кингстоты. Леву́с ровно вздохнул. Он пытался показаться испуганным для Риды, хотя такого чувства как страх давным-давно не видал в своей нескучной пародии на жизнь. Да и панику разносить не в его правилах. — Сохраняй спокойствие и проглатывай пойло, будем бежать через стены. Ведьма содрогнулась и посмотрела на Леву́са как на умалишенного. Ещë чего ей не хватало, от каких-то драных верзил по катакомбам прохаживаться. Клубом дым повалил через ноздри. Девушка едва сдержала кашель. И как назло еë новый друг, весь из себя звëздный царь, хлопал сидел по воротнику и играл бровями. — Ах, ну да, скучно не будет.